Глава 25
Внимание, вопрос к аудитории!
Машина спасения» Ничке для самостоятельной эвтаназии больных, по Вашему мнению, этичное изобретение?
Герман Шорохов
Двадцать первое мая. Сто двадцать шестой день эксперимента.
«Материал по картофелю засчитываю. Снимок томатов неактуальный, уже должны были начать краснеть», — написал Шорохов в ответ на очередной отчет.
Старая фотография кустов не прокатила, а краснею только я, а не помидоры. Хуже всего, что и затея с новой рассадой на грани провала. В одной из ёмкостей стебель на пять сантиметров от земли почернел. Сразу же переставила этот куст на кухню подальше от здорового. Черная ножка — грибковое заболевание, вылечить которое можно только, если срезать ствол выше места поражения и вырастить новую корневую систему, опустив черенок в сосуд с водой. Но знатоки говорят, что всё равно растение будет слабее, отстанет в развитии. Всё из-за дурных советов по поливу, которые вычитала на форумах дачников (будто одни вредители там лайфхаками делятся) и застоявшегося воздуха. Ну не знала я, что помидорам нужен регулярный сквозняк, боялась переохладить, как в прошлый раз.
Не могу теперь спать по утрам, как раньше. Чуть солнце встает, бегу к здоровому кусту проверять, не заболел ли. Я чокнусь, пока созреют эти грёбаные помидоры. Как выбраться из этого?
Первая дурная мысль, которая посещает каждое утро, — признаться тому типу, что сдула задачу, вернуть деньги и очистить совесть. Потом признаться преподу и прекратить эту полосу неудач. Бредовая идея, знаю. Бредовая и навязчивая. Но я в отчаянии, так боюсь гибели последнего томатного куста, что готова молиться на коленях. Что еще сделать? У Шизуки прощения попросить? Не знаю. Маме позвонить? Как всё вернуть в нормальное русло? Единственное, чего хочу, — уже выбросить эти кусты и забыть, как свои первые годы жизни после рождения.
А главное, что Чудин до сих пор не в курсе, и времени всё меньше и меньше до зачета. Сколько смогу ещё вот так вилять с последним отчетом? Может, реально сказать правду чокнутому профессору? Попросить дополнительное задание? Не слишком ли многого он ждет от первого опыта квартирного земледелия, а?
«Чудик, как думаешь, если сейчас сознаюсь перед тем чуваком и верну деньги через столько времени — это совсем по-идиотски? Будто сама напрашиваюсь? Он-то больше ничего не заказывал. Но внутри, капец как, неспокойно. Всё время думаю», — пишу Ване в мессенджере.
Вибрирует телефон. За что люблю Чудина, так за моментальную реакцию
«Да фиг с ним, что подумает этот чел. Если тебя это парит, сделай и выдохни», — слушаю голосовое Вани.
Как у него в жизни всё просто, и какое же сложное объяснение мне предстоит с лжевосьмиклассником. С какой дури содрала тогда с него так много? Может, и не было бы стыдно сейчас. И главное, деньги ведь придётся наличкой возвращать. Или просто на баланс мобильного закинуть и написать сразу? Но, блин, там же, наверное, зверская комиссия при обналичивании, и даже не знаю, как это он провернёт. Вроде тоже нужна платежная карта, чтобы вывести средства. Что будет делать, если её нет у него?
Денежный перевод через кассу банка? Но тогда надо знать, в каком городе он живёт. Блин, блин, блин. Будто нелегально перегоняю миллион в офшорную зону.
Писать такие вещи в сообщении нельзя, сделает снимок, сохранит — потом разойдется по всем пабликам заочников дурная слава обо мне. Надо звонить.
Быстрая я только в математике и в меткой стрельбе в голову. Последнее — в играх, само собой. Но разговоры — нет, не моё совсем, особенно с незнакомцами. Сомневаюсь в каждом выбранном в голове слове, предложения тягучие, как жвачка на подошве кроссовки в жаркий день. Все эти паразиты-филлеры лезут, типа «э-э-э», «ну-у» и прочего. Выглядит убого и не всем хватает терпения дослушать до конца. Моментально хочется перебить. В частности, у учительницы по литературе кровь закипала от моих пересказов произведений.
Открываю окно в спальне и дышу вместе с помидорами, считаю вдохи и выдохи. Числа всегда успокаивают.
Беру телефон и звоню незнакомцу, пока не передумала. Зажмуриваю глаза, слушая гудки. Один, второй, третий.
— М-м-м, — прозвучало так, будто кому-то принесли дымящуюся от пара тарелку самой вкусной вок-лапши. — А-алло-о?
Э С Т Е Т И К А Г Е Р О Е В
СОЛОМОНОВА ЭВИТТА
ЧУДИН ИВАН
ШОРОХОВ ГЕРМАН