- 4.14 -
Дома близнецы снова спали в одной комнате, оберегая друг друга. И на утро Винсент был достаточно бодр – но аккуратно повязывая галстук, Фредерик все равно сказал, что не хочет, чтобы тот пока работал.
- Рик, спасибо тебе за заботу... но отстань.
Хотя желанию брата Винсент все-таки подчинился: в этот день остался дома и к обеду успел достать всех сообщениями на телефон. Офелия, правда, подозревала, он делал это специально, чтобы у Фредерика не оставалось сомнений, что тому лучше быть в офисе. Не то чтобы Фредерик мог на полном серьезе запретить... но Винсент предпочитал не идти против его просьб.
Офелия задержалась в офисе чуть дольше, и когда добралась до пентхауса Уэйнфилдов, стояла уже густая вязкая ночь, расцвеченная шумными автомобилями и яркими огнями.
Братьев девушка услышала почти сразу. Похоже, они что-то обсуждали на кухне: голос Винсента звучал абсолютно одинаково и когда он ругался, и когда что-то с энтузиазмом рассказывал. Но судя по спокойным интонациям Фредерика, они что-то обсуждали.
Помедлив, Офелия зашла на кухню. Фредерик стоял, облокотившись на спинку стула. Его брат сидел рядом, поджав одну ногу под себя и положив подбородок на сцепленные на столе руки. С виду им обоим должно было быть адски неудобно, но сами близнецы оставались крайне расслаблены.
Перед ними весь стол был завален бумагами, распечатками и фотографиями. Подойдя поближе, Офелия узнала часть материалов о Доме, которые сама же нашла и отдала братьям.
- Привет, Офелия, - сказал Винсент.
Фредерик только кивнул.
- Что вы делаете?
- Придумываем дерьмовый план, - ответил Винсент. – Пока, правда, Рик не поддерживает мои гениальные идеи.
- Твои идеи сведут...
Фредерик осекся. Он явно хотел сказать что-то вроде «сведут нас в могилу», но с некоторых пор шутить на эту тему не хотелось, особенно ему. Поэтому он просто сделал неопределенный жест рукой. В целом, Офелия могла поверить, что идеи Винсента и вправду вряд ли гениальны. И уж точно не безопасны.
Она взяла один из листов: черно-белый Дом таращился на нее с распечатки фото, которому было лет тридцать, не меньше.
- Когда же он построен?
Фредерик пожал плечами.
- А кто первый владелец?
Он снова пожал плечами. И вздохнул:
- Можно проследить нескольких последних хозяев Дома, но до них информация теряется. По крайней мере, в открытом доступе.
- То есть вы уже сделали запросы и поручили кому-то взломать все, что нужно, если возникнет необходимость.
Винсент хмыкнул, и Офелия начала подозревать, что сегодня он отправлял не только бессмысленные сообщения.
- Уже есть успехи?
- Эй, не так быстро! – возразил Винсент. – Но будут в ближайшее время. Мы узнаем, кто построил Дом.
- И как это поможет?
- Ну, вдруг это был старый некромант, обмазавший углы Дома кровью девственниц. И он оставил трактат, как снять проклятье.
- Сомневаюсь.
- В любом случае, может, отыщется что-то любопытное.
Винсент поднялся и опустил ногу на пол, усаживаясь поудобнее. Он посмотрел на брата, и этот взгляд красноречиво сказал Офелии, что они все-таки о чем-то спорили. И она даже могла примерно представить, о чем.
- Винс, - вздохнула она, - только не говори, что ты предлагал поехать в Дом.
- Было бы логично.
- Ничего подобного! – резко возразил Фредерик. – Помнишь, как Анабель отправила тебя в «Хартвуд Хилл», к Стивенсону?
Брови Винсента взлетели вверх, он явно не понимал, к чему клонит брат. Но кивнул.
- Помнишь, что тогда сказал мне? У тебя было ощущение, что если ты вернешься в те стены, то больше не покинешь их.
- Да.
- Здесь то же самое. Только хуже. Стивенсон был всего лишь человеком. Никаких призраков, просто человек.
- Да ладно, никаких призраков! Лиллиан и сны с гробиками – милота, уж конечно.
- Они существовали только в нашей голове. А Дом – в нашей реальности.
- Откуда ты знаешь? Может, сейчас тоже все только у нас в головах.
Интересно, подумала Офелия, а вспомнил ли кто-то из них сейчас Анабель? В какой реальности теперь она? В отличие от Уэйнфилдов, и даже Линдона, Офелия не сомневалась, что Анабель не могла тихо сбежать и просто где-то чего-то ждать. Если она не подавала никаких знаков, значит, все плохо.
- Ладно, - вздохнул Винсент. – Скорее всего, вы правы. У меня тоже ощущение, что визит в Дом ничего не даст – я был в нем после исчезновения Ани. И ничего кроме тьмы там нет. Я не хочу в ней увязнуть. Может, нам нанять экзорциста?
Фредерик закатил глаза – похоже, не первый раз, когда Винсент предлагал что-то подобное. А Офелия в очередной раз удивилась, как они могут так быстро переходить с серьезных глубоких вещей на что-то легкомысленное. Но в этом все близнецы.
- Нет, ну а что, - не унимался Винсент. – Сбрызнет водичкой, прочитает слова на латыни с загадочным видом. Я сниму на видео.
- И выложишь в Инстаграм.
- С хэштегом «акаквыразвлекаетесьповыходным». Или банальным «покадемон».
Фредерик стоял с самым мрачным выражением лица, на которое был способен, но Винсент старательно этого не замечал. Он продолжал:
- Хотя демоны тут ни при чем, только призраки. Ты прав.
- Я молчал.
Этот факт ничуть не смутил Винсента. Но развивать тему он не стал. Вместо этого поднялся и взял несколько листов со стола – как показалось Офелии, совершенно случайных.
- Ладно, пойду-ка напишу еще пару писем некоторым людям, которые могут помочь.
- Если это незаконно, не хочу ничего знать.
- Слегка.
- Что слегка?
- Слегка незаконно. Но ты не хочешь знать.
И прежде чем Фредерик успел возразить, Винсент уже исчез с кухни, и только легонько хлопнула дверь в его комнату.
- Куда он так спешит? – удивилась Офелия.
Лицо Фредерика неуловимо изменилось.
- Боится не успеть.
Отвернувшись, Фредерик подошел к кофемашине и нажал кнопку. Запоздало спросив:
- Будешь кофе?
- Видимо, буду.
- Винс сегодня весь день дома, так что йогуртов не осталось.
- Я переживу, спасибо.
За окном снова начал шуметь дождь, тихонько стуча в стекла и размывая ночные картины за стеклом. Но Офелия и без того не смотрела на них. Ей нравилась уютная кухня, по которой поплыл запах свежего кофе. Через несколько минут Фредерик поставил перед ней чашку и убрал собственную пустую. Но себе больше наливать не стал. Вместо этого он вернулся к блокноту, аккуратно согнутому и положенному верхней страницей. В нем разборчивым почерком Фредерик что-то выписывал, изучая листы и складывая их в аккуратные стопки. Офелия сидела на месте Винсента, и тут в страницах царил полный хаос.
Отпив кофе, девушка взяла одну из них. Судя по уголку, Винсент уже успел поставить на нее чашку с кофе. На самом же листе красовалось мутное фото какого-то кладбища. Никаких пояснений, только маленькая картинка с картой. Судя по ней, кладбище находилось на другом конце Британии.
Офелия могла только предполагать, что там похоронен кто-то из бывших владельцев Дома, другой связи они придумать не могла. Иногда Винсент находил, казалось бы, разрозненные факты. Но в итоге умудрялся собирать их в цельную картину.
- Я никогда не боялся смерти, - неожиданно сказал Фредерик.
Офелия подняла на него глаза и увидела, что он смотрит на фото кладбища у нее в руках.
- Не боялся, хотя она постоянно окружала нас. А может, именно поэтому. Просто часть жизни, к чему печалиться. Я даже не боялся собственной смерти. Да и сейчас не боюсь. Тем более, все эти призраки... давно можно было убедиться, что смерть – далеко не конец. Я не боюсь. Но только не когда речь идет о Винсенте. Понимаешь... я никогда не был один. Не был одинок. Даже если он не рядом, даже если в другой части света – я все равно ощущаю его. Знаю, что он придет. Знаю, что будет на моей стороне.
Офелия хотела сказать что-то ободряющее, но не находила слов. Она понимала чувства Фредерика, хотя вряд ли могла прочувствовать их до конца. Она вообще не уверена, что кто-то мог бы.
Вместо этого она сказала:
- Ты все равно не можешь ничего сделать. К чему себя мучить.
Он посмотрел на блокнот перед собой, как будто не уверенный, что он так уж не может. Но возражать не стал. Наоборот:
- Да. Может, ты права.
- Не всегда. Рик... я хотела извиниться.
- За что?
- Я была слишком резка с тобой. И не права.
- Права. Но это ничего не меняет.
- Прости.
Он кивнул, как будто принимая ее извинения. Или не придавая им значения. Обхватив кружку, Офелия спросила:
- Давно хотела узнать... кто из вас старше? В смысле, вы близнецы, но кто-то ведь должен был появиться раньше.
- Винсент.
Хотя Офелия никогда не была хороша в экспрессии и выказывании своих чувств, но тут даже она в удивлении вскинула брови. Видимо, ее эмоции действительно были яркими, так что Фредерик улыбнулся:
- Но он всегда уступал мне роль «старшего брата». Знал, что мне она нужнее.
- Потому что так ты удовлетворяешь свое чувство ответственности? И чувство контроля.
- Эй, я не настолько все контролирую!
- Да ладно!
- Я минимизирую потери.
- О боже, ты наверняка был невыносимым ребенком.
- Не знаю, мне сложно оценить. Кажется, другим детям мы нравились. Но нам было плевать. А учителя меня любили, потому что я знал, как им понравиться. Хотя... - Фредерик нахмурился, - иногда я бывал таким капризным.
- Капризным?
- Конечно. Когда что-то шло не так, как я запланировал. То есть часто.
- Винсент давал тебе конфету, чтобы ты успокоился?
- Чаще он давал мне подзатыльник.
Крутя в руках карандаш, которым он писал, Фредерик задумчиво потыкал им в лист бумаги.
- А еще он никогда не плакал. Даже маленьким. За всю жизнь я ни разу не видел, чтобы Винсент на самом деле плакал. Даже когда в очередной раз откуда-нибудь наворачивался, и приходилось убеждаться, нет ли перелома.
На губах Фредерика блуждала улыбка, которой Офелия никогда раньше не видела. Что-то вроде мечтательного... или ностальгического, как она быстро поняла. Фредерик не был из тех, кто жалел о прошлом, да и детство его вряд ли можно считать счастливым в общепринятом смысле. Но оно ему нравилось. И он не испытывал негативных эмоций, вспоминая то время.
- А что по поводу вас с Фэй?
- Что? Ты хочешь поговорить о нашем детстве?
- Нет, узнать, что с вашим домом. Или тем, что от него осталось.
- Не знаю. Надо ехать туда... но мы не хотели оставлять вас.
- Спасибо. Правда. Но что дом? Он ваш?
- От него мало что осталось, но земля чего-то стоит. Ее стоило либо продать... либо на нее претендовал наш отец. Я не знаю. Мы не хотим туда возвращаться.
- Понятно. Я это улажу.
Офелия взглянула на него с удивлением, но увидела перед собой того Фредерика, который обычно показывался перед сотрудниками в офисе. Деловой, собранный, который если видел проблему, то сразу прикидывал полтора десятка способов ее решить. И конечно, у него выходило отменно. Хотя тут Офелия не могла сказать, как бы он мог помочь.
- Спасибо, Рик. Но я не думаю...
- Нет, правда, я займусь этим. У меня есть адвокаты, уж если после убийства мне не предъявили обвинений, то с землей они точно сообразят, что делать. Вы хотите ее продать?
Офелия только кивнула в растерянности. Она не стала напоминать, что в деле Мэйбл Льюис у полиции просто не было достаточно улик, да и адвокаты по этим делам разные. Фредерик уже что-то записывал у себя в блокноте и уточнял адрес.
Тогда Офелия поняла, что Фредерик просто хочет сделать что-то такое, что точно будет под его контролем. Что-то полезное, что пойдет, как надо, вне зависимости от призраков и случайностей.
И Офелия не могла не сказать еще об одном:
- Рик, что такого в этом Николасе?
- Николас? Николас Каннингем?
- Да. Я про него столько слышала.
- О, просто редкостный засранец.
- Ты сейчас говоришь, как Винсент.
- Ну, с Винсом они, в итоге, рассорились в колледже. Наверное, потому что слишком похожи.
Офелия не могла не поддеть:
- Винсент – тоже редкостный засранец?
- Я этого не говорил, не перевирай. А даже если б и сказал – мне можно. Но почему ты спрашиваешь о Николасе?
- Похоже, он интересуется Фэй. И когда ее не было ночью дома... она где-то гуляла с ним.
- О. - Фредерик нахмурился. – Не знаю, что ему нужно, но пусть она будет осторожна.
- Наверняка.
- И не говори Винсенту. Он разозлится.
- Ты не хочешь, чтобы он злился на Фэй?
- Я не хочу, чтобы он злился.
На самом деле, Офелия не была согласна с тем, чтобы не говорить Винсенту. Тем более, не видела пока в этом Николасе ничего страшного. Но ей не хотелось спорить с Фредериком. Тем более, в этот момент в дверь кухни просунулась взлохмаченная голова Винсента. Судя по тому, что он успел переодеться и надеть темные очки, он куда-то собирался.
- Рик, я надеюсь, на улицу мне можно?
- Лучше б машину помыл, прежде чем куда-то ехать.
- Обязательно. Завтра. Сейчас возьму мотоцикл.
- На дорогах мокро.
- Рик, хватит занудничать. Серьезно! Скоро вернусь.
- А куда ты вообще?
- О, не волнуйся, все законно. Очень даже. Я в полицию, есть одна идея.
- Детектив, я принес вам взятку.
Винсент Уэйнфилд плюхнулся на стул перед Дэйвом Джексоном без всякого вступления. И положил ему на стол прозрачную пластиковую упаковку без опознавательных знаков.
Детектив скептически приподнял бровь:
- Что это?
- Бутерброд с тунцом. От Эла.
- Кто такой Эл?
- Понятия не имею, но его забегаловка за углом. Неужели ни разу не бывали?
- Я предпочитаю бутерброды жены.
- Если ваша жена любит тунца, у нее отличный вкус. Но не отказывайтесь от моей взятки.
- Хотелось бы знать за что.
На самом деле, Джексон не был уверен, что действительно хочет знать. Чего он действительно хотел, так это закончить поскорее с бумагами и отправиться домой, к жене. На ужин его наверняка ждет кое-что получше бутерброда. Рыбные стейки, например, или жаркое. Сегодня же среда, значит, определенно жаркое. Но самое главное, безусловно, улыбчивая Марта, ее яркий смех и передник с пандой. Джексон сам подарил его на прошлое Рождество.
Покрутив в руках пластиковую упаковку с бутербродом, детектив выдвинул ящик стола и убрал его туда.
- Мне нужно одолжение, - сказал Винсент.
- Мой долг напомнить вам, мистер Уэйнфилд, что я представитель власти. И занимаюсь делом об убийстве, где один из подозреваемых – ваш брат.
- Иначе меня бы здесь не было. Я хочу, чтобы Фредерик побывал в квартире Мэйбл Льюис.
- Это место преступления.
- Именно поэтому все пройдет под вашим контролем.
- А ваш брат в курсе?
- Нет. Сначала я хотел поговорить с вами. Но он жаждет вспомнить, что было той ночью. И я подумал, возможно, та обстановка подтолкнет воспоминания.
- Но я буду рядом.
- Разумеется.
С возрастающим удивлением детектив Джексон смотрел на сидящего перед ним Винсента. Тот, похоже, действительно хотел, чтобы его брат побывал в квартире и вспомнил. Неужели ему не приходит в голову, что если Фредерик хотя бы косвенно виновен в гибели Мэйбл Льюис, детектив будет иметь право арестовать его там же, на месте?
Смотря на лицо Винсента, так похожее на Фредерика, особенно сейчас, без темных очков, детектив внезапно понял. Нет, не приходит. Винсент Уэйнфилд просто не допускает мысли, что его близнец мог кого-то убить.
Декетив Джексон не был так уверен. Если его чему и научила служба в полиции за прошедшие годы, так это тому, что ни в чем нельзя быть уверенным. Матери всегда убеждены, что их дети не из тех, кто сбегает, а жены не допускают мысли, что их мужья могут кого-то убить. Мир, в итоге, преподносит сюрпризы.
- Хорошо.
- Хорошо? – Винсент моргнул, кажется, не понимая, что все удалось так легко. – То есть вы согласны?
- Послезавтра в двенадцать часов у дома Мэйбл Льюис. Посмотрим, вспомнит ли что-то Фредерик. И расскажет ли об этом нам.
- Отлично. Давно пора покончить с этим.
В этом детектив Джексон тоже не был уверен. Как правило, показания свидетеля или даже убийцы не заканчивают дело, а только начинают его.
Он откинулся на стуле, крутя в руках карандаш.
- Вы говорили о призраках, мистер Уэйнфилд.
Винсент ощутимо вздрогнул, и детектив невольно сделал себе мысленную заметку, хотя не мог понять такой реакции.
- А, вы об этой девице, Мэйбл Льюис, - плечи Винсента расслабились. – И?
- Я поговорил с Холлис Эббот, и она кое-что вспомнила.
- И вы рассказываете об этом мне?
- Это не секрет. Она поведает и вам, если спросите. Но Мэйбл Льюис заговорила о призраках в тот вечер. Ваш брат заинтересовался. Мисс Льюис заявила, что может общаться с духами, поэтому вся компания и направилась к ней домой. Точнее, это было поводом. И причиной, почему поехал ваш брат.
- Похоже на него.
- Правда? Он настолько увлечен оккультизмом?
- Тема всегда его интересовала. В этом нет секрета, как вы говорите.
Детектив Джексон научился определять, когда ему лгут. Но сейчас Винсент говорил правду. Только явно не хотел углубляться в тему. Детектив сделал еще одну мысленную заметку.
- Вы мне нравитесь, мистер Уэйнфилд. Правда нравитесь...
- О, это со многими бывает.
- Но мое дело – докопаться до правды.
- Понимаю. Значит, послезавтра?
- Да. Куда вы так спешите?
Винсент, уже успевший достать очки, на мгновение посерьезнел и посмотрел прямо на Джексона.
- Я не знаю, сколько у меня времени, детектив. Я должен успеть.
- Успеть - что?
Он надел темные очки, и даже не обладающему богатым воображением Джексону показалось, что стекла поглощают свет, а не отражают.
- Дотянуться до звезд.