Между близнецами

Зейн

Дорога к дому моей неподражаемой мисс Уэйн заняла от силы полчаса. Повернувшись к ней на пассажирское смотрю, не зная как адекватно попрощаться.

Сзади сидит мой близнец, а сейчас он не в том состоянии, чтобы наблюдать за нашими нежностями и слащавыми прощаниями.

Я бы на его месте точно не овладел собой после всех событий и завершении в виде такого десерта. Хотя, мне бы и смерти отца не нужно было, просто бы набил ему лицо, при отзеркаленных  обстоятельствах.

Точно уйду с должности психотерапевта.

— Точно всё будет хорошо? — обеспокоен спрашивает моя женщина у нас обоих, аккуратно посматривая то на него, то на меня.

— У меня нет сил сегодня бить ему морду. — устало выдыхая отвечает близнец, что заставляет меня ухмыльнуться.

Точно бы сейчас сказал что-то колкое, но состояние  у нас сейчас с ним идентичное.

Это можно назвать близнецовой связью?

Сам себе сейчас по морде готов дать от этих мыслей.

Мы выходим из машины. Втроем.

Хейли подходит и на прощание обнимает близнеца, но я не ревную. Хоть он и сволочь, но если меня кроет после смерти отца, то ему гораздо хреновее будет.

Блять, откуда у меня взялось столько эмпатии к одному из прородителей «выродка»?

Он благодарно, её обнимает, не могу сказать, что по-свойски, просто будто ему сейчас только это и было нужно. Говорит ей «спасибо», мимолетно косится на меня и садится за пассажирское моей машины.

Мы стоим сзади, и если ты, братец, мазохист, то твое решение смотреть в зеркало заднего вида или нет.

Я подхожу к Хейли и крепко обнимаю её за талию, прижимая к себе. Дикое желание сжать её так, чтобы каждая клеточка её тела впиталась в меня.

Люблю.

— Я переживаю. — признается моя несносная и своими залесными глазами смотрит на меня.

— Я психотерапевт. — ухмыляюсь, стараясь её успокоить. — Если что, навяжу ему, что у него шизофрения.

Лицо Уэйн озаряет самая прекрасная улыбка из всех, которые мне только удавалось видеть. И как такое прекрасное может любить меня?

Такое возможно?

— А он хирург. Вдруг отрежет что-то? — игриво говорит, поднимая одну бровь.

— Тогда будем постояльцами секс-шопов.

Я целую её вкусные губы, она позволяет мне углубить поцелуй. Руки начинают скользить по моему любимому телу и черт, я готов всю ночь стоять как школьник и целоваться, но сейчас мне нужно поговорить со своим близнецом.

После стольких лет. 

— Отписывайся мне! — указывает мне, тыча своим пальчиком мне в грудь.

— Никак иначе. — уверяю мою госпожу, и дожидаюсь, пока она не зайдёт в дом.

Как только фигура Хейли скрылась за стенами здания, я молча сажусь в машину. Боковым зрением тоже замечаю, что близнец провожал её взглядом.

Лишнее. Она моя.

Из района мы выехали в тишине, в прочем, большую часть дороги мы так проводили. Он молчит, а меня окружили назойливые думы о моем теперь уже покойном отце.

Не вышло. Не зауважал. Не успел.

В глубине души я всегда ожидал того момента, когда отец узнавши о моих достижениях все таки за уважает меня, вспомнит. Хотелка маленького мальчика доказать, что клеймо несправедливо всегда преследовала меня.

Сам и не заметил, с какой силой сжал руль.

— Куда? — спрашиваю, не удосужившись даже посмотреть на него.

— Похуй.

Так, как не знаю ни одного заведения с названием «похуй» везу его в один неплохой бар неподалеку от офиса мисс Уэйн.

Припарковав машину, мы вышли и молча направились в заведение. Нас сразу встретила официантка, Кристен кажется. Всегда мое посещение совпадает с её сменой, на удивление. Или может молодая студентка просто пашет без выходных.

Увидев меня глаза Кристен начинают хитро гореть (да, почему-то забыл тот факт, что она постоянно пытается меня склеить, но на это могу ответить названием любимого заведения моего близнеца). Но глаза девочки округлились, когда сзади меня она увидела идентичное лицо.

— Мистер Малик... — удивленна начала та, покосившись на него. — Не знала, что у вас есть близнец.

— Не поверишь, сам забыл до не давних пор. — хмыкаю, усаживаясь за стол.

Заведение выполнено в черно-серых тонах. Черная близка с серым мрамором и такого же цвета стены. Стеклянные столы и серого цвета мягкие стулья. Музыка ненавязчивая, электронная, не давит на мозги глупыми текстами.

— Бутылку виски, два бокала и лёд. — делаю заказ, не дождавшись пока близнец сядет.

— Как скажите. — послушно кивает Кристен, еще раз обводит взглядом нас двоих и скрывается с нашего поля зрения.

Уже через минуту на нашем столе появляется бутылка алкоголя. За разлив берется близнец.

— Похороны нужно организовать на послезавтра. — начинает он.

— Необычные обстоятельства для знакомства с мачехой. — салютирую ему бокалом и опустошаю залпом стакан.

— Многого не потерял.  Как там матушка? — усмехается тот.

— Ублажает итальянца.

— Так вот в кого ты.

Искренне удивился его словам. Так как у меня были шуры-муры с итальянкой пару месяцев. Познакомились в баре, кстати не отрицаю, что может, кстати и в этом. Но она хотела чего-то серьезного, а меня просто устраивал с ней секс.

— Следил все таки за мной. Почему не отправлял открытки на День Благодарения? — стараюсь спрятать злость через сарказм. Вроде, вышло неплохо.

— Голуби бракованные были.

— Ну почему, не все прям-таки бракованные. Некоторые всё-таки прилетали. Правда там ничего не было, кроме моего клейма.

После моих слов близнец молча допивает остатки алкоголя в своем стакане.

— Я помню ты мне звонил. — начинает он. — Хотел уладить всё.

Еле сдерживаю порыв очередной агрессии, скрипя зубы.

— Да, было.

— Я привык жить без тебя. Привык так думать о тебе, привык винить. Мне было насрать что ты и как ты. Но...

Кажется, я слишком громко поставил свой виски на стол, что аж люди за соседним столиком обернулись к нам.

— Но ты мне хорошо отомстил. — скалится близнец. — Забрал у меня Хейли.

— Она не месть. Я люблю её. — вижу, как он сдерживает неприязнь после моих слов.

— К сожалению, ты её выбор, я ничего не могу сделать. Но я знаю, что с тобой ей лучше не будет. Неужели ты хочешь загнать её на самое дно? Ты нарик, одумайся.

Если я еще чуть-чуть сожму стакан, то он стопроцентно лопнет у меня в руке.

— Братец, — цежу я. — В своих отношениях с Уэйн я разберусь сам. Мы сюда пришли это обсуждать?

— Нет. Я уже сказал. Похороны.

— Значит будем обсуждать их. Необходимые деньги я скину, гостей не могу звать, так как из нас двоих с ним был ты. Присутствовать буду. Скажешь место и время. — последнее, что я ему говорю, прежде чем достать пару купюр, положить на стол и зашагать к выходу.

На кой хрен я вообще согласился на эту встречу!
Послушать какой я кусок говна? Как ему было насрать на мое существование и он привык винить во всех грехах меня? Кусок дерьма!

Слишком резко захлопываю двери в машине, и начинаю часто дышать от приступа агрессии.

— Блять! — выпускаю пар, начиная беспощадно бить руль моей машины.

Осталось перетерпеть его на похоронах, в дальнейшем не хочу видеть и знать о его существовании. Надеюсь, у Хейли тоже пропадёт к нему интерес.

Только вспомнил свою несносную, как на телефон поступает от нее сообщение:

Хейли: как обстановка?

Вы: обсуждали некоторые детали, уже закончили. буду ехать домой.

Хейли: а как Адам?

Вы: спроси у него.

Хейли: я соскучилась, приезжай ко мне.

Перечитав несколько раз её «соскучилась», все таки в груди стало немного теплее.

Вы: а Джули?

Хейли: не против.

Вы: хорошо, еду.

Я отложил телефон, и уже собирался заводить машину, как увидел близнеца, выходящего из бара. На мою машину он не обращал никакого внимания, за ним приехал какой-то тип на белой «Ауди». Смотря на него, агрессия снова проснулась. Хочу разорвать его по частям, наехать, набить лицо. Все и сразу.

Что сука со мной?

В голове резко появляется мысль.

Знаю как успокоить свое состояние.

Нет.

Нет. Нет. Нет.

Я обещал Хейли.

Больше не буду заниматься этой херней.

Стоило мне только вспомнить, что последние две ампулы осталось у меня в бардачке, я и сам не сразу заметил, как стал жевать свои губы.

Малик, нет.

Тянусь к бардачку. Беру небольшой сверток, в котором лежит ампула и шприц. Смотрю, долго всматриваюсь.

Мысль о том, что всего лишь несколько миллилитров смогут помочь мне успокоится, заполонила мой разум.

В голове всплывает образ Хейли. Моей прекрасной улыбающейся Хейли.

Бац! Звук лопнувшего стекла ампулы.

В последний раз, любимая, в последний раз...