Мой новый герой | Турбо

Я снова смотрю на бездыханное тело, пытаясь разглядеть черты лица, иская жизнь в неподвижных глазах. Пелена начала по немного рассеиваться, и там лежал не Кащей, а Валера. Глаза от ужаса округлились, и в миг лицо сменилось на Вовы, через секунду на Андрея, и потом на младшего брата, а далее и снова на Костю.
Он еле раздвинул сухие губы и тихо, почты не разборчиво сказал:
— Я тут не один, здесь он меня любит,— он искренне поднял уголки губ,— Не подведи нас.
Он говорил об отце. А его безжизненные глаза на век сомкнулись.

Громкие звуки каплей дождя, которые отбивались от крыши балкона и стучали по окнам, разбудили меня. Я с ужасом вскочила с кровати. Глаза забегали в поисках моего Турбо. Я обула тапочки, что аккуратно стояли у ножек кровати и выбежала на кухню.

— Выспалась?
Ко мне повернул голову через плечо Валера, который заваривал чай и оглядел меня своими серыми сонными глазками.
— Мг,— я потерла веки руками,— сон дурацкий снился... Как хорошо просыпаться и засыпать с тобой,— я подошла к нему, и провела ладонью по его плечу, спускаясь к ладони, нежно гладя.
— Это не первое и не последнее утро, что я тебе подарю,— он грубым, хриплым голосом сказал и насыпал сахара в чашки.
Я присела на стул, через стол напротив моего мальчика. Подперла голову согнутой рукой и любовалась ним. Он еще не полностью раздуплился со сна и по немножко хлебал горячий чай, пытаясь делать это не громко. Я засмеялась с него, кудрявый выглядел так забавно и по детски.
— Маш, ну хватит,— он с жалостью в шутку поднял брови, когда я уже пару минут так сидела и улыбалась на все зубы.
— Я же молчу!— я развела руки в бок, возмущаясь.
— Ты так молчишь, что у тебя все мысли на лбу написаны,— он засмеялся, заглядывая на меня.

Я допила свой напиток, параллельно болтая о чем то с парнем на светлой кухне, под звуки дождя за окном, что уже по тихонько успокаивался.

Сделав все ванные процедуры и витая в своих мыслях, я подошла к деревянному шкафу, и со скрипом открыла дверцу.
— Куда то собираешься?— со спины отозвался голос и я от испуга подскочила.
— Блять!— я резко повернулась к нему,— не могу привыкнуть, что я не одна.
Мне и вправду было немного не по себе, когда еще кто то находился в квартире. Хорошо, приятно, но непривычно.
— Да, я собираюсь...— я неохотно протянула, — к маме.

Мне было неловко отчитываться о действиях перед ним, ведь я никогда этого не делала. Но после нашего разговора пару дней назад, я поняла что его сильно задевает моя скрытность и пыталась себя переубедить.

Он также оделся и мы вышли вместе, он направится к себе домой, а я — в ментовку.
В этот раз я была решительна и настойчива. Я должна была увидеть ее. На мое счастье, перекинувшись словами с милиционером он указал мне адрес, и как попасть в тюрьму.

Я последовала на указаниями. И уже стоя перед тяжелыми серыми металлическими дверьми, тяжело вздохнула, перед предстоящей встречи. Я отодвинула ручку и сделала шаг в пустую комнату без окон, в центре которой стоял одинокий стол и с двух сторон— деревянные старые стулья.
— Ожидайте,— дверь захлопнув мужчина в форме, а я села в ожидании.
Спустя пару минут, у входа в помещение показалась моя мать, а за ней тот же работник тюрьмы.
— У вас десять минут. — он захлопнул дверь.

Я вскочила и подбежала к ней, крепко прижимая к себе. Глаза в миг набрались слезами, что ручьем полились по щекам.
— Мамочка,— я отстранилась держа ее за хрупкие плечи и всматриваясь в темные глаза,— прости меня, мам.
На ее лице появились новые глубокие морщины, на корнях волос прорезалась легкая, почти заметная седина.
Ее губы задрожали, она схватила ладонями меня за щеки, беспрерывно целуя в них.

— Я хотела придти, правда, но..— я вытирая слезы, пыталась оправдаться, но мама перебила меня.
— Я знаю, Машенька, все хорошо,— она ласково улыбнулась, но ее взгляд был таким же потускневшим и больным.

Мне было так жалко, до жути кололо сердце от вида моей самой родной и дорогой в таком состоянии.

— Что у тебя нового, милая?— она пыталась говорить, будто ничего не происходит.
Я кратко рассказала ей хорошие моменты, вспоминая встречу с бабушкой, наше путешествие, теплые вечера с друзьями, и обходя жесть и пиздец, что случался между всем этим. Я не хотела ее расстраивать еще больше.
Она внимательно меня слушала, не спуская стеклянных глаз и нежно гладя то по волосам, то по лицу.
Я почувствовала ее тепло, то что никто, как бы не пытался не мог заменить.

— Как там Вовка, Маратик?— она продолжала спрашивать за любимых племянников.
Мы продолжили быстро делится всем, понимая, что у нас до боли мало времени.

— Когда ты выйдешь?— я сменила тему, держа ее за руку.
В ответ было молчание.
— Я обязательно буду всегда с тобой, доченька,— она снова заплакала, но пыталась улыбаться,— что бы не случилось. Прости меня за то что твои родители бросили тебя, оставили одну. Я всю жизнь буду просить у тебя прощения, Маш,—Она закрыла лицо руками, всхлипывая.
— На выход,— строго указал мужчина, что резко открыл тяжелую дверь.
Мама крепко обняла меня и вышла за ним.

«Сколько лет бы не прошло, я встречусь с тобой снова, буду маленькой девочкой, которой ты каждое утро заплетала косички на пушистых волосах, которой ты дула на ложку супа, остужая его для меня, которой ты читала сказки перед сном и нежно целовала в лоб, накрывая одеялом. Я так крепко обниму тебя и больше не отпущу. Навсегда твоя маленькая доча.»

Как только я вышла из здания, в моей голове запылала ненависть. Вспоминая лицо самого дорого на земле человека я хотела убить всех, кто посмел забрать у нее нормальную жизнь. Жизнь которую она как никто заслужила, после пережитой боли. После ужасной боли, с которой она справилась одна, а значит, и я справлюсь.

Мир отобрал у меня родных. Значит у кого то я отберу мир.

Когда я вернулась домой, улица уже упала в мрак, фонари тускло осветляли грустные, серый, полные жестокости и несправедливости дворы. Зайдя в квартиру я схватила лежащие на полке ключи и не спеша спустилась по каменных ступеньках сырого, пропитанного дымом от сигарет, подъезда.

От дождя будто след и простыл, снег снова медленно падал, накрывая холодную землю своей белой пеленой.

Я протоптала теплыми ботинками дорожку к гаражу и со всей силы потянула на себя тяжелые ворота. Села в черную машину машину, которая осталась от отца. И вспоминая уроки Турбо завела ее.

Сцепление, первая передача, отпускаю, жму на газ.

Тихо закрыв дверцу со стороны водительского сидения, я вышла и обошла тачку, открывая багажник. Достала оттуда необходимое. Направилась к цели. Зная четкий план.

Я обошла здание, проделывая задуманное, прокручивая в голове слова мамы и умершего брата.

Открыла дверь и зашла внутрь уже знакомого помещение.
— Я пришла свое забрать,— я громко отозвала пацанов, что сидели в главной «комнате» кафе.
Из нее показался блондин.
— Ух ты, какая смелая,— он хитро поднял брови с мерзкой ухмылкой.
— Отдайте его мне и я уйду,— я не испугалась его.
Он зашел в ту маленькую комнату с диваном, и через миг вернулся с пистолетом в руках.
Алексей медленно подошел ко мне.
— Я патроны достал,— он протянул мне ствол,— чтобы ты нас случайно не убила.
Он гордо улыбнулся, кладя мне его в руки.
Я не искренне подняла ему уголки губ, прищурившись провела взглядом.
Как мы и договорившись я покинула кафе «Снежинку».

Я медленно подняла арматуру, которую притащила из багажника и кинула под двери. Спёрла ее к ручке, блокируя. Тяжелый кусок метала крепко пролез между дверью и самой ручкой.

Я снова обошла здание с другой стороны и открыла коробку на стене. Счетчик.

Воспоминания. Отрывок из 48 главы.
Я пролежала так несколько часов, и от ничего не делая начала рассматривать все вокруг.
Мой взгляд упал на коробку что висела на стене. Это почти единственное кроме дивана, что было в этом помещении. На ней был знак, который запрещал туда лезть.
«Какие то провода наверное, электричество... Блять, и вот чем я занимаюсь?»

Я открыла тот ящик снаружи, что исходя от планировки помещения внутри, был соединен проводами с тем, что находился в маленькой комнате. Замерзающей рукой полезла в карман куртки и достала пачку спичек. В заранее облитый бензином счетчик, как и стены, и немного крыши, куда попала жидкость, я бросила зажженную спичку.

Мелкий огонь повредил провода, которые вспыхнули и пустили цепочку огня по помещению. Представляя как домбытовские учуяли запах горелого и увидели искорки из коробки счетчика внутри и розеток, не поняли в чем дело, я улыбнулась.

Медленно села в машину, припаркованную перед зданием, и заметила как ручка двери немножко движется, но какая же жалость! Они ее не откроют изнутри. Уже никогда.

Кафе запылало красным пламенем. Плотный дым поднимался к темным небесам, затмевая все вокруг, искры летели в разные стороны, в перемешку с каплями снега...

Из двери послышались громкие стуки множества рук, что просили помощи.

В глазах засиял блеск успеха. Уверенная улыбка приподнялась на моих губах, выражая полное превосходство и удовлетворение. Но глаза все также были пустыми.

Я достала сигарету и дернула спичку об коробок, что в момент вспыхнула как и мои враги. Я выкинула ее через окно и затянулась. Сцепление, первая передача, отпускаю, жму на газ. Быстро рванула, чтобы не быть замеченной кем то, оставляя пылающий вид из заднего окна машины за спиной.