Плёнка #31
Вилли больше не начинал поучительных разговоров, но и не стал дружелюбным отчимом. Юэн тоже не горел желанием цепляться за старые темы. Каждый в итоге остался при своём мнении, однако они уже не использовали дом в качестве поля битвы. А может, дело было в том, что пересеклись они всего пару раз, а потом отчиму поступил новый заказ, поэтому он вновь отправился на строительный объект на целый месяц. Как сказала Морин: «Решил подзаработать для предстоящего ремонта, пока имелась такая возможность».
«Наверное, это цепная реакция, — мысленно усмехнулся Юэн. — Запусти ремонт в одном месте, и он сам собой появится в другом».
Морин собралась ехать к давней школьной подруге на девичник с ночёвкой, поэтому попросила Бернарда и Юэна посидеть с Джи. Ради такого Юэн взял отгул на работе. Бернард тоже освободился пораньше.
Вечер они провели насыщенно. Сыграли в несколько настольных игр, подурачились, обсудили мультики, Юэн устроил мини-концерт, а ближе к ночи включили старый семейный фильм, в котором девочка хотела воскресить свою мать, но вместо неё к жизни пробудилась подаренная мачехой кукла.
Джи вальяжно устроилась на диване, положив голову Юэну на колени, а ноги закинув Бернарду на бёдра. Она тонула в чёрном и плотном худи Юэна и щеголяла розовыми носками с енотами, много болтала, но к концу фильма, когда кукле, с которой девочка подружилась, следовало возвращаться в свой мир, подозрительно притихла.
— О-о-о, — протянул Юэн, касаясь плеча сестры. — Клиент скорее спит, чем бодр.
— Заснула?
— Ага. Я раньше тоже имел привычку не досматривать фильмы.
Юэн подтянул Джи к себе, та лишь покрутила головой, ресницы её дрогнули, но она не проснулась. Сжалась в комочек, как котёнок.
— Какой крепкий сон, — заметил Бернард, наклонившись и почти опустив подбородок Юэну на плечо.
— Да, её сложно чем-либо разбудить.
— Ещё одно доказательство того, что вы точно родственники.
Юэн улыбнулся, приобнимая сестру.
— Надо отнести её наверх.
С Джи на руках он поднялся на второй этаж. Бернард открыл перед ним дверь и, войдя в комнату, включил ночник на прикроватной тумбе, где также лежала книжка про Эл. Юэн опустил сестру на кровать, поверх покрывала.
— Спокойной ночи, сестрёнка, — сказал он, заботливо укрывая её одеялом. — Наверное, нам тоже пора.
Юэн поднялся, посмотрел на обложку книжки, где девочка Эл, внешне похожая на Джи, защищалась руками от монстров из кошмаров, и выключил лампу.
— Будем спать в твоей комнате? — поинтересовался Бернард. — Как ты и хотел?
— Конечно, — ухмыльнулся Юэн, упершись своим плечом в плечо Бернарда. — Подыщу тебе что-нибудь из своей одежды для сна. Хотя... может, она и не пригодится.
Когда они были уже у порога, за спиной раздалось жалобное хныканье. Юэн пулей подскочил к кровати и включил ночник. Потирая глаза широким рукавом, Джи вяло приподнялась.
— Что случилось? — мягко спросил Юэн, присев на краешек кровати. Бернард сел на корточки рядом, на вид очень обеспокоенный.
Джи с горьким всхлипом втянула воздух, убрала руку от лица, демонстрируя покрасневшие от слёз глаза и нахмурившиеся брови. Юэн заботливо погладил её по голове.
— Мне приснилось, — начала Джи, тяжело вздыхая, — будто мама умерла, и меня оставили жить с Вилли, а он стал таким, как прежде, и ругался со мной так, как с тобой раньше. Ещё у него была какая-то страшная женщина, которая тоже на меня ругалась.
Сестра громко зарыдала и уткнулась в свои ладошки.
— Это всего лишь плохой сон, — успокаивающе сказал Бернард, погладив Джи по маленькому вздрагивающему плечу.
— Да, — кивнул Юэн, приглаживая её выбившиеся из косичек прядки. — Просто в фильме было нечто похожее, вот тебе и приснилось. С мамой всё хорошо.
Сестра закивала и усердно принялась вытирать льющиеся по щекам слёзы. Нос её покраснел и немного опух. Бернард поглаживал её по плечу и спине. Она снова всхлипнула, но на этот раз уже спокойнее.
— Не хотела бы я жить с Вилли, — пробубнила Джи, шмыгнув носом. — Он изменился, но я всё равно не хотела бы.
— Ты не будешь жить с Вилли и его страшной женщиной, — уверенно сказал Юэн, — потому что это всего лишь сон и я не позволю ему сбыться.
— Да, — понимающе кивнула Джи. Почти успокоившись, она посмотрела на Юэна и Бернарда покрасневшими глазами. — И всё же если с мамой что-то случится, я бы хотела, чтобы меня удочерили вы.
Юэн недоумевающе приподнял бровь и повернулся лицом к Бернарду. Тот удивлённо посмотрел на него в ответ и задумчиво прикусил губу. Юэн прокашлялся.
— Что вы переглядываетесь? — возмутилась Джи. — Пообещайте мне.
— И где ты научилась так напористо вытягивать из людей признания? — спросил Юэн, потрепав сестру по голове.
Джи хмуро посмотрела на него и недовольно надула губы, скрестив руки на груди. Весь её нахохленный вид забавлял.
— Я не хочу жить с Вилли, если вдруг с мамой что-то случится, — хмурясь, твёрдо сказала она. — И я должна быть уверена, что попаду в хорошие руки.
— Будем надеяться, что ничего плохого не случится, — сказал Бернард. — Но если что, — они снова переглянулись с Юэном, — то да. Обещаем.
— Обещаем, — кивнул Юэн.
Джи расплылась в довольной улыбке и выдохнула с облегчением.
— Так будет правильнее для всех. У вас ведь всё равно не будет своих детей.
Бернард с Юэном вновь покосились друг на друга.
— Это же очевидно. Все знают, что у двух мужчин не может быть детей, — продолжала важно вещать Джи. — Только у мужчины с женщиной.
Бернард хмыкнул. Вздохнув, Юэн запустил руку в волосы и, склонив голову, взъерошил их.
— Мне кажется, или ты как-то разболталась? — спросил он.
— Не кажется, — самодовольно усмехнулась Джи. Юэн играючи щёлкнул её по носу. Бернард положил сложенные руки на край кровати. — Только не понимаю: если у меня спросят, должна ли я буду в таком случае упоминать вас двоих как своих пап?
— Нет, скорее как опекунов. Ты же Вилли не называешь папой.
Джи вдруг серьёзно задумалась.
— Точно! Когда вы вздумаете заводить семью, вы же можете взять ребёнка из приюта!
— Джи... не пора ли спать? — сказал Юэн, пытаясь укрыть сестру.
— Возьмёте и мальчика и девочку, да?
— А где твой ловец снов, который мы вместе вешали в изголовье кровати? — спросил Бернард, кивая на стену и меняя наконец тему разговора. — Может, потому что его нет, тебе и снятся плохие сны?
Глаза Джи округлились от испуга, рот приоткрылся и нижняя губа задрожала.
— Я его... я его... случайно... — защебетала она, всхлипывая. — Я хотела сделать такой же, но не знала, как... узор... узелки... смотрела на ловец снов... пыталась повторить. Там была нитка... я потянула, не знаю зачем... а потом всё распустилось... и когда пыталась завязать обратно... всё стало только хуже. Прости, Берни, — Джи горько заревела, уткнувшись Бернарду в плечо. — Это был твой подарок, а я его испортила!
Юэн вновь взъерошил волосы. Бернард приобнял Джи, успокаивающе поглаживая её по спине.
— Не переживай из-за такой ерунды, — сказал он мягко. — Хочешь, мы вместе сделаем новый? Я покажу, как.
— Хочу-у, — тонко протянула Джи, отстраняясь от Бернарда, всхлипывая и вытирая глаза и щёки рукавом толстовки. — У меня остались бусины, а ещё есть свои, я всё сохранила! Сейчас покажу!
Джи энергично отбросила плед и вскочила с кровати, растеряв всякое желание спать. Юэн едва успел схватить за её плечо.
— А не поздновато ли для рукоделия? Ты время видела?
— И что? — твёрдо спросила сестра, решительно вскинув голову. — Расскажешь маме, что я непослушно себя веду?
Юэн театрально нахмурился, состроив максимально серьёзное выражение лица, и коснулся пальцами подбородка.
— Подумаю над этим.
— Подумай, потому что иначе я расскажу маме в подробностях, как застукала вас тогда за поцелуями в твоей комнате.
— Я взрастил монстра, — сокрушённо покачав головой, сказал Юэн, — который использует моё же оружие против меня. Моя сестра — чудовище.
Джи широко и победоносно улыбнулась. Юэн похлопал её по плечу.
— Иди умойся хотя бы. Ловцы снов не делают с заплаканным лицом.
Джи сначала недоумевающе коснулась своих щёк и так удивилась, будто только сейчас сообразила, что плакала недавно.
— Точно. Я пойду умоюсь, а потом мы сделаем ловец снов, — сказала она. — Не уходите.
Когда Джи вышла из комнаты, Юэн с Бернардом переглянулись, всё ещё сидя на кровати.
— Её детская прямолинейность иногда меня обескураживает, — сказал Юэн, проведя рукой по своим волосам.
— По-моему, она просто твоя копия, — усмехнулся Бернард. — Когда вырастет, будет очень... неординарной личностью.
Юэн задумчиво посмотрел на пустую стену в изголовье кровати.
— Чёрта с два я бы отдал её Вилли, — сказал он, стиснув пальцами плед. — Если бы пришлось, я бы ему глотку перегрыз и всем остальным, кто встал бы на моём пути, лишь бы взять опеку над Джи.
— Знаю, — кивнул Бернард, пристально смотря на Юэна.
Джи вернулась посвежевшая и с широченной улыбкой на губах сразу полезла в комод. Они уселись прямо на полу около кровати. Бернард показывал Джи, как нужно плести узор ловца снов, Юэн, облокотившись на сидушку стула, с умилением наблюдал за ними. Видимо, чтобы он не сильно скучал, Джи рассыпала банку с бусинами. Пришлось втроём долго их собирать, ползая по полу и собирая пыль под кроватью. Зато сестрёнка широко улыбалась и звонко смеялась.
Обруч ловца снов был сделан из переплетённых гибких веточек, его они решили оставить, а вот нить Бернард попросил новую. Добавили новые бусины. Джи нравилось, когда их много. Итоговый амулет отличался от того, что Бернард дарил Джи ранее, поэтому ей захотелось сделать ещё один.
Юэн оставил их и спустился на первый этаж, чтобы проверить дверь, выключить свет и немного убраться в гостиной. Когда он вернулся обратно с целью уложить уже Джи спать, то, перешагнув порог, понял, что как-то подозрительно тихо.
— Я не могу встать, — прошептал Бернард, сидя на полу и опираясь спиной о кровать.
— Почему?
Бернард покосился на Джи, которая спокойно посапывала, устроившись у него на бёдрах и припав щекой к груди.
— Когда-то я имел привычку так же быстро отрубаться, — с усмешкой сказал Юэн.
— Когда-то? — с сарказмом спросил Бернард. — Ты хотел сказать «на днях»?
Сестра крепко спала, стискивая в ладошке амулет, а Бернард заботливо придерживал её. Юэн бросил взгляд в сторону окна, за которым звёзды ярко расстилались по густому ночному небу, и, усевшись рядом, прижался к Бернарду.
— И ты туда же? — прошептал Бернард, обхватывая его за пояс.
— И я, — кивнул Юэн. — Жаль, что место на коленках занято.
— Не знаю, кому жаль, весите вы примерно одинаково. Я уже ног не чувствую.
Юэн склонил голову к его плечу и ногой в сиреневых носках с медузами погладил по голени. В ответ Бернард потёрся своей стопой об его. Какое-то время они так и сидели, просто касаясь друг друга ногами. Джи спала спокойно и крепко, дышала равномерно и не выпускала из рук ловец снов.
— Кажется, мы застряли здесь до утра, как минимум, — ухмыльнулся Юэн.
— Не страшно, — прошептал Бернард, прислонившись щекой к его макушке.
***
— Стойте, — поспешно бросил Келлен. — Пару слов, пока мы не вышли из машины.
Юэн замер на сидении. Отстёгнутый ремень безопасности скользнул по ладони и с шумом встал на место. Все остальные тоже притихли.
— Крис — дичайший интроверт. Он трепетно относится к своему личному пространству и не очень любит видеть людей в стенах своей радиостанции, даже родственников, а тут четыре человека, троих из которых он совсем не знает. Я к тому, что... давайте будем вести себя менее шумно, чем обычно. Не стоит проявлять чрезмерное дружелюбие.
Юэн посмотрел на Ната, сидевшего на заднем сидении по диагонали.
— Это, наверное, обращение больше к нам.
— Похоже на то, — широко улыбнувшись, согласился Нат. — Только мы с тобой буйные и докучливые. Бернард в подобных преступлениях замечен не был.
— Я в целом предупреждаю, — сказал Келлен. — Но да, в основном это касается вас двоих.
Юэн с Натом пересеклись взглядами и, ехидно ухмыльнувшись, одновременно пожали плечами. Бернард с приподнятыми краешками губ доставал из чехла плёночный фотоаппарат.
— Как хорошо, что ты предупредил, — обратился Юэн к Келлену. — Нат, отменяй стриптизёрш и фокусников.
— Что, опять отменять?
— Ладно, попробуем не сильно напугать твоего брата, — сказал Юэн, хватаясь за ручку двери.
— Он мне не брат, — устало произнёс Келлен.
Бернард заглушил двигатель, и они вчетвером выбрались наружу. Над головой раскинулось необычайно звёздное небо. Вскинув подбородок, Юэн даже засмотрелся, прокручивая мысль, что после того, как они договорятся с радиоведущим и отправят двух своих пассажиров, они с Бернардом могут вновь полежать и пообниматься на крыше машины где-нибудь в отдалении от города. Здесь, в Айрис-Вудс, если верить навигатору, тоже имелось озеро. Возможно, у Бернарда промелькнули такие же мысли, потому что он приблизился к Юэну и, коснувшись своим плечом его плеча, загадочно и молча на него посмотрел.
— Так вот откуда вещает радиостанция «Призрачные буйки FM», — сказал Нат, осматривая окрестности.
— «Огни» же вроде? — спросил Юэн.
— Неважно.
Около трейлера с нагромождением антенн стояла старая машина. Давно немытая и с проржавевшими порогами, однако в остальном на вид технически вполне нормальная. Кроме цвета. Юэну сразу не понравился её цвет — непонятный коричнево-зелёно-жёлтый.
В маленьких окошках трейлера горел тусклый свет. Келлен набрал что-то в телефоне, поднялся на порог, постучал в дверь и отступил.
— Сейчас он откроет.
Бернард оглядывался, стискивая в руках фотоаппарат. Он ещё не сделал ни одной фотографии, и было похоже, что у него ломка. Нат выхватил из-за уха сигарету, но, покрутив её между пальцами, убрал обратно, а в качестве игрушки для убийства времени достал из кармана зажигалку. Юэн перекатывался с мыска на пятку, выпуская в воздух облачки пара. Было прохладно. Так что если они с Бернардом действительно захотят поваляться на крыше, им придётся прихватить с собой лоскутный плед.
Дверь отворилась, и на пороге показался тёмный силуэт.
— Крис, — сказал Келлен.
— Да, я понял, проходите. Только ноги вытирайте.
Внутри трейлера было тепло. Жёлтым светом горело несколько светильников, у панели радиоведущего с большим количеством разных кнопок и рычажков стояло на вид очень и очень удобное кресло. Конечно, в глаза сразу бросались два главных атрибута радиостанции — большие наушники и профессиональный микрофон. В воздухе пахло лапшой быстрого приготовления. Кое-где на стенах висели плакаты с календарями за уже прошедшие года. На столике вдоль стены громоздилась посуда и газеты с журналами в основном по радиоаппаратуре и комиксы. Тихим фоном играла музыка. Рядом со стареньким урчащим холодильником разместилось компактное кресло и небольшой столик.
Крис выглядел усталым и бледным. По возрасту ему можно было дать не больше двадцати пяти, однако что-то подсказывало, что он на год или два младше Юэна. Чуть растрёпанные волосы мышиного цвета свисали ниже ушей. Поверх однотонной футболки или лонгслива был надет халат с широкими рукавами с узором пересекающихся линий.
Юэн ожидал увидеть... да ничего он не ожидал на самом деле. Он не был постоянным слушателем этой радиостанции. В Сент-Брине, к тому же, она работала с помехами, поэтому даже не пытался представить, как должен выглядеть её радиоведущий. Одно он точно понял — голос этого парня был увереннее, чем его вид. А ещё максимум, что было у них с Келленом схожего — это карие глаза. И, может быть, очень слабо нос и нижняя часть лица. Хотя если бы Келлен не упоминал, что они с Крисом родственники, то Юэн вообще не заметил бы никакого сходства.
Как только они друг другу представились, Крис вскинул руку и уселся в кресло попутно натягивая наушники. Он коснулся дисплея смартфона и пару секунд просто смотрел на него, будто что-то читал. Он нажал несколько кнопок на панели, потянул рычажки и заговорил в микрофон:
— В такой поздний и холодный час необходимо согреваться хорошими тёплыми песнями. И одна из наших частых слушательниц, Рейчел, просит поставить своему парню Джейсону, дежурящему на «скорой», несколько композиций. Джей, тебе очень повезло с девушкой, — он замолк, заиграла музыка, ещё минуты две он что-то настраивал, потом снял наушники и отодвинул микрофон. — Я поставил музыки где-то на полчаса, поэтому можем поговорить.
Управились они гораздо быстрее. Нат с Юэном рассказали суть ситуации, Келлен всё подтвердил, Бернард... Бернард опёрся о стол и, скрестив стопы, просто молча наблюдал за происходящим. Они показали Крису несколько видео с выступления, чтобы он убедился, что их музыка подходит по стилю радиостанции. Радиоведущий был не против крутить их песни у себя, только он попросил, чтобы было разнообразие, а не одна выстраданная коллективом песня, которая быстро приестся слушателям.
— Два-три трека мы запишем уже на днях, — сказал Юэн. — А там, конечно, если не разбежимся, будет и разнообразие.
— Не мысли так пессимистично, — буркнул Нат, оглядываясь по сторонам. — Слушай, Крис, неужели ты сидишь здесь совсем один?
— Да, а что?
— Просто. На мой взгляд, как-то скучно.
— На мой взгляд, вполне нормально.
Нат перевёл на радиоведущего взгляд. Тот сидел в кресле в уверенной позе и постукивал тонкими пальцами по столу. У долговязого в глазах блеснул нехороший огонёк. Очень нехороший. Не нравилось Юэну, когда друг вот так смотрел на некоторых людей, с которыми им предстояло сотрудничать. Юэн взялся за края куртки.
— Душно как-то.
— Могу я сделать несколько фотографий? — оживился Бернард, обратившись к Кристоферу. — Я не буду их никуда публиковать, это для личной коллекции. Никогда ещё не фотографировал радиостанции, ни изнутри, ни снаружи.
Крис почесал запястье и пугливо покосился на Келлена. Тот пожал плечами и кивнул.
— Пожалуй, можно... — неуверенно произнёс радиоведущий. — Только правда совсем никуда эти фотографии. В прошлом году о расположении рубки прознали какие-то подростки, мне пришлось стрелять в воздух из ружья, чтобы они больше никогда ко мне не совались.
— Кардинально, — впечатлившись, закивал Нат.
— Если мы всё обговорили, то я подожду снаружи, — сказал Юэн. — Здесь душно.
Он толкнул дверь и вышел на улицу, чувствуя, как приятно касается щёк холодный воздух. Дверные петли скрипнули на спиной, Юэн обернулся, ожидая увидеть Бернарда, но это оказался Келлен.
От него по-прежнему пахло собаками. Это был не такой уж явственный запах. Другие вряд ли могли что-либо заметить. Юэн старался окончательно перерезать эту нить деструктивных ассоциаций. Он уже вполне мог нормально общаться с Келленом, но не очень долго.
— Он живёт здесь? В трейлере? — спросил Юэн.
— Да. Крис немного... — Келлен постучал по виску, — странный.
— Все мы немного... странные.
— Я серьёзно, — сказал Келлен. — Он всегда был таким, но после смерти матери пару лет назад это стало очевиднее.
Юэн вздохнул.
«Да уж, а по голосу по радио так и не скажешь. В Айрис-Вудс есть свой странный парень. Интроверт или даже социофоб, который разъезжает на неудачного цвета машине».
Юэн ничего не ответил. Засунув руки в карманы куртки, он потоптался на месте, сверля дверь радиорубки. Бернард уже, наверное, успел сделать там десятки фотографий, а Нат, сто процентов, остался, чтобы позаигрывать с холодным радиоведущим, которого, кажется, кроме его радиостанции вообще больше ничего не интересовало.
На улицу вышел Бернард, но отошёл к машинам, чтобы сделать снимки трейлера-радиорубки снаружи.
— Какого чёрта они там так долго? — спросил Юэн.
Келлен хотел было что-то ответить, но вдруг достал из кармана телефон. Свет от дисплея осветил его радостное лицо, однако вскоре улыбка испарилась, и он небрежно кинул телефон обратно в карман.
— После нашего дебютного концерта часто пишут девушки с желанием познакомиться, — сказал он. — И как они только меня находят?
— Стандартная ситуация.
— Ага, я просто уже позабыл, что это такое, — усмехнулся Келлен. — Но меня как-то не интересует.
— Дай угадаю, потому что ты верен своей сбежавшей невесте. Даже если вы не вместе.
— Она не сбежавшая, — поправил Келлен. — Но... да. Другие не привлекают совсем. Наверное, стоит перенаправить их к Нату.
— Да, ему это нужнее, — усмехнулся Юэн, потом приблизился к двери. — Кстати о нём, что-то он там засиделся.
Юэн открыл дверь. Нат стоял практически у порога. Крис в нескольких шагах от него с умоляющим видом.
— У тебя... классные наушники, — улыбаясь, сказал ему Нат.
— Спасибо, — благосклонно произнёс Крис.
— Знаешь, всегда буду рад составить компанию, если тебе вдруг станет скучно сидеть здесь одному. Или мы можем встретиться где-нибудь в городе. Сходить куда-нибудь. Кино. Ты любишь кино?
Юэн закатил глаза.
«Кто о чём...»
Крис выставил руки ладонями вперёд. Его брови испуганно взметнулись вверх.
— Я не... не люблю куда-то ходить.
— Это дело поправимое. Всегда можно полюбить что-то, что раньше тебе не очень нравилось, — просто сказал Нат, подмигнув.
— Я всё равно не...
Юэн опустил руку другу на плечо и громко прокашлялся.
— Нат, прекрати смущать и пугать людей, мы только тебя ждём, — Юэн виновато улыбнулся и потянул Ната. — Пока, Крис, приятно было познакомиться. Удачного вещания.
Радиоведущий кивнул, уже немного расслабленный на вид.
— Пока, — махнул рукой Нат.
Келлен сказал, что останется, потому что живёт недалеко и хотел пообщаться с «братом», поэтому они уехали втроём.
— Этот Крис — милаха, — вздыхал Нат на заднем сидении. — Кажется, я влюбился. Как-нибудь всё-таки наведаюсь к нему.
— Ты слышал, что он сказал про ружьё? — с усмешкой произнёс Юэн. — Я бы не советовал. Он может не оценить твои подкаты. Поправка. Он их уже не оценил. Уверен, он сейчас высматривает тебя через снайперскую винтовку.
— Так даже интереснее.
— Подожди, а как же Эрика?
— Да я просто сижу, мечтаю.
— Что у вас с ней?
— Встретились один раз. Она очень милая и скромная. Надеюсь, встретимся ещё.
Юэн заметил, как Бернард посмотрел на Ната через зеркало заднего вида.
— Веди себя с ней хорошо, ладно?
— Обижаешь, Бернард, — подался вперёд Нат. — Я могу приобнять или чмокнуть, но руки никогда не распускаю, если только человек явно этого сам не хочет.
Бернард вновь на мгновение покосился в зеркало заднего вида.
— Отвечаю тебе, — вскинул руки Нат.
— Я имею в виду, не отпускай её одну в тёмное время суток, — сказал Бернард. — Провожай по возможности прямо до порога. Не сажай в такси, в котором не уверен.
— Снова обижаешь. Я встречался со многими девушками, но всех всегда провожал до дома как истинный джентельмен.
Юэн молча кивнул. Это была правда. Нат мог сказать не подумав, выкинуть какую-нибудь пошлую шуточку, или вёл себя иногда чересчур навязчиво, но никогда не действовал явно против воли человека. Уважительно относился к людям, даже если не запоминал их имена.
— Я даже Юэна, бывало, провожал до дома, когда ему было лет шестнадцать-семнадцать!
Юэн засмеялся.
— Да, было такое.
Бернард несколько секунд смотрел на Ната через зеркало заднего вида.
— Понял, — кивнул он. — Так просто безопасней.
Юэн промолчал. Он расслышал в голосе Бернарда тревогу.
***
— Очень хорошо звучит, — сказал Бернард. Он сидел к Юэну лицом, подперев голову рукой. — Хотя это разительно отличается от твоего личного творчества. То есть я чувствую твоё влияние, но это что-то совсем другое.
— Как-то так, — кивнул Юэн, пройдясь по струнам пальцами.
Они устроил мини-концерт на диване в гостиной. Но не только для того, чтобы скоротать вечер. Юэн сыграл несколько каверов, повторил свои прежде сочинённые песни и показал Бернарду результат последних репетиций с ребятами.
После дебютного выступления их группа принялась активно готовиться к предстоящей записи. Те песни, с которыми они вышли на сцену, следовало хорошенько отшлифовать, и придумать парочку новых. На репетициях и в общем чате ребята делились идеями и своими наработками, Юэн на пару с Натом, а иногда и вовсе один, пытался слепить из этих кусочков что-то вразумительное, подолгу сидел с гитарой, блокнотом и ноутбуком. Несмотря на то, что стиль, к которому сейчас тяготела группа, был и вправду отличным от того, что Юэн сочинял для сольных выступлений, ему всё очень нравилось. И ещё, раз уж им всё равно придётся в скором времени контактировать со звукозаписывающей студией, он решил заодно записать и свои композиции, а потом договориться с Кристофером Беллом, чтобы тот крутил эти песни по радио. Да, будет сложно совмещать работу в клубе, концерты и репетиции с ребятами и сольные выступления, но сейчас он, как никогда, испытывал воодушевление и ощущение, что двигается в верном направлении.
— Надо сделать перерыв, — сказал Юэн, отставляя гитару в сторону.
Он поймал пристальный и тёплый взгляд Бернарда. Уголки его губ были выразительно приподняты.
— Что? — спросил Юэн.
— Не знаю, я просто заслушался и засмотрелся, — признался Берн. — Ты как на гитаре поиграешь, сразу становишься таким счастливым.
Юэн с улыбкой приблизился к Бернарду и поправил воротник его тёмно-зелёной рубашки, накинутой поверх футболки.
— А ты, как услышишь мой голос, тоже.
— Значит, всё сбалансировано, — произнёс Бернард, опустив подбородок. Его зелёные глаза сейчас казались необычайно глубокими и напоминали густую листву деревьев летом.
— Чем займёмся? — склонив голову набок, спросил Юэн. Он перекинул ногу на ногу и провёл стопой Бернарду по голени. — Я целый день сидел дома, едва со скуки не умер. Пробежка до магазина за развлечение не считается. А после двухчасовой тренировки вообще полон сил и энергии.
— Есть предложения?
Нежно скользнув ладонью по щеке, Бернард коснулся его волос и пропустил пряди между пальцами. Он не смог взять сегодня выходной из-за большого количества работы. Погода не радовала, а после посещения заброшенного приюта и рекордных контактов с призраками им вдвоём хотелось перейти в режим «обыденной совместной жизни». Спокойной и без призраков. Как у всех нормальных людей.
— Мы можем пообниматься в проявочной, посмотреть фильм в спальне, — перечислял Юэн, потираясь основанием ладони о грудь Бернарда. — принять ванну, поболтать здесь, на диване...
— Или можем не выбирать, а сделать всё из перечисленного, — низко и бархатисто растягивая слова, прошептал Бернард, перехватив Юэна за запястье и скользнув по его пальцам губами.
— Почему бы и нет? — заворковал Юэн. — В таком случае приступаю к выполнению нашего плана на вечер.
Он медленно поцеловал Берна в шею. Погладил ладонью плечо и, потёршись носом о грудь, через ткань мягко прикусил сосок.
— От тебя немного пахнет бассейном.
— Не может быть. Я дома всегда после бассейна стараюсь тщательно смыть с себя его запах. В этом плане я брезгливый.
— Но всё равно что-то остаётся. Совсем немного, — сказал Юэн, продолжая тереться об его грудину.
— Может, просто у кого-то нюх как у ищейки?
Юэн засмеялся, невозмутимо стягивая с Бернарда рубашку. Футболка тоже долго на нём не задержалась.
— Но больше от тебя пахнет ягодами, травяным чаем и... тобой, — прошептал Юэн, уткнувшись ему в шею. — Последнее мне особенно нравится.
Пальцы Берна скользнули под рукав лонгслива, и Юэн замер, наслаждаясь невесомыми прикосновениями к шраму. Каждый раз такими аккуратными, что мурашки пробегались по коже. Опустив Юэну руку на поясницу, Бернард подцепил край его кофты и потянул вверх, прохаживаясь пальцами по спине. Юэну дико нравилось, когда они вот так медленно раздевали друг друга. При продолжительных ласках волнительное предвкушение томительно растягивалось. Впрочем, он так же был не против, когда одежда быстро улетала в стороны.
Берн осторожно коснулся его правого предплечья губами. Юэн сделал глубокий вдох. По нервным окончаниям пробежала дрожь и осела внизу живота горячим тянущим узлом. Бернард ласкал каждый дюйм его шрама. Он медленно переместился к плечу, скользнул по ключице, горячо и влажно поцеловал шею, потёрся кончиком носа об ямочку на подбородке и наконец сочно приник к губам, подхватив Юэна за бедро.
Не отрываясь от жарких поцелуев, Юэн повалил Берна на спину и пристроился между его крепких бедёр. Как хорошо, что они обновили диван. Этот оказался необычайно удобен во всех смыслах.
— Берни... — хрипло прошептал Юэн, спускаясь от его губ ниже и оставляя на шее серию влажных поцелуев.
Бернард поглаживал его спину, рисуя на ней невидимые узоры. Он дышал тяжело и сбивчиво, издавая на выдохе тихие стоны, пока Юэн тёрся об его грудь и нежно прихватывал соски губами, ласкал их языком. Спустившись ниже, Юэн погладил Берна по напряжённому прессу и, ехидно ухмыльнувшись, ловко расстегнул пуговицу на его ширинке. Он провёл языком по дорожке из редких волос от линии штанов до пупка, опустил Берну ладонь на бок, скользнул ниже, оттянул край резинки боксеров и принялся приспускать их с него прямо вместе с джинсами.
Прижавшись, Юэн игриво зарычал. Берн прикусил собственную губу, сглотнул, перевёл дыхание и, обхватив Юэна, потянул его к себе. Однако едва их губы соприкоснулись, раздался звук дверного звонка.
Юэн застыл, не понимая, мерещится ему или нет. Они с Бернардом вопросительно посмотрели друг на друга. Ответом на их безмолвные вопросы стал ещё один звонок и мягкий стук в дверь. Бернард нахмурился.
— Кто бы там ни был, — прошептал Юэн, — давай сделаем вид, что нас нет дома.
— У нас свет везде горит.
— И что? Это не означает, что хозяева дома, это означает только то, что в доме горит свет.
Звонок и ненавязчивый стук повторились.
— Может, Эрика снова решила зайти в гости, — гадал Юэн. — Тогда не понимаю, как доходчивее объяснить ей, что мы...
— Вряд ли это она, — перебил Бернард, нахмурившись. — Чё-ёрт, — сокрушённо прошипел он, откинув голову на подлокотник и уперев взгляд в потолок. — Это Эллен. Я... я совсем забыл сказать, она планировала сегодня забежать на ужин.
— Эллен?! — воскликнул Юэн, но, осознав, что получилось слишком громко, прислонил руку к лицу. — Ты серьёзно? — шёпотом спросил он, смотря на Бернарда и надеясь, что тот просто шутит.
— Серьёзней некуда, — сказал он и заворочался на диване, пытаясь подняться и застегнуть ширинку.
Одновременно подтягивая штаны, Юэн перекинул ноги, однако не удержался на краешке дивана и скользнул на пол. Насколько он был осведомлён, у Эллен имелись запасные ключи от дома, но она не торопилась открывать дверь. Очевидно, ждала, пока ей откроют, и напоминала о себе периодическими звонками. Умная и тактичная женщина. Джи на её месте пробралась бы в дом через приоткрытое окошко или попыталась бы взломать замок маникюрными ножницами. Сестра только с виду сама наивность. Бернард крутился около дивана, пытаясь найти свою футболку с рубашкой, а Юэна пробирало на смех.
— Подозреваю, что кажется тебе смешным, — с тонкой иронией сказал Бернард.
— Ага, было бы намного забавнее, если бы она позвонила в дверь на десять минут позже...
Бернард наигранно прокашлялся и заулыбался. Он подхватил валявшуюся на полу кофту и бросил в сторону Юэна. Она упала ему на голову и заслонила лицо.
— Чего ты расселся? Одевайся давай, — буркнул Берн. — Куда делась моя футболка?
Стянув кофту с лица, Юэн откинул плед на диване. Как туда попала одежда Бернарда — так и осталось загадкой. Натянув кофту, он хлопнул себя по щекам, чтобы хоть как-то выбить из головы мысли неподходящего к ситуации характера. И сделать это было сложно, когда только пару минут назад они с Берни лежали наполовину обнажённые друг на друге. Надо постараться. Ещё один хлопок по щекам.
В коридоре они привели себя в порядок, Бернард пригладил взъерошенные волосы, расправил воротник рубашки и с невозмутимым видом открыл дверь. Юэн стоял за его спиной, пытаясь делать вид, что пять минут назад ничего такого особенного на диване не происходило. На пороге действительно стояла Эллен. Румяная, улыбающаяся и с крупной сумкой в руках.
— Привет, мальчики, — поздоровалась она и прошла в дом. — Надеюсь, я вас не сильно отвлекла.
— Нет, — поспешно сказал Бернард.
— Нет, мы просто были... э-э, наверху, — подхватил Юэн. — В проявочной.
— И разговаривали, поэтому не сразу услышали.
— Ага, разговаривали. На низких частотах.
На щеках Берна проступил розовый румянец. Юэн ловил себя на мысли, что ему нравится смущать Берни.
— Я так и подумала, — кивнула Эллен.
Приятно было видеть эту женщину в хорошем настроении. Первый и последний раз Юэн виделся с ней на похоронах Грегора Макхью. Ещё тогда она показалась адекватным и добродушным человеком, а с такими людьми как-то лучше знакомиться всё же не на трагичных мероприятиях. С улыбкой на губах она выглядела моложе своих лет. А ещё Юэн отметил, что у этой женщины определённо есть вкус в одежде и чувство стиля.
Бернард повесил её пальто на вешалку, Юэн забрал сумку и заглянул внутрь. Он даже не удивился, увидев там большое количество контейнеров с едой, потому что был уже в курсе того, что, приезжая в Сент-Брин, Эллен устраивала кулинарный марафон со своей подругой.
— Надеюсь, в этот раз ты останешься с нами? — спросила Эллен у Юэна, когда они все втроём оказались на кухне.
— У меня сегодня выходной. К тому же было бы неприлично, я и так пропустил один ужин.
За разговорами незаметно пролетел час. В основном они обменивались новостями, Юэн охотно отвечал на вопросы Эллен о работе. Бернард заварил крепкий чай с бергамотом, а у Эллен в сумке лежал целый и ещё тёплый пирог с чёрной смородиной.
— Знаю, что вы отложили переезд. Дом преображается, — сказала Эллен, оглядевшись. — Но всё же, есть мысли, когда планируете это сделать?
— Точно после нового года, — сказал Бернард, посмотрев на Юэна.
Они не обсуждали даты, но Юэн тоже придерживался мнения, что до конца года в переезде смысла нет. Уже нет.
— Да, — кивнул он. — Будем думать по весне, скорее всего.
— Вам здесь нормально?
— Вполне, — кивнул Юэн.
— Никто не достаёт?
— Сейчас... многое изменилось, — тихо сказал Бернард, поглаживая пальцем ручку кружки. — Я уже не такой «странный парень» в глазах других людей. Всё рано или поздно проходит. Видимо, постепенно наступают такие времена.
— Надеюсь, что так...
— А вы долго жили в Сент-Брине, пока не переехали? — поинтересовался Юэн у Эллен. — Это ваш родной город?
— Нет, — улыбнулась женщина. — Мы с Грегором родились у моря и когда были детьми, родители решили переехать в Сент-Брин. Жили на другой улице, сейчас тот дом уже снесли и отстроили новый.
— Ого, у моря! — воскликнул Юэн. — Звучит классно. Берн, значит, в тебе течёт солёная, как морская вода, кровь?
— Наполовину максимум, — усмехнулся Бернард.
Эллен с чашкой поднялась с места и, подойдя к раковине, включила воду.
Юэн повернулся к Берну и с ехидной улыбкой приподнял бровь, под столом коснувшись его ноги стопой.
— Если одна половина солёная на вкус, значит, другая половина — сладкая? — тихо прошептал он под шум льющейся воды и подмигнул.
Бернард опустил взгляд в практически пустую кружку, поднёс её к губам и сделал вид, будто ничего не слышит и вообще допивает чай. Эллен вернулась за стол, и Юэн повернулся к ней.
— Я толком никогда из города не выбирался, — сказал он. — Только вот в последнее время мы начали с Берном ездить по... — Бернард под столом мягко и предостерегающе толкнул его ногу, — разным городам. Изучаем достопримечательности и всё такое.
— Что ж, можете как-нибудь доехать до наших родственников, — предложила Эллен. — Берни, ты же помнишь тётушку Аннабель?
— Конечно.
— Она иногда спрашивает про тебя, когда мы с ней созваниваемся.
— Я давно её не видел.
— Да, полагаю, лет десять точно. Она помнит тебя ещё совсем мальчишкой. Будет не против увидеть тебя.
Бернард задумчиво закивал.
— Что ж, спасибо за хороший вечер, рада была вас навестить, — сказала Эллен, поднимаясь с места. — Жду от вас любых новостей и надеюсь, что до рождества как-нибудь заедете и ко мне в гости.
— Я подвезу тебя, — решительно сказал Бернард, тоже вставая из-за стола.
— Необязательно, — отмахнулась Эллен. — Я могу и прогуляться. Время ведь не самое позднее.
— Обязательно, — отрезал Бернард. Юэн вновь ощутил в его голосе беспокойство. Что-то не так. У Юэна холодок пробежался вдоль позвонков. Бернард мягко посмотрел на Эллен. — Так будет безопаснее.
***
Юэн без особого интереса просматривал ленту новостей. Потом отложил телефон, покосился на окно, за которым было лишь тёмное ночное небо. Переполз на сторону кровати Бернарда. Перевернулся на живот и обнял его подушку. Вздохнул.
«Ну и где он?»
Берн отсутствовал уже больше получаса. Может, заболтался с Эллен. Может, случайно встретил Эрику и бросился тоже подвозить её до дома. Может, он вообще увидел своё предназначение в том, чтобы развозить людей по домам. Может, просто колесо проколол. Может... встретил призрака.
Юэн перевернулся на спину и взял с прикроватной тумбы художественную книжку, которую Бернард, бывало, читал перед сном. Открыл на первой странице, пробежался по тексту глазами. Пролистал. Снова вернулся в начало. Прочитал. Ничего не понял. Текст не откладывался в голове, а предложения казались бессмысленными. Тем не менее он уткнулся в книгу, потому что она хотя бы не показывала время.
Бернард поднимался по лестнице так бесшумно, что Юэн вздрогнул, когда дверь спальни открылась.
— Почитать вздумал?
— Говорят, полезно, — сказал Юэн, откладывая книгу и подбираясь в кровати. — Но я редко прислушиваюсь к мнению людей.
Уголки губ Бернарда коротко приподнялись. Переодевшись в домашнюю одежду, он опустился на край кровати и несколько секунд сидел без движения.
— Что тебя беспокоит? — спросил Юэн, смотря ему в спину.
Бернард медленно обернулся. Залез на кровать и приблизился к Юэну, улегшись на бок.
— Я не хотел говорить, чтобы не портить настроение и не наводить панику, но... — начал Бернард, взяв Юэна за руку и погладив кольцо на пальце, — призрак, тогда в заброшенном приюте, предупредил о чьей-то смерти.
Юэн застыл взглядом на их сцепленных пальцах. Он ожидал услышать что-нибудь о работе. Хотя после посещения приюта Бернард действительно выглядел подавленным и усталым какое-то время, но так было почти всегда после встреч с любыми призраками.
— Это может быть шуткой? — спросил Юэн. — Ты говорил, что одна из призрачных девчонок любила шутить. У призраков, конечно, странное чувство юмора, но всё же...
— Нет. Это не шутка.
Юэн тяжело вздохнул, не зная, что можно ответить. Он склонил голову набок и задумчиво прикусил губу.
— Вот оно что...
— Дело не только в этом. Всё как-то... одновременно, понимаешь? Новость от призрака, странная вибрация в студии, Виктор вдруг начал говорить о собственных похоронах, — Бернард убрал руку и потёр лоб. — У Джи распустился ловец снов, а потом этот её плохой сон. Призрак дамы в белом снова появился...
— Вернулась, значит.
— Да, — кивнул Бернард. — Дала о себе знать. Пока совсем не могу понять, кто она такая и чего хочет, но, видимо, скоро всё раскроется. На меня временами накатывает тревога, похожая на твои панические атаки. Со мной такое случалось перед смертью матери и перед смертью отца. И это не даёт мне покоя. Сегодня даже из-за этих мыслей забыл рассказать о приезде Эллен. Не знаю, — вздохнул он, опустив голову Юэну на грудь и обхватив его руками. — У меня плохое предчувствие. Произойдёт что-то неприятное.
— Мы можем это как-то предотвратить? — спросил Юэн, поглаживая Бернарда по спине.
— Скорее всего нет. И от осознания этого только хуже...
Юэн понимал состояние Бернарда, но ему в этом плане было чуть легче, потому что не его предостерёг призрак прямым текстом, это через Бернарда проходили все эти странные знаки, которые могли быть как предостережениями, так и не являться ими. Несмотря на это, Юэн тоже сильно забеспокоился, однако кто-то из них сейчас должен был сохранять разум абсолютно холодным и рациональным.
— Берни, малыш, — сказал Юэн, заключив лицо Бернарда в свои ладони и заглянув ему в опечаленные зелёные глаза, — ты же помнишь, что мы говорили друг другу у пруда? Это ведь не только нас касалось...
— Конечно, помню. И я всё понимаю. Это произойдёт с кем-то из нашего окружения. Может быть, завтра. Или через неделю. Или через месяц. И сейчас всё, что мы можем...
— ... просто продолжать жить настоящим моментом.
— Да, продолжать заниматься своими обыденными делами, — прошептал Бернард. Он приподнялся и, взяв Юэна за запястье, приник губами к его пальцам. — Извини. Я стараюсь отвлекаться, но иногда всё же переключиться на что-то более позитивное сложно. У меня уже у самого голова болит от всего этого.
— Понимаю, — ответил Юэн, грустно улыбнувшись. Он приподнялся. — Ложись, я разомну тебе шею.
Бернард лёг между его ног, спиной, опустив затылок Юэну на грудь.
— Попробуй полностью расслабиться. Постарайся ни о чём не думать.
Минут десять Юэн разминал ему зажатые мышцы плеч, массировал затылок для улучшения кровотока, аккуратно поворачивал и наклонял его голову. По окончании массажа обвил Берна руками, и какое-то время они просто лежали так. И молчали.
— Жаль, сейчас не лето, а то взяли бы с тобой отпуск, — мечтательно произнёс Юэн. — Поехали бы к морю. Или к океану. Или и туда и туда, мы же на машине.
— И ты пойдёшь на пляж?
— Да, надену плавательную кофту с длинным рукавом.
— И плавать будешь?
— Если научишь...
Бернард пальцами рисовал невидимые узоры на тыльной стороне его ладоней.
— Уедем недели на две, — продолжал Юэн восторженно. — Может, даже на месяц. Представь! Целый месяц моей неустанной болтовни!
— Мне нравится твоя неустанная болтовня.
— Опасные слова, — с усмешкой произнёс Юэн. — Опасные для тебя же.
— Ты меня уже закалил, — усмехнувшись сказал Бернард и потёр ребро его ладони. — Так что я готов.
Юэн крепче стиснул его в объятиях, представляя, как они вместе сидят у берега моря. Прохладный ветер дует в лицо и обдаёт солёными брызгами. Волны шипят, поднимаются и падают на камни, едва касаясь стоп. А они с Берном продолжают сидеть и слушать море, даже когда совсем стемнело и похолодало.
— Мы столько фотографий сделаем, потом целый год будем проявлять, сможем весь дом обклеить. А я так много песен сочиню, — сказал Юэн, целуя Бернарда в висок. — И никаких бумажек, похорон, фотографий на документы, глупых заказов в стиле «уберите мне синяки и пузо, будто я высыпаюсь и занимаюсь спортом», и пьяных клиентов. Только мы с тобой вдвоём.
— Вдвоём... — повторил Берн, прислонив ладонь Юэна к своей щеке. — Звучит привлекательно. Я согласен.
***
Репетиция проходила продуктивно. Ребята ещё с концерта находились в воодушевлении. Нат снова стал похож на прежнюю весёлую версию себя. Рикки больше не смотрел косо на Тима, они вроде как даже подружились. По крайней мере общались точно чаще, чем раньше. Келлен тоже казался более жизнерадостным, чем когда только примкнул к их коллективу, хотя со своей бывшей девушкой Роуз пока так и не помирился, но кольцо не снимал.
Когда в репетиционной студии стало совсем душно, вместе с Натом на улицу вышли все, а он снова развлекал всех новыми трюками с дымом.
— Кажется, это твоё призвание, — со смешком сказал Юэн. — Может, сменишь сферу деятельности?
— Зачем? Я ведь могу совмещать.
Краем глаза Юэн заметил, как на улицу вышло несколько человек. По коже пробежался неприязненный холодок, но Юэн не сильно обратил на это внимание, однако...
— Ух ты, какая встреча, — ядовито произнёс знакомый голос.
Юэн машинально сжал кулаки, потому что, к сожалению, обладателя этого голоса он знал хорошо. Он повернулся.
С момента их последней встречи, которая окончилась дракой, Чед значительно покрупнел. Видимо, поражение перед Юэном смотивировало его походить в спортзал. Но Юэну было всё равно, насколько тот мог стать сильным.
— А я всё о тебе слышал, — язвительно сказал Чед, чиркнув зажигалкой и глубоко затянувшись сигаретой. Он вдруг засмеялся и смачно сплюнул в сторону. — Прав я тогда оказался, что тот фотограф тебе по самые гланды вставляет. Не пойму только, чего собачился, делая вид, что всё не так?
Юэн сделал резкий шаг вперёд. Ну нет, после таких слов никаких разглагольствований, только прицельно бить в зубы. Однако кто-то ухватил его за плечо.
— Этот придурок тебя провоцирует, — нахмурившись, сказал Келлен. — Не ведись. Брось, оно того не стоит.
Как не вовремя у Юэна обострилось обоняние и он почувствовал яркий запах псины, идущий от Келлена. Только это не вызывало страх или отвращение. Скорее просто раздражало. Едва ли не до тошноты. Юэн резко дёрнул плечом, однако пальцы Келлена впились ещё сильнее.
— Я размозжу ему голову и тогда нечем будет провоцировать, — с остервенением хрипло бросил Юэн.
— Такой злой, наверное, потому что недотрахнутый, — буквально плюясь ядом, высказал Чед.
— Тупой придурок, ты хотя бы определись, мне по самые гланды вставляют или совсем нет!
Юэн вновь дёрнулся вперёд, однако на этот раз чья-то рука сомкнулась у него на другом плече. Он едва не зарычал.
— Этот ублюдок и правда того не стоит, — сказал Рикки, удерживающий Юэна. — Он же ничему не учится.
Теперь они оба с Келленом сильно раздражали. Юэн закипал от ярости, напрягая кулаки. Его била крупная дрожь. Нельзя было оставить просто так все те слова, которые изрыгнул Чед.
— Ты бы заткнулся, — неприязненно посоветовал Нат, приблизившись к Чеду. — А ещё лучше — извинился бы. Вот прямо сейчас.
— Ну и компашка у вас собралась, — Чед отбросил сигарету, игнорируя предостережение Ната. — Рыжая мышь, раскрашенный петух, девственник и два пидора.
— Кровью умоешься за такие слова, — прошипел Юэн.
— Ну давай, — выплюнул Чед, оскалившись.
Когда он дёрнулся на Юэна, Нат успел схватить его и, заломив руку, оттолкнуть в сторону со словами: «Проваливай уже». Однако Нат плохо знал Чеда. Он не знал, что подобное действие лишь подольёт масла в огонь. Чед резко развернулся и ударил долговязого прямо в солнечное сплетение. Тот не ожидал настолько быстрой ответной реакции, поэтому хоть и попытался увильнуть, но не успел и скрючился пополам.
Юэн взревел и вскинул руки. Послышался слабый треск ткани и удивлённые вздохи. Келлен отшатнулся, но на ногах устоял. Рикки отлетел в сторону, однако его вроде бы успел подхватить Тим.
— Боже...
— Как котёнка отшвырнул.
Юэн не разобрал, кто конкретно из них какую реплику произнёс — все голоса воспринимались одинаково. Всё его внимание поглотил Чед. Юэн буквально снёс его под чей-то крик, может, под свой собственный. И последнее, что запомнил, как занёс руку для удара. Дальше всё заволокло красной дымкой. Почти как тогда давно, когда одноклассник закрыл его в тёмной подсобке.