Глава 30. Жарко/Холодно.
Трэвор вернулся в гостиную спустя несколько минут, протягивая мне открытую бутылку вина.
Я молча отпила, обнаружив, что на вкус оно совсем неплохое: сладкое, с лёгкой кислинкой - привычное для меня красное вино. Приятная инструментальная синт-вейв музыка доносилась из стереосистемы и заставляла меня покачивать головой, прижавшись всем телом к спинке дивана.
В квартире Мэя приятно пахло сладким одеколоном и свежей прохладой с улицы, ведь окно было приоткрыто - так я ощущала себя просто удивительно комфортно, словно не вылезала из-под одеяла в своей комнате.
Выключив основной свет, Трэвор оставил лишь торшер позади дивана; он слабо, но достаточно освещал помещение и рассеивал тёплое желтое свечение по силуэту мужчины, когда он остановился напротив дивана, наблюдая за мной с наихитрейшей, но милой улыбкой.
- Ты в курсе, что ты всего лишь вторая девушка, которую я впустил в свою квартиру? - Мэй провёл рукой по своей талии и усмехнулся, усаживаясь чуть поодаль, подкуривая тонкую чуть смятую сигаретку, - необычно.
- Что именно? - я повернула к нему голову и смотрела за тем, как он затягивается, чуть прикрывая глаза.
- Мало кому разрешаю смотреть на весь этот беспорядок, - отвечает он, посмотрев на меня, - обычно тут ещё хуже, это я просто... Готовлюсь.
- К чему? - спросила я негромко.
- К переезду, - он пожал плечами и слегка опасливо на меня глянул, следом затягиваясь снова, - хочу в тепло. Задрала эта слякоть.
Внутри меня всё в момент перевернулось: стоило привыкнуть к Мэю и свыкнуться с мыслью о разнице в возрасте и прочем, как он объявляет о своём переезде. Конечно, никакой обиды я не чувствовала - только лёгкий осадок разочарования от того, что не успела ещё раз погулять с ним где-нибудь на концерте.
- А куда думаешь ехать?
- В Корпус Кристи, - Мэй посмотрел на меня слегка покрасневшими глазами и протянул, как я поняла только сейчас, косяк, - ты...?
- Буду, - сразу выдала я, аккуратно забирая оставшуюся половинку самокрутки, - но я не особенно умею.
- Просто вдыхай, - Трэвор с тёплой улыбкой следил за тем, как я впервые в жизни пробую курить хоть что-то тяжелее простой ментоловой сигареты, - но не спеши...
Его голос тихим хриплым баритоном обрушился на меня вместе со сладковатым и отчасти приторным вкусом, который заполнил весь рот, стоило мне впервые вдохнуть и позволить дыму пройти через горло: в нём сразу защекотало, отчего я нахмурилась и пыталась понять, с чем сравнимо это чувство.
Пока в горле была только лёгкая горечь и приторный вкус дыма на языке. Джули говорила, что сначала нужно немного подождать, поэтому я заговорила:
- А что это за город такой? - мой голос прозвучал с лёгким писком, отчего Мэй едва удержался от смешка.
- В Техасе, портовый городок, там живёт друг, - объяснил мне Трэвор, забирая бутылку вина и прикладываясь губами к горлышку, - сказал, поможет освоиться.
- Быстро ты... - улыбнулась я, вдруг ощущая себя расслабленной настолько, что тело казалось невесомым; захотелось стечь по дивану и прикрыть глаза, - мы только познакомились считай...
- Ну, несколько недель уже как, - поправил он, - да и вообще, я не люблю стоять на месте, мне быстро всё надоедает, да и я быстро всех достаю, - он широко улыбнулся, обнажив зубы и откинув голову на спинку дивана.
Я двинулась поближе, забирая оставшийся косяк и делая несколько глубоких затяжек. Чувство было новым и необычным, разумеется - приятным. Будто ты пьян, но немного иначе - в голове рассеиваются вместе с дымом мысли, делая из тебя что-то безразличное к внешним раздражителям.
Мне тепло и комфортно, я медленно кладу голову на плечо Трэвора и слушаю музыку, играющую неспешно из колонок: голос солиста густой, немного искаженный фильтрами, но идеально сочетающийся с инструменталом.
Звонкие клавиши, громкие, но в то же время аккуратные басы, льющийся поток различных эффектов.
Трэвор приобнимает меня за плечо, протягивая бутылку, но я отказываюсь. От Мэя пахнет жжёной травой и сладким одеколоном, а его пальцы аккуратно настукивают ритм инструментала по моему плечу.
- Может, ещё увидимся... - тихо говорит он, а его голос хрипит, - если будешь как-нибудь в Техасе, конечно...
- Кто знает, - отвечаю я негромко, прикрывая глаза и тяжело выдыхая, - может...
Мы недолго помолчали. Квартира медленно рассеивалась перед моими глазами и возникала снова, стоило открыть глаза обратно. В голову лезли самые разные и необычные мысли, но мне нравилось это всепоглощающее чувство эйфории.
- Почему ты ходишь в группу поддержки? - спросила я неожиданно для Трэвора, отчего он посильнее сжал моё предплечье в пальцах. Не до боли, но ощутимо усилил хватку.
Он снова не говорил, но потом поёжился, усаживаясь удобнее: я прижалась спиной к его груди, оказываясь между его ног и откидывая голову на плечо.
Мэй медленно поглаживал мою руку, задумавшись о своём. Я решила не задавать вопрос повторно: видимо, у бывших военных свои мысли насчет этого. Лезть в душу к человеку - большее из зол, которое я сейчас могу себе позволить.
- Я был типа... - переведя дух, начал Трэвор с ухмылкой, немного резковатой и даже дикой, - в плену у повстанцев. Это были просто начинающие шизики, знаешь, у них ни капли страха не было - просто мозги заплыли от наркоты и прочего, мы с парнями разбрелись и, в итоге, меня схватили и швырнули в какую-то каморку. Приносили только грязную воду, видимо, из пробитой трубы на юге, куда наши зарядили.
Мурашки страха прошлись по моим ладоням. Заметив это, Мэй аккуратно коснулся губами моей кожи там, где плечо переходит в шею и руками обнял меня, притягивая ближе.
- Не всё так плохо, - сообщил он тихо, - просто тогда мне было двадцать, всё выглядело дикостью. Отобрали оружие, подсумки, разбили рацию. В общем, я там провёл почти неделю. А ты думаешь, почему я старше своего возраста выгляжу...
Последняя фраза хоть и прозвучала очень спокойно, даже с толикой шутки, но мне она показалась криком отчаяния. Сердце забилось быстрее, когда я представила себе это отвратительное зрелище: моментами, кусками, но...
- Мне жаль, Трэв, - проговорила я, - папа никогда о таком не рассказывал, поэтому я вряд ли смогу представить... всё полностью.
- И не нужно, - шепнул он, - просто давай отдохнём...
Он прилёг, и я оказалась головой на его груди. Тёплый свет торшера рассеивался по рукам, выпирающим венам и рельефному телу. Худые, но сильные бёдра были обтянуты чёрной джинсовой тканью и притягивали взгляд; уставившись на его ноги, я вдруг почувствовала, как меня начинает бросать в жар от одной мысли о том, что мне...
- Чего-то хочется, а чего не пойму, - произнесла я, трогая его ладонь и проводя по кисти кончиками пальцев, - странно...
- Так часто после травки, - сообщает Трэвор в ответ, но его руки уже убирают волосы с моего лица, чтобы я смогла увидеть его, - как ты вообще?
- Спокойно.
- Отлично, - шепнул он, облизываясь и отводя взгляд к музыкальному центру, - хочешь что-то поесть или попить? Может, посмотреть фильм или...
- Мне и так хорошо... - прошептала я в ответ, кладя его ладонь себе на талию, - можно просто полежать...
- Согласен...
На улице было тихо, лишь ветер изредка бил по окнам и заставлял звенеть водостоки; каждый звук казался мне сейчас таким интересным и необычным, что я невольно прислушалась.
Из стереосистемы доносилась песня "Gasoline" Halsey. Удивившись, что Трэвор слушает её, я откинула голову и посмотрела на него.
- Что? Я слушаю всё подряд... - он улыбнулся, вдруг закусив губу и присаживаясь, на что мне пришлось тоже подняться и сменить позицию.
Теперь я прижалась спиной к спинке дивана, а Мэй уселся в позу лотоса и выжидающе на меня смотрел.
- Что? - от смущения я заулыбалась, но затем и вовсе рассмеялась.
- Чувствую себя немного конченным, но ты мне нравишься, - мужчина выпрямился, расправляя плечи и чуть склоняя голову, - и я смотрю, ты совсем не против меня.
- Ещё на концерте не была против, - выпалила я, - ты...
Он всё ещё смотрел на меня; таким взглядом, от которого у меня всё внутри так сильно тянуло и переворачивалась, что хотелось попросить его остановиться. Ждал, что я скажу дальше.
Если идти, то до конца - решила я. Придвинувшись ближе, я приобняла его одной рукой и притянула ближе, касаясь приоткрытых в готовности губ; он знал, что это случится, поэтому победно улыбнулся в поцелуй, обнимая меня обеими руками сразу.
Руками пробравшись под мою майку, он сильно сжал мою талию, почти болезненно впиваясь пальцами; горячее дыхание опалило мой рот, когда он прервался, чтобы уложить меня на диван и нависнуть сверху.
- Ты уверена? - спросил он хрипло, - я не смогу остановиться.
- Уверена, - ответила я, проводя ладонью по его груди и задевая тонкую серебряную цепочку на его шее, - но у меня ещё никого не было.
- Ох, чёрт... - наклонившись ближе, Трэвор аккуратно поцеловал меня, хватая под ноги и заставляя их согнуть в коленках, - значит, я первый...
В голосе мужчины не было ни капли издёвки или злорадства; он мелко покрыл мою кожу на шее поцелуями, после чего слишком неожиданно резко замер, выжидающе прожигая уже потемневшими от возбуждения глазами.
- Ты же дрожишь...
Он взял меня за бедра и чуть расставил их в сторону, возвращаясь к моим губам и поддевая их своими. Меня действительно трясло - это было бы заметно невооруженным взглядом, но Трэвор правда вводил меня в такое состояние одним только своим существованием.
Я вытащила телефон из джинсов и положила на столик, который Мэй сразу же двинул в сторону; раздался отчётливый скрип ножек по паркету и мой растерянный выдох опалил его ухо.
Коснувшись его виска губами, я жарко выдохнула снова, но уже от неожиданности. Он положил вторую мою руку себе на ширинку, и я отчетливо почувствовала, что Трэвор меня хочет.
И я хотела его.
Как только он задрал мою майку, я схватила его за руки и уставилась прямо в голубые глаза с широкими, почти скрывающими радужку, чёрными зрачками.
- Оставить? - шепнул он, на что я несколько раз активно кивнула.
Он молча кивнул в ответ и убрал волосы с моего лица, чтобы вновь поцеловать; аккуратно поддевая мои губы своими, Мэй позволил мне расстёгивать свои джинсы.
Звон пряжки ремня, учащённое дыхание, мелкие аккуратные укусы, заставляющие меня захлёбываться в эмоциях.
- Я сейчас вернусь, малышка... - прошептал он на ухо, следом подскакивая и пропадая в углу, где пробыл несколько ужасно долгих секунд.
Мои ноги безудержно подрагивали от возбуждения, а грудь вздымалась так часто, что голову кружило; перед глазами мелькали блестки и казалось, что комната вращается...
Мэй навис надо мной снова, и я в который раз восторгалась его физической формой: он не был слишком накачен, но силуэт был стройным; мышцы рельефно напрягались в такт его сбитому дыханию, пока он раскрывал плотную пачку презерватива.
Утянув его к себе, я глубоко поцеловала его, жадно облизывая и сильно впиваясь пальцами в бритую кожу головы на затылке; влажно проведя языком по моему, он аккуратно стянул с меня джинсы и нижнее бельё.
- Пожалуйста, скажи, если будет больно, - быстро прохрипел Мэй, оттягивая пальцем край моей майки и аккуратно покрывая поцелуями кожу, тут же бережно касаясь моего живота другой рукой, - Ханна?
- Да, - ответила я, горячо выдыхая ему в шею и с силой обхватывая его руками, готовясь к боли, которой ранее ни разу не испытывала, - пожалуйста...
Он тихо заскулил, прежде чем сделать первое движение. Понимая, что нужно расслабиться, чтобы приятно было обоим, я откинула голову и медленно вдыхала-выдыхала, оглаживая влажными пальцами такую же скользкую шею мужчины. Трогать его было приятно; под ладонями напрягались мышцы и пульсировали вены.
Сначала было больно; Мэй двинулся аккуратно, но внизу всё жутко зажгло, словно я вдруг ошпарила всё тело ниже груди. В глазах словно заплясали искры, но стоило боли уйти, как мужчина вошёл глубже, бережно оглаживая моё лицо ладонью и примыкая к губам.
- Твою мать... - прорычал сдавленно, несдержанно выдыхая и чуть ускоряясь, отчего я застонала, впервые ощущая такие противоречивые и отчасти неестественные эмоции, как боль и приятную тянущую агонию одновременно.
В голове всё перемешалось.
Напряженно обхватив ногами талию Трэвора, я уцепилась пальцами в его плечи и приглушённо стонала, когда он совершал любое движение. Его губы горячо мазали по моим, язык толкался глубоко в рот, а зубы остро прикусывали нижнюю, пока он входил всё глубже и глубже, ускоряя темп настолько, что вместо стонов я начинала всхлипывать и скулить от удовольствия.
Мэй знал, что делал, и я была ему благодарна. Опустив вторую руку вниз, ко мне, он заставил резко выгнуться и кратко, глухо промычать в его рот; медленно, размеренно доводя меня пальцами, Трэвор чутко прикусывал мою шею, благодарно и рвано выстанывая мне на ухо.
Музыка связывалась с бешено стучащим сердцем, вызывая у меня стойкое чувство безграничного счастья вперемешку с естественным волнением; первый раз с таким мужчиной, как Трэвор, чутким и аккуратным, до неприличия горячим и в то же время удивительно опытным.
С каждой секундой мне становилось всё жарче и жарче, а напряжение, нарастающее внизу, доводило до исступления; Мэй определенно был великолепен в плане понимания партнера и сам это знал.
Я понимала - ещё немного, и я совершенно точно перестану дышать, если не позволю себе выплёскивать эмоции.
- Боже, - выдавила я из себя, перед тем, как тело зажало одной сплошной сладкой судорогой, - чёрт...
Других слов не было - на ум лезли только ругательства, ведь в глазах моментально потемнело, и я ощутила, как мои ноги трясутся и больше не могут держаться за него.
Сделав ещё несколько глубоких, резких толчков, Мэй остановился и опустил голову, зажимая в кулаке ткань моей майки. Губы мужчины приоткрылись возле моих, а сам он резко усмехнулся, прижавшись лбом к моему лбу.
Его плечи и напряженная спина были покрыты матовой испариной; мелкие капли стекали по мышцам, оставляя блестящие полосы, по которым хотелось пройтись руками.
Мэй резко взял меня за челюсть и грубо, слишком резво запихнул язык в мой рот; рычание в его горле словно резонировало во всём моём теле и заставляло застонать снова; застегнув на себе джинсы, он подхватил меня на руки и двинулся в сторону коридора, держа меня так, словно я ничего не весила.
- Пойдём в душ, - выдохнул мужчина, - тебе точно нужно в душ...