3.3
- О-паньки, живые люди, вроде приличные молодые парни, - Вера осекла себя.
Дурная привычка проговаривать все, что она видела в прицел своей снайперской винтовки Драгунова, раздражала ее. Тем не менее, каждый раз, когда она подносила оптику к правому глазу, язык ее развязывался. Скорее всего, именно разговоры с самой собой успокаивали ее и позволяли без промаха поражать цели.
- Так, так, так, вот оно что... - она сдвинула прицел немного в сторону. Теперь она видела, что за группой бежит носитель. - Ну что же, поможем людям. А носитель-то, ничего себе... В первый раз вижу таких шустрых. Если бы ни вереница вен на лице, подумала бы, что он бежит с ними, а не за ними. Ладно, он совсем близко. Действуй, Вера!
Женщина прицелилась и нажала на спусковой крючок. Грянул выстрел.
- В яблочко!
Пуля пробила насквозь черепную коробку носителя. Тот упал, как подкошенный. Его конечности еще несколько секунд продолжали двигаться, словно мужчина пытался встать, затем замерли навсегда.
- Что такое? - Вера, с удивлением, продолжала наблюдать за происходящим в прицел своей СВД. - Что, черт возьми, такое?
Бежавший впереди крепкий парень вернулся к упавшему зараженному и попытался поднять его.
- Что за ерунда? Может это и не носитель был? Да, нет, глупости, я четко видела и вены, и глаза! Это был носитель на сто, на сто десять процентов! Почему же тогда этот чудак так ведет себя? - недоумевая, продолжала бормотать себе под нос Вера.
Раздались звуки новых выстрелов. Женщина сдвинула прицел в сторону, откуда они доносились.
- Ага! Бедные парни: мало того, что за ними гнался носитель, так еще и эти сумасшедшие военные, блокировавшие дороги, тоже сели им на хвост. Вот, ведь, безмозглые роботы – людей уже не осталось, а они все выполняют какие-то, одним им известные, приказы. А, может быть, они уже и не приказы выполняют, вовсе, просто у парней есть чем поживиться... - Вера продолжала наблюдать за происходящих, глядя в линзу оптического прицела.
Двое мужчин в военной форме приближались к беглецам, стреляя из пистолетов. Каких именно Вера пока не разглядела, да это было и не важно. Крепкий парень, который стоял на коленях, горюя возле трупа носителя, открыл ответный огонь. Он произвел три выстрела. Ближайший к нему военный упал.
- Умница! - непроизвольно слетело с языка Веры.
Она, почему-то, уже симпатизировала стрелявшему.
Второй парень прижался к асфальту и, закрыв голову руками, очень громко кричал матом. Его ругательства были настолько грязными, что женщина даже слегка покраснела. Его спутник почему-то прекратил стрельбу, хотя второй солдат был уже совсем близко и целился в парней.
- Почему же этот красавчик не стреляет, ведь вояка убьет их? Аааа, вон оно что! Патроны закончились! - Вера увидела, что затвор его короткоствольного пистолета отъехал назад и зафиксировался.
Времени на раздумья не было. Вера поймала в прицел, направившего оружие на противника, военного и нажала на спуск. 7,62-миллиметровый патрон со скоростью 830 метров в секунду вылетел из ствола снайперской винтовки, и через мгновение пуля пробила грудную клетку, даже не понявшего, что его поразило, бойца. Воин упал на колени, схватился руками за грудь и наклонил голову, в недоумении глядя на расплывающееся по футболке, цвета хаки, ярко-красное пятно.
Вера сплюнула под ноги, выругалась и вновь приложила глаз к «оптике». Солдат уже лежал на животе, а кровь его растекалась по дороге. Один из парней продолжал зарываться в асфальт, проклиная все вокруг, другой же опасливо смотрел по сторонам. Он пытался определить: кто и откуда произвел спасительный выстрел. Вера перекинула СВД через плечо и, двигаясь пластично, но уверенно, стала спускаться с дерева. Спрыгнув с нижней ветки на землю, женщина достала из кобуры «Стечкин» и, озираясь по сторонам, побежала в сторону дороги.