Кровавое полнолуние
Секта, помимо происков думала, как вернуть кольцо. С каждым днём из преимущество — замедленное старение таяло, и за несколько месяцев без кольца они заметно постарели. Они стали постоянными клиентами салонов красоты, там оставляли часть своих денег, понятное дело не всю.
Наши друзья не раз озадачивались вопросом: куда сектанты тратят такие большие деньги? Этот интригующий вопрос не давал им покоя.
Как-то раз, вечером Рози читала книгу. Речь персонажей была связана с деньгами и Рози вспомнила про тот вопрос. Развернувшись из своего мягкого одеялка, она уселась за стол и достала свой ежедневник. Заметки она делала там не каждый день. Причины были разные: то у неё не было времени, либо же настроения, по будням не о чём писать, а выходные проходили в бесконечных отдыханиях. Ну и так вот, этим вечером Рози снова задалась столь интригующим вопросом. Взяв в руки карандаш, она быстро застрочила заголовок своего маленького исследования. Ей требовалось вычислить их настоящию зарплату. Интернет не дал нужной информации, поэтому она принялась считать сама, исходя из стоимости их имущества. Взяв частоту покупаемых телефонов, а также маникюра и прочих бьюти процедур каждую неделю, она получила такое же значение , как и в интернете. Но что-то подсказывало, что зарплата сектантов гораздо больше.
Исследование не могло принести плодов без наведения справок и коллективного обсуждения, поэтому Рози вздохнула, отложив блокнот в сторону.
Через два часа после заката вторая смена возвращалась домой. На школьном пустыре как всегда дул пронизывающий холодный ветер. На чёрном бархате неба, словно кроваво-красный драгоценный камень, появилась луна. Её окружал таинственный ореол, который напоминал окровавленные щупальца, тянущиеся из мрака, жаждущие очарованных взглядов случайных прохожих. Белый, только что выпавший снег контрастировал с яркой, словно раскалённый металл, луной. Белоснежные, микроскопические кристаллы сверкали и отражали насыщенный цвет. Полная и круглая луна, плыла в бесконечном океане неба, яркая, и словно пульсирующая как сердце, разливая жизнь. Каждый взгляд на этот таинственный пейзаж вызывал одновременно трепет и желание отвести глаза, как будто луна могла забрать с собой не только взгляд, но и душу.
Но школьники не видели величественности того природного явления. Плотная туча, висевшая над школой и усталость учеников не давали возможности даже поднять голову и посмотреть на столь прекрасное природное явление. Они сгорбились под тяжёлой ношей в виде учебников, тормозков и баулов со спортивной формой и второй обувью. Опустив головы, они не обратили внимания ни на хруст, ни на блеск снега. Они жаждали одного — попасть домой и поесть.
Ричи забирал Ленору со школы каждый вечер. Каждый вечер он становился сведетелем печальной картины, которую он меньше года назад переживал сам. Он так чётко понимал каждого из учеников, и, не способный больше ничего предпринять, он выражал лишь только сочувствие. То сочувствие, которое такое глубокое и искреннее, заставляет себя постоять на месте другого, взглянуть на мир другими глазами. Сочувствие делает нас человечнее, учит не отворачивается от боли других, а найти способ помочь, пусть это будут даже простые обнимашки.
Школа опустела и сектанты остались одни в своей обители зла. В тёмных коридорах, где слабый свет красной луны просачивался сквозь жалюзи, послышались шаги и тяжёлое дыхание, словно кто-то тащил что-то очень тяжёлое. Вскоре показались сектанты, которые тащили трон с Димьяном. Пройдя по бесконечным коридорам, они бабахнули трон в комнате, где уже стоял накрытый стол. Поднялась мелкая пыль и пронзительно запищали мыши. Одна единственная свеча тускло освещала помещение коптящим оранжевым светом. Было трудно разобрать, что за яства на столе покоились, скрытые тьмой. Судя по запаху, они были не самые аппетитные, а скорее даже и тошнотворные. Димьян, с мокротой откашлявшись, начал свою картавую речь:
— Цель сегодняшнего собрания — решить, как вернуть кольцо. Мы и так долго сидели сложа руки. Но сейчас, когда я стал ощущать недостаток энергии не себе, я серьёзно задумался об этом вопросе. Ваши идеи?
Димьян обвёл всех своим тяжёлым взглядом, поджав губы.
— Нам нужна хорошая приманка, чтобы заставить их выйти из тени, — заявил он, медленно поднимаясь с трона. — И это должно быть таким, что они не смогут проигнорировать.
— Мы… — начала Тортилло.
— Встань! — рявкнул Димьян. — А потом говори!
— Мы должны их заставить вернуть кольцо, чтобы они на блюдечке с каёмочкой его принесли! — Дрожа выпалила Тортилло. Её глаза завращались ещё сильней чем обычно.
— У каждой жертвы есть слабое место. Ударь туда – и она упадёт. — Уже встав, и наклоняясь в сторону Димьяна сказала мисс Барао.
— Точно ты подметила, — одобрительно кивнул Димьян. — Какие у них тогда слабые места?
— Э-э-э, они это, — Бабаёшкинс чесала затылок. — Дорожат теми, кто младше.
— Например? — Выпытывал Димьян.
— Ричи, э, он, э-э-э…
— Чё ты экаешь?! — Перебил Димьян. — Говори Быстрей!
— Ричи свою сестру забирает каждый вечер со школы!
— Вот заняться нечем! — фыркнул Димьян. — Сама бы дошла.
— Не, она не пойдет! — Запротестовала Тортилло. — Она меня так камнями летом обкидала!
— Мало ли что она тебе сделала! Да хоть кочергой отдубасила! — Закричал Димьян. — Похитим, и будет хорошо! Главное, что они ею дорожат.
— Мы будем её пытать! — Мисс Барао, сидевшая рядом с Димьяном, и погладила его жёлтую и одновременно серую, грубую ручку, на которой красовались длинные, вросшие когти. — Да! — Блаженно ответил Димьян.
— У меня уже всё готово: камера, анонимные аккаунты и мои очаровательные клыки! — Она улыбнулась, обнажая свои жёлтые и кривые клыки.
— Не зря я тебе доверяю это! — всё также блаженно ответил Димьян. Мисс Барао уже была готова приблизить свои огромные уста, но Димьян словно вышел из сладострастнооо астрала и рявкнул. — Если будет хоть какой-то провал, я вас сам камнями закидаю!
Сектанты, в том числе и мисс Барао поклонились своему повелителю. Он сделал повелительный жест, давая приказ сектантам покинуть его, не разделяя с ним зловонную трапезу. Гоблин, у которого текли слюни от всех этих яств, всё же урвал кусочек, но был замечен.
— Да как ты смеешь воровать у своего повелителя, из под его носа, еду?! — Димьян всё же это заметил.
Но Гоблин лишь убежал, чувствуя, как намокают и наполняются зловонной массой его штаны. Недержание и понос одновременно сразили Гоблина, подняв его скорость до небывалых высот. Ещё много часов ему пришлось торчать в вонючем туалете, то и дело выбегая за новым рулоном туалетной бумаги.