Пение канарейки (редактируется)

«Альдер и Божество.»

Рынок жил своей жизнью: кто-то торговался за пригоршню дешёвых специй, кто-то громко зазывал покупателей, обещая свежий товар, кто-то просто стоял, лениво наблюдая за суетой.

Среди всей этой суматохи стоял Альдер — высокий, когда-то привлекательный мужчина. Природа щедро одарила его: статная фигура, крепкие черты лица, светлые, словно спелое пшено, волосы. Его чисто серые глаза когда-то сияли, но теперь в них не было ни искры, ни огня. Только пустота. Только усталость, которая въелась в лицо, сделав его старше, чем оно было на самом деле.

Он смотрел на своё жалкое подобие лавки, чувствуя, как внутри всё кипит.

Ещё несколько лет назад он привозил сюда лучшие ткани, редкие пряности, товары, которые продавались задолго до полудня. Теперь же перед ним лежало убожество – серые, потерявшие цвет лоскуты, приправы, что давно выдохлись, и дешевая дрянь, которой не заинтересовался бы даже последний бедняк.

— Это и есть твои товары? — раздался голос.

Альдер медленно поднял голову. Перед ним стоял мужчина, с явной усмешкой на губах.

— Когда-то у тебя были настоящие драгоценности, — продолжал он, не скрывая насмешки. — А теперь... — он взял пригоршню специй, понюхал, сморщился и лениво высыпал обратно. — Это даже свиньям не скормишь.

Альдер чувствовал, как напрягаются пальцы. Гнев поднимался волной, но он стиснул зубы и глубоко вдохнул. Переступить через себя. Ещё раз.

— Если цена высока, — проговорил он, глотая желчь. — Я могу сбавить.

Мужчина усмехнулся и покачал головой.

— Сбавить? Ты думаешь, это поможет? Твои товары жалки, торговец. Так же, как и ты.

Он засмеялся. Высокомерно, громко, с явным наслаждением.

Альдер не успел сдержаться. Внутри что-то лопнуло, будто перегоревшая нить.

— Убирайся.

Мужчина замолчал и удивлённо вскинул брови.

— Что?

— Я сказал, убирайся! — рявкнул Альдер.

Он резко выхватил пригоршню своих же приправ и швырнул их в насмешника. Тот отшатнулся, а Альдер уже схватил лавку, перевернув её с силой. Всё рухнуло на землю: ткани, специи, как и жалкие остатки его былого величия.

Толпа вокруг затихла. На него уставились люди – и с любопытством, и с испугом.

— Что?! — прорычал Альдер, его голос звенел от ярости. — Чего уставились?! Вам тоже нужно?!

Он схватил пригоршню товаров и запустил в ближайших зевак. Люди ахнули и попятились.

— Да чтоб вас всех! — он сорвал с прилавка остатки специй и швырнул их в пыль. — Думаете, вы можете смотреть на меня свысока?! Что, думаете, вы лучше?! — он взмахнул рукой, чуть не задев проходящего мужчину. — Сами-то вы кто?! Торгаши, попрошайки, жалкие трусы! Вы смеётесь надо мной, а сами не более чем червяки, ползущие по этой грязной земле!

Толпа начала расступаться. Кто-то поспешил уйти, кто-то остался, исподтишка наблюдая за этим зрелищем. Альдер дышал тяжело, сжимая и разжимая кулаки. Это был конец. Он понимал, что его жизнь стала такой же жалкой, как и товары, валяющиеся вокруг него. Он стал не более чем мусором.

Дом встретил его тишиной.

Альдер замер у порога, а затем медленно опустил взгляд.

Его вещи стояли у входа.

Где-то рядом послышался смех детей, но в его голове этот звук растворился. Он смотрел на пыльные сумки, на свёрнутые ткани, на коробку с книгами... и на две бумаги, небрежно приколотые к двери.

Первая — извещение о выселении.

Вторая — напоминание о долге.

Альдер медленно поднял руку, сорвал их и сжал в кулаке. Бумага зашуршала.

Он разорвал их. Одним движением.

Пошло всё к черту.

Он пнул свою собственную сумку, та опрокинулась, из неё посыпались вещи. Он стиснул зубы, гнев жёг его изнутри.

— У вас что-то случилось?

Голос раздался сбоку.

Альдер медленно повернул голову. Там стоял его сосед — бедняк, едва сводивший концы с концами. Глава семейства, погрязшего в нищете, которую он сам так ненавидел. Мужчина смотрел на него внимательно, без издёвки, но этот взгляд раздражал.

Альдер ничего не ответил.

Сосед перевёл взгляд на разорванные листки, затем на вещи у входа. В его глазах мелькнул отблеск жалости.

— Понимаю... — произнёс он.

Гнев вспыхнул ещё сильнее.

Альдер сжал челюсти.

Понимает? Он?! Откуда такому, как он, знать, каково это — падать так низко?!

Но снова промолчал. Лишь коротко хмыкнул и отвернул голову, будто даже сейчас мог сохранять остатки своего былого величия.

— Что ж, — сосед неловко прочистил горло, почесав затылок. — Я подошёл попрощаться. Мы уезжаем.

Альдер невольно взглянул за его спину. У повозки, на которой виднелись лишь несколько старых вещей, уже собралась семья. Женщина с усталым лицом. Двое младших детей, прижимавших к себе мешки с нехитрым скарбом. И старшая дочь — молодая девушка с робкими глазами, что тут же встретились с его взглядом.

— И куда же? — спросил он, без интереса, но с едва уловимой насмешкой.

— Говорят, на западе есть одно удивительное место. Гора Лилин. Чудо, что там живёт, может изменить жизнь. Конечно, может, это всего лишь слухи, но... — мужчина пожал плечами, голос его стал тише. — Лучше попробовать, чем гнить здесь.

Альдер усмехнулся.

Чудо.

Смешно.

Он смотрел на людей перед собой — на тех, кого ещё вчера не удостоил бы внимания. Бедные, жалкие в своём вечном стремлении найти хоть что-то, за что можно зацепиться. Всю жизнь они цеплялись за случай, за удачу. А он всегда знал, что удача — это нечто, что создаётся собственными руками.

Только вот его руки теперь были пусты.

— Не хотите поехать с нами? — спросил мужчина после короткой паузы.

Альдер лишь покачал головой. Ехать куда-то только ради веры, ради надежды? Глупее он ничего не слышал. Даже задумываться об этом не стал.

— Как знаете, — тихо сказал сосед.

Он не стал настаивать. Просто предложил, потому что думал, что Альдер в этом нуждается. Только вот человек перед ним, даже стоя на краю пропасти, упрямо отказывался от любой поддержки.

Мужчина развернулся и пошёл к семье. Они стали грузить в повозку свои вещи — их было немного, жалкая горстка пожитков. Жена уже усаживала детей, старшая дочь помогала ей, украдкой поглядывая на Альдера.

Он равнодушно наблюдал за ними, пока не заметил их.

Двое мужчин шли прямо к его дому.

Холод сжал грудь.

Они.

Те, кому он был должен.

Они тоже его заметили и ускорили шаг.

Альдер резко огляделся.

Бежать?

Куда?

Спрятаться?

Где?

Ответа не было.

И тогда он схватил свои вещи и бросился к повозке, которая уже тронулась. Нагнал её, зацепился за край, забрался внутрь.

— Всё-таки передумали? — удивлённо спросил мужчина.

Альдер лишь перевёл дыхание и бросил:

— Поехали. Быстрее!

Повозка ускорилась.

Он сидел молча, переводя дух. Позволил себе на секунду закрыть глаза.

Когда открыл их, первым, что увидел, были её глаза.

Она смотрела на него. Тихо. Внимательно. С каким-то робким восхищением.

Как только их взгляды встретились, она тут же смущённо опустила глаза, а затем осторожно протянула ему кусок хлеба.

Он принял.

Она улыбнулась — несмело, словно он сделал ей великое одолжение.

Альдер отвернулся.

Но в глубине его взгляда промелькнул холодный огонёк.

Он видел, что она чувствует. Видел её восторг, её наивную, беззащитную юность, которая ещё не знала, что бывает дальше. И он уже знал, что будет этим пользоваться. По крайне мере до тех пор, пока ему это выгодно...

Путешествие было сущей пыткой.

Повозка бесконечно тряслась, подпрыгивая на каждой кочке, на каждом камне, словно нарочно выбивая из Альдера последние остатки терпения. Помимо того, что было тесно, так ещё и дети — вечно капризничающие, вечно недовольные. Стоило одному заскулить, как подхватывал второй, а там и третий. К вечеру начинала ныть и жена соседа, уставшая от дороги и забот.

И это прошло всего лишь пару дней.

Альдер всерьёз подумывал о том, чтобы просто уйти. Оторваться от них, забыть всю эту затею и двинуться дальше.

Но куда?

Назад пути не было.

Позади он оставил лишь руины своей жизни. Жалкой жизни, которую он хотел стереть в пыль.

Так что он остался.

Повозка снова подпрыгнула, но он почти не отреагировал, глядя в пространство. Дремота навалилась сама собой, укачивая в этом бесконечном грохоте колёс и болтовне. Глаза начали закрываться...

А потом повозка остановилась.

Альдер дёрнулся, распахнул глаза. В груди мелькнула надежда — неужели уже приехали?

Но нет. Он ошибся.

Берут попутчика.

Альдер тихо чертыхнулся. Народу тут и так было слишком много. Теперь ещё один.

В повозку поднялся мужчина — не слишком старый, но уже с проблесками седины в волосах. За спиной у него висел мешок, больше похожий на тяжёлую сумку. Он сел напротив Альдера, оглядел всех внимательным взглядом и улыбнулся.

— Благодарю, что приютили, — с лёгким поклоном произнёс он.

— Да что вы, какая там благодарность, — тут же отмахнулся сосед. — Мы и сами туда держим путь.

— В самом деле? — попутчик взглянул на него с интересом. — Неужели на гору Лилин?

— Именно, — подтвердил сосед. — Возможно, и вы ищете лучшей жизни?

Незнакомец усмехнулся, устраиваясь поудобнее.

— Не совсем. Это место меня интересует уже давно, но по иным причинам.

— Каким? — подала голос старшая дочь, с любопытством всматриваясь в него.

Мужчина внимательно посмотрел на неё, затем перевёл взгляд на остальных и заговорил:

— Я путешествую по миру и собираю старые истории. Легенды, поверья, предания — всё, что связано с прошлым. Записываю их, чтобы они не были забыты.

Альдер заметил, как тот аккуратно коснулся своего мешка. Значит, внутри не вещи.

Книги. Свитки.

— Гора Лилин, — продолжил он, — ещё с древних времён хранила в себе тайны. Но не всегда её считали местом чудес...

— А чем же ещё? — встрепенулась женщина.

Сказитель улыбнулся — так, как умеют только те, кто живёт своими историями.

— Местом тьмы.

По коже слушателей пробежал лёгкий холодок.

Один лишь Альдер оставался безразличным.

— Когда-то, — продолжил попутчик, — на этой горе жила демоница. Она охотилась на людей, затягивая их в свои сети, а те, кто поднимался в горы, уже никогда не возвращались. Местные дрожали при одном лишь её имени. Лилит.

Младшие дети взвизгнули и прижались к матери. Та испуганно ахнула, зажав рот рукой.

Альдер же рассмеялся.

— Демоница? — скептично протянул он. — Что ж ты сразу не сказал, что там сам дьявол живёт?

Сказитель взглянул на него, чуть склонив голову, словно разглядывая диковинного зверя.

— Всегда были такие, как ты, — наконец произнёс он. — Те, кто не верит, пока не увидит своими глазами.

— А ты-то сам видел? — хмыкнул Альдер. — Или тоже просто сказки сочиняешь?

— Я лишь передаю то, что оставили наши предки.

С этими словами он расстегнул мешок и вытащил свёрнутый свиток. Аккуратно развернул его, показав всем.

На пожелтевшем от времени листе была женщина — с кудрявыми чёрными волосами, бледной кожей и чудовищными глазами, горящими желтым светом. Её губы растянулись в зловещей усмешке, а когтистые пальцы сжимали что-то... похожее на человеческую кость.

Дети вскрикнули.

— Древние рисунки, — пояснил сказитель. — Один из немногих портретов Лилит, сохранившихся до наших дней.

— А я-то думал, чем ещё можно детей напугать, — лениво бросил Альдер.

Сказитель не отвёл взгляда, хотя проигнорировал его укол.

— Её победили.

Он развернул другой свиток.

И если первый портрет выглядел зловеще, то этот...

Этот был совсем другим.

Изображение было старым, краски потускнели, но всё же можно было разглядеть фигуру в белых одеяниях. Лицо её скрывала деревянная маска, вырезанная в форме рогатого оленя. И всё же... взгляд был виден. Чистый. Светлый. Почти сияющий.

— Создание Света. Божество, явившееся из отчаянных мольб жителей. Оно сразилось с Лилит... и победило. 

— Наверняка так и было! — радостно воскликнула женщина. — Слуги Господа спасают людей и по сей день! Может, и нам повезёт столкнуться с таким созданием? 

Но сказитель покачал головой. 

— Нет, — сказал он медленно. — То существо... покинуло людей.

— Почему? — тихо спросила девушка.

— Никто точно не знает. Об этом ходят разные слухи. Но когда его не стало, гора вновь окуталась тьмой. Там появился новый демон. И он не просто охотился на людей... Он убил их всех.

Повозка ехала в полной тишине.

— Ох уж эти сказки, — фыркнул Альдер. — Ну допустим, всех он убил. Откуда же тогда эта история?

— Некоторые выжили, — ответил сказитель. — Те, кого не было в деревне в тот день. Именно они оставили записи.

Альдер раздражённо скрестил руки на груди, разглядывая его.

Ну что за чудик.

— Тогда как объяснить слухи? — вмешался сосед. — Ведь все говорят, что на горе живет чудо.

Сказитель задержал дыхание.

— Вот это, — он задумался, — и правда странно.

— Почему?

— Потому что в записях ничего об этом нет. Ни единого упоминания о том, чтобы на горе вновь появилось Божество. Просто... в один момент оно появилось. И всё.

Все молчали.

— Вот почему я туда направляюсь, — наконец сказал сказитель. — Я хочу узнать правду.