Лавка Аваддона

Когда вы слабее, ни в коем случае не сражайтесь ради чести. Вместо этого капитулируйте. Капитуляция даст вам время на то,  чтобы оправиться от ран, время, чтобы измучить победителя и добиться его раздражения... <...> Не доставляйте ему удовольствия  сразиться с вами и победить — капитулируйте раньше этого.
«48 законов власти», Роберт Грин

Монитор показывает затылок Вавиловой. Она очнулась в кабинете Ольги Георгиевны, которая тут же подносит к её губам прозрачную чашку с желтоватой жидкостью.

— Травяной чай с мёдом, — поясняет она. — Это же надо было себя до такого обезвоживания довести, а.

Слышен глотательный звук.

— А Иван Петрович? — едва слышно и хрипло произносит Вавилова, обеспокоенно озираясь по сторонам.

Ольга Георгиевна возвращается в своё кресло за рабочим столом:

— Об этом больше не беспокойся. От лица руководства нашей лаборатории приношу извинения. Это наше упущение. После случившего инцидента с Иваном Петровичем мы ввели ежедневное медицинское освидетельствование каждого работника лаборатории, — врач налила в точно такую же чайную кружку жидкость, на вид как чай у Вавиловой, из мини-термоса.

— Где... он... сейчас? — Вавилова после каждого слова будто делала передышку, чтобы глотнуть воздуха.

Ольга Георгиевна отхлебнула из кружки:

— Я не знаю, что произошло с тобой в ту смену, ведь ни один из двух виметров не зафиксировал никаких разговоров между вами. Но Иван Петрович нарушил кодекс поведения «Grand Choice», когда посадил тебя в свою машину и повёз домой. Или не домой. Нам известно лишь то, что после этого он вернулся в квартиру ранним утром, а ты не явилась через три дня в свою смену на тестирование. В нарушение договора, — врач замолкла и в упор смотрела на Вавилову. Казалось, что алгопсихологу известно не всё, и она просто пробирается наугад, как в абсолютно тёмной комнате.

Вавилова протянула руку и потянулась к чему-то на столе, пальцами хватала воздух, как пьяница не может ухватиться за дверную ручку, промахивается.

— Чтобы ты знала, у него обнаружили лихорадку укуса крысы. Перенаселение столицы Альянса, изоляция мусорных баков и недоступность отходов спровоцировали нападение голодных грызунов на людей. У современного мутировавшего возбудителя заболевания резистентность ко всем доступным антибиотикам. Иван Петрович тайком колол себе экспериментальный препарат нашей лаборатории, но это не спасло его от абсцессов головного мозга и сепсиса. Этим можно оправдать его поведение. Он продолжал работать и проводить тесты над испытуемыми, несмотря на все симптомы и спутанность сознания. Поэтому все его поступки и разговоры нельзя воспринимать всерьез. Это всего лишь плод делюзивного расстройства под действием инфекции. Высокая температура, нарушения работы мозга приводят к искаженному восприятию реальности, но в отличие от шизофрении, человек внешне выглядит привычно-нормальным, его теории заговора и мании преследования могут показаться логически аргументированными и правдоподобными, несмотря на полный бред в голове. Причем пациент не признает своё расстройство и сопротивляется лечению психопатическими препаратами.

— Это же..? — Вавилова указала пальцем в сторону корзинки с безделушками на столе Ольги Георгиевны.

Из неё выглядывала цепь с крестиком. Христианский символ, бывший раньше на шее Дока, был слишком оригинальным, чтобы не бросаться в глаза, — массивный, исписанный словами на греческом языке и с окантовкой из оникса.

— Да ты меня не слушаешь! — вышла из себя алгопсихолог.

— Крестик. Что... у Вас... его крестик? — Бессвязно тянула Вавилова.

— Ах, во-о-от оно что! — Врач растянула рот в умилительной улыбке, которой смотрят мамочки, тайком читая первое любовное письмо поклонника своей дочери. — Но это ложные чувства, моя дорогая. Побочный эффект стимуляции головного мозга. Поверь, такое уже случалось. При лечении тяжелой эпилепсии пациентки доктора Дельгадо под электрической стимуляцией височной доли флиртовали, гладили врача по руке и признавались, что не прочь выйти за него замуж [70].

Вавилова чертыхнулась — ей всё никак не удавалось поймать рукой крестик доктора, как неумелый малыш не попадает ложкой в рот, но не бросает попыток.

Ольга Георгиевна поднялась со своего кресла и начала прохаживаться по комнате, как харизматичный проповедник возле кафедры, только голос её звучал философски и чуть театрально.

— Пациенты никогда не помнят имени анестезиолога, не дарят ему подарков и не считают себя обязанными ему своей жизнью. А зря. Несправедливо. Неверная доза седативных препаратов при введении нервнопаралитических — и человек очнется раньше времени на операционном столе. Сбывшийся фильм ужасов, да? Как во сне не сможет кричать, шевелиться, но будет полностью осознавать происходящее. Или вот, взять морфин. Им можно обезболить во время хирургического вмешательства, а можно привести к остановке дыхания. Одна и та же доза приведёт к разным результатам у двоих пациентов. У тебя чай с медом и у меня. Только я могу сделать вот так, — Ольга Георгиевна четким движением подцепила указательным пальцем цепочку Дока из корзинки и спрятала в кармане белого халата, — а ты — нет. В чём разница? Вес пациента. И привыкание, по-научному митридатизм. Чувствительность к ядам и токсинам снижается, если употреблять их сначала малыми дозами и постепенно увеличивать. — Ольга Георгиевна осушила кружку. Глаза её чуточку осоловели от напитка. — Ты с прошлой недели не вставала на весы, судя по виметру. На вид не больше пятидесяти килограмм. Будем считать, что мой глазомер не ошибся. Тебе не помешает сейчас расслабиться. Мёд гималайских пчёл. Прошлогодний сбор. Цветы ядовитого рододендрона придают ему красный цвет. Его прозвали безумным медом за содержащиеся андромедотоксины. Рекреационный наркотик. Наслаждайся путешествием.

— Так он умер? — спросила Вавилова рисуя пальцем по столу.

Ольга Георгиевна развернулась на крутящемся кресле и, как чародей, взмахнула рукой. Матовое стекло позади рабочего стола поднялось, и за ним оказалась крохотная оранжерея с бабочками. Оранжевые, черно-красные, пятнисто-жёлтые, с крапинками, прожилками, черно-белыми «глазами» на крыльях. Не сосчитать, сколько их было.

— Свою первую тропическую бабочку-геликониду, оранжевую dryas iulia, я вынесла в рюкзаке из контактного дома бабочек в Москве после первой экскурсии. Со сложенными крыльями они напоминают осенние листья. Странно, что среди ядовитых бабочек тогда разрешали проводить романтические свидания и детские экскурсии. Геликониды питаются не только нектаром, пыльцой и фруктовым соком, но и разлагающимися животными белковыми тканями. При переваривании пищи вырабатывают цианиды, — Ольга Георгиевна надела резиновые перчатки и капнула капельку чая с медом на правую ладонь. — Потому они так спокойно и без опаски порхают даже на свободе в естественной среде обитания. И когда у всех конфисковали домашних питомцев, собак, кошек, кроликов и даже попугаев, моих бабочек оставили мне, потому что они несъедобные. Или вот гусеницы походного шелкопряда, чтобы превратиться в бабочку, покрыты ядовитыми волосками. Кто посягнёт на их жизнь, в отместку получит дыхательный спазм. Эти насекомые обезопасили себя от незапланированной смерти. — Бабочка с узором крыльев, напоминающим мякоть апельсина, на которую разлили черные чернила, приземлилась и устроилась возле сладкой капельки на руке врача. — Человек же невероятно хрупок. И ему нужно искусственное средство контроля над собственной жизнью и смертью.

На экране наблюдателя в режиме обратной перемотки замелькали кадры за прошлую неделю, пока не остановились на дате 09-08-2029 10:30.

На кушетке неподвижно лежит парень лет двадцати пяти. На планшете под заголовком «Тест № 3» указано название сценария тестирования: «Угнетение дыхания через подавление работы ствола головного мозга». Кардиомонитор выдает монотонный писк и ровную линию. Рядом сидит кудрявый мужчина в белом халате, рукава закатаны по локоть, челюсти его сжаты настолько плотно, что проступают жевательные мышцы, как два грецких ореха за щеками. Из правой руки брызжет кровь, в левой руке скальпель, которым врач уже иссёк удерживатель сухожилий мышц-сгибателей ладони, и принялся за сухожилие мышцы-локтевого сгибателя запястья. По бледному лицу его катятся слёзы, длинная мокрая от пота челка прилипла ко лбу.

Дверь в палату открылась и на пороге появилась Ольга Георгиевна:

— А-а, это типа «если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя»? — насмешливо произнес её жабий рот.

— Не могу больше так! — голос Дока звучал истерически громко и высоко. — Я врачом хотел быть, а не киллером! — Он быстро глянул на безжизненное тело на кушетке.

— Да он рекордсмен. Дожил до третьего теста. Петрович, пятьсот испытуемых — и проект наверху примут. Первая операция по пересадке сердца тоже привела к смерти пациента. Что же, надо было остановиться? Естественный отбор. Эти анемичные так и так бы умерли. — Ольга Георгиевна подошла к трупу и уселась прямо на кушетку за спиной Дока. Она вскрыла пакет с резиновыми перчатками и натянула их на кисти. — И без нас. Не сегодня, так завтра. Ты же видел их генетические паспорта. Ни образования, ни работы, ни семьи, никаких предрасположенностей к деятельности, полезной для общества.

— А как же «я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла» [71]? — вновь провопил Иван Петрович, всё ещё удерживая скальпель в руке.

— И что ты с собой сделал, дурачок? Мог бы в передачах выступать. А теперь что? Придется объявить, что ты спятил, — женщина резко встала и потянула цепь с крестом на шее Ивана Петровича назад, так что металл впился в кожу, голова мужчины запрокинулась назад. В ту же минуту врач извлекла из кармана пригоршню извивающихся волосатых гусениц, шлепнула их на окровавленную руку дока и зажала его ладонь. Скальпель звонко ударился о пол палаты.

— Свобода... — сдавленно кряхтел Док, но не особо-то вырывался, — воли... существует.

— И-и-и покончил с собой, — Ольга Георгиевна сымитировала любимую речевую привычку коллеги. — Хоть умрёшь с улыбкой, а не кислой миной, как обычно. Всё по канону. Мученик Стефан. — Она выпустила цепочку из рук.

Иван Петрович в судорогах сполз со стула, мышцы на лице тоже сокращались, что походило на кошмарную, циничную ухмылку. Бывший анестезиолог дождалась полной остановки дыхания, затем забрала своих маленьких ядовитых «помощников», погрузила их в бумажный пакет и вышла из экспериментальной палаты №9.
________________
70 С результатами некоторых экспериментов Дельгадо можно ознакомиться в его статье 1965 года «Evolution of physical control of the brain», доступной в сканированной копии на ресурсе digitallibriary.amnh.org.

71 Отрывок из текста клятвы Гиппократа