8. POV Себастьяна. И я хочу быть любимым...
Maio - Плачу
Весь день мы репетировали не только старые песни, но и новые. Я выкладывался по полной, как будто находился на сцене, и на меня смотрели и подпевали тысячи фанатов.
На репетиции я старался не смотреть на Викторию. Я не знаю, что со мной происходит. Я готов бежать от всего этого, мне ничего не хотелось, кроме неё. Самое сильное чувство съедало меня, разрывало на куски. Почему, находясь с ней наедине, я перестаю контролировать свои чувства и эмоции. Мне даже сейчас стыдно за сегодняшний случай в переулке. Я выглядел настолько жалко, что она не нашла другого решения, как простить меня. Тянет, нереальной силой тянет. Как можно объяснить чувства к Виктории? Это любовь? Страсть? Не понятно...
***
Через два месяц мы едем в тур. Не очень приятная для меня новость. Целый день мы провели в студии, обсуждая сет лист выступлений. Я почти не выдвигал своих идей, а просто поддакивал мнению ребят. Эти три дня мне названивала Николь. Только начал её забывать, а она снова объявилась. Но встретиться с ней не позволяло достоинство, да и стыдно мне за то, что я так ею воспользовался. Я глянул на время. Начало десятого. Все начали расходиться. В комнате остались только я и Кевин.
- Ты чего грустный? Случилось что? – он потрепал мои волосы и сел напротив.
- Нет, всё отлично. С чего ты взял? – вру, нагло вру.
- Я вижу. На звонки не отвечаешь, дома тебя никогда не бывает. Ещё раз повторю вопрос; что случилось?
- Дорогой мой друг, я тебя уверяю, что со мной всё отлично. И с чего вдруг опять эти волнения?
- Ух, как мы заговорили! – он заржал, драматично вытирая «слезинку». – Суши, я за это тебя и люблю. А сейчас давай серьёзно. Твои чувства к Вике вспыхнули с новой силой?
Да, Кевин знал о моих чувствах. Когда мы были в Париже, я в клубе слишком много выпил. Мне нужно было кому-то выговориться и под прицел пал Кевин. Лучшие друзья всегда всё друг другу рассказывают, верно? Вот и я рассказал ему всё, до мельчайших подробностей.
- Это так заметно? – я усмехнулся и откинулся на спинку стула. Ратайцак кивнул. – Да, ты прав. И не только это меня беспокоит.
- Николь? – мои глаза расширились от удивления. – Она мне вчера звонила. Спрашивала, не знаю ли я, где шатаешься ты. Я сказал, что нет, и сбросил вызов.
- Что ей вообще от меня нужно?! – я прошипел от злости, сжимая кулаки.
- Просто хотела поговорить. – Я обернулся и увидел в дверном проёме Николь. Меня словно парализовало, не могу пошевелиться.
- Думаю, я тут лишний. До завтра, Суши. Пока, Николь. – Сука! Вечно ты так подставляешь меня, Ратайцак!
Николь осмотрелась и присела на диван. Отложила в сторону сумку, сложила руки на груди, нога на ногу... Чёртова леди. Чего она здесь забыла? Нас больше ничего не связывает. Никто из нас не решается начать разговор.
- Ты пришла в молчанку поиграть? – решился начать первым я.
- Она приехала, а ты резко изменился. И не в лучшую сторону, - пропустив мой вопрос, она перешла на больную тему. – Чем она лучше? Своим пылким характером, недоступностью?
- Не твоего ума дело. И вообще мы с тобой закрыли эту тему, когда расстались. – Холодно проговорил я.
- Ты думаешь, что из-за того, что ты смотришь на неё, как свирепый тигр на свою добычу, она начнёт тебя любить?
- Любить? – в моем голосе появилась надежда. Ком подкатил к горлу.
- Да, Бислер, любит. – Она выдержала паузу. Я уже поверил, что шанс есть, но после всё рухнуло в один миг. - Всегда любила. Самой чистой, дружеской любовью.
- «Друг», «лучший близкий друг», «люблю как друга»! Хватит, не хочу я этого слышать! Не хочу я быть для неё просто другом, я хочу быть любимым мужчиной. Я готов бросить всё и всех, только, чтобы быть с ней! – Я, встав со стула, не сдержался и всё то, что было на столе скинул к чертям собачим. Хлопнул кулаком по столу и, смотря в глаза Николь, яростно прошипел. – Ясно?!
- В твою дурную голову так и ничего не влетело. – Она лишь покачала головой, вставая с насиженного места. – Я посмотрю, как ты её добьешься. Только если ничего не выйдет, не беги ко мне. Ты и так хорошо поиграл со мной, как с марионеткой.
- Пошла вон! – я рявкнул и перевернул стол.Она быстро собрала свои вещи и выбежала из комнаты.
***
Домой я приехал через два часа после той стычки в студии с Николь. Надо же было убрать тот бардак, который я натворил. Вот только завтра придется возмещать поломанный стол. Поставив машину в гараж, я зашёл в дом. Сбросив куртку и сняв обувь, иду прямиком в спальню. Ставлю на зарядку телефон, который почти сел. Десять пропущенных от Виктории. Как-то мало, обычно всегда по двадцать пять пропущенных звонков. Перезвоню, пока она не объявила тревогу.
- Бислер, где опять тебя носит? Я уже собиралась морги с больницами обзванивать! Мало того, что не забрал меня с работы и мне пришлось по морозу идти домой, так он ещё и на звонки не отвечает! – чуть ли не криком высказывала мне претензии Вика.
- Тише, тише, малышка Вик, - я дико заржал от такой чрезмерной заботы. – Просто задержался в студии, много работы было. Сама знаешь, через два месяца тур.
- В какие, на этот раз, дали вас несёт?
- Эта секретная тайна. Данная информация не разглашается.– Голосом секретного шпиона, сказал я. В трубке послышался смех.
- Ой, такая прям секретная? Так бы и сказал, что не хочешь говорить. – Обиделась из-за такой ерунды? Боже, девушки, как с вами сложно...
- Я потом тебя персонально приглашу. Только не дуйся там.
- Я тебе, что, шарик, чтобы дуться? А за приглашение спасибо. – Выкрутился.
Проболтали мы так ещё где с полчаса. Напоследок я, словно маленькой девочке, напевал песни, чтобы она засыпала. Но я и сам не заметил, что допевал песню, провалившись в сон.