21 глава
Мои лёгкие ужасно горят и зудят. Мне холодно. Что случилось?
С трудом разлепляю мокрые ресницы и пытаюсь оценить обстановку. Я видела очень смутно. Лишь распылвчатые пятна плясали. Сильно потерла глаза руками и все стало более-менее четким.
Я в машине.
В знакомой машине.
– Мэдди?
И голос знакомый.
Поворачиваю голову, вижу его, отворачиваюсь, щипая себя за руки.
– Хватит уже мне сниться,– бубню я.
– Дай мне руку,– он проятнул свою ладонь.
– Ещё чего, я тебе даже свой волос не доверю,– сиплым голосом проговорила я, постепенно вспоминая аварию на мосту, где моя одежда зацепилась за торчащую железяку, потащившую меня вместе с куском бетона вниз.
– Мой телефон...– проскулила я, вспоминая, что Джемма хотела позвонить, а мобильник явно уже на дне.
– Я куплю тебе новый.
– Не надо. Мне ничего не надо. Куда мы едем? Останови, я выйду,– залепетала я.
– Сиди, нам поговорить надо,– устало проговорил Гарри.– Дай руку, пожалуйста.
– Да на что она тебе сдалась?
– Ты ничем не рискуешь, если просто протянешь мне свою ладонь.
– Я уже рискую, находясь тут с тобой.
– Мэдс. Дай. Мне. Руку.
– Хоспади, на!– психанула я. Гарри сжал ее и потянул на себя. Я поспешила отдернуть ее, но он лишь потянул сильнее. Стайлс прижал мою ладонь к своей груди.
– Чувствуешь?
– Ну сердце стучит, и что с того?– фыркнула я.
– Оно не просто стучит. Колотиться, бешенно. Это признак того, что человек, находящийся рядом неравнодушен мне,– глубоко вздохнул он.
Я молчала.
Пусть говорит.
Кудрявый потянул мою ладонь к губам и слегка коснулся ее
– Ты че делаешь?– спросила я, выдергивая свою руку. Я знала, что не следовало ему подчиняться.
– Я так скучал, Мэдс..
– Ага, конечно.
– Правда, очень. Знаешь, у меня было столько всего, что я хотел бы тебе сказать, если вдруг встречу. Но сейчас...это тяжело. Как говорится, на теории всегда проще, чем на практике.
– Уф, я не хочу ничего слушать,– я скинула плед и задергалась, пытаясь освободиться от ремня безопасности. Тело не слушалось. Кое-как удалось отцепить ремень.
– Я очень хочу обнять тебя...– он продолжал нести какую-то дичь.
– Очень настоятельно рекомендую тебе не делать этого, Стайлс,– пригрозила я.– Останови машину, пожалуйста, или выпрыгну снова.
Гарри сдался и вырулил к обочине. Покачиваясь в разные стороны и спотыкаясь, шла куда подальше.
– Упрямая какая. Иди сюда,– послышалось с усмешкой позади. Разворот на сто восемьдесят градусов и сильные руки прижимают меня к груди.
– Ты – самый чокнутый человек, которого я когда-либо встречал. Ты очень странная. Комочек безумства, который до чёртиков любит кетчуп и ест прочти все с ним: яичницу, макароны, пельмени... Ты не представляешь, как мне не хвтаало всех этих выходок. Мэддисон Палмер, ты внесла в мою жизнь безумный наркотик - себя. Это тот наркотик, без которого невозможно жить. Без очередной дозы в виде твоего смеха, улыбки, взгляда или присутствия, у меня начинается ломка. Я готов уничтожить все, если ты далеко от меня. Невозможно спать, зная, что мой комок неуклюжести где-то далеко, без меня, с кем-то другим. Одна лишь мысль о том, что из твоих приключений и перепалок тебя будет вытаскивать какой-то левый чувак, меня в ярость бросает, потому что привык к этим передрягам. Жизнь без приключений - это не жизнь. Но появилась ты, которая скрасила и разнообразила все. Я не ценил этого до того момента, пока не потерял тебя. И теперь я знаю, насколько трудно тебя завоевать обратно. Не ценил даже таких мелочей, как обнимать тебя. Эти мелочи стали жизненными ценностями для меня. Так легко внутри, когда ты рядом,– он говорил в полголоса, не отпуская меня. Я слушала с немым выражением лица, переваривая его слова. Не понимаю, в какое время я успела растрогаться и пустить пару слез. Кажется, что мое сердце и сознание борятся между собой. Одна сторона верит ему и готова дать второй шанс, а другая сомневается и ищет подвох.
– Не знаю, сможешь ли ты простить меня, но мне все равно. Даже если ты отвергнешь меня, я всегда буду рядом, чтобы в любой момент защитить тебя,– прошептал он. Мы так и стоим на обочине уже пару минут.
Сердце кольнуло, а руки сами собой поползли к шее Гарри, обхватывая ее. Стайлс прижал меня сильнее с облегченным вздохом.
– У меня есть второй шанс?
– У тебя есть испытателтный срок, чтобы доказать моему мозгу, что ты достоин ещё одного шанса.
– А как же сердце?
– Ему ничего объяснять не нужно, оно все чувствует и встало на твою сторону. Черт. Я же вся мокрая и твоя одежда теперь тоже...– я попыталась отлипнуть, чтобы не намочить его больше.
– Мне плевать.
– А мне нет, мне холодно. Ветер дует, а я насквозь вымокла.
– Блин, поехали домой. Тут уже близко, пару километров осталось,– зеленоглазый потащил меня к машине.
– Стоп, моя одежда в другом месте...
– Наденешь что-нибудь мое. Я заметил в прошлый раз, что моя одежда идёт тебе больше, чем мне,– с наигранным возмущением пробубнил он.
– Ну ладно футболка со штанами мне может и подойдут, а трусы?– я сдержала смешок.
– Аа, ну тогда и тут выход есть. Когда ты торопилась и вещи собирала, забыла про стиральную машинку. А там было твоё нижнее белье, которое Белла простирнула...
– Все!– крикнула я, чувствуя как краснею от стыда. Гарри засмеялся и завернул к воротам. У входа нас встретили знакомые охранники.
– Быстро переодевайся, пока не заболела,– скомандовал кудрявый, бросая в меня сухие вещи.– И ещё... какого черта ты волосы покрасила?
– А...так это краска восковая, надо смыть...АПЧХУ!– мой чих эхом раздался в просторной ванне. Я сама не на шутку пересралась.
Через пару секунд входит Гарри с огроменными глазами и спрашивает меня, куда я дела тролля, который сейчас рычал.
– Я чихнула. Все нормально.
– Нифига себе,– посмеялся Стайлс и выкатился обратно.
Я быстро приняла горячий душ. Пока натягивала одежду, поняла, что нос уже заложен. Последовал ещё один чих, который мне удалось приглушить.
Всю влагу с волос не удалось убрать, поэтому они были сырыми и начали завиваться. А фен я не очень жалую.
– Горячий шоколад?– Гарри проятнул мне большую кружку.
– О да,– я взяла кружку, и, отхлебнув немного, чуть не выплюнула на Гарри.– ЭТО ЖЕ ЧЕРТОВ БУРУНДУК, ГАРРИ!
Я подскочила к столу, где на подушке спал бурундучок.
– А да, нашел недавно на заднем дворе. К нему ворона пристала, цапнула ему лапу. Отвез к ветеринару, сделали какие-то уколы, перевязали рану и отправили на отдых. Он уже поправился, но уходить не захотел. Теперь живёт у меня.
– Няха какая.
– Я?– с улыбкой спросил Гарри.
– При чем тут ты. Бурундук. Как зовут?– взяла на ладошки это маленькое чудо.
–...Чип,– ответил тот и меня прорвало. Я загоготала в голос, как сумасшедшая.
– Ты серьезно назвал его, как бурундука из мультика "Чип и Дейл"? Боже,– я смахнула слезы и пригладила шёрстку пальцем.
– У меня живёт ещё кое-кто. Я купил его на случай, если мы помиримся, но если бы все не сложилось, я бы все равно отдал бы его тебе или обратно в магазин...
– Стайлс?– я с любопытством посмотрела на него. На его лице играла глупая улыбка.
– Я ща!– он вылетел из комнаты, потом вернулся с коробкой в руках. В ней что-то шебуршалось и скреблось.
– Кто там?– я как нетерпеливый ребенок мялась на месте, жаждуя получить свою игрушку.
Гарри оставил коробку на полу, а сам отошёл.Я присела на корточки, открывая ее.
– О, БОЖЕ!
– Можно просто Гарри.
– ЭТО ЕНОТ, ВАШУ МАТЬ!
– Да.
– САМЫЙ НАСТОЯЩИЙ! ЖИВОЙ!
– Ну ясен пень, что не мертвый.
– АА, ГАРРИ, ЭТО ЕНОТИК!
– Он твой.
– ...
– Мэдди? Ты плачешь? Мэдс?– его обеспокоенный голос звучал совсем рядом. Я обняла Гарри, шмыгая носом, уткнулась в его плечо.
– Это нереальный подарок, Гарри. Я мечтала о еноте всю свою жизнь. Ты осуществил мою большую мечту. Спасибо,– прошептала я.– Кажется, тебе придется менять футболку, эта уже в моих слезах.
– О! Давай назовем его Дейлом!– он отлепил меня от себя и схватил за плечи, пытаясь вдолбить мне эту дикую идею.– Ты представь! Чип и Дейл!
– Чего... Я никогда не назову своего енота Дейлом. Че за отстой...