Глава 23
«Из глубины рождается любовь, на поверхность всплывают все скрытые чувства и самые тонкие грани эмоций — но все в этом мире рождается и умирает в тишине.» - Пётр Квятковский.
Месяц, два. А в прочем, дни летели быстро. На двадцать пятой неделе беременности я узнала, что у меня будет девочка. Маленькая кроха, принцесса лежала у меня в животике и по утрам и ночам пиналась, выделяя свою крошечную ножку.
Время пролетевшее без Марко было очень тусклым и пустым. Я не находила себе место без него, но старалась привыкать к этой обстановке. Наверное, а я надеюсь, что у него всё будет хорошо и он без трудностей распрощается со своими проблемами.
За это время я успела начать близко дружить с Офелией. Мы стали не разлей вода и рассказывали все свои секреты, что с нами случалось, а иногда даже бывало, что сплетничали. С персоналом тоже назрели хорошие контракты.
Жизнь в Монако не давалась мне скучной. Офелия постоянно выводила меня на всякие уютные посиделки, прогулки. Мы ходили в рестораны, кино, посещали театры и всякие представления.
Раз в месяц я посещала гинеколога для осмотра формирования плода и своей женской проверки, всё ли хорошо. Пила нужные витамины и таблетки. Я не нуждалась ни в чем, ведь карточка, которую оставил мне Марко в сейфе, ежедневно пополнялась с неизвестного лицевого счёта и казалось там было безграничное количество денег.
Когда наступили предродовые недели, я с Виктором и Офелией поехала выбирать мебель, кроватку, одежду, нужные принадлежности для себя и ребёнка. Я красиво сама под свой вкус отреставрировала детскую комнату и выбрала самые лучшие ей наряды параллельно с обычной, домашней одеждой. Через две недели всё было готово к появлению в доме малышки.
Примерно через три недели, начались роды. Я спокойно сидела и читала роман в саду, но меня беспокоили повторяющиеся боли, которые со временем становились всё чаще и продолжительней. Вначале боли напоминали неприятные ощущения во время менструации и возникали через каждые тридцать минут, затем они стали более частыми и продолжительными. Я громко крича, позвала Брэнду, а та, вызвала скорую. Брэнда прихватила мою собранную сумку, которая стояла около комода и взяла документы, которые лежали в полке.
Через десять минут скорая явилась тут как тут и отвела меня в родом. Приехав туда, мне поставили предродовую клизму, но схватки всё также шли через каждые пять минут. В этот момент я думала, лишь бы продержаться до утра. К утру рожу, была уверена.
Через два часа сошли воды, зеленые, как оказалось. Но для ускорения процесса поставили окситоцин (боялась этого всю беременность). Ну всё, думаю, мне конец. Схватки были такой силы, что я прощалась с жизнью и было очень горько, что никого родного нет рядом. Потом между схватками уже перестало отпускать, боль была чуть слабее, но расслабиться не давала.
Собравшись с силами, я позвала акушерку и сказала:
—Я не могу уже терпеть, сделайте что-нибудь, помогите. - крепко держалась за ручку кровати от боли.
Мне сразу же, что-то вкололи и между схватками стало вырубать, от чего в сознание приходила только при очередной страшной сватке. В три часа ночи меня начало тужить, в голове промелькнула призрачная надежда, что я всё-таки выживу и осталось не долго.
Возможно, кто то бы решил, что потуги это ещё ничего по сравнению со схватками...
Но это совсем не так. Тут к схваткам прибавляется ещё страшная боль от того, что ребенок выходит и я прямо чувствовала, как внутри меня, что-то разрывается. Намеренно причинять себе боль не входило в мои привычки, поэтому никакого облегчения я не ощутила.
Одно я вывела из родов - я побывала в аду. Родила я наконец с третьей схватки и несмотря на боль, тужилась как положено. От первой схватки до рождения прошло шесть часов, но были небольшие внутренние разрывы.
Самой большой подставой было то, что когда я уже родила и думала, что больше никакой боли, пришла акушерка со словами:
—Давай посмотрим как матка сокращается. - со всей дури надавила на живот.
Из промежности хлынул не хилый поток кровищи. Боль до искр из глаз. И делала она так еще целых два раза. Но это все было индивидуально.
После чего, кровь остановили, а мне на руки дали мою девочку - Габриэль. Она выглядела великолепно: маленькая головка, тонкие и крохотные пальчики, курчавый носик, аккуратное, нежное туловище. А притрагиваясь к ней можно было почувствовать тонкую кожу, которое очень легко ранимое.
С малышкой мы лежали в роддоме шесть дней, после чего нас выписали. На выписке присутствовала моя мама с папой, которые приехали из Бруклина, Брэнда, радующаяся во всей красе, Роуз Клиффорд, которую я позвала на днях и предупредила о выписке и моя теперь лучшая подруга Офелия. Все пришли с большими букетами цветов и подарками. Было очень приятно их принимать. Но не оттягивая времени и долго не задерживаясь в роддоме, мы быстренько сделали семейное фото из выписки и поехали ко мне домой отпраздновать рождение крохи. Все радостно, а то и поплакивая, ещё раз поздравляли нас с малышкой. Мне кажется, если бы здесь и прямо сейчас был бы Марко, он бы был в полном восторге и счастье. Но так жаль, что он не знает об этом. Его номер телефона не доступен, сообщения отправлять бесполезно, всё равно высвечивается «аккаунт не найден» или слышится «абонент временно недоступен или заблокирован».
Но зато мы с малышкой старались на унывать, хотя всё это время она крепко спала, но иногда просыпалась с просьбой её покормить. Держа её в руках и трогая свою частичку и частичку Марко, я ощущала, как растёт моё материнство и полнеет забота о ней.
Первые ночи выдались трудно. Мы вместе с Брэндой почти не спали. Габриэль часто просыпалась и беспрестанно хныкала. Её лишь успокаивала мои убаюкивания на ручках и колыбельная, которую я мелодично и тихо напевала ей:
— Спи, дитя, сладким сном,
Всё уснуло кругом.
Тишина и покой...
Крепко глазки закрой.
Ночь пришла, спать пора,
Спи, усни до утра.
Спи, дитя, сладким сном,
Всё уснуло кругом.
Тишина и покой...
Крепко глазки закрой.
Ночь пройдёт, и опять
Станет солнце сиять.
Ночь пройдёт, и опять
Станет солнце сиять. - поцеловала в лобик и уложила в кроватку.
Как мама, я старалась нормально спать и даже для этого наняла двоих нянь. В первые дни Габриэль не привыкала к чужим убаюкиваниям и чужому напеву. Но позже, она привыкла и дала мне заодно хорошо высыпаться.
Грудным кормлением я не особо занималась, лишь сцеживала с себя молоко в бутылки для Габриэль и кормила её, а иногда кормила смесями, так как молоко, то приходило, то немного уходило.
Так на протяжении полтора года проходило наше время с Габриэль...