Кукушкин остров

Поздним вечером того же дня в доме Лауры загорелся свет.

Маррика наотрез отказалась возвращаться в Санкт-Петербург, чем полностью вывела из себя и без того взвинченную Амалию. Слегка дрожащим голосом та умоляла дочь понять и прислушаться, но стоило ей отвлечься на звонящий телефон, тут же менялась в лице и отвечала, как робот «Да, Роберт», «Нет, Роберт». Подмогу вызвали, как позже выяснилось, сотрудники заправки. С подоспевшими службами больше всех общалась Регина, как бы отдуваясь за тех, кто был жив и кто таинственным образом пропал. Маррика ни во что не вникала, слова приемной матери не трогали сердце, и вся канитель вокруг была для нее не более, чем немой фильм. Врач, осмотревший ее, сказал: «Жить будешь». Вердикт прозвучал для нее как приговор.

Когда пришло время прощаться с Пак, эвакуатор уже забрал машины. Амалия перед тем, как сесть в заказанное такси, приобняла сестру и строго сказала ей на ухо «Чтоб обе вернулись! Ты поняла меня?» Регина кивнула и громко захлопнула за ней дверь, после чего повернувшись к племяннице и произнесла: «Поехали домой». Маррика не села в машину, пока не услышала адрес назначения: Лесная 13б. Так они вместе очутились в доме Лауры.

Регина принялась растапливать печь. За жарким днем близилась холодная ночь. Маррика села на тахту и стала внимательно наблюдать, как Регина в чужом доме безошибочно нашла, где лежат дрова, включила газовую плиту, и, налив из желтого ведра кристально чистую воду, поставила чайник кипятиться.

– Ты была здесь раньше? – скрипучим голосом спросила Маррика.

– Нет, – резко ответила она, разглядывая чашки в раковине. – А что?

– Ничего.

Маррика сняла с плеч рюкзак и положила его на колени. До того как приехала скорая и другие сотрудники, она попросила Регину оставить ее ненадолго одну. Принять, что Макситали убил Вальтера и Лауру, означало бы смириться с поражением, но Маррика не желала доставлять ему такое удовольствие, как и верить в их смерть. Сверля взглядом пепел, она мысленно взвывала к дару, представляя на сиденье Вальтера с Лаурой живыми. Дар не откликался, будто контролировать его может только Мартта. Но Маррика и не думала отступать, как и пытаться достучаться до сестры. В тот короткий миг тишины, когда она бросила попытки исправить положение даром, на нее снизошло озарение. Маррика заставит пожалеть близнеца за то, что спряталась, когда была так нужна. В том, что случилось есть и ее вина.

Во внутреннем кармане рюкзака лежит перенесенный с сиденья пепел. Теперь, находясь так близко к Вуоле, ей оставалось ждать, когда Регина заснет крепким сном. Маррика успела немного вздремнуть в такси, но тело по-прежнему ныло от усталости. Пак, заварив чай, пустилась ходить между комнат. Дом будто призрак, помнящий хозяев: все осталось на своих местах, словно она и вовсе из него не уезжала. Дом пробудил в ней ностальгические чувства, уносящие так далеко, что она успела ненадолго позабыть для чего зашла в комнату.

Вскоре Регина вернулась в зал, держа в руках аккуратно сложенную пижаму. Маррика вдруг разозлилась, почему женщина, не имеющая отношения к семье Реглин, ведет себя в их доме как хозяйка.

– Не надо, – сердито буркнула Маррика, но опомнившись, что на ней то ли Макситали, то ли Мартты футболка, резко передумала и приняла пижаму, не выразив благодарности.

– Можешь переодеться в соседней комнате, я пока налью чаю. Ты же будешь?

– Кофе здесь есть?

– Ты уверена? Кофеин на ночь вреден, не то, чтобы я учу тебя, как жить, просто нам двоим не помешало бы выспаться. – Регина села на край тахты. – Завтра новый день и кто знает, что он принесет, – загадочно произнесла она.

– Почему ты за мной увязалась?

– Ма... – Регина осеклась, отвела взгляд, и шумно выдохнула. – Майя, я ведь твоя тетя, а не абы кто. Я не знаю, через что тебе пришлось пройти, но я искренне хочу помочь. Быть может, сейчас ты не готова рассказать об этом, но я буду ждать. Ведь раньше ты всем со мной делилась, а теперь смотришь как на зверюшку в зоопарке, будто первый раз видишь.

– Ты дала ей копию, – обескураженно произнесла Маррика, вспомнив как Мартту занесло в Порканниеми. Не произойди этого, дар близнеца не пробудился бы, и она тоже. – Там был вписан от руки адрес. Ты хотела, чтобы Мартта приехала сюда... а теперь делаешь вид, что не причастна к этому...

– Стоп! Что? Ты как-то странно говоришь, я не понимаю.

Регина заметно занервничала: глаза забегали по комнате, губы сжались в тонкую линию, скулы напряглись. В глазах Маррики заиграл неподдельный интерес.

– Чего ты хотела этим добиться?

– Мартта, подожди, – слетело с ее губ имя, вертевшееся томительно долго на языке.

– Вот ты и попалась! – Маррика поднялась на ноги, прижав к груди рюкзак с пижамой. – Кто ты такая, Регина-не-абы-кто?

– Я все тебе расскажу, но постепенно и не здесь.

– Боишься, что нас подслушают?

– Все гораздо хуже, – мрачно сказала Регина, вставая на ноги. Она прошла к выключателю и погасила свет. – Стой смирно. Я должна кое-что проверить.

Регина внимательно всмотрелась в окно позади девушки, затем в то, что над столом. Ей не показалось, деревья не могли двигаться, Порканниеми – не сказочный лес с волшебными тварями. Порканниеми, который она помнит, кишит чудовищами, и в темных водах Вуолы кроется мир, что не должен был существовать. И город этот совсем не изменился, и все в нем осталось зловещим. Участок окружали тени человеческих размеров, оставалось лишь понять, какие твари решились напасть первыми.

– Ты знаешь, где вокзал?

– У нас викторина? – съязвила Маррика, перебирая в голове все возможные варианты того, кем может быть Регина на самом деле.

– Мартта, – строго произнесла она, – сейчас не время так себя вести. К нам идут незваные гости и явно не на чай. Не верти головой, стой прямо!

– Не зови меня этим именем!

– Я понимаю, ты растерянна, но нужно взять себя в руки и запомнить, что я скажу.

– Да ни фига ты не понимаешь! Я не Майя и не Мартта, меня зовут Маррика и ты обо мне ничего не знаешь! Мы с тобой незнакомцы.

– К-как? – на лице Регины отразилось сильное удивление, ноги подкосились. Она оперлась спиной на дверной косяк и глухо повторила, – Как?

– Что как?

– Как ты выжила?

– Ты и об этом знаешь? – поразилась Маррика. – Да кто же ты такая?! Близнец Каролины, о котором все забыли?

– М-Маррика, послушай, – Регина, преодолев быстрыми шагами расстояние между ними, обхватила ее лицо ладонями, – ты знаешь, где вокзал?

– Я знаю, где гостиница. Там остались вещи.

– Хорошо, беги туда со всех ног через коричневые ворота и вызови до вокзала такси. Если я не появлюсь там до полуночи, вызывай машину до Питера. В коридоре висит моя джинсовая куртка, возьми ее с собой, в кармане лежат деньги, должно хватить.

– Я не поеду в Питер.

– Не езжай, выбери любой другой город, но не задерживайся здесь.

– Ты прощаешься со мной? – хрипло и расстроенно проронила Маррика.

– Ни в коем случае. – Регина спешно поцеловала ее в лоб. – Тебе пора бежать.

Маррика кивнула головой, и потянувшись губами, поцеловала Регину ответно в лоб, решив, что именно так принято делать, когда разлучаешься с кем-то из семьи. Принято оставлять свой след. Регина слабо улыбнулась, хоть и выглядела потрясенной. Маррика обошла ее и широкими шагами направилась в коридор, прося мысленно прощение за то, что выполнит лишь вторую часть уговора. Прихватив джинсовую куртку, она прижала ее к груди вместе с пижамой и рюкзаком, бесшумно закрыв входную дверь, выбежала через коричневые ворота, и пошла в сторону пляжа, перебежав через дорогу.

На деревья опускался сумрак, по земле стелился холодный туман. На темном небе, словно декорация, высоко висела полная луна. Она окрашивала горизонт реки желтоватым оттенком. Маррика следовала к нему, прислушиваясь к каждому шороху, замирала, когда под ногами хрустели ветки и шишки, вертела головой и останавливала взгляд на верхушках деревьев. Никого не было. Но Маррика чувствовала всем нутром, что находится в лесу не одна.

Регина вышла во двор дома, сжимая крепко в руке найденный под кроватью старинный охотничий нож с копытом вместо рукоятки. Ободряла себя тем, что на шерсти не останется отпечатков ее пальцев. Не выходить же к гостям с голыми руками? Чудовища тянулись со всех сторон, ловко перепрыгивая через ограду. Они обступили ее плотным кольцом. Она насчитала, что их девять и перебросила нож в левую руку. Внимательно осмотрев, стоящего напротив, чудища с черепом лисы на голове, принялась переносить его облик на себя. Вокруг нее образовался кокон из сгустка белой энергии. Неприятели замерли в боевой позе, наставив на ту свои орудия.

– СТОЯТЬ! – выкрикнула главная среди них, предостерегающее подняв ладонь.

Сгусток рассеялся, и Регина выронила от изумления свой нож: маска давила на голову, спину и грудь сковали металлические кольца, от мехового ворота несло до тошноты знакомым парфюмом. Она сорвала с себя накидку, стащила с головы череп лисы и швырнула его в ноги истинному владельцу. Тяжелая кольчуга звенела от ее движений. Регина распустила волосы и провела рукой по спавшим на плечи черным прядям. На перчатках остались выпавшие локоны. Стянув их, она увидела старческие руки.

– Закончила? – раздраженно спросила женщина, наблюдая за своим двойником.

– Я знаю тебя, – уверенно ответила Регина ее голосом, – Ранта Анна-Леена. А вы, значит, местные рейнджеры. – Она бесстрашно посмотрела на выставленные против нее клинки. Хранитель в маске волка, стоящий сбоку от нее, поддался вперед и приставил лезвие к ее шее. – Что ж, неприятно с вами познакомиться.

Регина, подкинула охотничий нож, лежащий на земле, ногой, но не успела схватить его в воздухе. Хранители, слаженно сбили ее с ног и выкрутили руки, будто собирались распять за дерзкую выходку. Один из них передал Анне-Леене нож Регины.

– В наших краях опасно знать слишком много. Проверьте, есть ли стигма на шее.

– Вам стоит посмотреть на это, – ответил мужской голос в маске лося, оттянувший ворот водолазки Регины.

– Так стигмы нет, – недовольно заключила Анна-Леена, проведя острием лезвия по ее шее. – Оставьте нас.

Хранители, все как один, выразили свое несогласие.

– Приказываю оставить нас! – Анна-Леена убрала нож за пазуху и проследила, чтобы никого на участке не осталось. – Покажи свое лицо, – она рывком подняла Регину за плечи и развернула к себе.

– Сначала ты.

Анна-Леена сняла маску и прижала ее к боку, обхватив рукой.

– Твоя очередь.

– Годы тебя не пощадили, – чересчур радостно произнесла Регина, рассматривая ее лицо: на лбу сеточки из морщин, запавшие щеки, дряблый подбородок. Зеленые глаза, словно кошачьи, холодно смотрели на нее. – Неудивительно, что Вальтер от тебя ушел.

– Чушь! Он предан своей семье! – Лицо Анны-Леены исказилось злобой. – А, так ты воскресшая Мартта, внучка гнусной старухи? Я наслышана, что стигмы у тебя нет, но в Мане ты, однако, была. Человек ли ты или оживший труп?

– Погоди-ка, кого ты гнусной старухой назвала?

– Не строй из себя дуру. Лаура в доме или скрылась как крыса? Отвечай!

– Лаура мертва.

– Не морочь мне голову, нам известно о ее бессмертии!

– Похоронена на кладбище рядом с Димитрием.

– Дорогуша, мы держим город пол колпаком. Похорони ты ее на кладбище, нам бы об этом уже донесли.

– Знала бы ты, как сильно заблуждаешься, но ничего, я тебе вправлю мозги и не зови меня дорогушей, старая карга.

Вокруг Регины снова появился кокон из белой энергии, когда он пропал, Анна-Леена, оцепенев от ужаса, широко раскрыла глаза и рот. Маска выскользнула из-под руки и упала на землю.

Губы Маррики посинели от холода. Стуча зубами, она все глубже заходила в ледяную воду Воулы, проклиная Макситали. Река дошла Маррике до груди, ухватившись за лямки рюкзака, как за парашют, она задержала дыхание и нырнула с головой. Посчитав до десяти, Маррика вынырнула, дрожа всем телом. Водоворот ее не подхватил, как это было с Марттой, но что если у Маны есть и другой вход. Она решила проверить.

– Я при-шла з-з-а сдел-кой! – стуча зубами, произнесла Маррика.

«Что ты творишь?!»

Маррика машинально обернулась, но никого не застала.

«Я все видела и слышала!» – обвинительным тоном прокричала Мартта.

«О, так ты проснулась!» – с досадой ответила про себя Маррика. Она не ожидала, что та покажется в самый ненужный час. – «Вали обратно в свою темницу печали, предательница!»

«Я прошу прощения за то, что кинула тебя. Но я все хорошо обдумала и хочу помочь».

«Засунь свою помощь в одно место и не мешай мне!»

Маррика глубоко вдохнув, снова нырнула под воду.

«Да что ты делаешь?»

«Отвали!»

Маррика почувствовала макушкой головы студеный ветер, вода, облипающее тело, вдруг начала исчезать. Она плюхнулась в глину, замерзшие ноги, как и руки, не двигались. Открыв глаза, Маррика обомлела. Над ней нависла стоячая волна размером с дом Лауры.

«Это ты сделала?»

«Теперь-то ты меня выслушаешь?»

«Поговорить хочешь? Тогда выходи! А, ты же не можешь. Ты настолько бесполезная, что твой дар – твое проклятье! Где ты была, когда Макситали материализовался из воздуха в джипе? Почему ты его не остановила? Ненавижу тебя!»

«О чем ты говоришь? Когда это было?»

«Вылезай из меня. Пошла вон! Я не буду жить в одном теле с убийцей!»

Волна обрушилась на Маррику, хлестнув больно по лицу, и выбросила на берег. Этого хватило, чтобы начать снова чувствовать свое тело. Маррика лежала на боку с закрытыми глазами, из приоткрытого рта вперемешку со слюной стекала вода.

– Маррика, – жалобно простонала Мартта, лежа напротив, – пожалуйста, открой глаза. Я вышла, слышишь, мы больше не заперты в одном теле.

Маррику словно ударило током. Она резко открыла глаза, и, подавившись скопившейся в горле жидкостью, перекатилась на четвереньки, пытаясь полностью ее откашлять. Мозг воспринимал голос Мартты как внутренний, прокашлявшись, Маррика проверила, на месте ли портфель.

– Я сделала это. Я не бесполезная. Выслушай меня, прошу.

Маррика медленно повернула голову в ее сторону. Мартта лежала в позе эмбриона абсолютно голая и беззащитная. С таким невинным лицом, что близнец испытала секундную слабость и едва не кинулась прикрывать собой. Но груз на спине быстро напомнил, как они до такого докатились.

– Не молчи.

– Помнишь тот сон, в котором мы первый раз с тобой встретились?

– Было жутко.

– Сегодня я дойду до конца.

Все случилось почти что как во сне: близнец завалила Мартту на спину, сомкнула ее запястья над головой. От стекающий с Маррики и капающих на нее капель воды, в этот раз не несло запахом мокрой гнили. Мартта выгнула шею, и Маррика наклонилась к ней...

– Довольно! – командным тоном выкрикнула Анна-Леена, подняв две ладони, и сплюнув кровь. Та, кого давно считают мертвой, стояла напротив, прерывисто дыша, с маской в руке, готовая нанести новый удар. Анна-Леена, поддавшись инстинктам, первая напала на нее, а та оказалась не из робкого десятка.

– Я задам тебе пару вопросов, советую отвечать быстро и без шуток, замнешься, и я проломлю тебе череп этой маской. Я доходчиво объясняю?

– Мы могли бы объявить временное перемирие, – тяжело встав, Анна-Леена распрямилась во весь рост с бесстрастным лицом.

– Я уберусь с Марттой отсюда до рассвета. Не надо нас втягивать в ваши разборки с нечистью.

– Твои предки клялись защищать город от Маны ценою своей жизни. Лаура с Димитрием отступились. Где они теперь? Он в гробу, а она спуталась с Туонетар и получила бессмертие.

– Недоходчиво, я поняла. – Она замахнулась маской и замерла как статуя. – Как ты остановила меня без заклинания?

– Я ничего не делала! – Анна-Леена попыталась сдвинуться с места, но оказалась пойманной в ту же ловушку.

– Это мы, – прозвучал позади них голос Маррики. – Вы блин кто еще такие?

Она стояла со злым лицом, в промокшей одежде, придерживая за плечо, валяющуюся с ног близняшку в пижаме и джинсовой куртке.

Та, кого считали мертвой, не верила своим глазам.

Не следовало им возвращаться в Порканниеми.