30 глава
Зелёная степь раскинулась по всем окраинам Рухты. Сильная, мощная и красивая – столица дышала жизнью.
Я обернулась, ощутив чье-то ласковое прикосновение к спине. Передо мной стоял Йоран, взрослый и красивый. Мой взгляд невольно скользнул по его тонкой белой рубахе, плавно развивающейся по ветру. А после поднялся к лицу.
Улыбнувшись, я протянула руку к его густым каштановым волосам и взъерошила их. Мужчина хрипло рассмеялся, опуская голову. Он позволил запустить в локоны пальцы. Когда Йоран поднял голову и заглянул в мои глаза, его руки обхватили мою талию, притягивая к себе.
В лучах солнца его зелёные глаза были такими красивыми, словно искрились на фоне зелёных лугов нашего дома. Моя рука спустилась по мужскому лицу, оглаживая щеку, и замирая на ней. Йоран ласково прильнул к ладони, прикрывая веки.
И хотя мы ничего не говорили, я знала, что все хорошо. Все так, как и должно быть.
Возможно, это было то будущее, в котором у нас все в порядке. А возможно та жизнь, которая была бы, не случись в ней резких падений и тяжелых взлётов.
Но в одном я была уверена: пока Йоран рядом, я буду следовать тому, что важно. Я буду следовать за ним по пути к нашему счастью.
Мужская рука накрывает мое плечо, и я чувствую, как тепло пробирается сквозь светлый воздушный сарафан. Лёгкое дуновение ветра развивает его подол вместе с рубахой Йорана.
Мимолётная мысль закрадывается в голову, но я не обращаю на нее внимания. Только лишь, когда образ Йорана заметно мерцает, слегка свожу брови. Я все ещё ощущаю его руки, его присутствие, но что-то идёт не так.
– Йоран?
– Да?
– Это сон?
Мужчина улыбается, отрицательно качая головой.
– Значит, ты… со мной прощаешься?
Его улыбка меркнет, как и он сам, а после вновь появляется на симпатичном зрелом лице. Он поднимает руку, чтобы заботливо провести пальцами по контуру моей щеки.
– Я прощался с тобой так много раз, но все равно находил тебя снова и снова.
– Да, ты прав. Существует что-то хуже прощания.
Йоран мягко смеётся, а после обнимает меня, и я понимаю, что он действительно исчезает. Но не только он – все вокруг. Оно меркнет, пока не обращается в сияющую вспышку.
Эта вспышку заставляет меня зажмурить глаза, а в следующую секунду я не чувствую ни объятий Йорана, ни своего собственного тела.
Я засыпаю.
⊹──⊱✠⊰──⊹
Когда открываю глаза, вижу потолок тронного зала. Судорожно втянув легкими воздух, ощущаю боль в груди.
Рассматривая потолок, фокусирую плывущее зрение. Тело холодит пол, на котором я лежу, а мышцы кажутся каменными. Будто последние сутки я провела в жестоком бою без остановки.
А после вспышка – прощание, умирающий Йоран. Кажется, этот ужас никогда не оставит меня. Грудь сжимается до ноющей боли, а по щекам вниз катятся горячие слезы.
Он умер. И на этот раз навсегда.
Но родная энергия пронзает мысли.
Сглотнув плотный ком в горле, выдыхаю. Когда сознание проясняется, медленно поворачиваю голову.
Там, на полу, в нескольких метрах от меня лежал Йоран. Его волосы раскидались по лбу, а веки были прикрыты. Я медленно протянула к нему руку, но пальцы ухватились лишь за пустоту. Тогда я с усилием воли перевернулась на бок и заставила ноющие мышцы двигаться.
Понадобилось время, чтобы я преодолела то расстояние, что разрывало нас. Только когда оказалась рядом с Йораном, заметила, что трещины на руках превратились в царапины, на которых застыла кровь. Местами они и на его лице, а некоторые все ещё кровоточили.
Я привстала на локтях рядом с его телом и судорожно потянулась к груди. Положив голову, ощутила слабое биение сильного сердца. Измученная улыбка образовалась на моих губах, а после я устало выдохнула. Напряжение отошло на второй план. Я не отрывала головы от теплой груди мага.
Когда поднялась, чтобы провести его в чувство, Йоран опередил меня. Его веки дрогнули, брови слегка опустились, а в следующий миг он открыл свои глаза.
Найдя меня, пробрался сквозь пелену, и наконец-то нашел в себе силы, чтобы улыбнуться.
– Йоран… – надрывным голосом прошептала я, с нежностью касаясь щеки мага.
Мужчина поднял руку, дрожащим касанием накрывая мою голову. Он погладил по волосам, чуть покрасневшими изучая знакомое лицо так, будто видел впервые.
– Ты сделал это.
Йоран медленно покачал головой.
– Только благодаря тебе.
Его голос сильно хрипел, и я позволила себе тихо рассмеяться. Зелёные глаза с нежностью провели по контуру моего лица, и я невольно скользнула взглядом ниже. Вместе с тем, как ладонь Йорана прошлась по моим волосам, я склонилась ниже, целуя его губы.
Это могло продолжаться вечность, если бы к дворцу не начали подступать люди. Народ, который сражался за свою столицу, и наконец-то одержал победу, вошел в тронный зал. Под их удивлёнными взглядами я подняла голову, а Йоран повернул свою, настораживаясь. Люди медленно окружали нас, но они не истощали опасность, лишь интерес. И мы оба все еще были способны ощутить это.
Кто-то хватался глазами за Миража без маски, а кто-то осматривал пострадавший зал, прекрасно зная, что именно здесь произошло.
Заметив в толпе сестру Ксандры, я коротко улыбнулась. Она сложила руки на груди в неверующем жесте. Улыбка коснулась ее светлого лица.
Люди знали: в этот день наступила новая эпоха.
⊹──⊱✠⊰──⊹
Йоран оказался потомком Великих.
Я начала подозревать это еще до перехода между Целотом и Рухтой. Народ воспринял это бурно: мага начали почитать и благословлять, как нового Великого и символ страны. Главного мага, чья воля и свет, переплетённые с мраком, спасли многие жизни.
Те, кто так и продолжил ненавидеть магов, приняли судьбу без ярых вмешательств. Одни, получив долгожданное разрешение, уехали, наконец покинув Рухту. Другие пересмотрели устрой и решили остаться. Начать все с чистого листа.
В тягучих событиях, тянущихся последние двенадцать лет, эта победа стала символом нового начала – новой эпохи.
Народ Эллуира отметил этот день в календаре, как великий праздник, о котором будут слагать легенды потомкам.
Закалённая сталь магии, которой мы оба пожертвовали в борьбе, никуда не делась. Пусть и исчезла тогда, в тронном зале. Я не боялась, что не смогу пользоваться силами до полного восстановления, но это заботило Йорана, готово пойти на защиту столицы вновь. Ведь сейчас, когда появилась сбежавшая принцесса, корона может быть в опасности. Но я успокаивала его словами о том, что сегодня мага, сильнее, чем Мираж, в Эллуире всё-таки не сыщешь.
Исчезнувшие люди, к великому сожалению, не смогли вернуться домой. Все жители, включая прислугу и советника Нира, были уничтожены Зотаном. Не оставалось даже тел, ведь он поглощал энергию жизни для поддержания своей стабильности. Именно так оба короля предателя – Ийиган и Зотан – совладали с магией из разлома все эти годы, и поддерживали в себе жизнь.
День восхождения Ийигана на трон в истории обозначили Черным днем – днем потерь.
В те нечастые моменты, когда в столице можно было устраивать пиршества, часть народа всегда прибеднялась. Но теперь таверны, бары и площади ломились от желающих отпраздновать победу.
Кто-то твердил, что победили зло, кто-то, что искоренили изъян, а другие – что мы все наконец-то пришли к истинному балансу. Несложно догадаться, какие три лагеря молвили об этом.
Поступок Кеи так и остался для меня загадкой. И хотя наследная принцесса твердила, что ее влекла жажда перемен, я догадывалась, что за этим стоит большее. Маг, который переместил ее – женщина служанка средних лет – последовала за своей принцессой. Но для целей, которые преследовала Кея, той пришлось пожертвовать своей жизнью.
Мы с Йораном взяли на заметку крайнюю импульсивность наследной принцессы.
Выйдя на балкон, я вдохнула свежий Эллуирский воздух полной грудью. Плотная форма сменилась на платье, но я пообещала себе, что в последний раз залезу в него только ради восходящей королевы. Церемонию назначили сразу после того, как мы помогли выявить факт родства Кеи с павшим королем магией. Но народ это и не волновало, они верили тому, что видели.
Кея очень похожа на своего отца.
За моей спиной раскрылись стеклянные двери, и через несколько секунд будущая королева подступила ближе. Прильнув к моей руке, она приобняла ее и положила голову на мое плечо. Я взглянула на девушку с улыбкой, щурясь от закатного солнца.
Она же глубоко вздохнула, так, словно запыхалась:
– Я заметила тебя ещё наверху, но ты так быстро убежала.
– Я изучала дворец. Ничего необычного.
– Ты уже в десятый раз это делаешь, Злата, – шуточно проворчала Кея, поднимая голову. – А на крышу зачем взбиралась?
– Мы в детстве с Йораном иногда туда лазили, – честно признаюсь я, ухмыляясь. – Только никому не слова, ладно?
Девушка, заметив мой наигранный прищур, тихо смеётся и согласно кивает головой. Какое-то время мы стоим вот так, наблюдая за городом и его землями за ним с высоты.
Мне пришлось рассказать о своем детстве, своей юности. Кея несколько раз плакала во время рассказа. Тайна за тайну. Впредь она не боялась Миража, а почтенно склоняла перед ним голову. И что-то мне подсказывает, что Кея будет делать так всегда, даже на посту королевы Эллуира.
Вскоре принцесса начинает грустить, и я чувствую это.
– Не знаю, смогу ли я.
– Ты уже в десятый раз говоришь это, – подмечаю я, передразнивая, и Кея в шутку сжимает мою руку крепче.
– Это другое. Ты не понимаешь… Мое желание не означает, что я справлюсь с ролью в такой большой стране. Меня не готовили к этому.
– Кея.
Я поворачиваюсь, внимательно заглядывая в ее глаза. Подхватив ладони девушки, мягко сжимаю их. Мне не требуется магия, чтобы переубедить подругу.
– Ты дочь короля. Важнее тебя в Эллуире человека нет. И я вижу, как сильно ты скучала по дому, и как жаждешь ощутить эту роль. К тому же, твоя жажда дома наконец-то объясняет твой поступок.
Кея закусывает губу и отводит полный стыда взгляд. Она реагировала на эту тему подобным образом каждый раз, поэтому я редко ее поднимала.
– Я бросилась на собственную смерть. Но даже если бы у вас с Миражом ничего не получилось, я бы пожалела лишь о том, что обманом заманила мага в Рухту. Она умерла от рук Зотана по моей вине…
– Былого не возвратить. Чти память, отпусти горе, придайся уверенности и не повторяй своих ошибок.
– Жестоко, но заслуженно.
– Такова мораль магов. Был твой поступок верным или опрометчивым – это уже произошло. Суть в том, чтобы найти силы простить себя и вычесть дельный урок. Люди и маги, пускай и не одно и то же, но похоже больше, чем догадываются.
Взгляд Кеи устремляется далеко на горизонт. Линия, скрепляющая закатное небо с зелеными полями, нагоняет ностальгию. Она обливает сердце кровью, пронзает уже давно пережитыми чувствами. Но более смятения в душе Кеи быть не должно. Она обрела шанс на лучшую жизнь, и, более того, желала принимать ее.
– Тебе нечего боятся. Мы с тобой. Какая ещё королева может похвастаться тем, что ее правая рука – Великий маг, спасший столицу?
– Тогда будь моей левой рукой. Будешь помогать выбирать прически, платья…
– О-о, нет…
Я разворачиваюсь, но Кея, заметив мою улыбку, звонко смеется. От нее невероятно сложно отвязаться. Печально, что столь задорный характер был скрыт за скромность все двенадцать лет.
Атмосфера заметно разрядилась, и юная Королева была этому довольна.
– Кстати говоря, кое-кто ждёт тебя снизу через пару минут.
– Кое-кто?
– Да, – кивает она. – И этот кое-кто наверняка тебе что-то приготовил.
– Кея, – в упрек шепчу я, и мы вместе рука под руку шагаем к дверям. – Как может будущая королева судить о своих подручных, как умелая сваха? Не припомню за тобой такое.
– То, что было раньше, осталось в Целоте, – произносит она, когда мы проходим в комнату, а после задумчиво опускает взгляд. – Ты… скучаешь по городку?
– Мы ещё не раз окажемся в Целоте. Поэтому, я смиренно принимаю свою бренную ношу…
Кея заливисто смеётся. Замечает, как мое лицо и поза изображают Миража – смиренного слугу Эллуира, давшего клятву людям. Когда принцесса начинает подталкивать меня в спину, желая поскорее направить к ожидающему мужчине, я смеюсь и выхожу в коридор. Тот полнится новыми слугами, активно снующими по дворцу перед коронацией.
Через какое-то время миную главный вход, прохожу по площади и сворачивая в сторону ворот. Там стоял мужчина. Ощутив мое присутствие, Йоран оборачивается. На нем просторная белая рубаха и черные штаны. Это тот единственный день, когда нас двоих можно было увидеть в подобном одеянии.
Многие лицезрели лицо Великого мага, но это был последний день, когда он не скрывался. Как только королева взойдет на трон, личность Йорана будет скрыта вновь. Он пожелал этого.
Я с улыбкой подхожу к магу, в интересе склоняя голову.
Красивый. Даже с изуродованной кожей, отчужденным характером и шрамами на лице. Йоран всегда был очень красив.
– Ну, и? Это ты мой тайный воздыхатель?
Брови Йорана взметаются вверх, когда он приобнимает меня. Я тихо смеюсь. Тогда он поворачивает нас и начинает вразвалочку вести.
– Она прямо так и сказала?
– Само собой, нет. Но мне понравилось это выражение на твоём красивом лице.
– О, перестань. Если продолжишь, я могу не сдержаться, и ходить напыщенным павлином.
Рука Йорана перемещается с моего плеча на талию, во властном жесте притягивая к себе вплотную. Прикрыв веки, кладу голову на его плечо, пока мы не торопясь шагаем по пустой площади у дворца.
– Ты не станешь. Ты упрямый мужчина, которого просто невозможно в чем-то переубедить.
Маг лишь усмехается в ответ на мои слова, а после берет меня за руку, но мы не следуем по давно знакомому пути.
Йоран сворачивает в сторону, и воспоминания о зелёных пейзажах и первом поцелуе испарятся из моей головы. Вместо них заселяются новые: мы проходим на ещё неизведанную местность за дворцом. После стабилизации магии на землях она расцвела с новой силой.
Это тоже стало причиной, по которой народ Рухты понял, что магия вдыхает жизнь во все вокруг. Вместе с тем, как зацвели поля, начали прорастать урожаи, стремительно очистились озера и реки. Все окрасилось в яркие тона так стремительно, что походило на ещё один сон. И я очень сильно боялась проснуться.
Все, лишь бы не очнуться в холодной комнатке в Целоте, и вместо лица Йорана увидеть серый потолок.
Да, землям понадобится ещё очень много лет, чтобы до конца восстановиться от всего, что натворили предатели. Но она уже была на пути к этому.
Йоран тем временем привел меня к подолу леса. Меж двух деревьев мы нашли совсем новую лавку, над которой струилась арка, украшенная цветами. Заметив это, я прижала ладонь к губам, чтобы скрыть приятное удивление. Мужчина проще к скамье, и расположился на ней. Когда над его головой вспорхнули две бабочки, я думала, что вот-вот не сдержу смех.
– Что? – напряженно спрашивает маг.
– Неужели ты сам все это сделал?
Йоран в шутку закатывает глаза, слыша намек в моем голосе. А после хлопает ладонью по месту рядом с собой. Я прохожу к нему, присаживаясь рядом и расправляя свое светлое платье. Приятный аромат роз окутывает меня, и я поднимаю голову. Как следует запоминаю ту красоту, которую вижу.
Маг рядом со мной делает то же самое, но я опускаю голову и издевательски смотрю на него.
– А теперь ты полезешь целоваться?
Он почти оскорбленно метает на меня полный удивления взгляд. Мои плечи трясутся от пробравшего меня глухого смеха.
В последние дни я очень часто смеялась, но это, кажется последствия стресса, испытанного накануне. Вместе с иссякнувшим резервом магических сил, я будто лишена важной частички себя…
И, уверена, Йоран ощущал то же самое.
– Что бы такое ответить… – ехидно отвечает он, с прищуром глядя на меня.
– Сколько не старайся, ответа не найдешь.
Я пожимаю плечами, чуть склоняясь вперёд, и густые локоны волос за моей спиной переваливаются на плечи.
Ощущение полной безопасности, отсутствие печати на сознании и простота – усугубляли положение, к которому я пробиралась годами. Но даже так, к этому было нестрашно привыкнуть. Если подумать, я бы хотела быть в этом состоянии всегда.
Ведь когда твоей жизни не грозит опасность, она ощущается совсем по-другому.
Рука Йорана касается моих волос, заводя локон за ухо. Смотрю на него, но спокойный взгляд зелёных глаз уже вдоволь изучил мой профиль. В который раз за эту короткую вечность. Йоран так часто безотрывно на меня смотрел…
– Из меня хлынет столько слов, но я не знаю, какие из них подобрать прямо сейчас…
– Значит ничего не говори, – отвечаю я, кладя руку поверх его, и притягивая ее ближе. Жмусь щекой. – Не говори, а просто побудь рядом.
– Примерно… несколько веков? Принцесса рассчитывает на это.
Он ухмыляется, и я поддерживаю эту тему с удовольствием.
– Кея перекрывает свой страх тем, что способно порадовать. Пусть это глупая шутка или предложение для нас о покупке собственного дворца. Не кори её. Это на случай, если разговоры зайдут слишком далеко.
Мужчина кивает, хрипло посмеиваясь.
– Это не в моем характере.
Он поворачивает голову и смотрит в сторону дворца, но теперь уже мои глаза не отрываются от его профиля.
– Йоран.
– Да?
Он поворачивается и мои губы находят его. Поцелуй длится долго, медленно. Йоран накрывает вторую мою руку и прикрывает глаза. Крепкое прикосновение распаляет мою радость, мою нежность.
Йоран хочет приоткрыть губы, но я отстраняюсь, находя его ухо.
– Я тоже тебя люблю.
Он закусывает губу, усмехаясь, и опускает взгляд. Тогда я отстраняюсь, чтобы оценить его реакцию.
– Думал, ты забыла.
– Ты был бы этому рад?
Но Йоран не соглашается. Вместо этого он обхватывает меня рукой, притягивая к себе в очередном нежном поцелуе.
– Я бы сказал тебе эти слова вновь.
Мои губы растягиваются в улыбке, и мужчина мягко подхватывает ее.
С его непомерной силой и характером, он обращается со мной, как с цветком. А не сильным магом и серьезной женщиной. Его пальцы обходят все колючие зоны, пробираясь к нежным лепесткам. В любви Йорана всегда было очень много стараний и нежности.
– Что мы будем делать дальше, Йоран?
– Делать то, для чего были рождены – следовать балансу.
В ночь, когда Рухта пала в первый раз, мы не просто потеряли друг друга – мы потерялись сами. Но если выжили и встретились вновь, Эллуиру больше не придется опускаться на колени.
В день, когда Рухта возродилась из огня, она стала самой сильной столицей. Как было испокон веков. А Тёмный маг вместе с наемницей королевы установят её порядок, следуя балансу.
И эпоха Богов Рухты возродится вновь.