Между близнецами

Лицо Зейна стало каменным, серьезным. Это заставило каждую клеточку моего тела напрягаться, так как я не знала как он отреагирует на мои слова.

Мы молча смотрели друг на друга некоторое время, пока тот не прервал тишину:

— Повтори. — просит он, чуть ли не шепотом.

— Я люблю тебя. — проговариваю я медленно, пытаясь донести в каждом слове мои чувства.

Малик берет моё лицо в руки и нежно целует в губы, без языка. Я не думая отвечаю на этот поцелуй, делая наши объятия крепче.

— Еще.

— Люблю.

Зейн уткнулся лицом мне в шею, нежно чмокая её.

— Это самый вкусный запах, который я когда-либо чувствовал. — проговаривает он, не отрываясь. — Я люблю тебя сильнее.

Его слова заставили мое тело вздрогнуть, на лице появилась улыбка. Та эйфория, что выплескивается из меня, не может сравниться ни с чем. Я не хочу думать сейчас ни о чем, кроме того, что мы признались друг другу в любви.

Если бы в тот день, когда я впервые переступила порог его кабинета, все развернется именно таким образом, я бы не думая повторила всё это вновь, чтобы услышать эти слова.

— Ты прекрасна. — говорит он, поглаживая мою скулу своей рукой. — Хотя по началу ты реально показалась мне невыносимой. — хмыкает Зейн, и я игриво пихаю его в плечо.

Наш разговор прервал звонящий телефон Зейна. Он быстро достал его из кармана, шлепнул меня по заднице и ответил на звонок. Его действие заставило меня хмыкнуть.

— Добрый вечер. Я уже подтвердил бронь пару часов назад, будем у вас через пару часов. — говорит он, не сводя с меня глаз, чтобы наблюдать за моей реакцией.

Малик скинул трубку, взглядом намекая, что нужно начинать наш путь на эту ферму. Я напоследок чмокнула его в губы, теперь уже с полным расслаблением, принятием взаимности и того, что после всей правды вылившейся на него, Зейн остался со мной и признался мне в любви.

Джули провела нас из квартиры, и мне было безумно приятно замечать то, как с Зейном они поладили друг с другом.

Я хочу плясать от того, какая я сейчас счастливая, какую комфортную обстановку я чувствую с тем человеком, от которого сначала шарахалась, но к которому на подсознании так тянула моя душа. И сейчас я ни на малейшую частичку не жалею, что начала свое расследование в тот день. Спасибо Адаму за его брата, я даже приняла то, сейчас любуюсь моим мужчиной только благодаря ему.

Я искренне желаю счастья Адаму, у меня определенно есть к нему чувства, крепкие, настоящие, но, к сожалению, как , скорее, к брату или другу.

Мне нужно определено с ним поговорить, я не могу с ним поговорить. Не могу и не хочу больше что-то скрывать. Хватит.

Больше я таких ошибок не допущу. Не буду водить вокруг носа людей, которых люблю.

А Адам...Адам найдет свое счастье, обязательно, он заслуживает этого.

Дорога до фермы заняла два часа. Инфинити припарковалась у деревянного забора, который ограждал большую территорию с треугольными домами-шалашами. Где-то даже увидела встроенную террасу с бассейнами. Территория вся в зелени, придающей уют. Но больше всего, меня восхитил не дизайн фермы, а живность!

У забора меня встречают две альпаки — белая и черная.

Белая альпака сразу обратила на нас внимание, начала зазывающе мычать глядя на нас, тряся головой в разные стороны, пока вторая скептически жевала свою траву, ни капли не заинтересованная в своих гостях.

— Белая точно ты. — усмехается Малик. — Вы, случайно, не родственники?

Сдерживать улыбку очень сложно, но у меня получается. Я скрещиваю руки на груди и вопросительно смотрю на него.

— Вот-вот, глаза сейчас точь-в-точь! — продолжает мой близнец и больше я не в силах сдерживаться, смеюсь.

— Смейся смейся. Сейчас дойдем до ослов, поздороваешься с родственниками.

Зейн хмыкнул, обнял меня за талию и мы вошли на территорию этого великолепного места.

До нашего домика нас провел администратор. Милая девушка невысокого роста и черным каре. Не смогла сдержать свои эмоции, войдя на нашу с Зейном территорию.

Компактный треугольный домик с кухней, гостиной и ванной комнатой на первом этаже, переходящим на террасу с тем самым бассейном, и спальней на втором. Мысли о том, что в этой деревянной кровати мы с Зейном будем встречать утро, заставляют меня мысленно танцевать.

— Нравится? — облокотившись двумя руками об дверной проем спрашивает Зейн.

— Ахринеть как! — воодушевлено отвечаю я, падая на кровать. — Я никогда бы не подумала, что ты можешь быть таким романтиком.

Зейн хмыкает, направляясь ко мне. Повисает надо мной, наши лица находятся в нескольких сантиметрах друг от друга. А я опять ловлю себя на мысли, что не могу налюбоваться его лицом.

— Для своей любимой я готов делать все. — говорит, целуя меня.

Наш поцелуй за считанные секунды с нежного и трепетного превращается в страстный, властный. Его руки скользят по моей талии, развязывая шнурок на моих штанах. Губы с моих перемещаются сначала на шею, ключицы, опускаясь с моей груди, оставляя горячие следы за собой. Как же я хочу чего, как наслаждаюсь его телом, наслаждаюсь им!

Сама не замечаю, как с моих губ срывается стон, когда пальцы минуя кружевные трусики оказываются во мне.

— Ты сводишь меня с ума, — хрипит он, оторвавшись от соска. — Моя любимая.

Темп во мне ускоряется, моя спина изгибается от его ласк, стоны становятся громче, и я понимаю, что еще чуть-чуть и подойду к концу. Резко дергаюсь и переворачиваю его, оказавшись над ним.

Секунда — мои остатки белья и его рубашка летит хрен знает куда, но это последнее о чем я сейчас думаю.

Целую его торс, постепенно спускаясь к паху. Рука Малика хватает меня за волосы, оттягивая из.

— Нужно освежиться. — резко останавливаюсь, оставив Зейна таким же нагим.

— Ты сейчас серьезно? — хмурится он, хватая своими пальцами мой подбородок и потянул меня, чтобы поцеловать. — Чтобы освежаться, нужно сначала попотеть здесь.

— Я хочу в бассейне. — игриво продолжая я, подрываясь. Тяну его за руку и вижу, что ему нравится мое предложение, потому что он послушно встает, направляясь за мной к бассейну.

Остальную часть дня мы провели на ферме.
Кормили животных, катались на лошадях и по ужинали в шикарном ресторанчике. Вина я конечно немного перепила, но Зейна мои пьяные выходки забавляли.

И чем сильнее я старалась казаться трезвой и непринужденной, тем хуже у меня это получалось. Но в чувства меня смог привести прохладный душ.

Малик уже лежит в кровати и листает ленту в своем телефоне, когда я выхожу из ванной, прыгая рядом с ним. Он раскрывает руки для объятий и я с удовольствием тону в них.

Телефонный звонок прерывает наш просмотр «Сверхъестественного».

— Что там такое. — недовольно стону я, протянувшись к телефону.

Дрожь проходит по всему телу, когда я вижу на дисплее имя «Адам». Оборачиваюсь к Зейну, который, видимо считывая эмоции на моем лице, хмурит брови.

— Адам звонит. — признаюсь, показывая ему экран телефона.

Тот тяжело вздыхает, видно, что напрягается.

— Я хочу чтобы ты его послала, но если ты со мной, ты должна ему все рассказать. Сейчас.

Я послушно кивая, понимаю, что это правильно. Глубоко вздыхаю, принимая звонок.

— Алло. — говорю первая.

— Хейли. — начинает он.

— Адам, я хочу тебе кое что сказать... — беру волю в кулак, начиная этот важный для нас обоих разговор, но он меня перебивает.

— Дай трубку близнецу. — говорит странным, уставшим, будто бы поникшим голосом.

— Но я...

— Хейли, дай ему трубку. — я молчу кивая в никуда, передавая трубку моему близнецу.

Зейн вопросительно на меня смотрит, задавая немой вопрос: «что такое?».

— Просит тебя к телефону.

Малик недовольно, но принимает трубку.

— Что тебе нужно?

Я замечаю как выражения лица Зейна с недовольного за несколько секунд превращается в каменное. Это заставило меня максимально напрячься. Сердце почему-то начало биться быстрее.

— Как? — голос стал стальным, без эмоциональным. — Куда? Понял, скоро буду. — последнее, что сказал Зейн, кладя трубку.

Пустые темно карие глаза уставились на меня. Этот взгляд показался мне настолько холодным, что заставили мурашки пройтись по спине. Проглатываю слюну и, осмелившись, спрашиваю:

— Что-то случилось?

Ответ мне пришел не сразу. Но честно, лучше бы его и не было, потому что эти два слова заставили мое сердце сделать сальто.

— Отец умер.