• Глава 12 •
«наверху сейчас разговоры:
они встретились, всё хорошо».
Холодный утренний ветерок, проникающий сквозь открытую форточку, резко заставил меня проснуться. Ощущение неполного сна сопровождалось неприятным ощущением в горле. Я потянулась за телефоном на прикроватной тумбочке и разблокировала экран. Было всего половина седьмого... Телефон зазвонил, нарушив мои мрачные раздумья.
— Мисс Бейль? — мужским голосом раздалось из трубки.
— Да, — ответила я, стараясь прогнать сон из голоса.
— Это Билли из кафе, помните наш разговор?
— Да, конечно, — я вспомнила его приветливую улыбку и оживление в его голосе.
— Мы рады вас принять на работу. Зайдите, пожалуйста, вечером, и обсудим детали: график работы и вашу зарплату.
— Очень приятно, спасибо! — улыбнулась я, чувствуя, как радостная волна наполняет меня.
Положив трубку, я почувствовала, как новость о найме сделала мое настроение чуть светлее. Настало время вставать и собираться. Я вышла из своей комнаты и направилась в гостиную, где спала Стейси.
— Стейси, пора вставать, нам нужно собираться, — позвала я, стоя у её кровати.
— Ещё пять минут, Эмма, — сонно промурлыкала Стейси, переворачиваясь на другой бок и прячась под одеялом.
Я сделала медленный вдох и направилась в ванную. Несмотря на лёгкое недомогание, я сделала утренние процедуры и быстро оделась. Погода сегодня была удивительно тёплая для этого времени года. Я улыбнулась, глядя на солнечные лучи, проникающие сквозь окна.
Затем я приготовила чай. Стейси, наконец, подошла, выглядя сонной и безразличной ко всему.
— Стейси, сегодня такой замечательный день, — попыталась я поднять её настроение.
Стейси взяла чашку чая и начала копаться в телефоне. По её выражению лица было видно, что она не очень желает идти куда-то.
— Доброе утро, Тайлер, — зевнув, сказала она, поднося телефон к уху. — Заедешь за нами?
Я пила горячий чай и параллельно кашляла, отчего девушка периодически переводила взгляд на меня.
— Хорошо. Ждём, — подруга положила трубку и принялась с аппетитом уплетать бутерброды.
— Почему у тебя такой жуткий кашель? — спросила она и приложила руку к моему лбу. — Эмма, мне кажется, у тебя температура.
— Ерунда, — отмахнулась я. — Меня, кстати, приняли на работу.
— Тебе позвонили? — переспросила она, широко раскрыв глаза. — Да ладно...
— Да, утром, представляешь. Попросили зайти сегодня.
— Это очень хорошо, Эмма. Я рада за тебя.
После завтрака Стейси пошла собирать свои вещи. Я села за свой проект, который мы с Тайлером хотели презентовать раньше. У меня были проблемы с математикой, и мне нужно было больше времени, чтобы подготовиться. В презентацию я решила добавить фотографии с похода. Кадры были замечательными, особенно те, что сняты случайно. Они были более позитивными и лёгкими.
— Здорово получается, — услышала я над ухом голос Стейси.
— Спасибо, — улыбнулась я. — Мы с Тайлером хотим скорее презентовать работу. А ты решила вернуться домой? — Увидев её сумку, спросила я.
— Да, — ответила она, пожав плечами и улыбнувшись. — Отец наконец-то уехал. Я нужна маме.
— Это да, — кивнула я. Стейси хотела что-то сказать, но её телефон прервал наш разговор вибрацией нового сообщения.
— Тайлер приехал. Пойдём?
— Да, только возьму кое-что, — я прошла на кухню и взяла со стола круассаны в маленьком контейнере для пищи.
Мы вышли из дома и направились к машине Тайлера. На улице было солнечно, но прохладно, что только усугубляло моё состояние. Надеюсь, я справлюсь с этим днём.
Мы вышли из дома и сели в машину. Стейси уступила мне место рядом с водителем, чему я очень удивилась. Тайлер сегодня выглядел особенно хмурым, растрёпанным и явно невыспавшимся. Хотя таким он казался почти всегда, сегодня это было заметнее.
— Как спалось? — голос Тайлера вывел меня из мыслей. Мой кашель не проходил, и голос начал садиться.
— Нормально, — ответила я, стараясь скрыть свою охриплость. — А тебе?
— Я сегодня ночевал у Боба, а у него младшая сестрёнка, малышка, — зевая, он прикрыл рот рукой, не отвлекаясь от дороги. — Она плакала всю ночь.
— Понятно, — ответила я, чувствуя, как в горле начало першить. Меня снова одолел кашель. — Я взяла тебе круассанов, — сказала я, держа в руках контейнер.
Тайлер на мгновение оторвался от дороги и посмотрел на меня, его лицо смягчилось. Он был приятно удивлён, хотя старался скрыть это.
— Приятно удивлён, спасибо, — с лёгкой улыбкой ответил он. — Ты заболела?
— Нет, — я отвернулась от него и стала смотреть на улицу. Дальше мы ехали молча. Проезжая мимо кафе, зданий, домов, мы наконец прибыли в университет. Выйдя из машины, мы втроём направились к главному входу нашего кампуса.
— Мне очень понравились лекции профессора Уокера, — сказала я, пытаясь разрядить обстановку. — Так что, пойду к нему, пока он здесь.
— Отлично, я с тобой, — произнёс Тайлер.
— Со мной? Что, снова будешь возмущаться? Тебе же не понравилось, — улыбнулась я, искренне удивлённая его решением.
— Ты права, но я всё равно пойду, — ответил он, стараясь скрыть смущение.
— Тайлер, посещение лекций профессора Уокера свободное, тебе не обязательно там быть, если не нравится. Я не потеряюсь, — улыбнулась я, чувствуя, как начинаю смягчаться под его взглядом. — Увидимся в обед, хорошо?
— Ладно, — он нахмурил брови, засунул руки в карманы брюк и ушёл, бросив короткий взгляд через плечо.
— Я что-то сказала не так? — обратилась я к Стейси, смотря вслед уходящему Тайлеру.
— Не обращай внимания, Эмма, — ответила она с мягкой улыбкой. — Мне на физкультуру, так что увидимся позже, — сказала она и скрылась в толпе студентов.
Я поспешила в аудиторию. Голова начала жутко болеть. Наконец найдя нужную аудиторию, я зашла внутрь, чувствуя, как тяжесть и усталость накатывают с новой силой.
***
К концу лекции профессора Уокера мне стало совсем плохо. Чувствуя озноб, головную боль и слабость, я была уверена, что температура достигла тридцати девяти градусов. Голова кружилась, и я с трудом сосредотачивалась на словах преподавателя.
— Эй, Эмма, — услышала я знакомый голос позади себя. — Эмма! — Я обернулась и увидела Эммета, который подходил ко мне с широкой улыбкой. Его волосы всегда казались небрежно уложенными, а голубые глаза искрились радостью. — Привет.
— Привет, Эммет, — поздоровалась я, стараясь скрыть своё состояние.
— Что с твоим голосом? — спросил он, удивлённо подняв брови. Эммет всегда был таким позитивным и весёлым парнем. Когда бы я его не увидела, он всегда был приветлив и улыбчив.
— Приболела, — ответила я, кашлянув.
— Куда направляешься? — спросил Эммет, идя рядом со мной. Его лицо выражало искреннее беспокойство, что заставляло меня чувствовать себя немного лучше.
— Покушать, наверное, — ответила я, стараясь не показывать, насколько плохо мне на самом деле. Головная боль и кашель за три пары только усилились. — Эммет?
— Да, Эмма?
— У вас здесь поблизости есть место, где можно купить лекарства?
— Нет, — ответил он, нахмурившись. — Поблизости нет, но есть два варианта, — остановившись, сказал он. Я вопросительно выгнула брови, и он продолжил: — Первый — ты можешь попытаться сходить в медпункт. Может, повезёт, и ты обнаружишь нашу медсестру, которая крайне редко бывает на своём рабочем месте, — расхохотался он. Эммет издевается надо мной? Я закатила глаза и продолжила идти. — Второй вариант — я могу съездить за ними. Что тебе нужно?
— Нет, забудь, — улыбнулась я, чувствуя благодарность за его заботу. — Спасибо, ты очень добр. Я пойду.
Я зашла в кафетерий нашего университета. У окна заметила столик, за которым сидели Стейси, Тайлер и Боб. Я подошла к ним и села. Стейси, с её тёмными волосами и проницательными карими глазами, сразу же заметила моё состояние.
— Как лекции профессора Уокера? — спросил Тайлер, его черные глаза смотрели на меня с лёгкой тревогой.
— Замечательно, — хриплым голосом ответила я. Все трое тут же уставились на меня.
— Что? — переспросила я, чувствуя себя ещё более уязвимой. — Кажется, я простудилась.
— Тебе нужно хорошее лечение, — обеспокоенно сказала Стейси, снова дотронувшись до моего лба. — Я же говорила, у тебя температура. Она у тебя с утра.
— Мне нужно ехать в кафе, — возразила я, чувствуя, что сил на объяснения просто нет.
— Тебе надо ехать домой! — настаивал Тайлер, его голос стал настороженным. — И что это за кафе? Кто это тебя туда пригласил? — подозрительно спросил он, пристально глядя мне в глаза. Его лицо стало жёстким, и в его взгляде читалась ревность.
— Меня никто не приглашал. Это насчёт работы, — сухо ответила я, отвернувшись.
— Чем я заслужил такой тон? — Тайлер нахмурился, его губы сжались в тонкую линию.
— Какой такой? — устало спросила я, наклонив голову. Я почувствовала, как моя терпимость к его вмешательству тает.
— Вот такой, — ответил Тайлер, нахмурив брови и внимательно посмотрев на меня.
— Я болею, Тайлер! А что, тебе что-то не нравится? Ты, между прочим, почти всегда так разговариваешь с людьми, но никто в тебя этим не тычет, — сказала я, вставая и беря свою сумку. Тайлер остался стоять с нахмуренным лицом, глядя на меня. Его беспокойство и ревность показались мне непонятными и неуместными в такой момент. Стейси и Боб молчали, глядя на происходящее с удивлением и тревогой. Моё состояние ухудшалось, и я знала, что мне нужно найти способ почувствовать себя лучше, прежде чем продолжить свой день.
Коротко попрощавшись, я вышла из кафетерия.
Кем он себя вообще считает?! Это просто невыносимо. Что я такого сказала? Хотела бы я посмотреть на него, когда у него так болит голова. Моё раздражение нарастало, а в груди накапливался гнев. Я шла быстро, почти бегом, не замечая и не слыша никого вокруг. Мир вокруг сливался в размытые пятна, и я была сосредоточена только на своём возмущении.
Вдруг кто-то схватил меня за руку и резко повернул к себе. Я едва успела удержать равновесие и уткнулась в широкую, тёплую грудь. Подняв глаза, я увидела обеспокоенное лицо Тайлера. Его серые глаза, обычно спокойные, сейчас были полны тревоги. Я оттолкнула его с такой силой, что сама чуть не пошатнулась, и начала поправлять свой пиджак.
— С ума сошел? — вспыхнула я, ощущая, как гнев начинает кипеть внутри.
— Это ты с ума сошла! — Тайлер буквально кричал от злости. Его обычно мягкие черты лица исказились от ярости. — Что, если бы тебя сейчас сбила машина? — Я обернулась и увидела дорогу. Светофор был красным, и если бы я сделала ещё один шаг вперёд, меня бы точно сбила машина. — Ты вообще нормальная?
— Хватит на меня орать! — Чётко выговаривая каждое слово, сказала я, с трудом сдерживая слёзы. — Только и делаешь, что повышаешь голос! — Тайлер замолчал, удивлённо уставившись на меня. Парень не ожидал, что я могу так реагировать, как и я сама.
— Эмма, я отвезу тебя в кафе, — его голос стал более мягким и спокойным, но в нём ещё чувствовалась напряжённость. Я долго смотрела ему в глаза, пытаясь понять его мотивы. Тайлер всегда был таким разным, что казалось, только привыкнешь к одной его черте, как он умудрялся удивить чем-то новым. Его лицо, обычно такое уверенное, сейчас выражало смесь беспокойства и усталости. — Ты не против?
— Нет, — наконец ответила я, чувствуя, как волна усталости накрывает меня. — Я не против.
Мы пошли обратно к его машине, изредка переглядываясь друг на друга. В его взгляде читалась забота, смешанная с раздражением, а моё сердце колотилось от смеси гнева и признательности. Сев в машину, я громко хлопнула дверью, отчего Тайлер вздохнул и прикрыл глаза рукой.
— Прости, — сказала я, повернувшись к окну. Я видела, как он убрал руку и посмотрел на меня с усталой улыбкой.
Ехали мы молча. Тишина казалась напряжённой, и мне это совсем не нравилось. Я не привыкла ощущать такое напряжение между нами.
— Стейси сказала, что вернётся домой, — наконец сказала я, пытаясь разрядить обстановку.
— Да, — Тайлер улыбнулся, его глаза заискрились. — Отец вчера утром уехал, так что мы будем с матерью.
— Это хорошо.
— Да, — Тайлер снова внимательно посмотрел на дорогу. — Так, на какую работу ты устроилась?
— Не помню, как называлось кафе, оно было после книжного магазина...
— Я знаю, «Эрудит», — договорил он за меня, его голос звучал уверенно.
— Точно, — подтвердила я.
— Знаю это кафе, но туда мало людей ходят.
— А я это исправлю, — с вызовом произнесла я, чувствуя, как уверенность возвращается ко мне. — Я устроилась кондитером.
— Да ладно! — усмехнулся он, его лицо оживилось. — А ты никого не отравишь там?
— Какой же ты вредный, — я сложила руки на груди и отвернулась.
— Не дуйся ты так, — рассмеялся Тайлер, смотря на меня. — Вдруг лопнешь.
— Смотри на дорогу, — строго произнесла я и снова отвернулась к окну, скрывая улыбку.
— Ты невыносима, — сказал Тайлер, но в его голосе было что-то тёплое и мягкое. Я не смотрела на него, но чувствовала, как его взгляд смягчился. Возможно, он улыбнулся. То ли по его интонации, то ли я научилась различать его эмоции, не глядя на него.
Тайлер был для меня загадкой. Его беспокойство и раздражение по поводу моего состояния казались чрезмерными, но в то же время его забота была искренней. Он мог быть резким и грубым, но за этим скрывалась глубокая привязанность и, возможно, что-то большее. Взаимоотношения между нами были сложными и многогранными, и мне предстояло ещё многое понять в этом человеке, который, несмотря на все свои недостатки, вызывал у меня всё больше симпатии.
Доехали мы минут через двадцать. Я вышла из машины, громко хлопнув дверью.
— Аккуратнее, блин, Эмма, — смотря на меня, крикнул Тайлер, выходя за мной. В его голосе звучала нотка раздражения, и он хмуро смотрел на меня. — Ты же знаешь, как меня это раздражает.
— Извини, — сказала я, виновато глядя на него. Его яростные глаза смягчились, но напряжение не исчезло полностью.
— Ты пока заходи, я догоню, — загадочно произнёс он, слегка улыбнувшись и удаляясь в сторону. Я последила за ним взглядом, прежде чем направиться в кафе.
Войдя внутрь, я сразу же увидела Билли. Его светлые волосы и приветливая улыбка всегда привлекали внимание.
— Добрый день, — поздоровалась я, стараясь звучать бодро. Парень одарил меня тёплой улыбкой, от которой стало чуть теплее на душе.
— Добрый, Эмма. Садись, — он указал на столик, и я послушно села напротив него. — Нам очень понравилось то, что ты вчера приготовила. Мы бы хотели сотрудничать с тобой. Кафе у нас маленькое, сама видишь, и людей тоже мало приходит, но я уверен, с твоим талантом мы привлечём народ.
— Согласна с вами, — ответила я, чувствуя, как внутри разгорается энтузиазм. — Я даже знаю, как привлечь их, — Билли вопросительно посмотрел на меня, чуть наклонив голову. — Во-первых, кафе можно сделать более уютным. — Билли немного напрягся, его глаза сузились. — Извините...
— Нет, что ты, Эмма, продолжай, — мягко сказал он, успокаивая меня своим тоном.
— Можно сделать красивые рисунки на стенах, в стиле Парижа. Затем переименовать кафе. Я буду печь по французским рецептам, — начала объяснять я, но внезапно меня прервал кашель.
— Ты в порядке? — его лицо исказилось от беспокойства.
— Да, просто простыла, — ответила я, отпив немного воды из стакана. — Так вот, можно накупить книг, совсем немного для начала. Это кафе станет ещё уютнее, если также поменять шторы на тёплые цвета. Расставить цветы, — я улыбнулась, осознав, как увлеклась своими идеями.
«Тебя берут кондитером», — мысленно напомнила я себе и легонько постучала себя по лбу три раза.
— Мне нравятся все твои предложения, Эмма, — восхищённо сказал Билли. — Это кафе — дело моей семьи. Чтобы сделать всё это, придётся на неделю закрыть его.
— Оно будет того стоить, Билли, — уверенно сказала я, чувствуя, как в груди разливается тепло от его одобрения.
— Привет, дорогой, — к Билли подошла девушка с длинными каштановыми волосами и нежно поцеловала его в щёку. Затем она перевела взгляд на меня, её глаза светились дружелюбием.
— Привет, — улыбнулся он, обнимая её за талию. — Знакомься, это Эмма, — он указал на меня. — Представляешь, она из Парижа и хочет работать у нас кондитером.
— Очень приятно, — она протянула мне руку, и я пожала её, ощущая её тёплое прикосновение. — Меня зовут Саманта, можно просто Сэм.
— И мне очень приятно, — ответила я, стараясь скрыть нервозность.
— Я побегу к тёте Мэри, ладно, — сказала она и вновь посмотрела на меня, доброжелательно улыбнувшись. — Ещё увидимся, Эмма.
— Да, — ответила я, прежде чем девушка ушла в сторону кухни.
— Итак, — заключил Билли, вновь сосредоточив на мне своё внимание, — ты можешь приходить днём?
— Только после двух часов дня, — ответила я, отпив ещё немного воды. В этот момент в кафе зашёл Тайлер. Он подошёл к нашему столику, его лицо было напряжённым, но спокойным.
— Ты закончила? — спросил он меня и кивнул Билли в знак приветствия. Билли встал с места и протянул руку Тайлеру, тот незамедлительно её пожал.
— Хорошо, Эмма, — не дав мне ответить, сказал Билли. — Тогда будем ждать тебя каждый день к трём часам дня. Пойдёт?
— Да, — кивнула я, чувствуя лёгкое волнение от предстоящих изменений.
— Только подлечись и береги себя, — улыбнувшись, сказал Билли. Я встала с места, ощущая приятное тепло от его слов.
— Спасибо, Билли.
— Тебе спасибо. До скорого.
Мы с Тайлером вышли из кафе, и он сразу накинул на мои плечи свою тёплую ветровку. Её запах и тепло тут же окутали меня, вызывая неожиданные чувства. Затем он приобнял меня за плечи и мягко повёл к машине.
— Ты совсем себя не бережёшь, — тихо произнёс он, и в его голосе чувствовалась тревога.
— Я в порядке, — пробормотала я, ощущая, как его забота пробивается сквозь мою усталость.
— Это не так, — возразил он, но его тон был мягким. Мы медленно шли до машины.
— Спасибо, Тайлер, — сказала я, взглянув ему в глаза. В его взгляде было столько нежности и заботы, что моё сердце затрепетало.
— По вашим лицам было видно, что всё прошло хорошо, — сказал Тайлер, смотря мне прямо в глаза с легким прищуром.
— Тебе интересно? — спросила я, стараясь разгадать его выражение.
— Почему бы и нет...
— Прости, — взгляд мой опустился, чувствуя лёгкое смущение. — Всё прошло замечательно. Я поделилась с ним своими идеями по продвижению кафе. Они ему понравились.
— Судя по его взгляду, ему понравились не только твои идеи, — буркнул Тайлер тихо, словно надеясь, что я не услышу. Но я услышала! Он пошёл вперёд, направляясь к машине.
— Что ты сказал? — Я пошла за ним, быстро ускоряя шаг.
— Что слышала, — он улыбнулся и открыл мне дверь, жестом приглашая сесть.
— Знаешь что, я сама дойду!
— Да что ты? — его голос звучал удивлённо.
— Вот да, — я вернула его ветровку и достала сумку из машины, всё ещё чувствуя прилив раздражения.
— Эмма, стой, — попытался он удержать меня, но я прошла мимо, не оглядываясь. Что он себе позволяет? — Я сказал, стой!
— И не подумаю, — ответила я, ускоряя шаг.
Я шла по улицам Лондона, каждый шаг помогал мне успокоиться. Но мысли о Тайлере не давали мне покоя. Он был хмурым, грубым, упрямым и порой невыносимым. Но он также был чутким, заботливым, внимательным и с замечательным чувством юмора. Как в одном человеке могли уместиться столь разные качества?
Подойдя к парку, где было меньше людей, я заметила, что Тайлер идёт за мной.
— Что ты делаешь? — Резко повернувшись, я посмотрела ему в глаза.
— Гуляю, — спрятав руки в карманы, он ответил спокойно.
— Почему именно здесь? В Лондоне столько мест, почему ты идёшь за мной?
— Не за тобой, не обольщайся, — ухмыльнулся он. Боже, я готова его убить прямо сейчас! Он выводит меня из себя. Я отвернулась и пошла дальше.
Я решила игнорировать его, но звук его шагов и его присутствие мешали мне. Я остановилась и услышала, как он остановился тоже. Повернувшись к нему, заметила, что он отвернулся. От его молчания мне стало не по себе. Я подошла к нему и заглянула в его тёмные глаза. Он молчал, но не отводил взгляд.
— Иди вперёд.
— Эмма, — спокойным голосом и с тёплым взглядом произнёс он. — Давай я отвезу тебя домой. К чему это упрямство? — Я молчала, скрестив руки на груди и отвернувшись. Тайлер усмехнулся. — Это значит нет? — Я по-прежнему молчала, и он рассмеялся. — Ты очень милая, когда дуешься, — сказал он, легко потянув за мой нос.
— Эй, — я убрала его руку и повернулась в сторону, зашагав обратно. Тайлер догнал меня и шёл рядом с довольной улыбкой.
— Погуляем в другой раз, сейчас ты болеешь.
— У Билли есть девушка, — тихо сказала я, надеясь, что это успокоит его.
— Правда? — Вопросительно выгнув бровь, спросил он, не скрывая улыбки.
— Да, но я знаю, что тебе это не интересно.
— Интересно, — ответил он, рассмеявшись. — Очень интересно, и это хорошо, что у него есть девушка, — я громко цокнула и закатила глаза.
На него уже не злилась, но говорить пока не хотела, так что шли мы молча. Он всё так же показывал своё раздражение, но я чувствовала его заботу. Тайлер заботился обо мне, и даже его ревность сейчас выглядела как ещё одно подтверждение его чувств. Может быть, он сам ещё не до конца понимал, что чувствует, но я видела это всё более отчётливо.