24.
- Я поняла, это какой-то бредовый сон, - Лера послушно уселась на кровать, до которой ее довел Арк.
- Мне хотелось бы тебя успокоить, но нет. Ты не спишь.
Мужчина сел рядом с ней, обнял. Больше он волков не видел и не слышал, но знал, что они там, во тьме. Видимо, именно из-за призрачной стаи так резво сбежал незваный ночной вредитель.
- Черт по имени Жорик - это слишком, - голос Леры был тихим. Сангин боялся, что у нее случится истерика, но та, скорее была на грани засыпания. Сейчас было видно глубокие тени под ее глазами.
- Знаю, лисенок, знаю. Давай я дам тебе снотворное. Тебе нужно отдохнуть.
Ее волосы пахли манговой отдушкой. Поцеловав девушку в макушку, Аркадий поднялся и подошел к рюкзаку.
Таблетку Лисанская пила без особого энтузиазма. Взгляд ее был мутноватым, движения медленными.
- Я так устала, Арк, - прошептала она перед тем, как мужчина укутал ее в одеяло и уложил в постель.
Жалость и нежность заполняли мужчину до краев. Он гладил девушку по голове, прижимал к себе и надеялся, что увиденное не подкосит ее окончательно.
- И все же, почему Жорик? - услышал он сонный голос. Вздохнул.
- Черти приходят в обликах погибших близких, или просто знакомых. Их нельзя впускать, потому что потом они начинают приходить каждую ночь. Жизненные силы забирать, пожирать душу. Наверное, от слова "жрать". Он больше, чем те, которых я видел раньше. Многих подъел. Обжора, - Сангин старался рассказывать это как сказку на ночь. Спокойно, почти мурчаще.
- Голодный, значит, - пролепетала Лера, - Еще и побили. Бедолага.
Мужчина рассмеялся. Девушка больше ничего не говорила. Она, наконец, заснула.
Арк же заснуть не мог еще долго. Он прокручивал в голове слова Маруси и Фроси. По крайней мере, Ольга за несколько дней до смерти слышала во снах вой. Если верить словам призрака, волки выбирали жертв для ритуала. И убийца может контактировать с волками. Знает ли он о новой жертве? А если знает, то когда начнет действовать?
Неизвестность пугала. Сильнее волков, призраков, остальной нечисти. Даже самого убийцы, Сангин боялся потерять Леру. Да, они были знакомы ничтожно мало. Да, знакомство задалось не сразу, она подозревала его в этих зверствах. Но сейчас, когда она лежала, уткнувшись веснушчатым носом в его грудь и обнимая руками за талию, экстрасенс понимал, что если ее вдруг не станет - ему незачем жить. Он потерял одного самого близкого человека. Потерял родителей. Да, был еще Женька. Но у того своя жизнь.
Из мрачных мыслей его вырвало касание. Котенька запрыгнула на бедро, устроилась.
- Ты слишком много думаешь. Спи, человек. Этих я прогнала.
- Волков? Это с ними ты тогда сцепилась?- кошка довольно кивнула и облизнулась, а потом замурчала.
Экстрасенс почесал ее за ухом и закрыл глаза. Кошка и Валерия сопели в унисон. Под эти мирные звуки мужчина заснул.
🍁
Утро выдалось на удивление солнечным. В этом году осень была сухой и светлой, приятной. Дожди, обычно превращавшие все в сплошную лужу, были редкостью. Борис любил солнце. Оно, хотя бы ненадолго, делало его жизнь более яркой. Наполняло сочными оттенками. Когда погода была ясной, Разин забывал на время о своих кошмарах и головных болях.
- Ты какой-то особенно грустный сегодня, - заметила Тома.
Историк был частым гостем в доме Эльзы. Он помогал, когда отец девочки бросил семью и уехал из города. Помощь была скорее моральной, но изредка и физической. Борис никогда не отказывался помочь нетерпеливой Тамаре с уроками, подтянуть историю и литературу. Делал мелкий ремонт, когда подруга работала в кафе. За столько лет Разин стал членом семьи. Уж для нелюдимой девочки точно.
- Не особенно. Вполне заурядно, - блондин хмыкнул, - И вообще, барышня, не заговаривай мне зубы.
Девушка тряхнула разноцветной гривой, откинулась на спинку инвалидного кресла.
- Я устала уже, Борь. Ну, честное слово.
Мужчина оторвался от своей книги и заглянул в тетрадь.
- Ты и половины не написала, - укоризна в голосе Тому ни на что не вдохновила, - До каникул меньше недели. Постарайся еще немного.
- Вот именно, - закатила глаза девчонка, - Как можно на чем-то сосредоточиться, если еще немного - и свобода? Пойдем в кафе, а? Я хочу мороженое.
Отказать этим щенячьим глазам и сложенном в молитвенном жесте рукам историк не мог.
- Вьешь ты из меня веревки, бессовестная, - вздохнул Разин и поднялся, - Собирайся.
Тома торжествующе похлопала в ладоши.
- Жаль ты в школе не работаешь. Тогда бы у меня по истории точно была бы четверка.
- И не знала бы предмет. Вот уж нет, - пока его подопечная переодевалась, мужчина собрал все учебники и тетради. Училась Тома в школе, а не на дому. С передвижением по этажам ей помогал верный друг Леша Кузин, живущий почти у самого холма. Он был хорошим парнем, надежным. Гонял на дедовском мотоцикле и смотрел на Тому, несмотря на ее недуг и острый язык, как на ангела.
- Кстати, а почему ты правда не работаешь в школе на постоянке?
Разин придержал для Томы дверь.
- Я и не хотел никогда, вообще-то. Да и с моим диагнозом, - продолжать мужчина не стал.
- Дурость. Ты самый лучший учитель из всех, кого я знаю, - фыркнула Тома, - Физичку нашу лучше бы отправили в больничку. Истеричка.
Разин был согласен. Алена Иосифовна всегда казалась ему склочной старой перечницей, хоть и не вела у него уроки. И слава богам. В редкие встречи с ней мужчина всегда боролся с желанием зажать уши и не слышать ее противного визгливого голоса.
- Тома, - строго сказал он, но они оба понимали, что это несерьезно.
Эльза встретила их тяжким вздохом.
- Она манипулирует тобой,- обреченно отметила женщина, когда Борис оказался у стойки и попросил мороженое для Томы и лимонного чая для себя.
- Пусть именно так и думает, - усмехнулся он и забрал поднос.
Компания появилась в зале, когда вазочка с пломбиром опустела на две трети. Лера помахала им обоим и последовала за тем журналистом. Борису он не нравился. Дерзкий, нагловатый. Он, почему-то, напоминал блондину обидчиков из детства, хотя вел себя очень даже пристойно.
Библиотекарь помахал в ответ и посмотрел на еще одну девушку. Местный блогер. Сплетница и обзорщица всякой ерунды. Беда участкового.
Девица была, по мнению Разина, на редкость пустоголовой и болтливой. К тому же, хамоватой. Что делала Лисанская в компании таких людей, он понять не мог. Наверняка, опять играла в детектива.
- Тааак, - Борис поначалу и не заметил направленный на него взгляд, - Вот оно в чем дело.
Тома смотрела на него с прищуром и улыбкой Чеширского кота. Разин натянул на лицо маску недоумения.
- Ты о чем?
Девушка хмыкнула.
- Борис Юрьевич. Ты, в силу своих особенностей, не всегда способен прочитать эмоции людей. Сам об этом неоднократно говорил,- начала она, откидываясь на спинку, - У меня этих особенностей нет. И, к тому же, я подросток. И очень хорошо чувствую такие вещи, как симпатия.
Разин строго произнес, глядя в голубые, горящие озорным огнем глаза:
- Тамара. Хватит.
Но ту было не остановить. Она склонилась к столу, заговорила тише.
- Борь, я же тебя всю свою жизнь знаю. Неужели, ты и правда думал, что я не догадаюсь?
Мужчина встал, забрав опустевшую посуду, отнес ее на кухню. Почему-то то, что какая-то девчонка узнала о его слабости к Лере, привело его в ярость.
- Пошли, - бросил он Томе. Быстро надев пальто, он бросил в нее курткой которую та перехватила и надела на ходу.
- Да ладно тебе, - примирительно лепетала она, выезжая на улицу. Но продолжить мысль Разин не позволил.
- Мы не будем об этом говорить!
Тома кинула на историка обиженный взгляд и быстрее поехала вперед. Догонять он девушку даже не собирался. Вместо этого взглянул через панорамное окно туда, где сидела Лисанская. Она выглядела мрачно и задумчиво. Между бровей пролегла складка.
- Детектив доморощенный, - покачал головой Борис, а потом быстро перешел дорогу и скрылся на участке Снаткиных.
🍁
За последние дни Лера привыкла, что утро приветствует ее головной болью, слабостью и желанием утопиться в кружке кофе, чтобы хоть откуда-то черпануть запаса энергии. И к тяжелым, пропахшим звериной шерстью и смрадом, снам. Хотя, к такому невозможно привыкнуть. Но вот смириться Лисанской удалось. Вот только мысль, что ее скоро может не стать, пугала до одури.
" Живешь себе, живешь. Непримечательно почти. Можно даже сказать, бездарно. И конца этому не видно. И что делать дальше - непонятно. Но только появляется путеводный луч, какая-то цель - сразу все ломается. Что за закон подлости? "
Так всегда с ней происходило. Всю жизнь. Белые полосы на шарфе ее жизни были в три раза уже черных. И, так уж вышло, что основная часть белой пряжи ушла на детство. Любой человек сказал бы ей, что она с жиру бесится. Иногда Валерия и сама так думала. Но Вика долгим и упорным трудом вбила ей в голову то, что черные полосы у всех свои. И менее черными они для нас не становятся, если кому-то, вдруг, хуже. В моменте мы можем сказать: " Мои проблемы - ничто. А вот у тебя..."
Но, по факту, тьма не теряет своей насыщенности, рубцы от ментальных ран не исчезают.
Лера смотрела на лицо спящего мужчины и едва сдерживала грустную улыбку. Сейчас, когда она почувствовала надежное плечо, на котором можно опереться, все могло закончиться хуже некуда. Вероятность была велика. Звери шли по пятам, щелкали зубами и смотрели пристально десятками глаз. Но этой ночью Лисанской повезло. Не было погони, голубых, сияющих безумием глаз, белой искрящейся шерсти. Была лишь она, Лера. Была частью этого тонкого, состоящего из запахов, звуков и инстинктов, мира.
Лисьи лапы оставляли следы на свежевыпавшем снегу, подушечки покалывало. Лес дышал. Лисица слышала шепот деревьев, каждый звук. Писк мышей, тихие шаги ежа. Далекий волчий вой. И она дышала вместе с ним. Они будто слились воедино, стали одним организмом.
Лес принял ее, захотел открыть свои тайны.
Но чуждый всей этой гармонии звук отвлек лису. Нет. Не лису. Леру.
Она обернулась, желая разглядеть того, кто издал полной тоски стон, и проснулась.
И вот уже несколько минут она пыталась понять, к чему ее видения. И как ей быть дальше.
- Лисенок, - подал голос проснувшийся Арк. Сейчас, сонный и расслабленный донельзя, он казался девушке особенно красивым. Пропала складка между бровей, разгладился лоб. И глаза смотрели с нежностью. Даже тату и пирсинг не выглядели агрессивно. Пожалуй, именно сейчас Лисанская впервые разглядела Аркадия Сангина. Не только тоненькое колечко в носу, вязь шипов, тотал блэк. А его самого. Доброго, ласкового и самоотверженного.
- Лера, - еще раз повторил он и сел на кровати, - Что такое? Опять сон?
Писательница улыбнулась, коснулась чуть впалой щеки, скользнула пальцами по скуле.
- Нет. Все хорошо. Просто думаю.
Когда его прохладная ладонь легла на шею, девушка вздохнула. Ком, стоящий в горле, начал исчезать.
- Легче?- спросил он, отстраняясь.
Писательница кивнула.
- Да. Намного, - она робко сжала его руку, а потом поднялась с постели, - Во сколько нам выходить?
Сангин замер на секунду.
- В одиннадцать. Время еще есть, - мужчина потянулся и поднялся следом.
- Мне нужно переодеться. И в магазин заглянуть, - Лере было стыдно перед домовым. Ушла, не предупредила. Авокадо не принесла.
- Без проблем, - с готовностью откликнулся Арк, - Мне пойти с тобой?
Лисанская подумала. Как Митрофан отреагирует? Обидится, нападет?
- Да. Нужно тебя кое с кем познакомить.
Аркадий понимающе улыбнулся и подал писательнице ее водолазку.
Дом встретил их тишиной. Видимо, Екатерина Львовна ушла к своей подруге с соседней улицы. Она иногда рассказывала за чаем истории из их юности.
- Митрофан, - на тихий зов в кухню вплыл серый котище с горящими желтым глазами и запрыгнул на стол. Он выглядел недовольным. Кончик хвоста подрагивал, усы топорщились.
- Прости, - начала девушка, подходя ближе, - я не хотела заставлять тебя волноваться.
Услышав ее тон, дух все же смягчился. Его взгляд, блуждающий от Леры к Арку, перестал метать молнии.
- Здравствуй, Хозяин, - Сангин, чуть склонился, - Это моя вина. Я ее не пустил.
Домовой встал, подошел ближе к мужчине. Он оказался на самом краю стола и сказал:
- На первый раз прощаю, темный. А теперь чеши.
Лисанская подумала, что ослышалась, шокированно посмотрела на не менее растерянного Арка. Тот протянул к коту руки, но тот рявкнул:
- Не этими руками. Хтоническими!
Экстрасенс живо отдернул конечность и протянул теневую. Когда она коснулась серой шерсти, в воздухе на мгновение сверкнули искры.
- Боги, - шепот сорвался с губ Леры против воли. Она завороженно смотрела, как Митрофан ласкается к зыбкой тени, как то и дело длинная шелковистая шерсть искрила, вздыбливаясь.
- Авокаку принесла?- мурчаще уточнил он, когда фантомные пальцы переместились за одно из ушей.
Девушка тут же подскочила, принялась чистить плод, а потом положила его на стол. Тот сразу потерял интерес к тени и принялся жадно, просто зверски поглощать несчастное авокадо.
- Заморили хранителя голодом, - покачал головой Аркадий. На лице его была ироничная улыбка.
- Точно, - вздохнул домовой и принялся умываться, - Все конфеты да молоко, молоко и печенье. Никакого разнообразия.
Лера возмущенно фыркнула и ушла переодеваться. До того, как закрыть комнату, она расслышала брошенную Сангиным фразу.
- Не волнуйся, я буду тебя подкармливать. Хочешь попробовать макаруны?
Ровно в одиннадцать они были на перекрестке. Экстрасенс выглядел очень довольным. Наверное, налаженным контактом с домовым. Или ее выражением лица.
- Кого ты ревнуешь? Митрофана, или меня?- хохотнул он, обнимая ее за плечо.
Лисанская фыркнула.
- Мы его кормим, вообще-то.
Арк улыбнулся уже мягко.
- Ну, подумаешь, прожорливый. Он сколько лет на грани нищеты живет? Вот и ответ. Ничего, откормим.
И было в последних словах столько непоколебимой уверенности, что Лера, глядя в карие глаза, улыбнулась.
🍁
Соня почти не изменилась за годы. Только волосы выкрасила в пепельный блонд, и теперь русые отрастающие корни дополняли образ застрявшего во времени бунтующего подростка. Ведь в такую погоду выпереться на улицу в тонком пуловере, незастегнутой кожанке и джинсах с драными коленками могут только малолетние идиоты, желающие подхватить как минимум простуду.
- Аркаша! - она налетела на него с бешеной скоростью. Мужчина еле удержался на ногах, - Ну, вымахал!
Арк отлепил от себя не растерявшую со временем свою непосредственность девушку, удержал за плечи.
- Привет, тайфун, - он дернул уголком губ, - Почти не изменилась.
Белова тряхнула светлой копной.
- Зато ты изменился. Если бы не походка твоя, то не узнала бы.
Стоявшая тихо до этого момента Лера поправила на плече рюкзак. Блондинка тут же перевела взгляд на нее и улыбнулась ярко и дружелюбно.
- Привет, я Соня, - она протянула девушке ладошку с черным маникюром.
- Я Лера, - ответила на рукопожатие писательница. На лице ее было выражение напускного равнодушия, под которым Сангин увидел любопытство с примесью настороженности.
- Да, знаю, - кивнула Соня, - Мой отец держит книжный магазин. Видела там твои книги.
Арк был бы и рад продолжить светские беседы, но времени у них было не слишком много.
- Давайте продолжим где-нибудь в тепле, - безапелляционно изрек он, взял Леру за руку и пошел за старой знакомой.
- Да. На месте и расскажешь, почему это ты вспомнил обо мне спустя столько лет, - на ее скуластом лице появилась хитрая улыбка.
В кафе было немноголюдно. Считай, почти никого и не было. Один мужчина сурового вида у стойки, библиотекарь и Тома. Сангин прошел мимо, особо не обратя на них внимания, а вот Лера поздоровалась. Арку не то что бы было дело до общения Лисанской с этим мутным человеком, но иррациональное чувство неправильности Борис вызывал одним лишь своим видом. Было в нем что-то. Неживое, как будто. Такое экстрасенс иногда видел у душевнобольных. Хотя Разин, на первый взгляд, таким не казался.
- Ну что, Аркаша, - начала Соня, когда они сели за столик, уставленный чайными приборами, - Что случилось?
Художник не знал, с чего начать. Как сформулировать, чтобы не оттолкнуть подругу детства. На выручку пришла Лера.
Она говорила тихо, доверительным тоном, сбросив маску безразличия.
- Ваши брат и сестра общались, когда вы были детьми?
Получив в ответ кивок, шатенка продолжила:
- Кто еще был с ними в компании?
Соня сощурилась, перевела взгляд на Арка.
- Так вот в чем дело, - она откинулась на спинку кресла, сложила руки на груди, - Да, почти все девушки из компании моего брата погибли тогда. Они дружили, в большей или меньшей степени.
- Ты что-то помнишь о тех временах? Может, были какие-то конфликты? Друг с другом, с кем-то со стороны? - Аркадий внимательно смотрел на сидящую напротив девушку. Та не сводила с него своих голубых глаз.
Соня пожала плечами.
- Как у всех. Ругались, мирились. Игорь был влюблен в Арину. Но она его отшивала. Мягко, но его это ранило. Он всегда был закрытым, фанатичным человеком. Принципиальным и дотошным. Обожал спорить. Он называл это словом "дискутировать". Но никакой дискуссией почти никогда и не пахло. Обычные споры.
Чаще всего с Ванькой, но они друг друга стоили. Марина общалась с ребятами реже. Она дружила в основном с Лизой, как и Арина. А Оля держалась Маруси и Вани. Такая вот странная компания. Но про конфликты с кем-то другим я не знаю. Про девочек точно. Игорь многих бесил, этого у него не отнять. Заучек, именно таких, педантичных и вечно выпендривающихся, мало кто любит.
Арк вздохнул. Он почти не помнил Игоря. Как и остальных. И про увлечение сестрой не знал. Она в те годы не рассказывала ему про ухажеров.
- А что с ними сейчас? - подала голос Лера.
Соня сделала глоток чая, отцапала сразу половину пирожка с капустой. Прожевав, она небрежно бросила:
- Ванька спился. Почти на человека не похож. Лиза уехала. Маруся в школе работает. Мой брат тоже. Он в Шелестове учился, приезжал на каникулы. Полгода назад вернулся сюда. Свадьба сорвалась. Вот и приполз, - она хмыкнула. В глазах ее Сангин увидел горечь, - Говорила я ему, что с его характером, если он не исправится, никто мириться не будет. Так и будет жить в обнимку с реактивами и своими оккультными книжонками.
Арк замер, прокручивая в голове последнюю фразу.
- Какими книжонками?- спросил он вкрадчиво.
Белова пожала плечами.
- Черт его знает. Носился с какими-то талмудами с семнадцати лет. Все искал что-то. Я не вдавалась, - она отмахнулась.
Лера подалась вперед.
- Соня, это важно. Припомни, где был твой брат, когда находили девушек?
Видимо, писательнице удалось подобрать какой-то ключ к легкомысленной Соне, потому что та посерьезнела, выпрямилась и задумалась.
- Марину нашли в декабре. В середине, если не ошибаюсь. Игорь был в Листвянске. Вроде, вуз тогда на карантин посадили с какой-то инфекцией. Он не заболел, но пришлось из общаги уехать.
С каждым словом она становилась все мрачнее. Никто не перебивал ее. И Лисанская, и Сангин теперь превратились в слух.
- Оля умерла в августе. Каникулы еще не закончились. Я наверстывала литературу, поэтому помогал отцу в магазине именно брат. Арина... Ее нашли осенью. Но, насколько я знаю, она умерла раньше?
Арк кивнул, глядя в голубые глаза, полные обреченной решимости.
- Примерно за полтора месяца. Все...жертвы были отравлены болиголовом. Только я вам этого не говорил, - спешно добавил он и огляделся. Кафе давно пустовало, - А на телах Арины и Люси, которую нашли в пруду несколько дней назад, еще и был вырезан оккультный знак. Понимаешь, к чему я?
Белова кивнула, прикусила губу.
- Конечно. Я все понимаю. Постараюсь узнать, есть ли у него алиби. И что конкретно за литературу он изучал.
К концу разговора от задора ее ничего не осталось. Только горечь.
- Только будь аккуратнее, - писательница коснулась бледной руки Сони, мягко улыбнулась, - Нельзя, чтобы кто-то что-то заподозрил.
- Конечно. Не волнуйтесь. Я справлюсь, - блондинка усмехнулась, - Это же мой брат.
Сангин вздохнул, откинулся на спинку стула.
- Сонь. Осторожнее. А не как всегда.
На лице Беловой появилось возмущение.
- Эй! Когда это я не была осторожной?!
Мужчина улыбнулся.
- Если я начну вспоминать все - мы тут состаримся. Ну, например, пробраться в отделение полиции и зайти в кабинет оперативников. Вот на кой черт тебя тогда туда понесло?
Девушка пожала плечами.
- Просто интересно стало. Мы же все подобным занимались. Пожарища, места преступлений, пустые дома - это наш ореал обитания. Только ты держался от таких мест подальше. И только ты обошелся без приводов.
Сангин кивнул. Он и правда предпочитал в юные годы не ходить на места гибели людей. Тогда он боялся мертвых. Не вида тел, нет. Он боялся душ, которые оглушали его сотнями шепчущих голосов.
- А сейчас это моя работа. Обзоры всякие, съемка на заброшках, местах убийств и тд, - продолжила старая знакомая.
- Так вот, где я могла тебя видеть, - улыбнулась Лера, - А в Шафринскую усадьбу ты ходила, снимала?
Отхлебнув чая, блогерша кивнула.
- Пыталась. Но там камера глючит. Да и не нравится мне там, если честно. Еще с первого похода. На всех заброшках жутко. Но там, - она поморщилась, - Липко как-то. Не знаю, как объяснить. Чувствуешь себя мухой, упавшей в мед. В общем, как только камера забарахлила - я ушла. Не получилось обзора и экскурса в историю.
Телефон в ее куртке завибрировал, и девушка поспешила ответить.
- Простите, - она достала купюру и положила ее на стол, - Это спонсор. Разговор будет долгий. Как только я что-то узнаю - звякну.
Одарив их напоследок улыбкой, она почти вылетела из кафе, щебеча что-то елейным голосом.