Глава 13
Люди делятся на два типа. У одних мотивация «ОТ»: только бы не уволили, только бы не оштрафовали, не наказали. И ими движет страх наступления неблагоприятных последствий.
Чем ужаснее в их голове выглядит будущее, тем сильнее они стараются от него убежать и трудятся. Другие ведомы мотивацией «К». Есть четкая мишень, в которую они целятся. И их старания не из страха, а от четкого понимания собственных желаний. Медицинские работники чаще относятся к первой группе, но именно вторая категория создает новые подходы в лечении и добивается в жизни большего.
Герман Шорохов
Седьмое апреля. Восемьдесят третий день эксперимента.
Захожу в виртуальный кабинет студента. Ввожу данные Чудика и прикрепляю очередной фотоотчет по предмету «Биотехнологии». Заполняю дневник наблюдений по каждому из моих экспериментальных растений, фиксирую еженедельный прогресс.
Сначала отнеслась к Ваниному проекту, как к игре. Ну, как в детском саду играли в больницу, в магазин, а в начальных классах все проращивали фасоль. Казалось, это просто опыт, не получилось так не получилось, но Шорохов сказал, что для зачета непременно нужно собрать урожай. А если бы каждый препод был таким чокнутым? Что тогда Ване пришлось бы усыновить шимпанзе и научить разговаривать до летней сессии? В некоторых фильмах нам пытаются показать гениального профессора, а потом тот начинает творить дичайшую дичь, принимает наитупейшие решения, но и тут сценаристы держат нас за дураков и всячески убеждают, что поступки героя неординарные, типа никто до него так не делал. Так и с этим Шороховым, ещё и грант получил на разработку учебной программы.
Начиталась страшилок, что семена могут быть старыми, не взойти, или черная ножка (грибковое заболевание) погубит кусты томатов. Это тебе не задачу по математике за один вечер решить. Нужно было просчитать все риски и не делать ставку на один единственный сорт. Пока жертвами пало не так много моих зелёных бойцов, и у каждого были наготове дублеры, но и зачетная неделя ведь всё ближе и ближе, и всё меньше резервов для ошибки.
Больше всего беспокоит картофель «Шрёдингера» в черных мешках на балконе. Пока радует только своей ботвой. Кусты уже через три недели после посадки выросли на двадцать сантиметров над грунтом, но один из них отказался цвести почему-то. На других цветы появились на пятьдесят второй день. Как-то сроки сбора урожая, указанные в методичке, разнятся с результатами балконных земледельцев из ютуба. Препод в методичке обещает урожай молодого картофеля уже через два с половиной месяца, а у чела из видео куст завял в ведре на сотый день, и ни одной картофелины под землей не оказалось. А ведь дело было летом, с весёленьким солнцем за окном. Чудин меня убьет при таком раскладе. Ну, или не заплатит вторую часть вознаграждения, а сам останется на пересдачу.
Каждое утро начинаю с обхода своих «угодий». Здесь полить, там взрыхлить землю, листья опрыскать, температуру в комнате проверить. По вторникам делаю контрольное фото каждого растения для Ваниного отчета, вооружаюсь линейкой для замеров роста.
В спальне безостановочно работает увлажнитель. Ваня забрал его у своей замужней сестры, которая начиталась книг известного врача и устроила в детской спальне турецкий хамам, а потом купила гигрометр и поняла, что влажность в их небольшом домике и так в пределах нормы. На кухне для увлажнения меняю несколько раз в день мокрые полотенца на батарее. Не квартира, а Средиземноморье какое-то. Лицо постоянно влажное.
Но главное – всё ещё живу одна. Не умерла от голода, не приползла к родителям и не стала секретарем школы. Я, которая ещё полгода назад даже на стрижку не ходила без мамы, чтобы не объясняться с парикмахером. Я, которая впервые взяла в руки квитанцию за коммунальные услуги только в двадцать четыре года.
Хотя поправочка: волосы за всё это время независимой жизни так и не стригла. И по вечерам всё равно чего-то не хватает, раньше-то в это время папа с мамой возвращались с работы, мы ужинали вместе. Да, маминых ужинов, пожалуй, тоже не хватает.
***
Три дня назад, четвертого апреля, получила сообщение от клиента. Нашёл меня по объявлению на сайте репетиторов. Восьмиклассник. Всё шло, как обычно, хотя чаще всё-таки обращаются студенты. Назвала свои тарифы за помощь с решением. Он выслал задание.
Это была та самая задача со второго тура заключительного этапа всероссийской олимпиады. Неужели школьная программа стала настолько сложной, что домой задают то, что раньше могли решить лишь единицы? А что, если однажды не потяну, не смогу решать на заказ?
И как больно-то стало. До сих пор наизусть помню условия той проклятой задачи.
Для поездки на финал олимпиады в Ярославль пришлось преодолеть три этапа, начиная со школьной олимпиады. Я участвовала в городской олимпиаде и за год до этого, в восьмом классе, но дошла только до городского турнира. А ещё раньше, благодаря маминым стараниям, летом после седьмого класса побывала в математическом лагере.
Два с половиной дня на поезде из Томска, и вот 24 апреля, за два дня до первого тура олимпиады, заселились в гостинице «Парк-инн». Ещё в дороге становилось дурно при мысли, что целую неделю проведу без родителей в чужом городе среди совсем незнакомых людей.
Другие кураторы привезли целые группы участников, ребята знали друг друга, общались во время завтраков и обедов. Я же приехала из Томска одна в сопровождении доцента кафедры Томского государственного университета, хотя и не старого мужчины, но всё же чувствовала себя с ним скованно. Помню, как он сказал в интервью, что любую работу лучше всего сделает только математик. Очень самонадеянно. Пусть попробует вырастить помидоры в квартире.
Он сразу же примкнул к куратору новосибирских школьников, симпатичной молодой брюнетке, а с ним и мне пришлось присоединиться к её ребятам. Многие парни выглядели как молодые старички: горбились, щурились в своих очках с толстенными стеклами, говорили книжными словами и таким же профессорским тоном, но совершенно простодушно улыбались.
Никакие прогулки по городу не могли отвлечь от волнения перед предстоящими заданиями. Во многих городах в те годы ещё не было своих Макдональдсов, а в Ярославле был, потому единогласно выбрали его первым пунктом программы в день приезда, потом до вечера планировали на автобусе успеть на набережную Стрелка, где сливаются Волга и Которосль.
В 9:00 через два дня состоялся первый тур. Нам выдали проштампованные тетради с шифром вместо фамилии участника, чтобы избежать предвзятого отношения членов жюри. Мой куратор накануне сказал, что среди девятиклассников участвует сто двадцать один школьник. Дикая конкуренция. А ещё команды из Китая и Болгарии. От одной этой мысли учащался пульс и гудело в ушах.
Задания и так с каждым этапом становилось всё сложнее. С октября уже семь месяцев находилась в мобилизованном состоянии: то подготовка, то волнительное ожидание результатов. В течение двух месяцев после окончания регионального этапа изучала олимпиадные задачи и их решения за прошлые годы. Не сказать, что слишком уж нарушало мои увлекательные планы, всё равно родители чаще всего были на работе, гулять во время их отсутствия мне не разрешалось, а потому друзей после переезда в нашу собственную квартиру так и не завела. Если кто-то из одноклассников мило заговаривал со мной, то означало это только одно, поэтому без лишних слов сразу протягивала тетрадь с домашкой по математике.
На двух турах олимпиады в Ярославле предстояло решить восемь заданий: четыре в один день и четыре на следующий. Со стороны кажется, что пяти часов вполне достаточно, но иногда и весь день можно просидеть над сложной головоломкой и решить лишь во сне, когда мозг выходит за рамки заученных правил и привычных схем решений. Олимпиадные задачи требуют не просто знаний, а собственных элегантных алгоритмов. Нет одного способа решения. На самом деле негласно в финале олимпиады соревнуются даже не участники между собой, а создатели задач против школьников. Если все до единой были решены в общем зачете, значит, команда учителей проиграла команде учеников.
В первом туре провозилась с третьим заданием и в итоге четвертую, геометрическую, задачу только начала решать, как время истекло. Но даже за верное начало решения я могла рассчитывать хотя бы на два балла, а не ноль. Успокаивала себя возможностью наверстать во втором туре.
Но утром следующего дня попалась совершенно странная задача. Будто и не математика никакая.
«В стране Нашии есть военные базы, соединенные дорогами. Набор дорог называется важным, если после закрытия этих дорог найдутся две базы, не соединенные путем. Важный набор называется стратегическим, если он не содержит меньшего важного набора. Докажите, что множество дорог, каждая из которых принадлежит ровно одному из двух различных стратегических наборов, образует важный набор [45]».
Чертила схемы и так, и сяк, но понятия не имела, как должно выглядеть доказательство. Задача не выглядела ни как геометрическая, ни как алгебраическая. Здесь явно требовалась цепочка логических умозаключений, а мне будто чего-то не хватало в самом условии. А как известно математикам, первое неверное допущение ведет всю задачу к ошибочному решению.
Не справилась. Совсем ничего не написала по этой задаче, кроме перечеркнутых чертежей дорог. Значит, минус семь баллов из двадцати восьми максимально доступных за второй тур. А ведь могли ещё снять один – два балла за неполное обоснование решений других заданий или пропущенные этапы вычислений.
В ожидавшем участников автобусе до гостиницы у двоих парней брали интервью для видеоотчета, я вошла как раз в тот момент, когда один из них сказал: «Не ожидал, что на заключительном этапе задачи будут такими простыми». Что? Простыми? Он так улыбался, глядя не в камеру, а куда-то мимо. Видимо, кайфовал, вспоминая свои гениальные решения. Я же боялась взглянуть на себя в зеркало, казалось, оттуда посмотрит Сеньор Помидор из сказки «Чиполлино».
Весь следующий день нас водили по экскурсиям: в музей, планетарий, зоопарк, вечером ходили на спектакль. И хотя на улице было так тепло, что мы сняли куртки, выходной показался бесконечной пыткой, ведь не терпелось получить результаты, а их объявили только через два дня после второго тура олимпиады.
И как же я негодовала, когда узнала, что злосчастная последняя задача решалась с помощью теории графов. Впервые слышала об этом разделе математики. Мы не проходили его ни в девятом классе, ни позднее [46]. Во время разбора задачи преподаватель говорил слишком быстро, будто объяснял, что дважды два будет четыре. Парень рядом со мной кивал, а я не поняла тогда ни слова. Может, всему виной захлестнувшее меня чувство несправедливости и обиды. Казалось, что учусь в дефективной школе с какой-то упрощенной программой. Кто-то знаком с этой теорией. А почему незнакома я? Не такой уж уникальный экземпляр, получается, раз меня обскакали.
Не стала ни победителем, ни призером, и даже похвальный лист не заслужила. Тогда поняла, что жизнь не будет давать только то, к чему ты готовилась. С церемонии вручения медалей умчалась вся в слезах ещё до её завершения.
Сначала прыгаешь, как под кайфом, от победы на городском уровне, почти не веришь в успех на региональном уровне, а потом вот так ревёшь и не можешь сдерживаться, не можешь радоваться за других из-за собственного провала, хотя дошла до финала лучших из лучших. Вот она вредоносная эволюция надежды. Всё из-за семи месяцев ожидания и маленьких побед, которые как сахарок для цирковых зверюшек. Только ни один кусочек промежуточных наград не сравнится по силе с болью от хлыста за поражение. Удовольствие мимолетно. День, может, два. А проигрыш помнишь годами.
И вот эта задача опять передо мной, как напоминание о том, что я – лузер. Опять то знакомое чувство боли, неполноценности, незавершенности.
Сижу и думаю: «Да ну, это розыгрыш какой-то». Нет, конечно, мой номер телефона есть в объявлении на сайте для заочников. Но условия той злосчастной задачи знают всего три человека: родители и Ваня, и то узнал только после моего переезда сюда. Хотя нет, условия задач ещё публиковали на сайте олимпиады после её завершения. Но это было ведь сто лет назад. Из знакомых людей номер давала всё той же троице. Сменила старый почти сразу, как вылетела из универа, чтобы не надоедали любопытные одногруппники. Либо папа решил беспалевно подкинуть мне денег, либо Чудик развлекается на скучной лекции по философии. Да сто пудов, это Ваня откопал где-то задачу. Написала сразу же ответное сообщение:
«Чудин, прикол не удался»
Ваня всегда на связи, отвечает в ту же секунду, словно телефон вживили прямо в его руку. А тут сообщение прочли только через два часа, ответили с точкой в конце предложения, без смайликов, так подчеркнуто отстраненно:
«Ещё раз добрый вечер. Наверное, Вы отправили сообщение по ошибке не тому адресату. Пользуясь случаем, хочу поинтересоваться, возьметесь ли Вы за решение моей задачи? И возможно ли внести оплату наличными, но дистанционно?»
Без сомнений, это не Ваня. Папа тоже краток, технарь всё-таки. Я стараюсь не поддаваться эйджизму [47], но язык сообщения нетипичный для зумера. Хотя сама себе же противоречу, ведь рассказывала, как финалисты олимпиады говорили друг с другом на языке Достоевского и Толстого. Может, мальчик гуманитарий и, к тому же, хорошо воспитанный.
Самое неприятное в этой ситуации, что по выбранной мной специальности теория графов не рассматривалась даже в универе. Другие группы должны были изучать её только на третьем курсе, судя по расписанию.
Это какая-то злая шутка судьбы. Я, двадцати четырехлетняя дылда, которая бросила универ, буду сейчас самостоятельно изучать ненавистный раздел математики, чтобы помочь с домашкой школьнику, моему «работодателю», пускай всего на один день, но «работодателю».
«Только не секретарем, только не секретарем, – твержу себе я, напоминая, почему мне нужны грядки и теория графов. – И не за кассой в супермаркете, и не у фритюрницы в Макдональдсе, и не оператором контакт-центра ("О, Соломонова, это ты? По голосу узнал"). Укреплять стереотип, что умники становятся шестерками двоечников? Ну уж нет».
____________
45 Реальная задача для девятиклассников на Московской математической олимпиаде из сборника «Московские математические олимпиады 1993 – 2005 г.» под редакцией В.М. Тихомирова.
46 В сборнике задач Московской олимпиады по математике с 1994 по 2005 годы было, как минимум, 6 задач, для решения которых требовались знания теории графов, в том числе и для восьмиклассников. На финале Всероссийской математической олимпиады 2013-2014 года такую задачу решили полностью верно всего 4 участника из 121 финалиста-девятиклассника. Теория графов – вузовская программа механико-математического факультета. Согласно методической статье учителя по математике за 2016 год, в школьном курсе математики теория графов не рассматривается, но задачи по этой теме встречаются в ЕГЭ по информатике. Предполагается, что школьники могут получить такие знания на факультативах, математических кружках или специальных подготовительных курсах.
47 Эйджизм – стереотипы, которые порождают дискриминацию людей по признаку возраста. Например, что молодые люди неопытны и не могут занимать крупные руководящие должности, мало читают, говорят безграмотно, а пожилые люди отстают в освоении новых технологий и из-за менее производительны на работе.