22 глава
Я лежу в своей комнтае и она кажется мне чужой. Малыш-енот, которого я хотела назвать Анчоусом, но решила, что называть любимого зверя разновидностью рыбы не очень вежливо, к тому же...Мистер Анчоус не очень звучит, а вот Бакс...Мистер Бакс. Вот это норм.
Организм требовал сна, но никак не могла уснуть, а Бакс сопел рядышком.
Тогда я приняла смелое решение - пойти к Гарри. Надеюсь, что хоть в его компании мне удастся почувствовать себя комфортнее. Я натягиваю спортивные штаны, которые Стайлу уже давно малы, взяла Бакса и вышла из комнаты. Было уже поздно, но ночники на стенах освещали путь, Гарри позаботился об этом, зная о моей боязни темноты.
Пройдя несколько метров, увидела темную фигуру.
– Тоже не спится?– спрашивает он, подходя ко мне.
– А я к тебе шла...
– Я тоже. Ну к тебе. Ты чё босиком? Итак же заболела, мартышка...– он посмотрел на мои ноги.
– Ты не дал мне тапок или носки.
– А спросить нельзя было, да? Эх ты...– вздохнул он и взял меня на руки.– А этого ты куда тащишь?
– Ты хоть понимаешь, что Мистера Бакса теперь везеде с собой таскать буду?– спросила я, запрокинув голову, чтобы посмотреть на него. Гарри быстро целует меня в глаз, но я уверена, что метил он не туда...
– Зачем я тебе нужна была?– решаю отвертеться от этой ситуации.
– Я полагаю, что затем же, зачем ты шла ко мне,– он улыбнулся и зашагал вверх по лестнице.– Мне тоже спать как-то неудобно стало одному.
– Н-да,– соглашаюсь я.
– Стоп, ты будешь спать мной?– он резко остановился.
– Ты очень долго соображаешь, Стайлс,– усмехнулась я.– У меня в комнате холодно, пусто и кровать скрипит...
– Ой, чё только не придумаешь, Палмер, можешь сразу сказать, что тебя влечет ко мне,– хозотныл он, чем очень взбесил меня.
– Я те ща врежу. Пошли в мою комнату, если думаешь, что я лгу. Идём,– я выпрыгнула из его рук и побежала вниз по лестнице. Ступни ужасно заледенели, но я уперто двигалась к своей комнате.
– Хотя знаешь, я уже передумала, посплю у себя. Знаешь, ты порой меня так бесишь своей самовлюблённостью,– шикнула я, заходя в комнату.
– Тут реально холодно,– поежился он, потирая руки. Это он ещё и без футболки.
– А вот теперь скажи, что я все придумала,– напряжённо говорю я и сажусь на кровать, которая с противным скрипом продавливается под моим весом, что аж уши в трубочку сворачиваются.
– Понял я, прости. Просто от привычек сложно избавляться.
– Черт, голова заныла,– я помассировала виски и зажмурилась от ноющей боли.
– Ладно, пошли спать, тебе нужно отдохнуть,– шепчет он и подходит ко мне. Я не сопротивляюсь, когда он вновь берет меня на руки. Мне это не совсем нравится, но его это не волнует. Устало уронив голову на горячую грудь кудрявого, тяжко вздыхаю и слышу, как его сердце стучит немного в ускоренном темпе.
Наконец вы заходим в его комнату, в которой гораздо теплее, чем в моей. Он кладет меня на кровать и идёт выключать свет.
– Не надо,– жалобно проскулила я.
– Не бойся, я же рядом. Давай свою зверюгу сюда,– он забирает Бакса и кладет его рядом с Чипом на большой подушке. Потом снимает с себя штаны и всё-таки гасит свет, после чего ныряет ко мне под одеяло, но как только он косается моей ноги своей, сразу вскакивает.
– Да ты лягушка! Мало того, что дышать не можешь, хочешь себе ещё и ноги отморозить?!– ворчит он, включает свет и что-то ищет в камоде. Нашел какие-то махровые носки с оленями инатянул на мои ноги.
– Неужели спать,– бормочу я, натягивая одеяло по самый подбородок. Гарри тоже лег и придвинулся максимально близко ко мне. Меня пугала такая близость, но и завораживала. Он не остановился на этом и просунул руку между моей рукой и талией, прижимая меня по самое не могу.
Горячее дыхание щекотало мне шею, отчитываться его я начала хихикать.
– Хватит, мне щекотно.
– Ну так повернись.
– А вот и повернусь,– я заерзала и повернулась к нему лицом.
– Голова болит?
– Ага,– прошептала я, и в то же мгновение его горячие губи коснулись моего лба.
– Все, теперь перестанет,– полушепотом ответил он, запуская руку в мои волосы. Мне никогда не было так приятно как сейчас.
***
Я отчётливо слышу и чувствую, как мои кости треснули. С жалобным писком перекатываюсь через край и падаю на пол. Моральная боль от этого только усиливается и давить мне на сердце. Горькие слезы катятся по щекам, а я даже не могу вздохнуть. Лёгкие будто сплющились.
– Да что с тобой?– послышалось тихое ругательство. Включился свет и меня отрывают от пола.
Я наконец делаю глубокий вздох.
– Кошмары...снова,– всхлипываю я и закрываю лицо ладонями.– Все нормально, дай дух перевести.
– Что тебе сниться?– спрашивает он, кладя руку на мое плечо.
– Смерть. И каждый раз по-разному. Сегодня меня столкнули в пропасть. Боль была такой реальной,– дрожащим голосом произношу я. Хочу обнять колени, но Гарри обнимает меня.
– Это же просто сон. Успокойся. Давно тебе сняться такие кошмары?
– Уже третий год, иногда я ничего не вижу.
– А почему ты видишь именно то, как умираешь?
– Потому что я видела смерть,– шмыгаю я.– И теперь она преследует меня.
– Как ты могла ее видеть?– усмехается Сталйс, но это, черт побери, ни капли не смешно.
– Я видела смерть свое отца. Его убили на моих глазах,– тот день оставил очень большой след на моей психике.
– Я даже и не знаю, что сказать. Получается, что ты в большинстве случаев каждую ночь умираешь?– все ещё не отпуская меня, спрашивает зеленоглазый.
– Да.
– Жуть. Надо тебе ловец снов купить.
– Зачем?
– Чтобы отгонять плохие сны.
– Это же барахло, оно не поможет.
– Главное верить. Сначала убеди себя в том, что он будет помогать, и он поможет. Вот увидишь, скоро сможешь спать спокойно и видеть хорошие сны,– его голос действовал на меня, как успокоительное. Мои глаза сами собой закрывались.
– Я разбудила тебя, мне лучше пойти к себе, иначе и ты не уснешь от моих криков во сне,– я пытаюсь освободиться, но мои руки не слушаются.
– Ты вообще не знаешь такого понятия "как будет лучше". Делаешь только все наоборот,– он заставляет меня посмотреть в его глаза. Рука Стайлса легла на мою щеку, поглаживая ее, а большой палец стёр слезинку.
Он смотрит на мои губы?
Нет.
Мэдди, не позволяй.
Не надо.
Не стоит.
– Ты очень милая, когда плачешь, но тебе идёт больше улыбка, поэтому не плачь,– этот хриплый голос дурманит мой разум.
Я наклоняю голову вниз и вздыхаю.
– Не опускай голову и глаза.
– Почему?– спрашиваю я, ковыряясь в своих ногтях.
– Я должен видеть твои синие глаза. А ещё, когда твоя голова опущена, я не могу сделать это...– он обхватывает мое лицо руками, наклоняется и целует в губы.