Вавилонская башня

— Ребенок от Уолша... — выдохнул Ричард, садясь на диван в гостиной. — Ночной кошмар, который никому не пожелаешь.

— Трудно поспорить, — произнесла такая же шокированная Алисия. — И что теперь?

— Хороший вопрос, — бросил Александр, оставшийся в дверях вместе с Майклом. Драко как раз отошёл от них и занял место на диване рядом с Гермионой.

Он протянул ей зелье, которое, по словам колдомедиков, поможет ей немного поговорить. Не лучший выбор, стоило отправиться спать и позволить остальным лекарствам работать эту ночь, но вопрос, который Роше перед ними поставила, отлагательств не требовал.

Поэтому, поздним вечером, с кружками чая и кофе, они вернулись в гостиную для обсуждения всего услышанного. Гермиона же вытащила пробку из склянки и выпила содержимое, скривившись от вкуса.

Определённо, это подействовало самым облегчающим способом. Пусть даже шёпотом, она смогла спросить:

— Мы можем как-то подтвердить её слова?

— Нет, — Малфой мотнул головой и подался назад к спинке дивана, закинув на неё одну руку. — Мы искали на него всё из доступной и недоступной информации. Если бы там был ребёнок, ты бы об этом знала.

— Но теперь-то мы знаем, где искать... — попробовала предположить Кларк.

— Мы искали, — вмешался Майкл. — Семью, жену, детей. Ничего.

— Он зачистил всё, что мог, — Ричард прищурился. — Но Эмили доверила эту информацию нам?

— Она надеется, что мы не станем использовать её против неё, — Драко пожал плечами.

— И мы не станем, — добавила Гермиона. — Она права, ребёнок — мощнейшее оружие.

— А давно Роше её видела? — Александр тоже прошёл вперёд, но замер за спиной у Алисии. — Может, она уже в заложниках, потому Уолш и делает всё, что делает.

— Мы спрашивали, — Грейнджер мотнула головой, отказываясь от его идеи.

Драко добил её мысль, не дав ей произнести больше ни слова:

— С её слов, девочка в порядке, но каждый шаг может стать для неё последним.

— Чем больше я об этом думаю, тем более сомнительной мне кажется эта история, — честно признался Ричард и подался вперёд, упираясь локтями в колени. — Вам не кажется, что она пытается одурачить нас?

— Она была напугана, — ответил Драко. — Когда ты видишь испуганную до смерти женщину, сомнений у тебя не возникает.

— Она может быть хорошей актрисой? — Маккензи пожал плечами.

— В чём дело, Ричард? — Гермиона говорила едва ли громче шёпота, но даже так её фраза оказалась достаточной, чтобы его одёрнуть. Она нахмурилась, внимательно смотря за каждым его движением. — С самого начала при любом раскладе ты против Роше. Это личные мотивы, о которых мы не знаем?

Комната погрузилась в тишину в ожидании его ответа.

По крайней мере, он не выглядел обиженным её недоверием и спокойно заметил:

— Я здесь дольше, чем вы, посол Грейнджер, и, как я уже говорил, мои интересы полностью совпадают с вашими. Эмили Роше не вызывает у меня доверия ни в каком случае, неважно, что она расскажет, и я пытаюсь уберечь вас от тактических ошибок.

— Если есть, что рассказать вам, то, может быть, вы поделитесь? — с неприкрытым сарказмом съязвила Алисия.

— Ничего конкретного, — он выпрямился, — но без подтверждений ей верить нельзя.

— Очень жаль, — выдохнула Гермиона и пожала плечами. — Потому что именно это мы и сделаем. Поверим ей на слово.

— Что?!

Голоса прозвучали синхронно от практически всех присутствующих, поворачиваясь в её сторону. Алисия предпочла промолчать. А Драко тихо засмеялся, закидывая голову назад.

— С таким уровнем доверия от Роше мы просто обязаны её использовать, — воспротивился Майкл.

— Я согласен. Это мощный ресурс, отказаться от него — преступление, — вступился Александр.

— Это обернётся катастрофой, — лишь тихо заявил Ричард. — Уолш выиграет, если мы просто забудем обо всём сказанном.

— Мы сейчас обсуждаем, — Гермиона повысила голос и тут же пожалела об этом, — жизнь двухлетнего ребёнка!

Вместо тишины комнату наполнил её кашель и Драко, который быстронашёл стакан воды и вернулся с ним к ней. Грейнджер сделала пару глотков, надеясь снять резкое напряжение, которое она обеспечила своим связкам. Лишь после пары глубоких вдохов и выдохов, которые никто не рискнул прервать своими словами, стало легче.

Она кожей ощущала то, каким тяжёлым взглядом Малфой одарил комнату, напоминая, что перед ними не посол в её привычном состоянии, и можно было бы сбавить тон, как минимум.

— Спасибо, — шепнула она коротко. — Существует этот ребёнок на самом деле или нет, это не тот риск, на который мы пойдём. И я приказом запрещаю вам говорить об этом кому-либо! Это ясно?

— Роше не просто так нам это доверила... — едва слышно проговорила Кларк, уставившись на графин с водой. — Она проверяет нас.

— Спасибо, Алисия, — Гермиона махнула рукой в её сторону. — Как только существование её дочери утечёт за пределы этих стен, для нас всё будет кончено.

— Так ли нам нужна Эмили, как союзница? — уточнил Александр.

— Ты не понял смысла, — спокойно заявил Драко, поднимая голову. — Он убьёт нас. Всех, кто будет знать.

— Или девочку, если она существует, — закончила Алисия.

— Они уже пытались, дважды, — Грейнджер кивнула на себя. — Когда риск касается не только нас, и ребёнка, мы вынуждены сделать шаг назад.

— Я вновь хочу обратиться с тем же вопросом, — Майкл сделал шаг вперёд. — Почему мы зациклены на Уолше?

— Потому что политика — не игра в детектива, — огрызнулась Алисия. — Здесь нет ложных подозреваемых, только соучастники.

— Даже если Уолш не голова змеи, он точно на неё выведет, — согласилась Гермиона.

— Кроме того, Эмили подтвердила, что искать нужно у руководителей ИРА, — кивнул Малфой.

— Вы ей верите? — Александр посмотрел на обоих, Гермиону и Драко, которые говорили с ней.

Они вновь переглянулись. И думали, казалось, об одном и том же. Она не стала бы врать и и направлять по тому следу, который мог напрямую или косвенно привести к доказательствам. Верили ли они её слезам? Оба?

— Да, — твёрдо ответила Грейнджер.

Драко лишь кивнул. По каким-то причинам именно его слово успокоило Александра и Майкла. Вероятнее всего, его доводам, как начальника, они доверяли больше. Гермиону это нисколько не смущало до тех пор, пока её приказам подчинялись.

— Не заставляйте меня проверять, с кем вы встречаетесь и что пишете в письмах, — только тихо добавила она в конце, поднимаясь с места. — Я очень не хочу ставить свою команду в подозрение.

— Обижаете, госпожа посол, — уже с привычным весельем в голосе усмехнулся Майкл и показательно зевнул. — Можно мы пойдём спать?

— Некоторым не мешало бы, — как бы ни на что не намекая, подхватил Драко, опуская свой взгляд на Гермиону. Когда он смотрел на неё так, с высоты своего роста, она ощущала определённое давление.

Она мягко кивнула в сторону спальни, приглашая его зайти позже.

— С утра занимаемся организацией встречи с ИРА. И я хочу встретиться с Эйданом.

Ричард и Алисия кивнули. Постепенно вокруг послышалась суета, связанная с отходом всех ко сну, и Гермиона смогла выдохнуть. Ладонь Драко на пояснице напомнила, что и им пора подняться наверх, так что именно так они и поступили.

— Моя помощь не нужна? — уже в коридоре на втором этаже уточнила Кларк.

— Нет, Алисия, спасибо, — Гермиона улыбнулась ей, зная, что та волнуется и хочет побыть полезной. — Отдохни, завтра трудный день.

— Уверена? — Малфой нахмурил брови уже когда помощница скрылась за своей дверью. — Если ты хочешь, чтобы повязки сняла она...

Она покачала головой, не желая больше ничего говорить, и он толкнул дверь спальни, пропуская Грейнджер внутрь. Всего мгновение вокруг была темнота, пока Драко включал небольшие светильники. Вновь без большого света, это заставило её улыбнуться.

Он подошёл со спины и провёл по ней ладонью. Со стоном Гермиона подалась плечами назад, а он стянул пальто по рукам, откладывая его в сторону. Движение за движением он раздевал её с какой-то особенной методичностью, тщательно проверяя, что не навредит случайным образом.

В этом не было ничего возбуждающего, но интимного... Каждый вздох в этой полутьме вместе с каждым прикосновением казался слишком личным.

— Повернись, — она развернулась в его руках и попыталась вскинуть голову, но попытка вышла неудачной. Драко только улыбнулся на это, заводя руки за её шею, чтобы щёлкнуть застёжкой сзади. — Снимать с тебя орудия пыток превращается в привычку.

Она закрыла глаза, наслаждаясь ощущением свободы вокруг своей шеи.

— Дай я взгляну.

Гермиона села на кровати, немного откидывая голову назад. Малфой стянул воротник и оставил его на краю возле неё, а затем мягкими, чересчур осторожными движениями дотронулся до её шеи.

— Всё плохо?

— Могло быть и хуже, — без доли пессимизма заметил он. — Лекарства действуют, синяки начали сходить.

Чуть надавив, он выбил из неё стон.

— Прости, — Драко тут же провёл по тому же месту пальцем, извиняясь не только словами, но и прикосновением. — Твой голос звучит увереннее.

— Он звучит, — не без смешка поправила его Гермиона. — Зелье работает.

Оставив её шею в покое на какое-то время, Драко нашёл среди сумок несколько упаковок для перевязки и вернулся к Гермионе, которая перебралась выше на кровати и легла на грудь.

— Здесь почти зажило, — это прозвучало почти довольным тоном. Экстракт бадьяна всё-таки был лекарством, посланным с небес. — Можно?

Она знала, о чём он спрашивал. О белье, которое не рискнул снять раньше. Гермиона промычала согласие, будучи уже слишком погружённой в то, что она наконец лежала на мягкой удобной постели.

Кончики его пальцев коснулись кожи там, где он убрал волосы в сторону. Щёлкнула застёжка, давление ткани на рёбра ослабло, и Драко убрал её в сторону. Затем он осторожно прикоснулся к месту, где нужно было снять повязки, обработать и снова заклеить раны.

Он не пропускал ни единого пореза, что горел огнём при попадании зелья. Боль была секундной, хоть и мучительной, и каждую такую каплю Драко пытался сделать легче, выводя круги на неповреждённых участках.

— Последняя. Потерпи, — попросил он спустя какое-то время.

— Ещё ладони, — напомнила Гермиона, склонив голову немного вперёд, тихо шипя вместе с зельем, уткнувшись носом в подушку.

— Там не так много, — послышался звук отклеенной от повязки защитной плёнки, и последняя наконец-то оказалась на её спине. Драко подался вперёд и поцеловал Гермиону в плечо. — Всё. Можешь выдохнуть.

Она действительно выдохнула, как будто не дышала всё это время. Он дал ей минуту, прежде чем осторожно перевернуть и потянуть на себя, придерживая бельё лямками за спиной.

— Ты ко мне прикасался, Малфой, — она устало усмехнулась. — Нет нужды соблюдать такую осторожность.

— Хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно, — серьёзно заявил он, до сих пор удерживая руку за её спиной.

Она вздохнула, прикрывая глаза, и нахмурилась, как будто от недовольства.

— Чувствую себя беспомощной, — проговорила она, и в её голосе прозвучали нотки раздражения и обиды. — Как будто я не могу сделать элементарные вещи сама.

Драко продолжал держать, но она лишь хмурилась сильнее.

— Ты же не будешь каждый раз вот так со мной нянчиться, — тихо пробормотала она, даже не глядя на него. — Это просто... невыносимо.

Его серьёзный взгляд смягчился, и он слегка улыбнулся, наклонившись ближе.

— А что, если буду? — он приподнял бровь с едва уловимой усмешкой и, не дождавшись её ответа, отстранился, плавно поднявшись с кровати.

Она следила за ним, скрестив руки перед собой, пока он направлялся к шкафу. Драко, не спеша, достал мягкую футболку и вернулся к кровати, снова усаживаясь рядом.

— Давай, — мягко сказал он, махнув рукой. — Не так много шансов увидеть тебя беспомощной, я наслаждаюсь каждой секундой.

Гермиона только вздохнула. Она позволила ему аккуратно надеть футболку ей через голову, и, когда его ладони осторожно коснулись её плеч, чтобы расправить ткань, она почувствовала лёгкое тепло — простую, заботливую близость, которая заставила её успокоиться и, наконец, улыбнуться.

Её поражало то, что Малфой, тот самый Малфой, которого называли самым желанным холостяком, абсолютным любимцем женщин, переспавшим с половиной Лондона, не обращал на её наготу никакого внимания. Его интересовали лапки, нарисованные на футболке, куда больше.

— Снова кошки?

Она не смогла не засмеяться, пряча своё лицо в изгибе его шеи. Драко зарылся пальцами в её волосы, аккуратно, чтобы случайно не навредить ещё жгущим синякам, и поцеловал в висок.

— Заботиться о тебе совсем несложно, Грейнджер. Я говорил, просто позволь кому-то взять на себя часть той ноши, которую ты несёшь.

— И ты делаешь всё это не из-за чувства вины? — вновь бормотание на грани с детской обидой.

— Нет, — он улыбнулся. — Я делаю это, потому что хочу.

Ответ успокоил что-то внутри неё. Ту маленькую капризную девочку, которой хотелось расплакаться из-за болезни и её последствий — особенно.

Она встретила его взгляд, по-новому воспринимая ту заботу, которую он ей давал — тихую, ненавязчивую, но неизменно присутствующую рядом.

— Тогда... может, ты останешься? — тихо попросила она.

— Останусь. Могу даже поддерживать морально... Если вдруг проснёшься и решишь спасти мир посреди ночи.

Она усмехнулась, прикрыв глаза.

— В таком-то состоянии.

— Давай сюда свои лапки, Политика, — сквозь смех проговорил он, намекая на футболку. Она вытянула обе ладони вперёд, и обработка ран на них действительно заняла куда меньше времени. — Может, даже шрамов не останется.

— Уж надеюсь. Не слишком презентабельно.

— Люди вокруг тебя могут и обладать каплей сочувствия, — фыркнул Драко, пока оборачивал бинты обратно. — Их не пытались убить.

И разве это имело значение? Думать об этом не было ни единого желания.

Гермиона закатила глаза, слабо усмехнувшись, когда он аккуратно подтолкнул её к двери ванной комнаты.

— Хорошо, мисс «Вся-эта-политика-держится-на-мне», тебе пора расслабиться, — сказал он, держа её за плечи, чтобы убедиться, что она в порядке. — Горячая вода и несколько минут без мыслей о спасении мира.

Она ответила лёгким кивком. Убедившись, что она держится на ногах уверенно, Драко отошёл к двери.

— Если что понадобится, — добавил он, — можешь, конечно, звать. Но я предупреждаю, что в ванну с тобой не пойду, даже если ты скажешь, что это в интересах дипломатии.

Она громко засмеялась, закрывая за собой двери, а он упал спиной на кровать.

Позже Драко намажет её шею мазью и снова застегнёт воротник, укроет одеялом и только тогда отправится переодеваться и готовиться ко сну сам. И уже глубокой ночью Гермиона заснёт на его груди, слушая биение сердца.

И вдруг неожиданно для себя решит, что засыпать иначе она больше не готова.

~*~

1 ноября 2008 г.

Колдомедик склонился ближе, его пальцы мягко, но уверенно ощупывали каждый сантиметр её шеи. При любом лёгком нажатии отдавала болезненная пульсация, но Гермиона старалась не шевелиться.

Она заметила, как на его лице мелькнула тень беспокойства, когда он обнаружил следы синяков, глубоко запёкшихся под кожей, особенно в тех местах, где давление было самым сильным.

— Травмы всё же чуть серьёзнее, чем я рассчитывал, — пробормотал он, снимая очки и сосредоточенно глядя на неё. — Связки ещё слабые, а поверхность кожи — слишком чувствительная.

Он осторожно коснулся мест, где оставались самые глубокие следы, и произнёс несколько тихих слов, успокаивающих магические токи, которые он запускал вдоль её шеи, чтобы облегчить боль.

— Воротник можете снять, ваши мышцы и позвонки в порядке, — мягко произнёс он, отстраняясь. — Над голосом, конечно, придётся поработать.

Гермиона выдохнула, заметив в его тоне едва уловимый оттенок сочувствия.

— Через сколько она сможет спокойно говорить? — спросил Драко, что всё это время стоял у дверей, сложив руки на груди.

— Сегодня голосу однозначно нужен покой, и я бы посоветовал избегать разговоров даже шёпотом.

Она ощутила ещё одно лёгкое покалывание, когда он произнёс заклинание, усиливающее кровообращение. Затем колдомедик извлёк из своей сумки небольшую склянку с густой мазью янтарного цвета и осторожно раскрыл её.

— Это снимет часть боли и успокоит воспаление, — пояснил он, аккуратно нанеся мазь на её кожу. Лёгкий запах лаванды и других трав окутал её, а на коже разлилось прохладное и успокаивающее ощущение.

После этого он достал ещё один пузырёк с жидкостью, чуть более тёмной.

— Зелье для восстановления связок, — сказал он, протягивая её. — Принимайте по ложке трижды в день.

Гермиона взяла пузырёк, чуть морщась от запаха, но, видя серьёзность в его взгляде, могла только согласиться.

— Рекомендации моих коллег из Северной Ирландии спасли вам голос, а вот вы вчерашними разговорами немного всё испортили, — добавил он, убирая остатки мази на её шее с помощью мягкого заклинания очищения. — Дальше будем двигаться уже на полноценное медленное восстановление и предотвращение рецидива.

Драко кивнул, делая шаг вперёд и забирая зелье из рук Грейнджер, словно не доверяя тому, что она будет придерживаться предписаний. Гермиона приподняла бровь, но ему удалось удержать серьёзное выражение, не обращая внимания на её молчаливое недовольство.

— Я подберу ещё несколько мазей, которые вы сможете наносить на ночь, — добавил колдомедик, продолжая копаться в своей сумке. — Через пару дней посмотрим, но до полного восстановления вам понадобится как минимум неделя.

Он закрыл свою сумку, бросив последний осмотрительный взгляд на неё, затем на Драко.

— Пожалуйста, позвольте себе отдых, посол Грейнджер. Ваше тело справится, но только если вы дадите ему возможность.

Позволила она себе отдых. Как же. Переговоры и саммит через десять дней. Она натянула улыбку обещания, которого не была уверена, что сможет сдержать.

— Ваши раны будут в порядке уже через сутки-двое. Вы хорошо поработали, мистер Малфой, она в надёжных руках, — колдомедик уверенно пожал ему руку и ещё раз наклонил голову в сторону Гермионы, прежде чем уйти.

Драко покрутил склянку в руках.

— Молчаливая ты, даже без шёпота. Не знаю, как я к этому привыкну.

Гермионе захотелось бросить в него подушкой, а он широко улыбнулся, выбивая пол у неё из-под ног. Она дотянулась до блокнота рядом с собой и крупными буквами написала:

«Я всё ещё умею писать, Малфой».

С точкой в конце и злым взглядом, которым она его осмотрела.

Он рассмеялся, кивая на выход из комнаты:

— Пошли, завтрак на кухне.

После ночи, проведённой в зельях и мазях, двигаться действительно стало намного легче. Ей почти не понадобилась утренняя помощь Малфоя, чтобы привести себя в порядок, и, видимо, менее бледное лицо было радостью для её коллег.

Пока взгляды не упали на шею, практически синюю от следов чужих пальцев.

— Стоило наложить иллюзию, — недовольно пробормотал Малфой, подходя к столу.

— Это... — Алисия не могла подобрать слов, замерев с кружкой кофе в руках.

— Хуже, чем мы думали, — закончил Александр за неё, точно также не в силах отвести взгляд.

— Прекратите рассматривать её, как музейный экспонат, — Майкл аккуратно положил руки Гермионе на плечи и повёл её мимо Кларк и Хартмана к столу. — Что сказал врач?

— Раны в порядке, день-два и заживут полностью. Голос, — Малфой вздохнул, — сегодня молча, дальше восстановление до недели.

Он всё-таки вытянул палочку и взмахнул ей, используя заклинание, которое им подсказала Эмили. Шея вдруг стала нормального цвета, что наконец вывело присутствующих из транса.

Гермионе совсем не нравилось быть куклой, но её бумага и ручка остались наверху. Почему-то она сочла, что завтрак пройдёт в тишине. Она села за стол и пожала плечами, ещё и махнув рукой в завершение, надеясь, что это даст необходимый ответ.

Как же чертовски тяжело было молчать.

— Сегодня молча? — переспросила Алисия. — А как же опера вечером?

— А что, в театре много разговаривают? — съязвил Драко, выгнув бровь. — Войдут в положение и переживут.

Грейнджер не выдержала, сжимая губы и жестами попросила вернуть ей необходимые для существования принадлежности. Алисия метнулась обратно в её спальню, и уже через минуту, к моменту, как возле неё появился кофе и еда, появился и злосчастный блокнот.

«Я не могу всё время ходить так и записывать каждую свою фразу».

Захотелось нарисовать злую рожицу рядом, но Малфой явно понял и без неё по темпу письма. Он равнодушно пожал плечами.

— Значит, будешь молчать. Я же сказал, переживут.

— Как там говорят? — улыбнулся Майкл. — Молчание — золото.

«Не наш случай».

— Ешь, Грейнджер, — Драко указал на тарелку. — И наслаждайся тем, что до тебя не будут докапываться с глупыми разговорами.

Шаги послышались из коридора за секунду до того, как Гермиона всё-таки решила приступить к завтраку.

— Я вынужден прервать вашу идиллию, — с явным извинением в глазах на кухню зашёл Ричард. — Мы только что получили новости от Министерства, и пресса также сообщит об этом в утренних газетах.

— Что случилось? — Кларк нахмурила брови.

Ричард протянул бумагу Гермионе. Она развернула белый лист с пресс-релизом, который и направили в Посольство, очевидно.

Пресс-релиз Министерства Магии Великобритании

Глава Отдела Международного Магического Сотрудничества представит Соединённое Королевство на предстоящих переговорах с Ирландией лично.

Министерство Магии подтверждает, что Глава Отдела Международного Магического Сотрудничества, Рэндольф Кроу, возглавит британскую делегацию на переговорах с Ирландским Министерством Магии, которые состоятся в Дублине 10 ноября. Это решение было принято в связи с недавними событиями в Белфасте и с необходимостью обеспечить поддержку усилиям Посла Грейнджер.

«Мы глубоко уважаем работу Посла Гермионы Грейнджер и высоко ценим её вклад в установление диалога, необходимого для достижения мира. Именно поэтому, Министерство считает своим долгом оказать дополнительную поддержку её миссии, — заявил мистер Кроу. — Наше присутствие на переговорах должно стать подтверждением того, что Соединённое Королевство привержено мирному разрешению конфликта и готово к открытому и конструктивному диалогу».

Министерство Магии решительно осуждает недавнее нападение на Посла Грейнджер и надеется, что в Дублине приняты все меры, чтобы подобные инциденты не повторились. Министерство также выражает надежду, что участие мистера Кроу будет воспринято ирландской стороной как знак серьёзных намерений Соединённого Королевства в достижении прочного мира.

Конец пресс-релиза

Гермиона едва не застыла, передавая бумагу в руки того, кто стоял слева от неё. Понадобилась секунда, чтобы понять, что это была Алисия. Она удивлённо раскрыла глаза, бегая по строкам, а затем резко вдохнула, бросая взгляд вниз на начальницу.

— Кроу приедет лично?!

— Что?! — Александр забрал у неё бумагу, и ещё двое авроров встали по обе стороны от него, читая предложенный им пресс-релиз.

— Это шутка такая? — недоверчиво спросил Майкл.

Грейнджер схватилась за ручку.

«С такими вещами не шутят».

— Вот, что он имел в виду под «мы разберёмся, — заметил Малфой со смешком. — Как мне это нравится.

— Изящно, согласитесь, мистер Малфой, — с улыбкой обратился к нему Маккензи. — На переговорах может не быть посла, но будет глава отдела, и Ирландской Стороне теперь точно не отменить дату, и не пожаловаться на наш отказ.

«Кто бы мог подумать, что болезнь сыграет мне на руку, да?»

Она ощутимо выдохнула, расслабляя плечи. Мерлин, как она была благодарно Кроу за это решение. Оно исправило все её проблемы одним днём.

«В какие даты он приедет?»

— Шестого или седьмого ноября. Министерство сообщило, что он хочет посетить несколько встреч и, конечно, получить от вас полное понимание ситуации.

«Он и так его получает почти ежедневно».

— Остальным об этом знать необязательно, — хитро напомнила Алисия. — Кроу чёртов гений.

— Уолш будет в ярости, — довольно протянул Драко, и даже не изменился в лице, когда спросил: — От Флинна новостей нет?

— Он приедет после полудня, — Маккензи бросил взгляд на часы на запястье. — А пока что, у вас много бумажной работы, посол.

— И выбор платья! — довольная Алисия хлопнула в ладоши. — Но сначала завтрак.

Все повернулись к Гермионе, и она всё-таки закатила глаза.

«Я не беспомощная и в состоянии поесть без надзора, спасибо».

Последнее слово она намеренно подчеркнула дважды, разворачивая к ним блокнот. Александр коротко усмехнулся в абсолютной манере Алисии и пошёл обратно к стойке, чтобы положить себе что-нибудь ещё. Остальные тоже поняли, что Грейнджер чувствует себя худшим образом и разбрелись каждый по своим делам, а Малфой сел напротив с чашкой чая.

— Ты действительно собиралась поговорить с кем-то на опере сегодня?

Она уверенно мотнула головой, уничтожая тост с джемом.

«Нет. Там не будет никого, с кем я не могла бы поговорить позже. Это светский раут, а не политическая встреча».

— Мало ли.

«Пока что мне нужно только поговорить с Эйданом».

Она подумала секунду, затем зачеркнула «поговорить», сдерживая смех. Драко улыбнулся уголком губ.

— Рад, что ты относишься к ситуации с юмором.

«Иначе я утону в жалости к самой себе, это чревато».

Он коснулся её руки и посмотрел одним из тех взглядов, который говорил о восхищении каждой секундой. Ей бы хотелось прямо тогда влезть в его мысли и узнать, чем он восхищался больше всего сейчас.

— Не забудь рассказать Кроу, как ты мужественно справляешься здесь со всем. Мне кажется, — он пододвинул к себе тарелку с пирожными, — он это не ценит.

Она подумала пару мгновений, но затем всё-таки смогла сформулировать достаточно прямой ответ.

«Он ценит. Потому и приедет».

А затем выдрала страницу и заставила ту исчезнуть заклинанием, как и все предыдущие.

Никаких следов, даже в её состоянии.

~*~

Кларк не шутила, когда сказала, что под выбор платья им нужен был отдельный пункт в расписании. Она действительно задействовала все свои ресурсы, чтобы выбрать на вечер наряд, в котором Гермиона смотрелась бы лучше всего.

Перед ней разворачивались платья всех оттенков и фасонов, каждого по несколько штук, пока Грейнджер работала с документами. Ричард оказался прав, бумажной работы у неё было хоть отбавляй, начиная с отчёта по поездке.

Алисия подносила ей каждый из своих вариантов, вслух на пару с помощницей — теперь видимо самой Кларк — Ариэль, рассуждая об уместности каждого. Гермионе оставалось в перерывах между подписями и печатями отметать их в категорию «строгое нет» или «можно подумать». Чёткое «да» в числе вариантов пока что не нашлось.

Майкл и Драко сначала постучали, а потом и заглянули в комнату с таким выражением лица, что Грейнджер захотелось захлопнуть дверь.

— В чём дело? — спросила Алисия, откидывая очередное платье на другую сторону постели.

Стэнфилд тихо хихикнул и кивнул.

— Давай, Малфой.

— Это была твоя идея.

— Но ты же реализовывал.

Гермиона вскинула брови, наблюдая, словно за двумя подростками, которые придумали невероятную шутку, и теперь не могли никак её рассказать. Наконец, они оба одновременно вытянули руки из-за спины.

В них было четыре таблички на пластиковых палках. Авроры развернули их к Грейнджер, сдерживая смех.

Она всё ещё смотрела на них, совершенно не впечатлённая.

Серьёзно?

На табличках были слова «Да», «Нет», «Можно подумать» и «Идите к чёрту».

Она махнула рукой, притягивая к себе заклинанием последнюю и развернула к обоим. Майкл сдался и засмеялся, откидывая голову назад, пока Драко ударил его локтем в бок.

— Согласись, это гениально, — с самодовольным видом заявил он.

Грейнджер притянула ещё одну, отвечая твёрдым отказом.

— Видите! Вы уже привыкаете! — сквозь смех добавил Майкл. И Аэриэль, и Алисия тоже буквально давились своим смехом, всеми силами пытаясь его не выдать.

Она дотянулась до первого попавшегося ненужного листа бумаги и крупными буквами написала только одну фразу:

«Вы что, серьёзно?»

— Ты выглядишь такой угрожающей, — наигранно испугавшись пробормотал Драко, следом широко улыбаясь. — Для выбора платьев самое то.

Она снова подняла табличку с «Нет», а второй рукой «Идите к чёрту».

— Заколдовать их, чтобы они писали твои мысли из головы? — он понял, что пора уходить из поля зрения, потому что следующее, что произошло — она магией отправила в его сторону подушку.

Парни, смеясь, скрылись за стенами в проёме, оставив только головы.

— Пользуйся почаще, Политика, тебе очень идёт.

Дверь была всё-таки захлопнута под звуки их невероятной радости с той стороны. Алисия, всё ещё с улыбкой, подняла очередное платье, решив вернуться к их первоначальной задаче. Оно было из тёмно-синего бархата с облегающим силуэтом, но длинными рукавами.

Гермиона рассматривала его пару секунд, после чего подняла со стола ту табличку, что лежала последней.

«Да».

~*~

Дальнейшая работа пошла без суеты, куда спокойнее и методичнее. Практически в соответствии с обычной рутиной, с поправкой на отсутствие голоса. Они обменивались записками с Кларк, постепенно уничтожая все отложенные до приезда задачи, пока часы не известили их о двенадцати часах.

Как по расписанию, в двери постучал Ричард, заглядывая.

— Мистер Флинн приехал. Позвать его сюда, или спуститесь?

Жестами Грейнджер указала на первый этаж и поднялась со своего места. Они с Алисией быстро убрали документы в защищённый чемодан.

— Вы хотите поговорить с ним о том, что сказала Эмили? — поинтересовалась Кларк.

Гермиона наклонилась над столом:

«Нет. Она бы сказала сама, если бы хотела, и я не доверяю его дальнейшим действиям. Мне хочется прояснить ситуацию перед Саммитом».

Убрав всё необходимое, Гермиона молча спустилась по лестнице, стараясь сохранять спокойствие, несмотря на тень недоверия, притаившуюся где-то в глубине её разума. Драко незаметно следовал на пару шагов позади, позволяя ей первой войти в гостиную, где уже стоял Эйдан, держа в руках небольшую коробку, обёрнутую в тёмную зелёную ткань.

Услышав шаги, он обернулся и сразу улыбнулся, хотя в его глазах проскользнуло беспокойство, едва он заметил бледность Гермионы и следы напряжения на её лице.

— Гермиона, — мягко произнёс он, понизив голос, — рад тебя видеть.

Она в ответ только кивнула и, едва улыбнувшись, жестом пригласила его присесть. Сама села напротив, на секунду взглянув на Драко, который, сложив руки на груди, остался стоять у двери, явно не собираясь оставлять их наедине.

Эйдан, заметив это, едва нахмурился, но предпочёл не комментировать. Он поставил коробку на низкий столик между ними и открыл её, доставая подарки один за другим — плед, ликёр, и невероятное по красоте издание ирландских мифов, аккуратно перевязанное золотистой лентой.

— Это — знак нашей признательности, — спокойно произнёс он, слегка склонив голову. — Надеюсь, эти вещи принесут немного комфорта и, возможно, отвлекут от недавних событий.

Гермиона снова кивнула в благодарность и взяла ручку, чтобы записать ответ. Её почерк был аккуратным, но быстрым, как будто она не хотела тратить много времени на формальности.

«Спасибо за поддержку, Эйдан».

Флинн прочитал её записку и улыбнулся.

— Не смог оставить без внимания, — с лёгким сочувствием проговорил он. — О чём ты хотела поговорить?

«О Саммите».

Гермиона не стала утаивать цель их разговора.

«Точнее о том, что случилось с датой, за время, пока меня не было».

Она кратко расписала ему все события, которые произошли. Флинн, конечно, был осведомлён о том, что Уолш выбрал десятое ноября, хотя сам участия в таком важном выборе не принимал.

— Он отстранил меня, — вдруг заявил он, сжимая губы. — Я получил разрешение презентовать нашу позицию, но его отозвали в день, когда вышла статья.

Она прищурилась, осматривая его лицо. Её не покидало ощущение игры, которую эти два мужчины вели между собой, а затем и с Грейнджер.

«Значит, представлять страну будешь не ты?»

— Нет. Сейчас на это место назначили Эмили, но я подозреваю, что это временно. Она не компетентна для переговоров с Кроу, его мало кто выдержит.

В ответ она тихо хмыкнула.

Это было правдой. Кроу являлся искусным переговорщиком, если кто и мог продавить Ирландию на серьёзные шаги назад, то только он, и Роше была плохим противником. Она уступала бы и Гермионе, которая училась у своего наставника всем приёмам, но всё-таки Рэндольф обладал большим опытом и... наглостью. Так бы Гермиона это назвала.

«Нового имени у нас пока нет?»

Эйдан только мотнул головой.

— Теперь мы не узнаем его до переговоров, когда так много поставлено на карту. Уолш не позволит изучить этого человека заранее, чтобы Кроу знал его слабости.

«Но мне-то ты расскажешь, если что-то вскроется?»

Она бросила на него внимательный взгляд.

— Разумеется.

Он сказал это так легко и быстро, что даже хотелось поверить на слово. Другого варианта у Гермионы пока не было. Она продолжила задавать вопросы о Уолше, которые могли бы касаться ИРА, и только когда у Эйдана уже не хватило терпения, и он спросил, с чем они связаны, выложила все карты на стол.

«Я организую встречу с руководителем ИРА».

Флинн открыл рот, удивлённо уставившись на неё на пару секунд. А затем по его губам растянулась улыбка, которая была так похожа на манеру Драко — гордая, восхищённая и абсолютно волшебная.

— Я не подумал о таком, — он оттолкнулся от края стола и устроился поудобнее, — тактика совершенно гениальна. Если кто и знает о прошлом Уолша в ИРА, это он.

«Мы подумали о том же».

Она улыбнулась уголком губ.

«Может, у тебя есть связи, которые ты мог бы задействовать?»

— Как ни странно, — задумчиво протянул Эйдан, — есть. Не уверен, что твои выведут напрямую к Мартину, попробую через свои.

Она выгнула бровь в вопросе, и он поспешил объяснить:

— Несколько лет назад Министерство реабилитировало тех, кого осудили по ложным или недостаточным доказательствам. У многих из них остались связи с Макгиннесом, насколько я знаю, просто их обвинения были недостаточны для заключения. Я смогу вытащить контакты, это не так сложно.

Принцип, по которому лучше отпустить виновного, чем казнить того, кто не виноват. Гермиона помнила то время, и, честно говоря, с некоторыми освободительными решениями была более чем согласна.

— Не смотри на меня так, — он поднял к ней взгляд, — никто из них не был связан с массовым насилием, чаще всего это были связники или далёкие причастные.

«До тех пор, пока они могут нам помочь, мне всё равно».

— Жестокий политик, мне нравится.

Она пропустила его замечание мимо ушей, буквально чувствуя, как взгляд Драко прожигает в ней дыру. Вместо того, чтобы ответить, Гермиона вернулась к листу бумаги и ручке.

«Я хочу попросить тебя ещё кое о чём».

Он заинтересованно взглянул сперва на написанное, затем на неё. Она выждала секунду.

«Подготовь полный список людей и их подписей для объявления импичмента. Я хочу, чтобы не хватало только прямых доказательств, которые мы сможем представить Визенгамоту во время расследования».

Если Макгиннес подтвердит всё, о чём они думают, счёт пойдёт на дни, а не месяцы. Действовать нужно будет быстро.

Эйдан подумал несколько секунд, и на мгновение показалось, что он откажется, но он уверенно кивнул.

— Я всё сделаю. Считай, он уже у тебя на руках.