После дождя

Дни в доме Тайлера проходили незаметно. Пробыв здесь два дня, я заметила, как наладились отношения Тайлера с отцом. Казалось, от того человека, с кем я имела честь говорить месяц назад не осталось и следа. Мистер Адамс очень много работал, но тем не менее в доме всегда был в хорошем расположении духа. Его отношения были напряжены только с миссис Адамс. Но она чаще бывала без настроения. Я была уверенна, что это из-за моего присутствия в её доме, но как бы я не просила Тайлера отвезти меня к себе, парень не соглашался, а иногда делал вид, что не слышит. Для себя я также отметила достаточно хорошие кулинарные способности женщины. Все её блюда были особенными и вкусными. Стейси раскрылась мне совершенно, с другой стороны, в доме она была чаще молчаливой и задумчивой, присоединялась к диалогу крайне редко, только когда её о чём-то спрашивали. Сам Тайлер был весёлым, он старался шутить и помогать своей маме, но скажу честно повар из него так себе, потому что всё, за что бы он не брался , он превращал в шутку или же в маленькое недоразумение, в крайнем случае. Сессия для меня закрылась благополучно. Единственный предмет, о котором я переживала – высшая математика. К счастью, Тайлер основательно взялся за мои математические знания, и я сдала всё без особой помощи на экзамене. Теперь мы ушли на рождественские каникулы.

Когда ехала в этот город, даже представить не могла, что моя жизнь так кардинально изменится. Сегодня празднуется Рождество, любимый, местами волшебный праздник моего детства. Почему волшебный? Потому что мои родители делали всё, для того чтобы он был волшебным.

С самого раннего утра в доме Адамс никто не спал. Мне было неловко сидеть в комнате и ничего не делать. В комнату кто-то постучал, прерывая мои размышления:

— Эмма, можно? — Я услышала за дверью голос Тайлера.

— Привет, конечно, — Тайлер вошёл в комнату и осмотрелся, затем подошёл ко мне и взяв стул, сел напротив моей кровати.

— Мне со Стейси нужно в город, — сказал он. — Отец поедет на работу, но вернётся пораньше. Ты не против остаться с мамой?

Была ли я против? Конечно, нет.
Волновалась ли я? Конечно, да.

Не показав своего волнения, я слабо улыбнулась и кивнула.

— Всё хорошо? — Вновь спросил он. — Тебе ничего не нужно? Я могу привезти...

— Нет, не нужно...

— Эмма, ты можешь мне сказать? — Он улыбнулся и нежно погладил меня по щеке, встретив мой взгляд тёплым взглядом. — Ты же знаешь, что для меня ты всегда малышка. Скучала по дому?

— Есть такое, — пожав плечами, ответила я. — Дедушка всегда по утрам заходил со стаканом молока, — улыбнулась я, погружаясь в воспоминания. — Каждый год вешал светящиеся гирлянды. Я выключала свет и в тёмной комнате они выглядели как звёзды... Пожалуй, я позвоню им сегодня днём, — заключая, сказала я. — Спустишь меня к своей маме? Мне хочется помочь ей на кухне, — Тайлер одарил меня самой сногсшибательной, довольной улыбкой, которую я когда-либо видела на его лице, и встал напротив меня. Я улыбнулась и протянула руки.

— Эмма, ты ведь точно не против? — Крепкие, тёплые руки Тайлера подняли меня, сам парень смотрел мне в глаза.

— Конечно нет, Тайлер, — ответила я. — Просто это немного волнующе, — он рассмеялся и вышел из комнаты. — А что-смешного-то?

— Ты боишься мою маму, леди Бейль? — Он всё смеялся и спускался по лестнице.

— Нет, совсем нет, — я отрицательно мотнула головой, но кажется мои слова настолько были неубедительны, что Тайлер вновь начал смеяться. — Прекрати.

Он посадил меня на диван в гостиной и пошёл обратно за креслом.

— Доброе утро, Эмма, — в дверном проёме оказался мистер Адамс, завязывая галстук.

— Доброе, мистер Адамс.

— Как себя чувствуешь? Как спалось? — Расспрашивая меня, мистер Адамс пытался завязать галстук. Но, по-моему, он не особо умел это делать. – Дорогая? — Крикнул он в сторону и в комнату вошла миссис Адамс.

— Спасибо, хорошо, — ответила я. — Вас не было за завтраком, — вежливо заметила я, на что мужчина улыбнулся. Миссис Адамс завязывала галстук.

— Я проспал, — наконец закончив с галстуком, миссис Адамс посмотрела на меня и, на моё огромное удивление, улыбнулась.

— Он всегда так. Поздно ложится, потом головные боли и иногда вот так опаздывает на работу, — мистер Адамс обнял жену за талию и поцеловал в щёку. Я улыбнулась и опустила глаза.

Сама того не замечая, я просто представила, как мы с Тайлером через несколько лет, возможно, будем такой же парой, а может и лучше. Я буду снова ходить. Буду замечательной хозяйкой и счастливой женой. Буду также провожать его на работу, завязывая его галстук и встречать со вкусным ужином. Я бы хотела такой жизни. Это ведь нормально, мечтать о счастливой семье?

— Эмма? — Голос Тайлера вывел из мыслей, и я даже не заметила, как по щеке скатилась слеза. Он нежно коснулся щеки и вытер её. — Всё в порядке, Эмма?

— Ты умеешь завязывать галстук, Тайлер? – Рассмеявшись спросила я, пряча слёзы. Он непонимающе посмотрел на меня.

— Нет, — ответил он.

— Не учись его завязывать, ладно? — Похоже, я окончательно добила психику парня. Он кивнул мне и усадил на кресло.

Через час в доме осталась только я и миссис Адамс. Я находилась на кухне и помогала ей напечь макароны. Ей было интересно приготовить что-то новое, а мне было очень приятно её этому учить.

— Надо же, какие они вкусные, — попробовав один из них, сказала миссис Адамс. Я улыбнулась ей и продолжила нарезать салат. — Могу я задать вопрос о твоей семье, Эмма?

— Конечно, — ответила я. — Что вас интересует?

— Про твою маму дети мне уже рассказали, — ответила она. – Я была приятно удивлена и мне жаль, что мы так и не успели посидеть и познакомиться поближе. Я очень люблю и оперу, и балет, наверное, Тайлер рассказывал тебе.

— Рассказывал, — улыбнувшись, ответила я.

— И хожу в театр сколько себя помню. Твоя мама была в Лондоне на гастролях всего два раза и оба раза я не пропустила. Она очень талантливая балерина, стройная, грациозная и хрупкая, — я улыбнулась. — Почему она больше не появляется на публике?

— Она получила очень серьёзную травму и мой папа, да и дедушка не разрешили больше заниматься балетом так усердно, — я вздохнула.

— Сейчас она преподаёт балет, там же где стала знаменитой балериной.

— Теперь я поняла в кого ты такая красавица, Эмма, — улыбнувшись сказала она, отчего я смутилась.

— Моего отца зовут Генри Джонатан Бейль. Он дипломат и кстати, учился здесь, в Лондоне, в том же университете, где учимся я и Тайлер, и Стейси, — мысли о родителях подарили тепло в душе, и я поняла, что сильно соскучилась по ним.
— Дедушку зовут Джонатан Бейль, — он очень строгий, но со мной у него более теплые отношения. Моя любовь к книгам от него.

— Это очень интересно, — перемешивая салат, сказала она. — А кем ты хочешь стать, Эмма?

— Моё направление — английская литература. Я бы хотела стать писателем, миссис Адамс. Сколько себя помню, всегда мечтала писать захватывающие романы, — она улыбнулась мне. На кухне повисла тишина. Я всё также помогала ей с ужином.

— Можно спросить у вас кое-что? — Наконец набравшись смелости, спросила я.

— Конечно, Эмма, — она широко улыбнулась мне.

— Вы ведь не в восторге от того, что Тайлер общается со мной? — Рука, которая что-то мешала в сковородке на секунду замерла. — Я в смысле, вы его мама и желаете ему лучшего. А я...

— Эмма, — она перебила меня, — никто не в силах переубеждать моего сына в его решениях. Конечно, я желаю лучшего сыну и мне бы хотелось видеть его с Эшли, — я прикусила губу. — Но, если мой сын любит тебя, я не смею его заставлять быть с другой. Мне важны чувства моего сына, важно то, чего хочет он, — она улыбнулась мне. — Не забивай свою голову этими мыслями, ладно? — Вновь широко улыбнувшись, спросила она и я кивнула.

За эти дни, которые я провела в семье Тайлера, Стейси обеспечила меня всем необходимым. Подарки я делать не умела никогда, поэтому мне оставалось надеяться только на свои руки и фантазию. Конечно, я приготовила подарки для всех в этом доме и надеюсь, что они им понравятся. Закончив с ужином, миссис Адамс отправилась спать. Меня она оставила наедине с книгами и телевизором. Пересесть на диван далось очень трудно, но я рада тому, что моё лицо не встретилось с полом, когда я пересела с кресла на диван. Немного полежав и посмотрев непонятную передачу, я уснула.

***
(Тайлер)

Зайдя домой, мы со Стейси переглянулись. В доме стояла гробовая тишина. Взяв пакеты с напитками и фруктами, Стейси пошла на кухню. Разувшись, я оставил пакет с подарками на комоде и зашёл в гостиную. По телевизору шёл «Мадагаскар», а на диване спала Эмма.

— Где пакеты? — Спросила Стейси.

— Тише, — сказал я, указывая на спящую девушку. Стейси улыбнулась. — Они в прихожей.

Как только Стейси скрылась за дверью, я тихо подошёл к дивану и сел на корточки. Эмма мирно спала, и я вновь залюбовался ею. Проведя тыльной стороной ладони по щеке девушки, я попытался её разбудить.

— Эмма, — шёпотом произнёс я. — Проснись, Эмма, — девушка медленно открыла глаза и встретившись со мной взглядом, улыбнулась. — Как ты?

— Хорошо, — она встала, и я помог ей сесть.

— Вы уже приехали? — Я кивнул. — А где Стейси? Она обещала мне привезти кое-что...

— Тебе что-то было нужно, и ты не сказала мне? — Я вопросительно изогнул бровь, она рассмеялась.

— А вдруг это что-то девчачье? — Она показала мне язык, отчего я рассмеялся.

— Оправданно, — ответил я.

— Эмма, привет, — Стейси обняла её. — Ну и как вы тут с мамой, без нас? — Сестра села рядом с Эммой.

— Хорошо, — ответила Эмма. — Мы всё приготовили и мило побеседовали.

— Беседовали? — Переспросил я и нахмурился.

— Да, — ответила она и улыбнулась. Кажется, она была в очень хорошем настроении, поэтому я немного успокоился.

— Принесла? — Спросила она, переводя взгляд на Стейси.

— Да, всё у тебя в комнате, — коротко ответила Стейси.

— Я чувствую себя участником какой-то незаконной сделки, — я закатил глаза, девочки рассмеялись.

— Отнеси Эмму в комнату, — попросила Стейси.
— Да без проблем, — я приблизился к Эмме и поднял её. — Большие руки Тайлера всегда готовы помочь, — она снова рассмеялась и крепче ухватилась за меня, прижавшись лицом к моей шее. Тысячи мурашек пробежали по телу и мне стало немного щекотно от её действий.

— Однажды ты сказал это и стал для меня опорой, — задумчиво произнесла она. — Когда? — Переспросил я.

— Когда помогал собрать мою палатку, — ответила она, и я вспомнил.

— Отдыхай, — сказал я и поцеловав девушку в лоб, вышел из её комнаты.

Ощущения бесконечного трепета и любви к девушке пронизывали меня, когда я первый раз поцеловал её в лоб. Возвращаясь в свою комнату, улыбка теплила мои мысли. На столе лежал пакетик с подарком для Эммы, ясно, что его принесла моя сестра. Я долго выбирал этот подарок – золотой кулон в форме ангела, украшенный маленькими драгоценными камнями, который явно соответствовал её нежному образу.

Затем я упаковал наши подарки с Стейси для родителей и семьи Эшли, которые сегодня присоединятся к нам на празднование Рождества. И хотя это не было идеальным вариантом для меня, я понимал, что эти люди стали близкими за время нашего знакомства. Подарки я осторожно разместил под огромной елкой, стоявшей у окна в гостиной. Неожиданно мой взгляд упал на другие подарки, подписанные почерком Эммы.

«Когда же она нашла время? И с кем?» – внезапно пронеслось у меня в голове, и я поспешил в её комнату. Дверь была приоткрыта. Эмма сидела в кресле, внимательно разглядывая зелёное платье с красными цветами по бокам.

Этот момент наполнял меня смешанными чувствами: радостью от близости с Эммой и одновременно тревогой о том, что она делала до моего прихода. Её присутствие и забота о нашем празднике создавали атмосферу тепла и волнения, которое я с трудом мог объяснить, но которое я безмерно ценил.

— Это Стейси выбирала, — сказал я, она вздрогнула. — Можно?

— Да, — тихо ответила она. — Не стоило ей тратиться.

— Если не хочешь слушать многочасовую лекцию, не говори этого при ней, — я рассмеялся и взяв платье, повесил его на ручку длинного шкафа. — Расскажешь, о чем вы говорили с мамой?

— О моей семье, — ответила она.

— И всё? – Спросил я, внимательно глядя в глаза девушки. Я не поверил ей.

— И всё, — неуверенно ответила она. Что ж, моё недоверие оправдано. — У тебя правда чудесная мама, — она улыбнулась мне.

— Эмма, я хотел тебе кое-что сказать, — она внимательно посмотрела на меня. — Сегодня здесь будут Эшли и её семья, — девушка изменилась в лице. Я понимал, что ей неприятно.
— Эмма, — я сел на корточки и накрыл её руки своими ладонями, — просто так было всегда, но я тебя одну ни на секунду не оставлю. А если тебе будет тяжело, обещаю, мы просто сядем в машину и уедем...

— Вот так просто, сядем и уедем, — повторила она. – Тайлер, ты волен делать то, что хочешь. Тем более, я посторонний человек в твоей семье...

— Ты не посторонний человек в моей семье, — перебил я её. — Ты моя невеста.

— Ты делаешь мне предложение? — Рассмеялась она.

— А ты согласишься, если я сделаю тебе предложение? — Я коснулся рукой её щеки, она нагнула голову в бок и опустив глаза, улыбнулась.

— Так ты делаешь мне предложение?

— Ты не ответила на мой вопрос, — сказал я, смотря как щёки девушки залились румянцем.

— Ты же на мой не отвечаешь, — накрыв мою руку, что покоилась на её щеке своей, она посмотрела мне в глаза своими ярко-зелёными глазами.

— Ты невыносима, — не сдержав смешка, сказал я.

— Ты тоже, — сказала она и я снова поцеловал её в лоб.

Ближе к вечеру в доме началась суета. Я заранее спустил кресло Эммы в гостиную. Поднявшись к себе, я принял душ, решил надеть белую рубашку на выпуск и чёрные джинсы. Всегда помню о нездоровой любви отца к галстукам. Сам я их носить не любил и делал это ещё, чтобы позлить отца, но сегодня решил надеть и галстук. Я потратил более тридцати минут на то, чтобы завязать этот несчастный галстук, вспомнив недавний и весьма странный разговор.

***

— Ты умеешь завязывать галстук, Тайлер? – Рассмеявшись спросила она. Взглянув на девушку, я увидел, что у неё глаза на мокром месте. Я не совсем понял вопрос, видимо это было написано прямо у меня на лице.
— Нет, — ответил я.
— Не учись его завязывать, ладно? — Мне показалось, что Эмма плохо себя чувствует. Что за галстук? Причем тут это? Я кивнул ей и усадил на кресло.

***

— Гости скоро придут, — послышался голос мамы из гостиной, — дети закругляйтесь!
— Сейчас, мам!

Я вышел из комнаты и всё также пытаясь завязать галстук, подошёл к двери Эммы. Руки сами потянулись открыть дверь, но я вспомнил о том, что возможно она переодевается. Заходить без стука было бы самым неразумным поступком, поэтому я постучался. Окончательно психанув на галстук, я снял его:

— Чёрт бы побрал этот несчастный галстук! — Выругался я и дверь открылась.

— Спокойно братец, что случилось? — Я зашёл в комнату.

— Где Эмма?

— Рано ещё тебе на неё смотреть, — улыбнулась она.

— Она что в свадебном платье? — Спросил я, издав лёгкий смешок. — Классно выглядишь, — сделал я комплимент сестре. Выглядела она и вправду очень красиво. И это красное платье до пола очень шло ей. — Умеешь завязывать галстук?

— Нет, — ответила она и взяла галстук. — Давай спрошу у Эммы.

Стейси скрылась за дверями в ванную комнату и вышла спустя три минуты с завязанным галстуком. Я поблагодарил и надев на шею галстук, вышел из комнаты. Спустившись в гостиную, увидел большой праздничный стол. Отец, как всегда, читал газету. Подняв на меня свой взгляд, он улыбнулся мне.

Я услышал звонок в дверь, после чего мама пошла открывать. Спустя пару секунд, передо мной появилась Эшли, а следом и её семья. Супруги всегда выглядели очень эффектно. Отец Эшли, Коул Френк, всегда был одет в дорогой костюм серого либо тёмно-синего цвета. Статный, хмурый с чужими и весельчак в компании близких друзей, мужчина был очень умным специалистом в своей сфере, а именно в международных отношениях. Он поздоровался со мной очень холодно, также как его жена, мать Эшли. Моя мама и миссис Френк были подругами и моя женитьба на Эшли мысль скорее моей матери, которая ненадолго стала реальностью при помощи давления моего отца. Я всегда удивлялся их дружбе. Потому что они обе как небо и земля. Моя мама более проста в плане одежды, работы и того, что о ней думают окружающие. Миссис Френк напротив, со временем, стала больше любить роскошь. Сейчас я понимал, как красиво она может игнорировать людей. Меня это ни капли не обидело, скорее рассмешило. Сама Эшли подошла ко мне и вручила подарок. Это была небольшая коробочка.

— Спасибо, — я обнял её по-дружески. — Открою позже, хорошо?

— Хорошо, — ответила она, и пошла здороваться с моими родителями. Стейси спустилась к нам и подмигнув мне, указала наверх, затем пошла здороваться с гостями. Наконец-то... Я поднялся к Эмме и постучал в комнату.

— Тайлер? — Услышал я за дверью.
Войдя в комнату, я увидел Эмму. Она сидела за письменным столом. Платье Эммы было до колен и идеально подходила по фигуре; милые, слегка кудрявые пряди волос были закалены двумя жемчужными невидимками, которые купила Стейси; легкий макияж на лице — она просто красавица.

— Ты очень красивая, Эмма — сказал я, ещё раз осматривая девушку. Взгляд остановился на шее. – Но я знаю, как дополнить твой образ, — улыбнувшись, я достал бархатную коробочку и вытащив кулон, подошёл к ней.

— Что это ты делаешь? — Немного отодвинувшись, спросила она. Я её смущаю.

— Это подарок тебе, позволишь? — Я улыбнулся ей и аккуратно повесил цепочку на её шею. Она прикоснулась к кулону и широко распахнув глаза, посмотрела на меня.

— Он же дорогой.

— Это бижутерия — сказал я, и почесал затылок.

— Ты не умеешь врать, — рассмеялась она и поцеловала меня в щёку, отчего я замер, боясь спугнуть этот момент. – Спасибо, — сказала она и обняла меня.

— Нам пора, — проговорил я ей в плечо, крепко обнимая в ответ. Она кивнула, и я поднял её на руки.