Глава 41. Гостья.
Пока я цежу лимонад со льдом, Итан приносит в гостиную небольшую чёрную коробку, похожую на обувную: он ставит её на журнальный столик передо мной и усаживается уже гораздо ближе.
Спустя несколько долгих секунд молчания мужчина снимает крышку, показывая содержимое коробки. В ней несколько вещей, но я узнаю только одну - фотографию моей семьи. Она бросается в глаза ярким воспоминанием и оседает внутри тёплой негой.
- Откуда... - выдыхаю я, забирая из коробки фотографию с протёртой ровной полосой посередине - её часто складывали, - это папина...?
- Да, - кивнул Итан решительно, наблюдая в открытую за моей реакцией и доставая свёрнутый ремень с яркой пряжкой: я помню, что на ней был выгравирован герб Техаса - там папа родился, - а это он отдал мне...
На губах Майерса заиграла неловкая, чуть издевательская ухмылка; он прищурился, вглядываясь в блестящую натёртую пряжку, пока я глазела на фото.
На ней мама, я и папа - позируем на фоне огромного истребителя в музее военной истории в Пёрл-Харбор, что на Гавайях. Сразу вспоминается лёгкий запах ржавчины и исторической старости, стойко оставшийся в носу после близкого нахождения рядом с самолётами и вертолётами. Папа так гордился этой поездкой и нашей с мамой заинтересованностью, что носил фотографию с собой.
Я медленно моргнула, не позволяя себе расплакаться - только не сейчас. Мне стало так тепло на душе, что я обняла себя руками и отложила фото обратно, рассматривая оставшееся содержимое коробки.
Тонкий пустой ежедневник с наклейкой, ещё пара фотографий с сослуживцами, на одной из которых я узнала Итана: тогда он выглядел иначе - волосы короче, почти рыжеватые, лицо более скуластое.
Сейчас же Майерс выглядит в разы мужественнее и серьёзнее, в целом - крупнее. Я откинула голову ему на плечо и следила за тем, как он перебирает фотографии отца в пальцах.
На одной они с Итаном, в обнимку, позируют в красных рождественских колпаках - улыбающиеся, на фоне пустыни, совершенно непохожей на что-либо праздничное. На следующей фотография целого взвода офицеров, где папа, подняв голову, стоит в своей парадной форме.
Я снова разулыбалась, любой намёк на слёзы сразу же отступил.
- А ещё вот, - выдохнув, Итан показал мне последнее, что было в коробке, - это, вроде как, его кольцо...
- Его нужно отдать маме? - спросила я, рассматривая небольшое узкое колечко с аккуратной ровной линией посередине, огибающей весь круг.
- Нет, - усмехнулся мужчина, - его нужно отдать твоему будущему мужу.
- Папа так сказал? - я подняла брови, нерешительно и совсем смущённо.
Отчего-то я представила, что надеваю это кольцо Итану. Теперь даже смотреть на него становилось настоящей пыткой: словно он может просто взглянуть мне в глаза и прочитать все мысли, как с листа.
- Да, так и сказал. Моё дело - передать всё это тебе...
Я знала, насколько сильно отец любит чёткость и слаженность. Что ему не нравятся намёки: он предпочитает отказать сразу, а не обещать что-то несбыточное, поэтому слова Итана меня если не поразили, то уж точно увлекли. Мысль утекала совсем далеко: неужели я когда-нибудь передам папино кольцо любимому мужчине?
Итан посмотрел на меня, и только тогда я очнулась от размышлений; потерев нос, я вернула все вещи на место и подержала руки на коробке: было приятно в очередной раз вспомнить папу и узнать что-то новое.
- Пусть пока побудет у тебя, - сказала я, кивнув на коробку, оставляя себе только кольцо, повесив его на цепочку на шее, - так будет лучше.
- Без проблем... - Итан поднялся, подхватывая её и унося обратно на второй этаж.
Я встала с места, отходя в ванную комнату, чтобы умыться: промочила лицо полотенцем и всмотрелась в отражение. Лицо всё ещё красноватое от смущения, волосы завиваются и спадают на плечи естественными локонами, словно я недавно искупалась и не сушила голову. Ещё и не расчесывалась.
Возвращаясь обратно, я услышала звонок в дверь: Итан тут же подлетел с места, подходя к выходу.
- Чёрт... - только и выдохнул он, проверив, кто пришёл.
Я немного напряглась и застыла в проходе, потирая бёдра ладонями.
- Это кто...? - вырвалось у меня с лёгким волнением.
- Это мой кошмар, - измученно покачал головой Майерс, следом открывая дверь и приветствуя, - Элис...
- Итан... - театрально вздохнула в ответ миниатюрная девушка с коротким светлым карэ, - ты столько времени решал, открывать мне дверь или нет?
Меня пробрало неописуемой волной мурашек, а сердце гулко отозвалось в груди аккуратным покалыванием: она обняла его, плотно прижимаясь к мужчине и следом осматривая дом.
Я так и стояла, сжавшись, в стороне. Кто эта девушка?
- Ого, а это что за чудо? - стоило заметить меня, Элис тут же расширила густо накрашенные глаза и приоткрыла рот, - это Ханна?
- Это Ханна, - кивнул он, - пойдём в гостиную...
Теперь становилось ещё интереснее, потому что она знает моё имя и по-теплому смотрит на Майерса. Пока мы шли в комнату, девушка держала его под руку; совсем низенькая, даже ниже меня, она была плотненькой, с отличной по моему мнению фигурой: широкие бёдра, выделяющаяся талия и узкие плечи. Светлые волосы высветлены, чуть виднеются естественные русые у корней.
- А теперь, - рухнув на диван, девушка раскинула руки на спинке и ждала, пока мы усядемся, - знакомь меня с Ханной!
Я с интересом смотрела на неё - кажется, она его ровесница; глаза такие же большие, зелёно-серые и в крапинку. Элис наблюдает за мной, мягко улыбаясь, чем смущает ещё сильнее.
- Не бойся меня, малышка, - произносит девушка, - я его сестра.
- Я не боюсь, - почему-то с облегчением выдала я, чувствуя, как на меня находит лёгкое ощущение радости, - просто...
- Я понимаю, - она подмигнула мне, следом глядя на Итана, - мне жаль, что так получилось с группой... Этот Луисс - сукин сын. Надеюсь, он сгорит в аду.
- Было бы чудесно, - улыбнулся мужчина в ответ, вспоминая о своей выпивке, - потому что боль приглушает только виски. А скуку развеивает Ханна.
- Меня зовут Элис, - она протягивает мне руку, когда я сажусь рядом, и мягко её пожимает, - Итан рассказал о тебе почти всё, осталось только познакомиться...
- Ханна, - из вежливости называю имя и смотрю ей в глаза, - а мне о тебе ничего не говорили, да и тема не заходила...
- Да, обо мне принято замалчивать, - усмехнулась Элис, пожимая плечами, - у нас не особо дружная семья, видимся редко. Я живу в Портленде, здесь бываю только в гостях у брата.
- Мне нужно отойти... - проговорил Итан, поднимаясь и пропадая в коридоре, а мы с его сестрой остались наедине.
Стоило Майерсу уйти, как она тут же двинулась ко мне впритык, приобнимая одной рукой и настойчиво глядя в глаза.
- Рассказывай, тебе нравится мой брат?
- Так сразу? - я вскинула брови и удивлённо уставилась на Элис, - да, он приятный...
- Ханна, мне тридцать три года, я устала искусственно продлевать знакомства! Я одной ногой на том свете...
- Ну, не говори так, - рассмеялась я, - я думала, что ты младше!
- Так вот, - девушка положила руку мне на плечо, - я даже не надеялась, что мы с тобой встретимся, поэтому хочу сказать сразу - Итан человек скрытный. Даже если что-то в нём и разгорается, то он отмалчивается до последнего. Он говорил о тебе без умолку ещё с начала осени, поэтому...
- И что он думает обо мне?
- Ты ему нравишься, Ханна, я не буду врать. Иногда он слишком задерживает события, вместо того, чтобы торопить их. Сейчас у него тяжелый период, группой поддержки он просто живёт. Надеюсь, у вас всё будет хорошо, потому что он впервые привёл кого-то в свой дом...
Мне, безусловно, это польстило, но это чувство, пусть и яркое, быстро сошло на нет, стоило вернуться Майерсу.
- Если вы уже перемыли мне кости, я на вас не сержусь... - улыбнулся он кратко, - мне звонила твоя мама, - посмотрел на меня Итан.
- Так поздно? - вздохнула я.
- Да, - он кратко кивнул, потирая подбородок, - они с Джулией наконец-то придумали тебе подарок, и я, кажется, в нём тоже участвую.
- Ого-го, - промурчала Элис, облизывая накрашенные матовой красной помадой губы, - давайте, посвятите меня в свои тайны...
- Сначала Ханна поговорит с мамой, - пояснил Итан, - а потом я тебе всё расскажу.
- Что вы опять придумали? - сведя брови к переносице, проскулила я, - может, хватит подарков...?
- Завтра узнаешь, - мужчина коснулся края стакана губами и хитро прищурился, - нужно немного потерпеть...