Однажды утром...

             После операции я быстро пошла на поправку. Спустя пару недель меня отпустили домой. Я начала бегать по утрам и каждый раз, пробегая около школы, я останавливалась и смотрела. Сотни учеников разного возраста заходят и выходят. Несколько раз я даже видела Дилана. И он меня видел, но я чего-то испугалась и просто убежала. Ещё не время. Я жила с папой и Кэролл. Оказывается, я так соскучилась по папе. А он изменился. Стал более внимательным по отношению ко мне и Кэролл. Он пытается изображать, что всё в порядке, но я знаю, что он переживает. Он боится, что у меня могут начаться осложнения, что что-то похожее могут найти у Кэролл. Но я рада, что он рядом. Я бы хотела, чтобы они с мамой вновь начали жить вместе, и мы были обычной счастливой семьёй, но есть вещи, которые не зависят от меня и моего желания. С этим нужно просто смириться и жить дальше. Сейчас обычное осеннее утро. С моей операции прошло несколько месяцев. Я проснулась в шесть и ещё долго торчала в ванной, смотря на своё отражение и пытаясь удостовериться, что это не сон. Для меня - это обычное состояние на каждое утро. Чуть позже я натягиваю на себя чёрные лосины и футболку с изображением британской панк-группы. Собираю волосы в хвост на затылке и спускаюсь на кухню. Кэролл ещё спит. Она никогда не упустит пару часиков для сна. Мой папа обычно просыпается чуть раньше сестры, чтобы приготовить ей завтрак и созвониться с мамой. Она скоро вернётся. Конференции прошли, и мама получила повышение. Ещё одна хорошая новость. Я достаю из холодильника апельсины и пропускаю их через соковыжималку. Последнее время я пью только настоящие и свежие соки. Съедаю два банана и выпиваю таблетки, которые прописал доктор Прайс. Сегодня последний день курса реабилитации. С завтрашнего дня я престану пить таблетки и ездить раз в неделю в больницу, чтобы проходить обследования. По моему желанию с завтрашнего дня я могу пойти в школу. От этой мысли к горлу подкатывает ком, а сердце начинает биться чаще. Я не знаю, как меня воспримут одноклассники. Как труп, восставший из мёртвых или девочку, которую стошнило в раковину мистера Маккензи. Я не знаю, как меня помнят. Но завтра я начну новую жизнь. Я выхожу из дома. Ставлю на плеере свою любимую песню Against the Current - Paralyzed и бегу по своему обычному маршруту. В который раз смотрю на знакомые улицы. За эти несколько месяцев пробежек по утрам я узнала город намного лучше, чем за несколько месяцев до больницы. Я слегка ускоряю темп. Спустя некоторое время я вижу школу. Во дворе много школьников. Я останавливаюсь. Стою на противоположенной улице. Вдруг среди толпы замечаю Дилана. Он стоит рядом со школьными воротами, оперившись на заборчик. Вот Дилан поднимает голову. Он вздрагивает и начинает оглядываться по сторонам, словно ища у кого спросить "Это сон или нет?". Пользуясь моментом, я бегу дальше. Каждый раз я не понимаю, зачем это делаю. Но, тем не менее, я продолжаю каждый день проходить около школы. Но завтра я хочу вернуться туда. Я хочу в школу. Мда, этим может похвастаться не каждый подросток. Я хочу домашние задания, хочу получать оценки и есть ужасный салат из школьной столовой. Через квартал я сворачиваю направо и выбегаю в парк. Люблю бегать там. Аккуратные аллеи, высокие зелёные деревья и запах травы. После парка опять несколько улиц и я дома. Папа уже проснулся и готовил жареный бекон. Дом наполнился чудесным запахом.

- Пап, я дома! - Кричу я, выключая наушники.

Но ответа не следует. Я иду на кухню и вижу за плитой маму. На неё надеты наушники. Как всегда, когда она готовит. Когда же она успела вернуться.

- Мам! - Кричу я и подбегаю к ней.

Мама снимает наушники и оборачивается.

- О, мой бог! Холланд! - Мама обнимает меня.

- Мам, я так скучала. - Не могу передать словами, как я скучала. Так сильно.

- Я тоже скучала, дорогая. - Мама отпускает меня и смотрит в глаза. - А ты подросла. - Мама улыбается.

- Прошло всего-то несколько месяцев. - Говорю я. - Папа знает, что ты приехала?

- Да, он знает. Кэролл не знает.

- Я хочу завтра вернуться в школу.

- Уверена? - Мама продолжает готовить завтрак.

- Я сегодня была около школы и видела Дилана. Надоело сидеть дома. Хочу в школу. - Я наливаю себе стакан сока и сажусь за стол.

- Да, не каждый день слышишь такое от своего чада. - Мама смеётся и ставит передо мной тарелку с беконом и яичницей. - Приятного аппетита.

Слышу шаги на лестнице. Папа проснулся.

- Доброе утро, пап.

- Привет, Холл. - Папа садится за стол.

Мама ставит перед ним тарелки с тем же, что и мне. Когда мама ставила тарелку, папа задержал её руку.

- Джесси, я рад, что ты здесь.

- Я тоже.

***

Папа повёз Кэролл в школу, а после заехал в какую-то фирму, чтобы найти работу. Папа думает задержаться здесь. Мама одобрила мою идею со школой, хоть и не сразу. Мы с ней решили пройтись по магазинам. Для меня это было огромной радостью. Как же давно я не ходила по магазинам. Мы с мамой отправились в торговый центр. Сейчас - начало школьного сезона и почти во всех магазинах были довольно не плохие скидки. Мама предложила купить мне несколько новых аутфитов в школу. После покупок мы зашли в кафе и перекусили. Я впервые за долгое время ела самое настоящее мороженное. Оно было невероятно вкусным. После мы ещё немного погуляли по городу, и пошли домой. Папа был дома. Он нашёл работу и приступает завтра. Ещё он каким-то чудным образом заставил Кэролл пойти на курсы по испанскому языку. Хотя маме это не удавалось несколько недель. Кэролл всегда хотела стать переводчиком, но не хотела ходить на дополнительные занятия. Бывает. Я сидела в своей комнате и перебирала вещи, которые мы купили с мамой. Мама сейчас в школе. Говорит с моим директором о моём возвращении. Если всё пройдёт хорошо, то завтра утром я вновь стану обычным американским подростком. Вся эта история не даёт мне покоя. Я один из тех немногих, кто выжил. После операции я познакомилась с одним парнем. Ему двадцать девять и в пять у него обнаружили опухоль мозга. В шесть была операция в одном из лучших центров в США. Этот врач, кстати, и мне проводил операцию. Интересно, как это, спасать жизни людям. Наверно, чувствуешь себя супергероем.

***

Я лежу в кровати. Все в доме спят. Директор школы одобрил моё возвращение, и завтра я вновь вернусь в школу. Всё, что произошло, дало мне понять, что в этом мире ничто не вечно и нельзя никому полностью доверять. Всегда нужно делать выводы. Закрываю глаза и проваливаюсь в бездну сна.

Из объятий сна меня вырвал звонок будильника. Вот и начались мои серые будни. Я начинаю собираться. Надеваю голубую рубашку без рукавов, которую вчера купила мама, чёрную юбку чуть выше колена и бирюзовые туфли на платформе, которые также купила мама. Беру сумку и скидывает туда всё, что нужно. Вчера мама взяла у директора расписание. Такое же, как и в прошлом году. Выпускной класс. Неужели я вернулась. Я делаю кудри и выхожу из дома, взяв яблоко. Чудесное утро. Иду в сторону школы. Моё сердце начинает биться чаще. Пытаюсь отвлечься от этих мыслей. Спустя несколько минут подхожу к школе и останавливаюсь около ограды. Немного кружится голова. Осматриваю парковку. Сотни старшеклассников. Иду дальше по парковке. Вдруг в моё поле зрения попадает Дилан. Он стоит в нескольких метрах от меня, и разговариваем с Томасом. Томас. Я так давно его не видела. Вот Дилан поворачивает голову и видит меня. Он опирается одной рукой о лавочку, позади него. Вероятно, в шоке. Я слегка улыбаюсь и машу ему рукой. Томас тоже замечает меня, и идёт вперёд.

Вдруг я чувствую боль от удара. Всё тело содрогается, и в следующий миг я лежу на земле. Чувствую жуткую боль, но всё равно открываю глаза. Всё немного размыто и приглушённо. Над головой вижу край синего пикапа. Чувствую, как в районе виска идёт кровь, а тело щиплет. Вижу, как ко мне подбегает Дилан. Мой взгляд сфокусирован только на его лице. По его щекам текут слёзы.

- Холл, пожалуйста, держись. Скорая уже едет. Они помогут тебе. - Дилан шепчет эти слова, заставляя самого себя верить в них.

- Дилан. - Говорю я. Пытаюсь подняться, но падаю обратно. Все мышцы горят.

- Нет, нет, не трать силы. Молчи, пожалуйста. - Дилан заправляет прядь моих рыжих волос за ухо. Потом он смотрит на свою руку и видит кровь. Мою кровь.

- Дилан, я люблю тебя. Всегда любила и буду любить.– Смотрю прямо в его глаза. Дилан вздрагивает. Из глаз текут слёзы. Трачу последние силы на шёпот. Мой голос дрожит, мне сложно говорить. Я слышу, как бьётся его сердце, но не слышу своего.

Слышу, что Дилан начинает плакать сильнее. Я лежу на его коленях. Он гладит меня по голове, держит руки и шепчет слова утешения. Лишь раз видела его плачущим. Я закрываю глаза. Чувствую, что последние силы покидаю меня.

Так странно, оглядываясь в прошлое, вдруг понимать, что через твою жизнь прошли ни один и не два человека, а целые десятки и сотни людей. Кто-то из них задерживался надолго, а кто-то едва успел коснуться твоей руки... Кому-то не досталось даже твоего взгляда, а у кого-то на губах осталась сладость от тысячи твоих поцелуев...

Так странно, оглядываясь в прошлое, вдруг понимать, что ты всегда хочешь быть лучше, честнее, справедливее и добродушнее, а в итоге все равно находятся те, кому ты перешел дорогу. Тебе хочется делиться с людьми радостью, а люди завидуют, тебе хочется плакать, а люди начинают считать тебя слабым. Так странно, оглядываясь в прошлое, вдруг понимать, что большинство из нас умеют лгать, глядя в глаза, и лишь малая часть нас, искренне решается сказать «я люблю тебя», не отводя взгляда. Почему мы всегда подавляем самое прекрасное из того, что есть в нашем сердце? Так странно, оглядываясь в прошлое, вдруг понимать, что мы, которым всегда казалось, что разбираемся в людях, в некоторых из них всё же ошибались и что люди, которых, казалось, мы будем знать вечность, сейчас от нас отдалились, а те, которых считали «прохожими» до сих пор рядом с нами.

Письмо Томаса, отправленное Дилану в тот день, когда тот впервые увидел Холланд рядом со школой после её возвращения домой:

"А представь на мгновение, что ее сбила машина и ее больше нет. Ты уже не сможешь ей позвонить и уже никогда не услышишь ее нежный голос, ее звонкий смех, ты уже никогда не увидишь ее светящиеся любовью глаза. А как много ты хотел сказать, сделать. Но откладывал на будущее. А теперь того будущего нет. Если стало плохо - береги её. Позвони ей, Дилан. Я устал смотреть на то, как ты мучаешься, вспоминая, что сказал ей".

***

Холланд Рей О'Райан умерла шестнадцатого сентября в результате аварии на школьной стоянке. Её сбил Саймон Фалькровски, находившийся в не трезвом состоянии, приехавший поговорить с сыном. Я поняла, что как бы я не старалась, я не смогу обмануть смерть. Если суждено, то ничего исправить нельзя. И я не смогла. Но, у меня есть несколько хороших новостей. После моей смерти мама и папа всё же помирились и стали жить вместе. Кэролл выросла и стала невероятной красавицей. Она окончила школу, и поступила на переводчика. Томас создал собственную группу и стал в ней басистом. Они стали довольно популярными. Элиссон стала известным художником. Её картины прекрасны. Мартин стал популярным журналистом и написал несколько статей о раке и обо мне. Отца Дилана посадили в тюрьму за непредумышленное убийство. Но через несколько лет он вышел и стал служителем церкви. Хоть это и не вернёт меня к жизни, но он смог осознать свои грехи и больше в жизни не притронулся к алкоголю. Он отпустил своих детей, решив, что они уже взрослые. Эвис уехала в Лондон и стала дорогим модельером. Хотела бы я поносить одно из её платьев. А Дилан. Он отправился на побережье и купил там домик. Он стал известным художником абстракционистом и написал книгу, которую назвал "Однажды утром"...

/'}}�¡