Мой новый герой | Турбо

Внутри что то сжалось от его слов. Словно пронзительная боль, которую ты не можешь перебить чем то другим. Все его мысли я пропустила через себя, оставляя в памяти.

Мы молча слушали дедушку с жалостью и каждый связывая его речь со своими переживаниями. Я ласково улыбалась, поглаживая теплыми руками светловолосого малыша, который уютно устроился у нее на коленях.

Длинные лучи солнца играли в его светлых волосах, создавая мягкую ауру вокруг его личика. В моих глазах отражалась нежность, словно я нашла в этом моменте весь мир в маленьком человечке, сидящем рядом.

— Берегите друг друга,— старик тихо произнес,— это самое дорогое что у вас есть.

Я словила на себе взгляд сидящего на против Турбо, что наблюдал за мной с мальчиком, он будто думал об чем то, всматриваясь в меня. Я ответила ему ласковой улыбкой, ощущая большое желание крепко обнять его.

Мы с любовью и какой то тоской в глазах пересмотрелись между собой, допивая чай.

— Маш, ты это..— Катя подняла на меня жалостливый виноватый взгляд,— ты прости что я там немного гадостей наговорила...

— И ты меня прости, я не должна была тебя оставлять.— я взяла ее руку через стол.

— И Маратик твой не дебил, я просто на эмоциях была.

— Всмысле?—парень поднял на блондинку хмурый взгляд.

— И Вахит тоже очень хороший на самом деле.— я улыбнулась.

— Э,— лысый тоже немного не понял.

Я приобрела за плечо братика и мы тихо рассмеялись.

Валера резко стал с места, будто вспомнил что то, и из куртки достал кошелек.

— Вот,— он протянул мужчине деньги,— спасибо вам.

— Вам спасибо, мне тут вообще не с кем поговорить,— он грустно вздохнул,— а это вы мне и помогли и даже с Мишкой поигрались,— он нежно посмотрел на сидящего у меня на руках мальчишку. — Знаете, мне здесь даже негде их тратить,— взяв деньги продолжал дедушка,— я собираю по немного внуку на учебу, чтоб он с этой дыры выбрался и жил как нормальный человек.

— Не сомневайтесь, ваш мальчик чудесный! И тем более с таким дедушкой вырастит светлым человеком,— я подтвердила слова старика, обнимая ребенка.

— Было очень приятно, — Марат бросил взгляд на наручные часы,— нам уже наверное пора идти. Подскажите как?

— Да че тут, одна дорога, по ней идете, пройдете где то две деревни, ну вы там за табличками следите и третья должна быть как раз Гурьевка.

Мы немного помогли убрать со стола завтрак, о чем то болтая и уже взяв вещи, оделись. Пацаны по очереди пожали дедушке руку и направились на выход, а меня остановила маленькая ладошка, что коснулась моей.

— А ты еще приедешь?— горящие серые глазки как будто заглядывали в душу.

— Обязательно!— я искренне улыбнулась мальчику, хотя не была уверена в своем ответе, все же не хотела его расстраивать.

Я поцеловала его в голову и попрощавшись с дедушкой направилась к ребятам по заснеженной тропинке.

Мы направились в сторону полей, оставляя за спиной тот дремучий темный, зимний лес. Спящее весеннее солнце ярко сверкало отбиваясь от пушистого снега под ногами.

— Даже немного стыдно перед дедулей,— идущая спереди блондинка, окутана белым платком сказала,— мы его так боялись, а он безобидный такой... бедный.— нам было искренне жаль его за такую тяжелую судьбу.

— И мальчика жалко пиздец, сирота с дедом каликой.— поддержал Вахит, идущий с ней за руку.

Я летала в своих мыслях, ведь вот вот встречусь со своими родными и наконец то узнаю почему они никогда не появлялись раньше в моей жизни.

Ко мне подошел Андрей, что имел немного сзади с Маратом.

— Слушай, а это твоей мамы родители, или как? — он с интересом спросил,— Марат просто за столом сказал что это ваши бабушка и дедушка?

— Это родители моей мамы и покойной мамы Вовы. Маратка с ними кровью никак не связан, но мы не делимся родственниками. — я объяснила парню.

Он кивнул в знак понимая и продолжал идти рядом.

— Хорошо что вы поехали, столько приключений случилось,— я подняла глаза на высоко светлого пацана.

— Мы бы тебя же одну не пустили,— он улыбнулся мне и задумался,— ты солгала когда отвечала на вопрос о самом ярком воспоминании?

Я немного растерялась от его прямолинейности.

— Не солгала,— я серьезным тоном ответила.

— Маш, ну мне же честно можно сказать,— его синие глазки сверкнули на меня с хитрой улыбкой.

Я рассмеялась и ударила легонько его в плечо, смущаясь. Мне было приятно общаться с ним, ведь он был всегда спокойным и теплым по ко мне.

Нашу милую беседу заметил Турбо и воткнулся между нас, обнимая обеими руками за плечи меня и Пальто.

— О чем болтаете, ребятки?— он пытался не показывать ревность.

— О погоде,— я сказала первое что пришло в голову.

— Мг, — он взглянул на друга, — понятно.

— А нам долго еще идти?— послышался звонкий голос подруги.

— Я думаю к следующей деревни еще где то час,— немного сомневаясь ответил пацан в синей куртке, прикуривая сигарету.

—О, даш мне одну,— я обратилась к брату.

Он не успел снова достать пачку как Валера уже протянул мне сигарету.

— А ты уже не против? — я хитро подняла на него глаза.

— Против конечно, но кури пока даю.

Мы продолжили наш длинный путь поя песни и болтая обо всем.

— И снова седая ночь!— орал на все горло Маратик.

— И только ей доверяю я!— Катя продолжила.

— Знаете я так задумалась,— я начала говорить ребятам, что шли рядом,— ведь правда, война за территорию это как же бессмысленно.. Война за признание кем то..— я задумалась,— вот вы же тоже самое делаете. Улица на улицу. Постоянные побоища, кровь, жестокость.

Андрей и Валера взглянули на меня, а спереди доносились песни Марата, Кати а Зимы.

— Мы за понятия стоим.— кратко ответил Турбо.

— Универсам просто так никого не трогает. Если с нами неправильно поступили, то мы отомстим.— серьезно поддержал пацана Пальто.

— И моего папу убили мстя за что то?— последовал мой вопрос.

Парни не знали что ответить.

— В мире есть много тварей.

Я больше не хотела продолжать этот разговор и мы присоединились к остальным ребят, следуя по тропинке. Прошли одну деревню, вторую, и после, казалось, тысячи остановок, что мы делали по пути, мы остановились перед деревянной табличкой на столбе в земле: «Гурьевка».

Маленькая деревня спряталась под пушистым одеялом снега, будто сонный ландшафт зимы обнял каждый дом и улочку. Дым из труб домов грел морозный воздух. Мы, окутанные шарфами и шапками, следовали по узким улочкам, в поисках дома, где нас тепло встретят.

—Ну тут уже хоть людей побольше.— исследуя улицу сказал Андрей

— Номер дома то какой? — Марат подбежал ко мне по ближе.

— Не знаю, не указано было.

— Эу! Женщина!— брат громко отозвал какую то старушку что шла недалеко от нас.

Она остановилась и он отозвал нас рукой—следовать за ним.

Она была тепло закутана в старую фуфайку, а голова обмотана темным вязаным платком. Ее лицо было в глубоких морщинах, а карие томные глаза передавали годы, которые она прожила.

— А вы не знаете где тут живут Латифовы? — парень в синей куртке запыхался немного.

Женщина уставилась на нас, ожидающих ответа.

— Я Латифова. Зачем вам? — она не поняла нашего визита.

Мои глаза наполнились восхищением и любовью, будто я нашла долгожданный ответ на загадку своего собственного прошлого. В моем сердце вспыхнул теплый свет воспоминаний, несмотря на то, что я видела ее впервые.

— Я Маша, дочь Оли..— я подалась вперед к ней, радостно разглядывая родственницу.

Она открыла рот от услышанного и сделала большие глаза, что в миг набрались слезами.

Она провела нас в большой, просторный но старый дом. Он был светлым снаружи, небольшие окна окружали весь его периметр, по небольшым ступенькам мы поднялись на порог и старушка открыла тяжелую дверь. Зайдя внутрь в нос бросился приятный запах выпечки, огня с камина и домашнего уюта, которого я давно не ощущала. Почти все было в дереве, что придавало еще больше ощущение мягкости и тепла. За коридором нас встретила лестница на второй этаж, а под ними сладко спал черный котенок, укутавшийся в плед.

Ребята удобно уселись на большом диване, а я с бабушкой взялась накрыть стол. В светлой кухне мы делали чай, но я не сводила глаз с нее, пытаясь изучить.

— Как вас зовут? — я вежливо спросила у нее, нарезая хлеб.

— Антонина,— она мягко улыбнулась мне,— для тебя - бабушка Тоня.

Я не хотела еще затрагивать тему ее отсутствия в моей жизни.. И меня итак было к ней много вопросов.

— А где дедушка Владимир?

Я знала его имя, только от маминого отчества.

— Его нет больше с нами,— она тяжело вздохнула,— покоится с миром.

Я немного загрустила, ведь хотела бы увидеть его, но видно не судьба. Не сильно расстроилась, ведь даже не знала его.

— Вы останетесь у меня? Я рада гостям,— она развивала чай по кружкам.

— Конечно, на денек- второй, хотелось бы узнать большего про вас,— я мило ответила старушке.

Мы накрыли стол и набросились на еду, ведь уже очень успели проголодаться с дороги.

— Почему вы от нас скрывали что вы вообще существуете?— Марат как всегда был прямолинейным.

— От вас?— она не поняла предъяви от мальчика.

— Я младший брат Вовы, внука вашего.

По старым щекам бабушки снова покорились слезы, которые она не была в праве контролировать.

— Мы с вашим дедушкой всегда старались как лучше для дочек. Олечка и Света, две красавицы наши.— она сквозь слезы улыбнулась, вспоминая об родных,— Володе работу в Казани предложили, вот мы этот дом как дачу оставили, а сами уехали. Наши девочки росли, одна краше второй. Всегда уберечь их пытались. Но младшая— Оля, мама твоя,— она указала на меня,— связалась с каким то дворовым. Ей же такое будущее было написано, но нет. Постоянно убегала с дому, с тем Сережей ходила. Ей на все плевать было только эта любовная пелена перед глазами. А вот наша Светочка, это наша гордость, умная, образованая, с головой на плечах. Замуж вышла за чудесного парня, и вскоре Вовку родила, — она снова улыбнулась говоря о внуке,— самый милый ребенок, весь в свою маму пошел. А Оля, убежала с дому и замуж вышла за папу твоего. Отец ее в ярости был, домой больше не пускал и не признавал ее как дочь. А Света сестру поддерживала, она за нее стала и всегда защищала. Как дедушка твой говорил: «она плюнула нам в лицо, начав с тем бандитом лазить. Он же вор вором! А мы интеллигентная семья.» Мужу моему стало стыдно в глаза людям смотреть из-за нее, не так нас воспитывали... Мы хотели попрощаться с Вовкой внуком и с дочкой Светой, но она выгнала нас, после того как отец вылил всю грязь и сказал все что он думает об Оле. Он проклинал ее ужасными словами, ведь был человеком строгим и злым... И мы уехали, оставив их там со своими семьями. Никаких контактов у нас с ними нет... — она вытерла слезы поднимая глаза на меня.

У меня был комок в горле и шок от всего услышанного.

— Из-за деда, который не иметь понятия что такое любовь вы навсегда оставили родных детей?!— Меня переполняли эмоции и я разрыдалась.— Мой отец был светлым человеком, чем бы он не занимался на улице, он хотя бы никогда не бросал меня! Вы должны были поддержать дочь, несмотря на то что скажут люди!

— Мама Вовы... Света. Умерла она давно.— Марат неуверенно сказал бабушке. Она схватилась за сердце и упала с громким звуком со стула на пол.