История Иных людей

Когда уже успевший выздороветь и восстановить силы Алекс отрывается от написания на ноутбуке очередной главы нового романа, не зная, что написать дальше и куда двинуть сюжет, он, наконец, замечает, что, несмотря на почти вечернее время, в комнате сидят только они с Феликсом, а Хэппнес, что удивительно, ещё не вернулся.
— У Дерека сегодня пары допоздна, что ли? — ненароком уточняет он у Астрова, отчего тот хмурится задумчиво, потирая переносицу:
— Вроде бы нет, он ни о чём таком не говорил. Может, к Эверли зашёл или задержался с ним на парах? Конечно, у него такое не случалось, но всё же...
— Володя полчаса мне ныл сегодня на парах, что Эверли уехал на спортивные соревнования, несмотря на начало года, так что его не будет до выходных, — отзывается Перов, хмыкая недовольно. — Мне пиздец как не нравится происходящее, если честно.
Феликс в тот же миг отрывается от телефона, оглядываясь на него, прежде чем всё же выдохнуть неуверенно, лёгким движением разминая плечи:
— Пожалуй, теперь это беспокоит и меня. Тем более у нас были планы на вечер, мы думали танцами заняться.
— Мне ещё раз напомнить тебе, что тащить соседей в стриптиз — хуйня идея? — ворчит привычно Перов, снимая с полки томик "Войны и мира", на что тот торопливо поясняет, примирительно размахивая руками:
— Да нет же, нет, ничего такого, правда, Алекс, положи книгу! Просто танцы, как многие другие танцуют в одежде, в самом деле!
Юноша только устало качает на это головой, ставя томик на место, прежде чем подняться с места, хрустя суставами в коленях и морщась от этого звука, прежде чем заметить:
— Бля, пойду поищу его: может быть, где-то в универе что-то случилось, вот он и задерживается, альтруистичная душа. Не понимаю, как ты и остальные не видите, что он фальшивит в своём желании делать других счастливыми...
— Я вижу, — признаётся Астров, тут же заслуживая удивлённый взгляд парня. — Вот только Дерек не хочет, чтобы я учил его жить и просил о правде. Если он выбрал лгать, значит на то есть веская причина.
— Нет никакой веской причины лгать вообще во всём и тем, кому это нахуй не нужно, — высказывается Перов, направляясь к выходу из комнаты. — В общем, хуй с ним... То есть, нехуй с ним... Ой, да в пизду, я пошёл!
— Я с тобой, — Феликс поднимается со своего места, следуя за молодым человеком. — Он и мой сосед по комнате тоже, я считаю его за друга. Да и вдвоём мы территорию университета осмотрим быстрее, узнаем, там он ещё или нет.
Алекс на это лишь пожимает плечами, спеша отправиться в здание учебного заведения: если действительно что-то случилось, не стоит терять время попусту.
Уже на месте они с Феликсом разделяются, опрашивают немногочисленных оставшихся на поздние пары студентов, проверяют кабинеты, коридоры, закоулки, неучебные помещения, однако это не приносит никакого результата. Вот только стоит Алексу пройти мимо мужской уборной, как он слышит случайно совсем тихие, почти незаметные всхлипы из-за двери. Голос кажется знакомым, отчего сердце сжимается, и Перов входит внутрь, лихорадочно осматриваясь внутри.
— Дерек, ты здесь? Это я, Алекс. Всё хорошо, выходи, — окликает его парень, продолжая попытки найти соседа по комнате. — Не знаю, что случилось, но я здесь один, не прячься.
Несмотря на его слова, Дерек не спешит выйти, продолжая тихо всхлипывать в одной из туалетных кабинок. Терпение Перова заканчивается, так что он сам подходит туда, откуда исходит звук, и толкает дверцу, которая, к его удивлению, оказывается не заперта. То, что он видит внутри, заставляет юношу сжать кулаки от злости и бессилия.
Хэппнес сидит внутри, кутаясь в разорванную рубашку, пуговицы от которой, как теперь замечает Алекс, рассыпаны по полу туалетной комнаты. Плечи дрожат, белые кудри растрёпаны, на запястьях и шее чернеют свежие синяки, а в глазах плещется такая боль, что Перов и сам понимает, чем Дереку аукнулись его попытки сделать счастливыми других.
— Скажи, что ты хотя бы пытался сопротивляться. Скажи, что не терпел это, как послушная кукла. Блять, в пизду чужое счастье, Дерек, слышишь, в пизду! Не говори мне, что ты сам на это согласился, а теперь жалеешь, — почти шепчет юноша, на что его сосед по комнате признаётся, шмыгая носом и вжимаясь спиной в стенку кабинки:
— Я был согласен только поначалу. Потом моё "нет" просто не услышали. Почему для счастья других мне должно быть так больно? Неужели я сделал столько плохих поступков?
— Не сделал, — качает головой Алекс. — Ни один человек не заслуживает такой пиздец в своей жизни. Идём в общагу. Потом сообщим в полицию. Дерек, какой уёбок это с тобой сотворил?
Тот закусывает губу, качая головой и не спеша ответить, отчего тот только тяжело вздыхает, фыркая, после чего повторяет свой вопрос:
— Какой уёбок это с тобой сотворил? Дерек, не молчи, мне нужно знать на случай, если ты сам уже в участке не сможешь назвать его имя.
— Алекс, я не буду давать против него и его дружков показания, — неожиданно тихо замечает Хэппнес, отрицательно качая головой. — Ты же знаешь, что у него влиятельная семья, дело легко замнут. Пустяк. Переживу.
— Нихуя себе, "переживу"! Ни один человек не заслуживает такого обращения, слышишь? — Перов искренне возмущается его словами, придерживая парня и помогая ему идти на ослабевших ногах по коридору университета. — Семья влиятельная, говоришь? Дай угадаю, это Ленцов с друзьями сделали, так? Верно? Не хочешь говорить, просто кивни, Дерек, хватит спускать всё другим с рук и страдать.
— Прости, — неожиданно выдыхает тот тихо, опуская взгляд и отводя его в сторону.
Алекс чувствует себя в тот момент отчего-то неловко, скорее даже растерянно, так как никак не может взять в голову причину поступка соседа по комнате. Впрочем, догадка приходит слишком быстро, отчего юноша почти закипает внутри.
— Блять, не смей извиняться за то, что принимаешь помощь, слышишь? Ты не обуза. Ты не портишь мне настроение. Ты имеешь право принять чужую помощь, оказавшись в беде. Это нормально, так что никогда больше не вздумай просить прощения за такие вещи. Если бы это так по-долбоёбски работало, я бы извинялся за своё ворчание почти целыми днями, — замечает он, продолжая вести Дерека через атриум.
Уже возле входа в общежитие, охранница смотрит на обоих обеспокоенно, тут же подбегая в желании оценить состояние Хэппнеса и помочь, однако тот отступает на шаг, а Перов машинально выступает вперёд, позволяя ему спрятаться за своей спиной.
— Не стоит, ничего страшного, — тяжело вздохнув, выдаёт он, бросая быстрый взгляд через плечо на соседа по комнате. Тот точно не разговаривал бы с ним потом неделями, если бы Перов всё выдал. — Просто немного перестарался на физкультуре. Сейчас в комнате всё обработаем — будет отдыхать. Всё под контролем.
— Ладно. Но если что, я здесь, на вахте, — отзывается женщина,продолжая смотреть на них с подозрением, однако Перов уже не слушает её, уводя Хэппнеса в комнату и на ходу набирая Феликсу сообщение о том, что нашёл Дерека и сейчас отправляется к ним. Судя по присланному Астровым стикеру с бегущей капибарой, тот скоро должен присоединиться, вернувшись обратно после утомительных поисков.
По пути до комнаты, кстати или не очень, юноши встречают Кристиана, возвращегося из душа. Поправляя наброшенное на плечи полотенце, он замечает Перову осторожно:
— Выглядите так, будто ты отбивал Дерека от хулиганов в драке. На тебя не очень похоже.
— Лучше бы хулиганы, — бурчит под нос тот, однако не спешит рассказать детали. — Пиздец полный, Крис, но говорить не могу: не мой секрет, так что не доёбывай. По поводу лекций зайду позже.
— Ладно, ладно, я всё равно сейчас думал помочь Володе с каким-то очередным кинопроектом: у нашего Тарантино местного разлива очередная идея, которая должна войти в легенды, — пожимает плечами тот, продолжая путь в комнату. — Так что удачи вам, увидимся потом.
Алекс лишь кивает в ответ, прежде чем они с Дереком заходят внутрь, и почти сразу следом, чуть не врезаясь в него с Дереком, в комнату влетает Астров.
— Ну ёбаный же блять! — ругается, едва удерживая равновесие, Перов, в то время как Феликс берёт лицо Хэппнеса в свои руки, начиная вертеть его в разные стороны, суетливо уточняя:
— Что случилось? Сильно пострадал? Алекс мне ничего не рассказал, написал лишь, что нашёл тебя и вы возвращаетесь в комнату. Дерек, не молчи. У тебя всё нормально? Как себя чувствуешь?
— Феликс, блять, помолчи минутку. Суетишься, как курица-наседка, — закатывает глаза, демонстративно фыркая, их сосед, в то время как пострадавший отвечает наконец, стараясь не смотреть на Астрова:
— Нормально... Порядок... Могло быть и лучше... Ничего страшного не случилось...
Тем не менее, несмотря на его слова, на глазах Дерека держатся внушительные капли слёз, а его самого трясёт, будто в период лихорадки. Пальцы всё ещё крепко впиваются в плечи, пока он обнимает себя, губы поддрагивают, будто в истерике, когда с них срывается каждый всхлип. И только этого достаточно, чтобы Феликс начал понимать, что с его другом случилось что-то плохое.
— Нормально? Ничего страшного? Совсем ебанулся? — тяжело вздыхает Перов, прежде чем всё же пояснить Феликсу, дабы тот не продолжал расспросы:
— Ленцов. Этот мудак и его друзья перешли все границы в этот раз, но Дерек не хочет писать на них заявление. Ну и пусть у него отец влиятельный, должен же быть какой-то другой выход, ну ёп твою мать.
— Согласен, — кивает тот с мрачной ухмылкой, прежде чем сделать следующее предложение:
— Давай сами разберёмся с этим мудаком. Устроим ему тёмную. Это уже совсем ни в какие рамки. Жалею, что не начал вовремя, как и ты, говорить о том, что ему необязательно притворяться...
— Причина не в этом, — прервав его, высказывается молодой человек, хмуро убирая с лица прядь медовых волос и слегка морща усыпанный веснушками нос. — Дерек сопротивлялся, чему я сам удивился, учитывая его ебучую тягу угождать всем. Ты же знаешь Ленцова.
Астров смотрит на него мрачно, качает головой, но ничего не говорит, только сжимая кулаки бессильно и повторяя снова:
— Алекс, ну правда, давай с ним разберёмся по-тихому. Он заслужил. Это в самом деле уже невозможно терпеть.
— Не надо! — с трудом борясь с икотой от слёз, выдыхает в тот момент Хэппнес, глядя на Феликса широко раскрытыми глазами и крепко сжимая рукав белой рубашки. — Феликс, не смей, нет, пожалуйста! У вас обоих будут проблемы, если вас поймают, он того не стоит!
Молодой человек смотрит на него сверху вниз немного растерянно и беспомощно, в то время как Перов вздыхает тяжело, точно ему приходится иметь дело с упрямым ребёнком, прежде чем заговорить с Дереком, чётко произнося каждое слово, будто бы в попытке объяснить:
— Нихуя нас не поймают: будем осторожны. И вообще дело не только в тебе. Просто Ленцов всех уже конкретно заебал, что девушек, что парней. Но это было уже слишком, и нет никаких гарантий, что он не захочет сделать это снова. Для тебя же лучше быть в безопасности.
Он и сам не знает точно, зачем делает это, почему сейчас. Столько времени прошло с тем утырком в качестве однокурсника, столько времени тот издевался над другими, однако никто даже не пытался с ним разобраться после случая с Романом Лагуниным, учившемся на куда более старшем курсе: та ещё история. Но вот сейчас, с переводом этого фальшивого насквозь, проявляющего эмоции только в момент крайнего слома, парня, Перов, не привыкший лезть в передряги без необходимости, уверен, что хочет решить вопрос с тем козлом, чего бы ему это ни стоило. Странно, но отчего-то правильно. Сердце колотится, словно отбойный молоток, от мыслей о том, что предстоит сделать.
Феликс смотрит в его сторону немного странно, будто видит впервые, словно никогда не замечал эту сторону в своём соседе по комнате, хоть и прожил с ним уже два года, видел его в самые разные моменты жизни и узнавал постепенно о каждой привычке и проблеме. И его можно понять: обычно Перов встревал в конфликты, только когда его школьные друзья оказывались в неприятностях, с которыми разобраться без его помощи не выходило, да и то ворчал потом часами о том, какие те безалаберные придурки порой, пусть и с заботой, любя, пряча в глазах тот самый намёк на мягкость, что бывает только с самыми близкими и дорогими людьми.
— Если используем способности осторожно, всё пройдёт без проблем, — присоединяется к убеждению Астров, протягивая к плечу Дерека руку, но замирая на полпути, словно только вспомнив, что произошло, прежде чем всё же сделать то, что собирался, слегка сжимая рубашку в ободряющем жесте, прежде чем тот едва ощутимо вздрагивает от его жеста. — Алекс прав: нельзя оставлять таких людей безнаказанными, иначе они снова навредят кому-то: может, тебе, а может другому студенту. Тем более мы же не убить его предлагаем.
— Но я бы не расстроился, если бы этой сволочи на голову внезапно упал кирпич,— подаёт голос Перов, отчего Дерек смотрит на него напряжённо и немного испуганно. — Ну а что? Скажи ещё, что тебе его жаль было бы, потому что он не виноват, что его родители хуёво воспитали. Дело не всегда только в семье или окружении.
— И всё равно я считаю, что это неправильно,— тихо замечает Хэппнес, качая головой, всё ещё опущенной низко, отчего светлые кудри спадают на глаза. — Рисковать из-за него влипнуть в неприятности? Незачем, ему бумерангом вернётся. Как и мне возвращалось.
В глазах его в тот момент мелькают на пару секунд многолетняя мудрость и усталость, точно он прожил уже не один десяток и прекрасно знает, о чём говорит сейчас.
Вот только Алекс хмурится в очередной раз за день привычно, морщится немного, прежде чем вынуть из кармана ручку с ручной росписью в виде чихуахуа — подарок Белова на какой-то праздник — и поднести её к открытой в тот момент записной книжке. Конечно, он не сбросит кирпич на голову этого ублюдка, но и просто так этот поступок не оставит. Не в этот раз.
Неожиданно что-то или кто-то сбивает его с ног, роняя на кровать, и, прежде чем Алекс успевает понять, что происходит, Хэппнес тянется к его руке, стараясь забрать ручку.
— Дерек, ёп твою мать, прекрати! — выдыхает Перов не без удивления при худобе молодого человека, стараясь сбросить его с себя, однако тот цепляется крепко, словно клещ, сидя на нём, всё ещё пытается прижать к кровати, при этом не оставляя попыток отобрать ручку или записную книжку, пыхтя и споря:
— Только если пообещаешь ничего не делать! Сказал же, что не нужно с ним связываться, всё само решится, я знаю точно!
— Ты просто хочешь спустить ему с рук изнасилование? Да в рот я ебал бездействовать, когда этот ублюдок может навредить потом кому-то из моих друзей! И тебя я вроде как считаю своим другом, так что не смей меня останавливать! — студент продолжает борьбу, прежде чем вмешивается Феликс, стараясь оторвать их друг от друга и забрать блокнот, пусть и безрезультатно. В любом случае, помимо действий, он также пробует и слова:
— Алекс, Дерек, хватит вам ваших страстных игрищ. Всегда можно найти компромисс. Ну, допустим, не станем мы мстить ему или докладывать в полицию. Давайте сообщим анонимно в деканат об этом: у нас ведь не продажные люди работают, точно примут к сведению и что-нибудь предпримут.
В тот момент Хэппнес, кажется, успокаивается и, чувствуя неловкость от первоначальных слов Астрова, торопливо отползает от Перова, всё ещё сжимая в руках записную книжку и выдыхая судорожно:
— Ладно, я согласен. Раз анонимно и ты уверен в работниках нашего университета. И никакие это не игрища были,не шути так больше.
Алекс смотрит на соседа по комнате недоверчиво,словно впервые видит, чтобы Феликс предложил мирный исход, однако по блеску в глазах понимает, что тот скрывает, а потому оборачивается снова к Дереку и уточняет:
— Сегодня твоя очередь готовить ужин. Справишься, или поменяешься со мной очередью?
— Справлюсь, — выдыхает тот, кутаясь сильнее в рубашку, но при этом решительно глядя на него. — Я не настолько беспомощен, бывали вещи и похуже. Совсем расклеился, нужно взять себя в руки...
Торопливо собрав посуду и нужные ингредиенты в один таз, молодой человек торопливо уходит, в то время как Перов зачёсывает небрежно пятернёй назад прядь рыжих волос, и замечает чуть ворчливо:
— Боюсь представить, что ещё за пиздец он тогда пережил. Ты что-нибудь об этом от него слышал?
— Ни разу, — Астров качает головой, тихо вздыхая. — Он не особо говорит о своём прошлом даже мне. Хотя нет, не даже. Тебе бы он рассказал, мне кажется.
— С чего бы? — Перов приподнимает бровь вопросительно с явным недоверием, на что тот лишь пожимает плечами, растерянно почёсывая затылок и признаваясь:
— Не знаю. Просто ощущение такое. Я словно вижу между вами какую-то свою атмосферу, но понять пока до конца не могу.
Парень на это только закатывает глаза, понимая, что Феликс просто в очередной раз нашёл романтику там, где её нет. Конечно, это всё его фикрайтерские наклонности: шипперит всё, что движется. Впрочем, сейчас не это важно, так что Алекс решает перейти к той теме, ради которой он и убедил Дерека оставить их с Астровым одних
— В жизни не поверю, что ты действительно просто решил сдать этого мудака деканату. Лучше скажи честно, что за хуйню ты на этот раз придумал?
Молодой человек вздыхает, вместе с тем цокая языком с притворным разочарованием, что его поймали, прежде чем ответить, отбрасывая с лица золотичто-рыжую прядь волос:
— Стоило вспомнить, что тебя мне, как Дерека, не провести: ты ложь за версту чуешь, да и знаешь меня немного лучше. Да, ты прав, я не собираюсь прощать этого мудилу. Я знаю, что его не исключат, просто выговор в личное дело, что не проблема для его долбаного папаши, избаловавшего сына, словно тот пуп Земли. Или заставят год ухаживать за пенсионерами, волонтёрить или типа того. Как будто Ленцов станет это делать добровольно... Нет, я предпочитаю действовать наверняка. Хочу, чтобы ему тоже было больно и страшно. И ты знаешь, что с моей способностью меня не поймают: будет забавно наблюдать, как он гадает, почему его друзья-ублюдки избили его.
— Иногда ты меня пугаешь, словно ебучие злодеи из фантастики, — качает головой Перов, забирая с тумбочки Дерека свою записную книжку, пока сосед по комнате довольно хихикает и отвечает, запрашивая на кровать:
— В этом весь я. А ты? Ничего не будешь делать? Твоё обмундирование здесь, Дерека нет. Если напишешь что-то, он не сразу узнает.
И у Алекса действительно в тот момент мелькает мысль взять в руки записную книжку и написать хоть что-нибудь, однако он не делает этого, хмуро качая головой и замечая в тот момент:
— Если он узнает, что я виноват, никогда мне этого не простит. Нутром чувствую.
— Мне казалось, вы не настолько близки, чтобы тебя беспокоило нежелание Дерека общаться, — вскинув брови, замечает Астров, а Перов и сам не знает, что ему ответить. Считает Дерека другом? Просто где-то в глубине души волнуется по непонятным ему самому причинам? Не хочет портить отношения с соседом? Нет, ни один из вариантов не подходит.
А если и подходит, то признать это юноша точно не готов. Не сейчас. И вообще желательно никогда.
Именно поэтому он лишь замечает небрежно, переводя тему разговора:
— А тебя самого это не беспокоит? Он же и тебя нахуй пошлёт после такого, закончив общение, если узнает.
— Пускай, — качает головой Феликс, тихо вздыхая. — Зато я, по крайней мере, буду знать, что ему больше ничего не угрожает. Да и Эверли не простит мне, что я оставил всё, как есть, если узнает.