3.15
Отряд, ведомый Верой, которая знала город и все его окрестности как свои пять пальцев, продвигался вперед. После выхода из бункера, захоронения останков погибших и отбитой атаки носителей, остававшихся возле убежища, прошло три часа. Путники продвигались медленно, стараясь не привлекать внимания. При малейшем намеке на опасность, все, как один, старались затаиться в ближайшем укрытии. Ими служили кусты, деревья, здания, холмы, да и сама земля, к которой можно было припасть, в ожидании того, когда опасность минует.
- В городе самое большое скопление зараженных. Выйдем «в поля», там будет проще, - подбадривал путников Роман.
Вера старалась вести группу как можно дальше от дорог, на которых уже были, не в первый раз, замечены рейдеры. Когда группа остановилась на привал, с целью определения дальнейшего маршрута, Вера сухо произнесла:
- Вдали от дорог будет очень тяжело продолжать путь. Я все-таки ориентируюсь по ним. К тому же, это довольно опасно, так как есть риск набрести на болотистую местность.
- Идти вдоль трассы слишком опасно, - ответил Роман, - вся шваль сейчас ошивается у дорог, в надежде поживиться чем бы то ни было у выживших. Да и носителей дороги тоже притягивают, как магнит.
- У меня есть еще один вариант, но в нем присутствует одна загвоздка... - заинтриговала остальных своими словами Вера.
- Говори, обсудим! - вопросительно смотрел на женщину Роман.
- Кто-нибудь умеет водить поезд? - внезапно выдала она в ответ.
Путники переглянулись. Стас улыбался, качая головой. Один только Теплов, не отрываясь от рации, в которой он постоянно продолжал что-то настраивать, как ни в чем не бывало, проронил:
- Я умею!
Удивленные взгляды окружающих переметнулись с Веры на Мишу:
- Да, ладно? - с издевкой в голосе, переспросил Стас. Все давно привыкли к его интонации и никто не обижался на его «подколы».
- Да! - спокойно ответил Миша. - Я окончил железнодорожный техникум по специальности «Машинист тепловоза». У тебя есть еще вопросы? - он посмотрел на Стаса.
Тот пожал плечами. Тогда Михаил перевел взгляд на Веру:
- А, собственно, почему ты спросила про это?
Вера, уставившись на нож, который она вертела в руках, ответила:
- Здесь рядом есть депо. Мы могли бы продолжить путь на поезде. Это будет самым безопасным вариантом. Сами посудите: мы избежим встречи с преступниками, которые заполонили автодороги, и ни один носитель не будет представлять для нас опасности, пока состав будет катить по рельсам. Пусть бросаются под поезд, для нас это не помеха. К тому же, я считаю, этот вариант самым быстрым способом достигнуть пункта назначения. Как вам?
Вера употребила слово «вам», подразумевая всех собравшихся, но взгляд перевела на Клешню. Именно ему, по не озвученному никем правилу, принадлежало право последнего голоса. Сильный, уверенный и рассудительный Роман, в отсутствие майора Камнева, стал негласным лидером команды. Клешня посмотрел на Веру и спросил:
- Здесь рядом где-нибудь есть магазин строительных материалов?
- Да, тут недалеко раньше располагался целый торговый комплекс «Стройдвор».
- Это хорошо. Надо будет наведаться туда, раздобыть средства герметизации. Можно будет промазать все щели тепловоза, чтобы помимо носителей, быть защищенными и от наших врагов – насекомых. Миша, ты когда-нибудь водил тепловоз?
- На производственной практике, конечно, водил, а по специальности работать не доводилось. Но, ты, Рома, не переживай! Не так страшен черт, как его малюют! Там все просто, и мастерство, сам знаешь, не пропьешь, - подмигнул Роману Теплов.
- Хорошо! - бодро ответил Клешня, вставая на ноги. - Тогда, Вера, веди нас в депо. Посмотрим, что там имеется.
Остальные участники группы тоже поднялись и двинулись, вслед за Верой, на поиски поезда.
Добрались до места молодые люди достаточно быстро. Поезд выбрали сразу, так как из пяти находящихся в депо, только один тепловоз был исправным и пригодным для езды. Миша сразу полез внутрь, осматривая на ходу все кнопки и рычажки. Он что-то бормотал себе под нос, а глаза Теплова горели, словно у ребенка, получившего в подарок на день рожденья детскую железную дорогу.
Далее, Роман, не встретив ни от кого каких-либо возражений, распределил обязанности. В отсутствие Камнева, даже Стас стал более покладистым и менее ершистым, что не могло не радовать Клешню, но вместе с удовлетворением, вызывало и некоторое удивление. «Чем ему успел насолил майор?» - не мог понять Роман. Но, так как, достаточным количеством времени для раздумий, мужчина не располагал, он решил оставить выяснение этого вопроса до лучших времен. Итак, по распределению Клешни: Стас и Вера отправлялись в строительный магазин за средствами для герметизации поезда, Миша оставался в депо с целью подготовки состава к путешествию, сам же Роман, вместе с Сашей отправлялись в ближайшую аптеку, обновить набор необходимых, для оказания экстренной помощи, медикаментов.
Вернулись обе пары довольно быстро. Благо, и аптека, и магазин строительных материалов находились совсем рядом с депо.
Все три громоздких прочных полиэтиленовых пакета силиконового герметика, принесенные Верой и Стасом, были потрачены на промазывание щелей локомотива и единственного сцепленного с ним вагона, оставленного членами группы. Работы длились долго. На все про все ушли сутки. После этого, Михаил вышел и перевел в нужном направлении стрелки на путях. Когда он вернулся, Роман тут же выдавил остававшийся герметик по периметру двери локомотива.
Приготовления были закончены. Участникам похода предстоял долгий и опасный путь, но все они, до единого, несмотря на смертельную усталость и закрывающиеся от желания выспаться глаза, улыбались. Кто-то, как Вера, едва заметно – уголками губ, а кто-то, как, например, Александра, всеми своими белоснежными зубами. Внутри каждого поселилось ощущение того, что эта дорога станет чем-то новым, неизведанным, но, обязательно, значимым и важнейшим моментом их жизней. Поезд тронулся в неизвестность. Теплов, с видом гуру, вывел тепловоз из депо и повез команду к столице. Локомотив медленно, но верно набирал ход. Михаил не удержался и дал гудок. Роман посмотрел на него, но ничего не сказал. Сон отступил. Все пятеро смотрели, не моргающими глазами вперед, каждый думал о своем. Никто не знал, чего ждать впереди, но люди не боялись. Страха больше не было. Он ушел, уступив место, ожиданию.