Мой новый герой | Турбо

По темным дворам окруженными сухими и безжизненными деревьями после зимы, освещенными одинокими высокими фонарями я возвращалась из забытого гаража, где оставила папину черную машину, которая, как никто, помогла мне в совершении безумного плана. Но скорее, это был порыв ненависти, необъяснимой, жестокой, даже зверской злости. Бесчеловечная пылающая красным пламенем месть.

Это был последний день когда падал снег.

Уставшие ноги сами приведи меня домой, перед входом в подъезд я выбросила скуренный бычок горькой сигареты и зашла внутрь. Спустя два этажа, я подняла голову от ступенек к квартире.

— Ты где ночью одна ходишь, а?— выше, прям около моей двери стоял высокий усатый парень.
Я взялась за перила и медленно подошла к нему, опуская взгляд. Прокрутила ключ и неохотно ответила:
— Курить ходила.
— Мг,— он осмотрел меня строгим взглядом,— вонь такая, бросай.
Он явно почувствовал запах дыма от одежды и волос.
Я была как сама не своя, не многословна, серьезная, даже потухшая.
Брат зашел за мной и последовал на кухню.

— Ты как вообще?— он ласково спросил мне в спину.
Я не отворачиваясь от столешницы, на которой разложила колбасу и хлеб тяжело вздохнула.
— Тяжело, Вов,— я сделала паузу и тихо повторила,— тяжело.
Спустя несколько минут молчания, я поставила тарелку с бутербродами на стол и села напротив старшего брата.
— Все хорошо будет,— он нежно заглядывал своими карими глазками в мои,— обещаю. Надо пережить эту боль.
— Я к маме ходила. Она спрашивала как вы там.
— Да ладно, она сама то как?— он взволновано поинтересовался.
— А как она может быть гния в холодной камере, ответь,— я была зла не на него, а на весь мир,— как?!
— Мне жаль,— он печально опустил взгляд,— мы все когда то поплатимся за наши поступки.
— Я устала,— я поднялась со стула, намекая что ему уже пора,— тяжелый день был.
Он повторил мои действия, но не дал пройти в коридор, а нежно обнял.
— Я всегда буду рядом, слышишь? — он погладил меня по волосам,— ты сильная девочка, мы со всем справимся.
— С такой поддержкой я не сомневаюсь,— его слова заставили меня грустно улыбнуться.
— Мы бойцы! — он шутя сделал строгий голос,— Мы победим зло!
Он пытался поднять настроение и рассмешить меня.
— Уже победили,— я медленно отстранилась, сверкая ему глазками.

Солнце ярко встретило утро, люди спешили кто куда, кто на роботу, а кто вел детей в садик или по своим делам. А пацаны на улицах все также собирались, придумывая новые темки для заработка или выяснения отношений. Но сегодня, все разговоры и обсуждения были вокруг одной темы.
За гаражами, на своей точке собралась одна из группировок.
— Эти Универсамовские просто пиздец! Такое учудить...— один из парней, громко обсуждал.
— Да..— другой пацан, выдыхая дым поддержал,— им дорогу не нужно переходить. Убьют и глазом не моргнут.
— Нелюди. — отозвался сзади еще мальчик.
— А что ты хотел?— второй снова затянулся. Судя по тому что он стоял в центре воображаемого круга из своих пацанов и все его внимательно слушали он был там главным, авторитетом.
— Этот Домбыт им таких проблем наделал, они должны были мстить,— он оглядел друзей,— Я их даже зауважал.
Все закивали ему в поддержку.

Слухи о сгорелой базе Домбыта, вместе с людьми внутри быстро разлетелись между группировщиками Казани. Все либо возмущались от такой жести, либо восхищались поступком Универсама.
Никто и предположить не мог, что это сделала какая то девочка...
Лишь я знала правду.

— Че происходит?!
В подвал залетел взволнованный, нет, даже ахуевший, Турбо.
В качалке собрались ребята, в обсуждении случившегося.
— Снежинка сгорела,— ему ответил светловолосый, что стоял у стены.
— Да ладно?— кудрявый саркастично спросил,— кто это сделал не переговорив с остальными?— он закричал на друзей.
— Тихо, блять! — со стула поднялся главный.
— Адидас, объясни,— картавя сказал Зима, нахмурив брови.
Марат только переводил удивленный и серьезный взгляд от брата к возмущенным парням.
— Я не знаю кто это сделал,— он тяжело вздохнул,— слово пацана.
— Я только что одного с Разъезда встретил,— Валера достал пачку сигарет и продолжил,— говорит, зауважали нас все, о том как Универсамовские подожгли Домбыт из мести уже со всех дыр говорят!

Пальто бросил непонимающий взгляд на Марата, что так же был в шоке.
Адидас хмурым взглядом провел глазами по пацанам, по которым было видно, что они реально не причастны. Его размышление перебил звонок телефона из маленькой комнаты. Он быстро направится туда и взял.

— Кто?
— Чайник,— ответил голос с телефона.
Вова посмотрел на пацанов, что уставились в ожидании.
— Вова Адидас, Универсам.
— Слышали про вашу стычку с Домбытом,— грубый голос протянул.
Он поправил усы, волнуясь от того, что ожидал услышать назначение разборок.
— Молодцы, от вас такого не ожидали,— авторитет другой группировки продолжил,— зауважали вас, Вовка, признаем. Если че надо будет, поможем.
Тот взялся за лоб, тяжело вздыхая.
— Услышал, до связи. — Вова положил трубку на место.
Медленно поднялся и вышел обратно к остальным.

— Ну че там?— младший брат нетерпеливо спросил, поднимая брови.
— Зауважали нас, говорят,— он серьезно ответил.
— А чего ты недовольный? Это же ахуенно!— Марат победно поднял уголки губ, показывая зубы.
— Не такой ценой, братик, тем болеете не мы сделали.
Он накинул куртку и вышел из подвала, громко хлопая дверьми.

Я собиралась на встречу с девочками, о которой договорились по телефону. Слушая радио, я пыталась отвлечься от глупых мыслей. Пыталась не думать о последствиях, осознавая что я натворила. Я подскочила, когда кто то начал громко выбивать входную дверь. Напуганно заглянув в глазок, я увидела там яростного брата.
Быстро прокрутив замок, пустила его в квартиру.
— Где ты была вчера?! — он закричал, тяжело дыша.
Я испугалась его и отошла на шаг назад, глаза забегали а сердце начало бешено колотится.
— Отвечай!
— Успокойся, Вов,— я дрожащим голосом попросила.
— Это ты подожгла? Да?— он всё также кричал на меня, весь пылающий агрессией. Сопоставив все факты он сам догадался.

— Это я...— я неуверенно ответила, отводя глаза.
— Что за самодеятельность такая, блять, а?!
Он подошел ближе, заставляя меня скукожиться от страха.
— Сильно деловыми стали? Когда тебя блять посадят такая же смелая будешь?
— Пусть хоть убьют меня! — я заорала в ответ, не сдержавшись,— Я не смогла бы жить, зная что они спокойно продолжают себе дела мутить! Они у меня все отобрали!

Я упала в истерику, через слезы кричала на него.
— Да! Я их сожгла! Они все сгорели, да!
— Это по зверски! Люди так не поступают...— он разочаровано смотрел на меня.
— А кто из нас люди? Таких нету! Ты сам говорил! В мире много тварей. Я лучше буду одна из таких, чем гнить одной, зная, что я даже постоять за родных не могу,— мой голос срывался на крик, Вены выступили на лбу, а взгляд стал ненавистным и стеклянным.
— И как ощущения? Приятно?— он снова повысил голос,— Теперь лучше?!
— Да, Вов! Да, блять, лучше! Пусть горят все в аду. — я ударила его в грудь, отталкивая от меня,— Пускай! Мне все равно! Я не подвела папу и Костю!— я билась в истерике,—Я больше не могу,— я закрыла красное лицо руками, складываясь в двое от боли.
— Тебя никто не видел? — он присел на корточки ко мне,— Маш?
— Какая разница! Твоя сестра теперь жестокий убийца! Можешь больше даже не признавать меня,— я не поднимая глаз не могла успокоится.
— Ответь,— он положил руку на мое плечо.
— Не видел,— я захлебываясь в слезах ответила.
Он обнял меня, пытаясь поднял с пола.
— Тише, тише...— он гладил меня по спине, пытаясь успокоить.
— Я ужасный человек теперь в твоих глазах, да? — я с болью посмотрела на взволнованного брата.
— Нет,— он держа за плечи повел меня в комнату,— ты все также моя маленькая сестренка. Ты просто запуталась, тебе сложно.
Мы справимся.— он посадил меня на кровать, успокаивая.
Я уткнулась в его плечо, также рыдая, а он шатался, нежно убаюкивая меня.
— Никто не узнает, я рядом,— брат поцеловал меня в макушку.

Только время может залечить глубокие раны на хрупком теле, но все равно оставит ужасные болезненные шрамы. Мы учимся взрослеть через боль, и она будет идти в плечо с нами всю жизнь. Научиться существовать в таком жестком мире необъяснимо тяжело, но то, что ты должен пройти, по пути к поискам самого себя. Ты должен научиться искренне любить, дабы ужасы не казались такими страшными. Научиться верить в чудо, когда руки опускаются, а глаза тускнеют. Пусть тебя окутывают чувства обиды, предательства и несправедливости, ведь если тебе больно, значит ты жив. Значит ты можешь любить и ощущать любовь.

Это мог бы быть конец моей истории, но впереди меня ждут еще новые уроки и наказания. Меня еще ждет мой новый герой.

От автора:
Сегодня к вечеру постараюсь написать продолжение! Жду комментариев и звездочек)💗
Еще я задумываюсь о написании другого фф, поэтому хотела бы узнать, с кем вы бы хотели новый фф? И какие пожелание, предложение есть к этому?