Пепел сожжённой любви

Мэдисон.

Время летело скоротечно, а дни с Кристофером почти беззаботно. Я ухаживала за ним и присматривала, помогала передвигаться и теперь он противился чуть меньше. Это не могло меня не радовать, ведь кажется он наконец смирился с тем, что моя помощь не делает его овощем.

Однако, будь все так гладко, я бы сейчас не так упрямо отводила от Кристофера взгляд во всех возможных ситуациях и не избегала бы разговоров. Он вводил меня в ступор. Внутри меня что-то щебетало и заставляло почувствовать себя совсем маленькой девчушкой, что раньше подобного никогда не испытывала. Но я испытывала, и все равно ощущала это иначе. Вчера мне приснился сон — да настолько реалистичный, что, проснувшись, я невольно захотела, чтобы это оказалось правдой.

Мои руки, уже привыкшие к телу Кристофера и ежедневной рутине, наматывали повязку, пока его взгляд внимательно изучал меня. Сегодня он бы другим. Под его натиском я ускорилась, желая закончить дела поскорее. Но как только я приподнялась, собираясь встать, ладонь парня обхватила мое предплечье, одним коротким рывком подвинув к себе ближе, чем было до этого. Я ахнула и не успела даже задать ему вопрос, как Кристофер коснулся моей щеки, медленно поглаживая кожу. Мне пришлось взглянуть на его лицо. Карамельного цвета глаза, шелковистые взъерошенные волосы и острый подбородок. Он так... красив.

Парень перестал поглаживать мою щеку и придвинулся, заостряя внимание на губах. Я податливо приоткрыла их, ожидая поцелуя, но Кристофер потянулся к шее. Он так резко провёл языком по моей коже, что я вздрогнула от неожиданности.

— Сладость... — хрипло протянул брюнет.

И я проснулась, как только его губы накрыли мои. Я встала и не поняла, что абсурднее — мой сон или то, что после этого я стала избегать Кристофера так, словно это произошло реально.

Мне было сложно признавать свою неопреодолимую тягу к нему, но и отрицать ее было бы сущей глупостью. Как ни странно, мой мозг опустил все плохие моменты с ним — их перевесили хорошие. На данный период у меня не было никого ближе, чем Кристофер, и теперь, когда он разжигает во мне трепетные чувства, мне хочется исчезнуть и существовать в одиночестве. После того дня, когда страх накрыл меня с головой, когда Офелия ушла и Денвера чуть ли не убили, я осознала, как этот парень, поставляющий когда-то наркотики, стал мне дорог.

Сегодня я решила прогуляться, как делала это часто в последнее время. В основном мои прогулки ограничивались посиделкой на лавочке и в кафе снизу под домом, но это помогало своеобразно очистить мысли и проветриться. Я заварила Кристоферу зелёный горячий чай, накрыла его пледом, и, пообещав скоро вернуться, ушла.

В заведении пахло ванилью и шоколадом, и всегда, заходя сюда, я закатывала глаза от наслаждения, вдыхая излюбленный запах. В этом месте я не отказывала себе в десертах, которые, кажется, я перепробовала уже все, вовсе не боясь пополнеть. Мои мысли, загоняющие меня в тупик, не позволили бы мне этого. Я буквально стрессую из-за самой себя, обдумывая все по несколько раз.

И вот теперь передо мной лежал малиновый пончик в глазури, усыпанный кокосовой стружкой. Он так аппетитно выглядел, что мой живот жалобно завыл, требуя закинуть в себя сладость. Сладость... И как только выбросить это слово из головы?

Кафе выглядело замечательно. Я всегда любила любоваться интерьером, сделанным в приятных кофейных тонах и видом из окна на малую часть Финикса. Я изучила эту улицу и это место вдоль и поперёк, но оно не переставало затрагивать мое внимание изо дня в день. Подтянув руками чёрную толстовку Кристофера, я сделала глоток сладкого макиато. Мой взгляд невольно зацепился за худощавую фигуру и копну тёмных кудрявых волос. Я замерла. Тугой ком застрял в горле и стакан машинально опустился на стол. Девушка повернула голову вправо и мне удалось рассмотреть ее лучше. Изумрудного цвета глаза, впалые щеки и усталый, совсем как в день, когда я пришла в себя после передозировки, вид. Это Шейли!

Мои ноги словно онемели — я перестала их чувствовать, а вместе с этим буквально поперхнулась воздухом, судорожно закашляв. Я не видела ее так давно, с тех самых пор как... Вэнс умер. Она не сильно изменилась, разве что стала выглядеть намного хуже. От вида Шейли у меня пропал дар речи, мне совсем не верилось, что это действительно она. Я едва нашла в себе силы встать и на дрожащих ногах подойти к ней. Когда я коснулась ее плеча, совсем как Вэнс когда-то моего в баре, Шейли медленно обернулась. Её глаза расширились, когда она узнала меня.

— Мэди! — брюнетка трясущейся рукой прикрыла рот и притянула меня к себе, будто была очень рада.

— Откуда ты... ты давно здесь?

— С того момента, как... — Шейли сделала легкую заминку, явно не понимая, как правильно выразить период, когда она уехала, бросив меня в своей квартире и сменив номер. — В общем, давно. А ты как здесь оказалась?

— Я путешествую. С другом. И вот мы в Финиксе. — Я улыбчиво развела руками.

— Это чудесно! И какой следующий город?

— Пока не знаю. Это решаю не я.

— Как это? — заинтересованно говорила Шейли, и, параллельно подхватив меня за руку, повела обратно к моему столику.

Я пожала плечами и наконец сделала ещё один глоток макиато. Почему-то мне было не по себе. Шейли была слишком разговорчивой и так много говорила, что мне стало казаться, будто это совсем другой человек. Я вновь оглядела ее. Серый пуловер, чёрный брюки... Покрасневшие глаза, мешки под глазами и эта едва уловимая нервозность, проглядывающаяся в жестах. Я поежилась. Нет, Мэди, ты всего лишь чертова паникёрша.

— С тобой все в порядке? — я откусила кусок пончика, больше делая это показательно, нежели с наслаждением. Мой аппетит улетучился при столь неожиданной встрече.

— Что? Да, конечно. Как тебе здешнее макиато и пирожные? Нравится? Хотя, раз ты заказываешь их не в первый раз, не трудно догадаться...

— Что ты сказала? — глухо отозвалась я, перебив девушку.

Шейли недоуменно захлопала ресницами и по-прежнему тепло мне улыбалась, но я уже вовсе не ощущала искренности.

— Откуда тебе знать, в который раз я сюда прихожу и что заказываю?

— Я просто предположила.

— Нет, ты утвердила. — Я вытерла руки салфеткой, тут же отбросив ее на стол. Глаза Шейли забегали по помещению, упорно меня избегая.

— Чего ты цепляешься к словам? Мы ведь так давно не виделись, — говорила девушка, но я уже не верила ей.

— Что тебе нужно?

— Ничего. Я просто увидела давнюю подругу и решила поболтать, почему ты злишься?

— Ладно. Я ухожу.

Бросив на стол купюру, я встала и пошагала к выходу. Шейли тут же вскочила за мной и схватила меня за руку.

— Ну какая же ты подозрительная! — фыркнула девушка. — Наркоманы всегда такие, да? Всегда, когда им не хватает, ищут за что зацепиться. И ты такая же. Утром не успела принять дозу, в этом дело? И почему? У тебя, наверное, совсем нет денег! Так вернись домой, вернись домой и поиграй в счастливую дочь несколько недель, и твои деньги вернутся к тебе сами! Неужели это сложно?! Разве ты этого не хочешь?

— Что ты несёшь, Шейли? — ее пальцы только сильнее вцепились в мою кожу, совсем не думая отпускать. Парочка посетителей стали на нас коситься, и совсем неудивительно. Шейли выглядела озлобленно и пускала яд во все стороны. От былого доброго взгляда не осталось и следа — другой рукой она взъерошила себе волосы и с заметной резкостью заправила одну прядь за ухо.

Я дернулась, желая вырваться из ее цепкой хватки, но она крепко меня держала. Меня начинал жутко раздражать весь этот цирк и, если Шейли не думает отпустить меня, то я просто поволоку ее за собой на улицу. Мне совсем не хотелось разыгрывать сцену в уютном кафе, которое грело мне сердце.

— Какие у тебя проблемы? Что ты хочешь?

— Ничего! Если в тебе осталась капля жалости ко мне и моей утрате, постой и поговори со мной.

Внутри что-то щелкнуло. Шейли никогда не упоминала в таком ключе Вэнса, и более того — ее тон. Спокойный, ровный, даже безразличный, будто она прочла неинтересный заголовок из газеты.

— Тебя послал отец?

Девушка замолкла, поджала губы и отпустила мою руку, сдержанно кивая.

— Что он тебе пообещал? Деньги? Очень много денег? И каков план — поныть мне, чтобы я вернулась домой? Тогда это глупо, но передай ему, что ты молодец, раз так старалась.

— Чтобы ты знала, что он всегда тебя найдёт, Мэди.

Я лишь хмыкнула и уже собиралась зашагать к дому, как голос Шейли снова прозвучал позади.

— И уже нашёл. Твой отпуск закончился. Я просто... тянула время. И да, мне действительно нужны деньги. Меня буквально ломает изнутри, если ты понимаешь о чем я.

— Ты врешь, — твёрдо бросила я.

— Подожди ещё полчаса, и увидишь все сама. А надумаешь уехать — что ж, ты попросту потянешь время.

Страх. Я ощутила страх, что будет преследовать меня в клинике, в которой, уверена, все врачи запомнили мою выходку. Я не смогу никому там доверять, постоянно вспоминая Торри. Я сойду там с ума. Отец не поверит мне, что я завязала, он поверит только документационному подтверждению. Мои руки задрожали, а ноги сорвались с места и побежали к Кристоферу. И я не могу бросить его одного.

Нужно срочно отсюда убираться.