Охотник

Влюбиться? Влюбляться не значит любить. Влюбиться можно и ненавидя.
Достоевский.

Моя голова устало рухнула на подушку, которая лежала рядом со мной. Рука хаотично прошлась по волосам и я испустила негромкий стон. Резко зажмурив глаза, я их снова открыла. За окном царила глубокая ночь, которая поглощала в свою мглу все мои мысли. Среди темноты сидела я; сонная и уставшая. Голова уже не соображала здраво, но я ждала Чона.
Если не при мне днём, то ночью, думая, что я сплю, они точно обсуждают все свои тёмные мысли, не так ли? Вот я и решила прикинутся спящей и уже третий час сижу на кровати без дела, считая минуты и вдаваясь в свои мысли. Хосок ясно дал понять, что кроме тех, меня пугающих слов,  он ничего не скажет, так почему бы мне не выяснить все самой? Я снова томно выдохнула, переворачивая подушку другой стороной, чтобы прилечь на прохладную сторону. Как только и она стала тёплой, я, касаясь босыми ногами до жути холодного паркета, встала и подошла к окну, мимолетно зевая, но тут же спряталась за занавесками, когда увидела, что чёрный внедорожник, освещая крыльцо своими фарами, остановился напротив входных дверей. Из него вышел Чон. Он взглянул на мои окно и, не придавая этому какое либо значение, зашёл в дом.
«Фух, не заметил.»—подумала я, стараясь как можно тише вернутся в кровать на тот случай, если голубоглазый дьявол решит проверить меня. Я должна быть готова ко всему, если же он хоть что-то заподозрит, то я упущу свой единственный шанс быть в курсе хотя бы каких то дел этих преступников. Как только моя голова коснулась подушки, дверь заскрипела, а по ту ее сторону я услышала глухой шёпот Хосока.
—Она уже давно спит. Легла в двенадцать, Кай хорошо вымотал ее сегодня.
Чон шмыгнул носом, подходя все ближе ко мне, все это я ощущала. Мне не нужно было видеть Чона, чтобы почувствовать его энергетику рядом. Темнота, которая жила в этом доме, словно просыпалась и танцевала самбу, когда хозяин появлялся в ней. Его дорогой запах одеколона заполнил мою комнату. Это было что-то между холодной мятой и особой сексуальностью мужчины, который был полностью поглощён в свои цели и действия. Его рука скользнула по одеялу, накрывая прочной тканью мое тело, в которое я не успела укутаться, когда легла в кровать.
—Она готова.
Это единственное, что я услышала после долгой навязчивой тишины, что повисла в воздухе. Слова были сказаны не Хосоку, не мне, а будто бы самому себе. Он кинул их в воздух, моментально забывая о них. Я боялась дышать, не говоря о том, чтобы двинутся. Во мне действительно просыпался страх, когда Чон находился просто рядом со мной. Мне было страшно, но и в тоже время невероятно любопытно то, что для меня готовил этот парень. Неужели, он и вправду думает, что я убью кого-то?
Пол заскрипел, когда парни направились к двери, а затем, деревянные ворота в мою комнату закрылись и я наконец разомкнула глаза, всматриваясь в потолок.
—Для чего я готова?— тихо спросила себя я, поворачиваясь на бок. Несмотря на жуткую усталость, я не могла уснуть. Не получалось у меня сомкнуть глаза, когда вокруг творился хаос. Пару раз я подошла к двери, но толком ничего не услышала, парни будто бы знали мои планы заранее, что меня чуток злило. Когда свет в доме погас и все разошлись по своим комнатам, я потеряла какую либо надежду на эту ночь. В конце концов, мне снова пришлось лечь, пытаясь успокоится и уснуть.
***
Всю ночь я крутилась, глубокий сон не приходил.При каждом звуке я резко просыпалась, а опятьзасыпать мне было трудно. Куча мыслей, которые плохо отобразились на моих снах, пугали меня и путали в тоже время. Мне казалось, что я больше волнуюсь, чем это того стоит. Создаю себе проблемы заранее. и это плохая черта характера, но черт, я так и не сосредоточилась на чём-то одном.
Мой будильник должен был прозвенеть в восемь утра, но я отключила его, встав пораньше. Мои ноги поплелись в ванную комнату, где я умылась и маленько привела себя в порядок. Голова гудела , поэтому я чувствовала тяжесть и усталость, но концентрироваться на этом не особо хотелось. Особенно сейчас, когда Чон и его друзья что-то замышляют. И это что-то касается меня.
Накинув на себя длинную серую футболку и шорты, которые практически не было видно, я снова спустилась в холл. Это место стало каким-то слишком домашним. Я даже не знаю как это описать, просто я привыкла просыпаться и засыпать тут.
—Ты рано.
Голос Хосока раздался позади меня, когда я вытащила кусок тоста и нервно начала употреблять пищу. Я проигнорировала парня.

—Выглядишь уставшей.
Снова произнёс он, делая вид, что не замечает игнора с моей стороны. Но я, как отважный боец, не сдаюсь. Он подходит ближе ко мне и ставит электронный чайник закипать, устремив свой взгляд на меня.
—Что за детские обиды, Манобан?
—Какие это ещё обиды?— по ступенькам спускался Кай, восклицая на вопрос кудрявого. Прекрасно, теперь мне точно не избежать разговора, а там и до конфликта не далеко,— ей сегодня нельзя обижаться, перед ней стоит большая задача.
Кай подошёл сзади и похлопал меня по плечам. Он часто так делал, чтобы подбодрить ребят, и меня удивило, что я тоже вхожу в число тех, кого он поддерживает. Иногда я чувствую ужасную грусть и тоску, потому что не совсем уверенна в том, что проснусь утром и увижу снова этот дом. Я не уверена, что увижу улыбку мамы, что поругаюсь с Бэком и заодно поспорь с Джису. А парой хочется просто их увидеть и обнять, что есть силы. А я ведь столько не сказала им перед уходом. Самое главное то, что если когда-нибудь мы встретимся, то перед ними будет уже другая Лиса, не девочка с детскими мечтами, а девушка, которая прошла через боль, обиды и темноту. А возможно, что я подружись с этой самой темнотой и буду ужасным человеком. Никто не знает, что будет завтра.
Даже сам Чон Чонгук ложится с мыслью о том, что он может не открыть глаза утром. Я не раз слышала, как он закрывал двери на замок, а рядом с собой он всегда держит пистолет. Каким бы гангстером он не был, какую бы власть не имел, он тоже смертный, его тоже настигнет смерть.
Я сглотнула.
—Да что за задача?
Минута молчания. Пустая тишина, которую разорвал Феликс, входящий в дом.
—Вечно парни мусолят одну тему часами. Я все скажу ясно и просто, сегодня ты будешь присутствовать на нашей миссии,— он сделал паузу, а затем продолжит,—Это ведь можно так назвать?
—Откуда столько ярости, я понять не могу?—крикнул Кай, кинув пустую баклажку от минералки в урну,—Тебя не просто так в команду взяли.
—Я не буду причастна к убийствам,—промямлила я, но на мои слова совершенно никто не реагировал. Я устало опустила голову.
Моя единственная надежда, что я смогу хоть как-то вымолить свою свободу после так называемой «миссии», рушится каждую минуту, когда я понимаю, что так легко я никогда не отделаюсь. Кай взял мой подбородок в свои руки, заглядывая в мои, всегда убегающие от чужих взглядов, глаза. Его пылкий взгляд пытался найти в моем хоть какое-то объяснение моего поведения, но я оставалась спокойной. Изредка, я, конечно, устремлялась вниз, но потом снова вглядывалась в его карие глаза.
—Ты никого не будешь убивать.—шёпотом, будто бы это страшный секрет, процедил Кай. Вторая его рука снова сделала хлопок по моему плечу, и я уже начинаю думать, что это становится его привычкой. Хосок и Феликс поменяли тему, стали говорить о покупке новой машины. Они бурно обсуждали новые модели, выпущенные в этом году, а я так и осталась стоять на месте, где меня оставил Кай перед тем, как выйти на улицу.
Не успела я выбежать за ним, чтобы расспросить о подробностях, как при входе меня встретили карие глаза, которые, скажем мягче, не совсем были рады меня видеть, как и всегда. Чон облокотился на дверь, пиля меня взглядом и ожидая последующих действий, которых, понятное дело, не было. Как я начну свой допрос, когда Чон находиться тут, он же и меня, и красноволосого парня на месте похоронит. Моя цель  успела потеряться среди могучих и густых деревьев, уходя в глубь леса, а мне пришлось вернуть зрительный контакт с этой «проблемой». Эта проблема Чон Чон Гук.
—Что?—не выдержала я, закатив глаза так, что ещё чуть-чуть и они сделают сальто, вернувшись назад. Я вздохнула и спрятала руки в карманы. Поднялся несильный ветер, и по моему телу побежали мурашки.

—Ты разве не за Каем бежала?
—Да, именно за Каем.
—Так почему остановилась?
Его вопрос застал меня врасплох, я похлопала ресницами и, не долго думая, сказала первое, что пришло на ум.
—Он уже ушёл, а то, что я хотела сказать не так важно, чтобы бежать за ним в чащу леса.
Мои глаза бегали из стороны в сторону и я приняла решение зайти в дом и вернутся в комнату.
—Раз это не так важно, то поделись своими мыслями со мной.
«Неугомонный»—подумала я, когда парень схватил меня за локоть, отталкивая назад, перекрывая своим высоким силуэтом мне дорогу в дом.
—Это между нами.
—Что может быть между тобой и Каем, кроме отношений заложницы и преступника?—зря я вообще раскрыла свой рот, нужно было молча вернутся в свою спальню, а теперь он меня точно не оставит в покое. Своими словами он намекнул, что я тут совершенно никто. Я- заложница.
Но как только эти мысли проскочили в моей голове и я искала подходящие слова, парень отпустил меня и молча зашёл в дом первый. Его поведение сбило меня с толку и я, как заяц перед фарами машины, встала в ступор.
Вечер того же дня.
На часах было только шесть вечера, когда Хосок забежал в мою комнату, оставив пару пакетов. До его прихода я занимала себя чирканьем каких то узоров в своём ежедневнике, который мне подарил Хосок. Он купил его в магазине, когда ездил за продуктами и это единственное, что спасает меня от скуки в свободное время.
—То, что в этих пакетах, понадобится тебе сегодня вечером.
Как даже в такие моменты, он умудряется скрывать все до последний минуты?
Как обиженный ребёнок, я молча сидела за столом, даже не поворачиваясь к кудрявому парню лицом. Мокрые капли воды капнули на листок с моим творчеством и все узоры начали смешиваться один за другим. Я откинула мокрые пряди назад и, как только услышала, что деревянная дверь хлопнула, оставляя за собой мимолетное эхо, встала из-за стола, подходя к чёрным пакетам. Опустошив их, я наткнулась на чёрное элегантное платье, такие же нарядные туфли и золотистый клач.
22.10
Докрутив последний локон на своих волосах, я подержала его в руке, а потом отпустила к другим. Отключив утюжок, я убрала его в тумбочку, берясь за красный цвет помады. Платье село идеально на мое не очень худое, но подтянутое тело. Верх и рукава были полностью вышиты стразами, а низ у платья был до колен. Сумка разбавляла этот наряд как надо и в зеркале я не узнавала саму себя. Совершено другая девушка. Это не я.
Легонький стук раздался в моей комнате, от чего я вздрогнула и мысли прочь вылетели из моей головы. Оповещение о том, что ночь начинается пугала меня, но я была готова к войне против судьбы.

Мне спокойной ночи, а вы ждите новую главу скоро. На той так и не собралось 15 звёздочек, ну ничего.