Глава 27. Лиам
- Мама, можно взять твою машину на пару часов? Мне нужно съездить за вещами Ри.
Мама неуверенно поворачивается на меня, будто собирается сказать что-то неприятное.
- Она останется здесь?
- Да, на пару дней, - вижу, как ее руки напрягаются, поэтому кладу на них свои. – Мама, я не дам ей вернуться домой, пока она не поправится.
- Ты же понимаешь, что парню с девушкой не стоит жить вместе, если они не в отношениях?
Как всегда, мама хочет лучшего для меня. Переживает. Но как ей объяснить, что я уже не маленький мальчик.
- Понимаю. Но ей больше некуда идти.
- А что не так с ее домом? Ты так же можешь приезжать к ней, помогать.
Она заглядывает в мои глаза и, будто дементор, вытягивает из меня все силы. Знает же, что всё равно не выдержу и всё ей расскажу. К черту! Видел Бог, что я не хотел говорить маме про Тео!
И я решаю всё ей рассказать:
- С домом всё в порядке, а вот с людьми под его крышей – не очень. Одри живет в квартире с лучшей подругой и встречается, - замолкаю и, решив, что лучше уже оставить эти отношения в прошлом, исправляюсь, - встречалась с моим братом. Тео несколько месяцев назад вернулся в Париж и перевернул жизни сразу нескольких людей. И среди них – Одри. Она попала в аварию из-за того, что застала твоего младшего сына в кровати со своей лучшей подругой!
Перестав контролировать свои эмоции, срываюсь на крик, но тут же затихаю. Надеясь, что Ри ничего не услышала, вновь обращаюсь к маме:
- Поэтому мама, пожалуйста, доверься мне. Одри останется здесь.
- Есть еще причины, почему ты так о ней заботишься? Не поверю, что дело только в Теодоре. – Мама, как всегда, проницательна, поэтому мне ничего остается кроме как рассказать историю целиком.
- Помнишь, дядя в летний лагерь приглашал женщину помочь с бухгалтерией? Это было как раз после вашего развода с отцом. – Мама согласно кивает и внимательно меня слушает. – С ней приезжала дочь. Она была слишком маленькой, чтобы играть с ребятами дяди Паскаля, поэтому была одна. А мне без Ника и Тео было там скучно. Тогда мы познакомились и через год встретились снова. Потом она рассказала, что ее мама собирается уехать из Франции вместе с ней, поэтому мы обменялись дорогими друг другу вещами и пообещали, что когда-нибудь встретимся снова. Но чуда не произошло, и мы потерялись.
- Я понимаю, к чему ты ведешь, - прерывает мой поток эмоций, перемешанный со словами мама, - это она?
- Да. – Сдуваюсь на месте. – К сожалению, Тео нашел ее быстрее, и у меня не было шансов, но он, как обычно, сам всё испортил.
- Хорошо. Бери мою машину, но пообещай, что поговоришь с братом. Я устала от ваших споров и нежелания мириться.
- Тебе бы тоже не мешало с ним увидеться. Какая ж мы семья, если брат ненавидит брата, отец не видел сына больше десяти лет, а мама не знала, что второй сын в Париже больше трех месяцев, - смеюсь и обнимаю маму. – Спасибо.
Вернув свою любимую мадам Эрику Асье домой, направляюсь в сторону дома девочек. Надежда на то, что Тео свалил из квартиры хоть и мала, но еще теплится в груди. Не ручаюсь за свои действия в случае чего. Ну, как так можно? Ри ведь все хотела сделать по-человечески, она даже на мои чувства отказалась отвечать, пока не разберется с этим уродом. Она боялась ранить его чувства? Боже, он совсем не меняется. А Моника? Ей совсем не стыдно перед подругой? Что должно произойти между близкими людьми, что им будет настолько плевать друг на друга?
Не замечаю, как проезжаю нужный поворот и прихожу в себя. Делаю небольшой круг и, наконец, нахожу место для парковки недалеко от улицы дю Трезор. Проверяю сообщение от Ри. Порядок. Пробегаюсь глазами по списку, проверяю ключи от квартиры и выхожу из машины.
С каждой ступенью, с каждым новым этажом моя злость растет. Сжимаю кулаки, но держусь. Встаю перед дверью. Я, конечно, могу открыть ее ключом Ри, но я не привык вламываться в чужие квартиры, когда там кто-то может быть. Стучу в дверь и слышу за ней шаги.
Мне открывает Моника. Размазанная под глазами тушь с небольшими синяками выглядит жутко, а растрепанные волосы лишь создают образ бездомной неопрятной девушки. При виде меня Моника оживает и пропускает в дом. С порога ее интересует лишь одно...
- Ты не знаешь, где Одри? Она со вчерашнего вечера не отвечает на телефон. – Тараторит девушка, не обращая внимание на мою безэмоциональность.
- Знаю, у меня. Телефон она потеряла. А сейчас мне нужно попасть в ее комнату. Спасибо.
Ошарашенная, видимо, моим грубым тоном и немногословностью Моника пропускает меня внутрь квартиры и следует за мной. Она молча наблюдает из-за порога за тем, как я собираю вещи Одри, и не смеет лишний раз пошевелиться или издать какой-то звук.
Когда я пробегаюсь глазами и понимаю, что всё самое необходимое, я собрал, закрываю рюкзак Ри и осматриваюсь. У нее так много книг. В глаза бросается яркий корешок родной книги. Теперь Остина нет рядом, чтоб остановить меня, а Дейнесс просто не посмеет ничего сделать. Я тянусь к полке, достаю книгу и открываю передний форзац книги. Это она. Автограф писателя моего детства на месте. Могу ли я забрать эту книгу? Пролистываю ее и оказываюсь на заднем форзаце. Что это? Еще один автограф?
«Прости меня, дорогой Писатель, я не смогла найти тебя за все эти годы. Но твое сокровище я сохранила и буду хранить до тех пор, пока ты сам не найдешь меня и не заберешь его. Скучаю по тебе и надеюсь на новую встречу. Твоя Улыбка».
Чувствую укол в области сердца. Она пыталась узнать что-то обо мне, но не смогла. Она отчаялась в своих поисках, но все еще надеялась на меня. Интересно, что она чувствовала, когда вспоминала этого мальчишку?
Недолго думая, я забираю книгу с собой и выхожу из комнаты Ри. В этот момент в квартиру влетает запыхавшийся Тео и уже из коридора выливает на Монику информацию:
- Черт, Мона, я не знаю, где ее искать. Ее нигде нет! Я был в ее любимом кафе на дю Шаронн, в университете, даже Остин не в курсе, где она.
- А у Лиама спрашивал? – Виноватым тихим голосом спрашивает Моника.
Парень проходит вглубь квартиры и, наконец, видит меня. Он явно не ожидал встретить своего старшего в этой квартире. Однако, сюрпрайз, братец! Я мысленно умоляю себя пройти мимо молча, понимая, что Моника все сама скажет ему, но не сдерживаюсь и бью брата кулаком в челюсть. Тео отлетает, едва не падая на пол, и хватается за лицо.
- Заботясь лишь о твоих, сукин сын, чувствах, Одри не могла думать о своих. И теперь она попала под машину. Счастлив?
Глаза Мики вмиг наполнились слезами. Она начинает что-то тараторить, просить объяснить, что случилось. Но я больше не скажу ни слова. Собственные мысли и домыслы съедают изнутри. Я знаю это не понаслышке. И это всегда больнее, чем полная правда. Ваша очередь переживать. Знать о проблеме, но не иметь возможности помочь или извиниться.
На этом я быстро оставляю квартиру позади, бесцеремонно хлопнув дверью. Выпустил пар, но не то, чтобы остался довольным. Какой-то синяк у этого придурка не стоит здоровья Ри. Я все еще так зол.
По пути домой, заезжаю в упомянутую Тео кофейню, беру несколько видов пирожных и пару булочек с заварным кремом и тороплюсь домой. Переживая, что Ри сейчас грустно оставаться одной, мечтаю о силе телепортации. И почему я не супергерой?
- Ри, я вернулся, - зайдя в квартиру, бросаю ключ в вазу и захожу в комнату. – Ты как? Голова не болит? Я купил нам кое-что вкусное к чаю, будешь?
Ри звонко смеется, и это меня успокаивает.
- Ничего не болит, а вот чай – с радостью! Только... - Она затихает, заставляя меня напрячься. – Я хочу тебе кое-что сказать. Присядешь? – Ри свешивает ноги с кровати и поворачивается ко мне. Я подвигаю стоящий у стола стул и сажусь напротив девушки. – Я хочу, чтобы ты знал, что, не смотря на все, произошедшее вчера, Тео дорог мне. Я к нему уже привязалась. И этого не изменить. Он даже смог доказать мне, что я для него не игрушка. Он раскрылся мне. И мне неприятно считать его предателем.
- Разве ты не зла на него?
- Зла. Я очень зла на него и на Монику. Но позволь мне договорить. – Я киваю и смотрю в ее светлые глаза цвета белого мрамора, утопая в них. – Тео уже стал дорог мне, этого не отнять. А ты... Тебя я успела полюбить. Ты был тем, кто поддерживал, был рядом или держался на расстоянии, когда я об этом просила. Ты стал частью моей жизни очень неожиданно и быстро. Твой дядя не ошибся, передав пиджак Тео тебе. Он помог нам встретиться спустя десять лет. Это невероятное совпадение. – Она делает глубокий вдох и улыбка спадает с ее лица. – Пока я была здесь одна, успела подумать и понять, что отчасти мое моральное состояние расшатали именно отношения между вами с Тео. Я так устала скрывать свое общение с тобой перед Тео и отношения с Тео перед тобой.
- Но ты не скрывала отношений передо мной. – Снова перебиваю ее, но все-таки позволяю договорить.
- Я просила друзей и заставляла себя не упоминать имя Тео при тебе. Ты хоть и не так враждебно настроен, но я вижу, что тебе его общество неприятно. Тем не менее, ты можешь здраво рассуждать, поэтому у меня к тебе просьба. Сделай первый шаг к примирению с братом... ради меня, ради мамы. – Я чувствую, как к горлу подкатывает протест, но Одри парирует все, что я еще даже не успел сказать. – Тео сейчас в невыгодном положении. Хоть он и выглядит грубым и бессердечным, он тоже человек. И, если он узнает, что со мной произошло что-то по его вине, он не простит себя. Используй это и помирись с братом. Прошу тебя.
В горле застрял ком, и я ничего не могу сказать. В детстве Тео всегда был гордым и немного грубым, но к родным он относился тепло, с пониманием. Сейчас я даже не могу назвать точную причину нашей неприязни друг к другу. Я лишь помню, что не хочу с ним общаться, но причины...
Плевать на причины. Я согласен с Ри, я должен сделать первый шаг, но...
- Я не уверен, что помириться будет так просто, как ты говоришь.
- Почему? Моника тебе что-то рассказала?
- Скорее нет, чем да, но все возможно. – Тру переносицу и пересаживаюсь к Ри на кровать. – Когда я пришел за твоими вещами, кстати, вот они, - ставлю портфель в ноги Ри, - Моника была дома. А позже пришел Тео. Он был весь потный, уставший, будто все утро бегал. Он искал тебя. Но я был так зол, что не сдержался и ударил его.
- Господи, Лиам, зачем? – В ожидании взрыва негодования со стороны Ри, немного сжимаюсь, но получаю нежные объятья. – Сильно ударил?
- Челюсть пару дней точно болеть будет.
- Ладно, он заслужил. Но больше так не делай!
Одри грозит мне своим худеньким пальчиком, а я быстро прячу его в своей большой ладони и целую ее в кончик носа.
- Не буду.
В надежде на спасение моей пятой точки, широко улыбаюсь, но все-таки получаю пальцем по носу.
- Помирись с Тео и всё будет хорошо. А сейчас пошли пить чай. – Заявляет девушка и уже готова встать с места, но я ее торможу.
- Сначала ответь на вопрос: что будешь делать с Моникой?
- Не знаю. Пока я даже думать о ней не хочу. Сперва ты помиришься с Тео, а я узнаю всю историю с его стороны. Не хочу слепо доверять тому, кто уже предал меня.
- Так вот, какой у тебя план... Но Тео ведь тоже предал тебя.
- Он не был моей лучшей подругой на протяжении двух лет. А теперь давай сменим тему и пойдем пить чай с булочками.
Ри уверенно встает и, прихрамывая, идет в соседнюю комнату.
- Кухня – это соседняя дверь. – Бросаю, на что в ответ слышу характерное, гордое «хм» и следую за девушкой.
***
Понедельник – Пятница.
Вторник – Суббота.
Среда – Воскресенье.
Три недели пролетели, как один день. Кажется, будто мы с Одри уже привыкли к обществу друг друга. Мама смирилась с тем, что Ри осталась у меня после полного выздоровления и даже стала заходить к нам на чай. Они поладили.
За это время мы стали очень близки. Наконец, общими усилиями, мы выяснили, как же все-таки связаны Моника и Тео. Я рассказал Одри про свои путешествия по Франции. Приглашал в гости дядю Паскаля. Одри так удивилась, когда в дверях увидела его, что не знала, куда себя деть. Забавно получилось. И вот настал сегодняшний день. Как там обычно пишут в книгах? Ничего не предвещало беды, верно? Так вот...
Ничего не предвещало беды. Я накрываю на стол, Ри заходит на кухню и садится за стол.
- Ри, я же сказал, что принесу завтрак в комнату.
- Лиам, мне неудобно.
- О чем ты? – Сажусь рядом и пытаюсь заглянуть в ее глаза, но Одри их прячет.
- Я живу у тебя уже почти месяц. Я ни за что не плачу, ничего не делаю. Я не могу так. Мне лучше вернуться домой.
- Хорошо. Ты справишься? – Осекшись, исправляюсь, - В смысле, ты готова вернуться к подруге? Вам придется поговорить, Ри.
Она медлит, но все-таки соглашается.
- Ты прав, нам придется поговорить. Нельзя и дальше молчать.
- Тогда позавтракаем, и я отвезу тебя.
Дорога до квартиры Моники не занимает слишком много времени. Мамина машина уже который раз выручает нас с Одри. На прошлых выходных, например, я смог отвезти малышку к ее маме. Было приятно познакомиться с мадам Изабель Роден лично. Она оказалась очень приятной женщиной и невероятно заботливой мамой. Да еще и экскурсовод из нее вышел бы неплохой. Впервые встретил человека, знающего Марсель так хорошо. К слову, не только мадам Роден любит этот город. Ри буквально пищала от радости, когда я согласился прокатиться с ней по местам съемок ее любимого фильма «Такси» Люка Бессона.
Припарковавшись у дю Трезор, не спешу выходить, останавливая и Одри.
- Давай ты пока оставишь свои вещи здесь. Поговори с подругой, а потом решишь, стоит ли тебе возвращаться.
- Звучит так, будто ты предвкушаешь худший расклад. – Она прищуривает свои красивые глазки и, улыбнувшись, щелкает меня по носу. – Ладно. Но, если что, ты сам побежишь на шестой этаж с моими вещами.
- Ты хотела сказать, туда и обратно?
- А ты идешь со мной?
Удивления в ее глазах не скрыть, поэтому я имитирую ее выражение лица и, засмеявшись, поясняю:
- Если там будет Тео, я не позволю ему испортить ваш разговор и, может, смогу поговорить с ним сам.
- Тупая идея.
- Есть получше?
Ри тяжело вздыхает и обреченно выходит из машины. Разве я что-то сделал не так? Не понимаю. Мы быстро поднимаемся на нужный этаж, но входить в квартиру не торопимся. Даже страшно представить, как была шокирована и расстроена Ри, когда зашла в эту дверь и увидела там своего парня с лучшей подругой. Я бы не сбежал, а разбил нос кому-нибудь. Хотя я не хрупкая девушка, сложно представить себя на ее месте. Мы стоим тихо, спокойно.
Одри делает глубокий вдох истучит в дверь.