Второстепенные принципы
— Расскажите о себе. — Холодный тон голоса, снова этот вопрос, который ему задавали утром и вечером. День за днем.
— Мое имя Брайан Афстор, — ответ всегда одинаковый, он мог бы уже выучить его, только этого не требовалось, и так мозг формирует правильные слова, — мне пятьдесят лет, семьи нет, наблюдаюсь у психотерапевта. — Девушка сзади него в черном халате приподняла его длинные волосы и что-то втёрла в кожу, молча отходя к двери.
— Чудесно. Почему вы наблюдаетесь у психотерапевта?
— Потому что у меня шизофрения, я вижу то, чего на самом деле нет. — Твердо ответил «пациент», смотря исключительно в пол, потому что в последнее время его стало тошнить при виде других людей, словно от них дурно пахнет. Ему что-то поднесли под нос, и он резко дернул головой влево, хоть так проявляя какое-то право выбора.
— Что еще вы помните? — Этот спокойный голос страшнее, чем агрессия. Прекрасно понятно, что мужчина напротив него помнит не только то, что должен, однако, его воспоминания проверяются и исследуются каждый день по пять раз. Они совершенно чисты, исключая то, что в них поместили искусственным путем.
— Ничего. — «Драко». Это слово бьется в сознании постоянно, и его он обязан защитить хотя бы таким способом, оставляя в тайне то, что нагло лжет этим людям. Главное, отвечать без интереса и волнения, тогда получится одурачить их. Только зачем? Что это может изменить? Мужчина не знал, как и не знал, кто он и почему кабинет психотерапевта менялся прямо на его глазах в яму, из которой нет выхода.
***
— Драко, может, оставишь в покое эту несчастную тетрадь? — Гарри уже третий день наблюдал за тем, как Драко не расстается с записями своего отца, постоянно их перечитывая. Гарри все мог понять, просто переживал, что все это приведет к новому нервному срыву, чего хочется избежать.
— Со мной все нормально, — раздраженно ответил Драко, лишь сильнее стиснув палитурку пальцами, словно у него хотели отнять то единственное, что осталось от отца, — просто не надо меня отвлекать, Поттер, прошу тебя.
— Малфой, ты себя видел? Ты практически не спишь и раз за разом читаешь это! Так не может продолжаться, серьезно. Как ты собрался помочь отцу, если доведешь себя до припадков таким поведением? Гермиона же сказала, что…
— Мне не нужна помощь какой-то грязнокровки! — Запальчиво крикнул Драко, захлопывая тетрадь отца. Гарри посмотрел на него оскорбленным взглядом, словно сказанное было в его адрес, и Драко отвернулся от него, прикусывая костяшку пальца. После данной находки он и правда находился на нервах, понимая, что был несправедлив к отцу многие годы, а еще винил себя за то, что посмел опуститься столь низко, опозорить отца. Драко вздохнул и отложил тетрадь, поворачиваясь к Гарри. — Прости. Я не хотел оскорбить твою подругу, и я признаю, что она может мне помочь, и я ей обязан.
— Я понимаю, что тебе сейчас очень трудно, Драко, но если хочешь на ком-то сорваться, то делай это на мне, не трогай моих друзей. — Спокойно попросил Гарри, сжимая его ладонь в своей. Обижаться он не видел смысла, обида лишь переросла бы в ссору, а Драко ему дорог. Действительно дорог. — Так вот, Гермиона сказала, что попробует узнать больше про Орпидрона из архивов, а Рон поспрашивает среди проверенных авроров. Возможно, мы узнаем больше информации, а кто владеет информацией…
— Тот ебанется от нее в скором времени. — Мрачно закончил Драко, но усмехнувшись. Правда никогда не приносила ему облегчение, даже если она приятная. Вот сейчас он понял, что отец был сволочью для всех, однако, любил свою семью. И что? Он лишь закапывает себя виной перед ним. — Я постоянно думаю о том, что виноват только я. Нужно было проверить отчет Министерства, гроб, присутствовать на похоронах, а я… А я курил дурь в маггловской подворотне. Я придурок, уверен, отец разочаровался бы во мне, если бы узнал.
— Ты ошибаешься. Мистер Малфой не станет любить тебя меньше, когда узнает об этом. На первом месте для него всегда стоял ты, так что не думай об этом. — Гарри приучил себя говорить об отце Драко в настоящем времени, чтобы таким образом убедить себя и Драко в том, что тот жив, настраивать себя на плохой исход Гарри не хотел. Поттер посмотрел на часы, и встал с кресла. — Я собираюсь наведаться к Фрейе, не хочешь со мной? Вы ни разу не виделись после того, как я забрал тебя.
— Да. Да, Поттер, я с тобой. Только всякие гостинцы, которые ты, разумеется, купишь, буду выбирать я. Мне прошлого раза хватило. — Драко никогда в жизни ему не забудет тот поход в магазин, и Гарри знал об этом, просто не возражал. С Малфоем спорить – себя не уважать, все равно прав окажется именно он.
***
— Добрый день, — Гарри подошел к стойке регистрации и показал на пакет продуктов в своей руке, — мы к Фрейе Сидней. Можете сказать номер ее палаты?
— Здравствуйте, разумеется. Одну минутку. — Девушка открыла отдельную вкладку на компьютере и пролистала список фамилий пациентов до буквы «С». — Второй этаж, палата номер двадцать три. У вас есть время до четырех часов вечера, после посещение запрещено.
— Благодарю. — Гарри кивнул Малфою, который ждал его возле стены, и направился с ним к лестнице. — Тебе было трудно со мной подойти?
— Терпеть не могу эти больницы, а особенно персонал. Если бы ей не платили достойную зарплату, то хрен бы она была такой вежливой. Даже медицинскому персоналу похер на тебя и твои проблемы. — Драко поморщился, глубже засовывая руки в карманы брюк, идя очень близко к Поттеру, будто боялся дотронуться до мимо проходящих людей.
Гарри не принял высказанное, хотя смысл в словах Драко все же был, но Гарри привык искать в людях хорошее, даже если это порою очень тяжело. Они подошли к белой двери и постучали, после этого заходя.
— Морт? — Удивленно спросил Гарри вместо приветствия, не ожидая увидеть здесь своего давнего товарища. — А ты что здесь делаешь?
— Да я… — Морт почесал затылок и пожал руку Гарри, а после и Драко, неловко смотря в сторону лежащей на койке Фрейи. — Сам решил зайти, ехал мимо и подумал проведать. Почему нет? Ну… Я пошел.
— Почему же? Может, останешься? — Почему-то с ухмылкой спросил Драко, кивая на Фрейю, но Морт покачал головой, продвигаясь к двери.
— Мне правда уже пора. Пока, Фрейя. — Морт помахал рукой и вышел из палаты, прикрывая за собою дверь, когда Сидней крикнула в ответ со смехом.
— Заходи еще, малыш! — Фрейя перевела довольный взгляд на парней, приподнимаясь на койке. — Привет, мальчики. Решили все же вспомнить обо мне?
— Про тебя забудешь, конечно. — Гарри поставил пакет на столик возле койки, и сел на один из стульев. — А что Морт тут делал? У него кто-то лежит в этой больнице? — Гарри не заметил, как на этом вопросе Драко закатил глаза, вставая возле подоконника.
— Драко, у тебя самый наивный рыцарь в мире! — Фрейя снисходительно посмотрела на Драко, и он показал ей средний палец. — Как грубо. Яйца он ко мне катал.
— Что? — Гарри сначала правда не понял, что имела в виду Фрейя, но буквально через мгновение до него дошло. — Он хочет за тобой ухаживать?
— Господи, да, папочка Малфоя, ухаживать верное слово, — продолжала веселиться Фрейя, не замечая притворных злых взглядов Драко, — забей, просто парню скучно стало.
— Ты не права, я знаю Морта, он хороший парень, к тому же не будет проявлять симпатию просто так. Так что… Ты лучше подумай. — Гарри знал, что у Морта произошел казус с бывшей невестой, и все равно товарищ не будет притворяться ради простого секса. Он может многое дать Фрейе, и в первую очередь – уважение к ней.
— А, так это был все твой план? Прислать ко мне своего дружка, чтобы я не тосковала одна, как принцесса в тусклой башне. — Фрейя оценивающе посмотрела на Гарри, и стала рыться в пакете, вынимая яблоко. — Ладно. Я правда рада, что вы решили прийти ко мне. А насчет Морта… Не думаю, что у нас что-то выйдет. — Настроение Фрейи изменилось почти моментально, хоть она до сих пор улыбалась, и все же Гарри заметил по ее глазам.
— Почему? Нет, если он тебе не нравится, то никто тебя не заставляет, это лично твой выбор. — Хоть Гарри и говорил это, но понимал, что причина явно в другом, и судя по тому, что Малфой молчал, то он догадался раньше него.
— Нет, он действительно у тебя наивен, как дитя, Драко. Ты забыл, кем я работала? Поттер, я трахалась за деньги. Думаешь, какого-то парня это устроит? — Прямо спросила Фрейя, понимая, что ей ответят «да», чтобы не оскорбить, и на этом разговор будет окончен.
— Хватит себя жалеть. — Вдруг резко сказал Драко, и Гарри забеспокоился, что у него приступ агрессии, но Драко продолжил. — Я понимаю, что жизнь у тебя дерьмово началась с самого рождения. Мать – конченная алкашка, отец – мертвый в земле, отчим – насиловал. Но не думать же об этом всю жизнь, блядь. Ты выживала, и выживала как могла, ты не должна извиняться за то, что хотела просто жить, пусть даже так. Все хотят жить, абсолютно, пусть пиздят о смерти, о вечном, но когда наступает момент предполагаемой гибели, то боится каждый человек. А ты могла умереть. От голода, от холода, самое банальное – ты могла покончить с собой, но ты не сделала этого. Потому что ты сильная, и ты сможешь жить дальше. И жить не одна, Фрейя. Ты не стала заразной или же отвратительной, твое прошлое не искоренить, и ты знаешь об этом.
— Ты сам в это веришь?
— Знаешь ли, да. Твою мать, Фрейя, я долбанный наркоман, блядь. И когда у меня был передоз, то я буквально блеванул на Поттера. Противно? Конечно, но наркомания не игрушка, и Поттер знал, чем обернется его желание помочь. Рано или поздно это должно было со мной произойти, и я тупо ждал этого, а когда понял, что могу подохнуть… То умолял Поттера спасти меня. И он спас. Так почему ты не даешь шанса спасти себя? — На вопросе голос Драко стал более спокойным, словно он потратил всю свою злость. Гарри даже не думал перебивать его, потому что эти слова и правда могут изменить мнение Фрейи об этой ситуации, да и Драко знает ее дольше, чем он.
— Прошу прощения, — в палату вошла молоденькая медсестра, но не та, которая стояла за стойкой в холле больницы, — время посещений заканчивается через пятнадцать минут.
— Да-да, мы уже уходим, — Гарри встал со стула и прежде чем выйти из палаты, подошел к Фрейе, кладя ей руку на плечо, — ты хороший человек.
Больше ему нечего сказать, а потому Поттер сжал локоть Драко, и они вышли из палаты Фрейи. На самом деле, Гарри считал, что медсестра зашла очень вовремя, дав шанс Фрейе подумать.