Мой новый герой | Турбо

Я протерла глаза и приподнялась на локти.

—Стоп, как нету?— я нахмурила брови

— Да вот так, блять, их просто нету,— подруга была в ужасе,— ни вещей, ни обуви.

Я немного задумалась.

— Может они просто поссать пошли?

— Я через окно смотрела на задний двор, их там нету!— блондинка почти заплакала.

— Тихо, успокойся, они никуда не могли деться..

— Их точно убил тот маньяк.— она взялась за голову от паники.

Я и сама пиздец как боялась за них и не знала что делать, но пыталась не показывать это итак напуганной Кате.

— Вставай,— я поднялась с дивана и сняла наши куртки со крючков на стене,— идем их искать.

— Там же темно, как мы сами то...— она безнадежно искала ответы в моих глазах.

Мы накинули верхнюю одежду и обернулись к дверям на выход, как послышался скрип пола, позади нас.

— А вы куда собрались?

Это был голос того старика.

— Вы уверенны что это хорошая идея?— идя по заснеженной тропинке спрашивал сонный Андрей.

Впереди него, вдоль леса, но недалеко отходя от того дома неуверенно шли пацаны.

— А что, блять, с тем психом оставаться? Мне там не по себе как то,— сказал парень в синей куртке.

— Вот это деревушка...— осматривая территорию заметил Валера,— шесть домов, и глухой лес вокруг. Мы уже 3 участка обошли и нигде даже машины нормальной нету. Ребята продолжи к последнему темному старому дому, за которым стояла..

— Тачка! Наконец то!— вскрикнул от радости Маратик.

— Молчи, дебил,— его заткнул Турбо, который присматривался к окнам дома, чтобы убедиться что хозяева машины крепко спят.

— Че то я ссыкую немного, — прошептал лысый.— тут так тихо, что даже один шорох будет казаться громким.

— Я думаю все нормально будет,— поднял брови Марат,сложив руки как у динозаврика,— но слово пацана не даю.

Андрей тихо рассмеялся с друга.

— Ээ...— я несколько секунд боялась оборачиваться к тому деду, но тяжело вздохнув все таки обратилась к нему,— мы в туалет хотим.

Он стоял в одной руке держа свечу, и в недоумении переводил глаза с меня на подругу.

— А ребята где? — он тихим грубым голосом спросил

— Это вы нам скажите.— Катя скрестила руки на груди.

— Мне откуда знать, я на кухню иду воды попить.— он поднял плечи и реально направился за водой.

Я резко открыла дверь и мы выбежали на улицу. Домики, словно тенеты, мерцали призрачным светом, создавая жуткую картину в бескрайнем поле снега. Отдаленные шорохи ветвей звучали как тяжелые шаги чего-то неведомого, а каждое мерцание света свечей в окнах создавало ощущение, что в каждом доме прячутся мрачные секреты. Звезды на небесах, скрытые мраком, казались зловещими. В этот ужасный вечер, время застыло в моменте, словно ожидая пробуждения чего-то неопределенного и зловещего.

— Это пиздец какой то!— подруга была уже не в себе,— зачем я с тобой поехала, дурочка.

— Я тебя и не просила.— я грубо ответила той, тоже будучи раздраженной от всего произошедшего.

— Если бы не твой брат дебил, мы бы нормально доехали.— она не останавливаясь но нашего пути подальше от того дома сказала.

— А ниче что твой Вахитка тоже участвовал в той краже? — я разозлилась, ведь кто она такая чтобы обижать моего Маратку.

— А ты за своим лучше следи, — она начала все больше раздувать ссору,— если бы он тебе с самого начала не лгал, может бы всего этого и не было.

Я замолчала ведь она ударила по больному.

— Иди сама ищи, блять, а я пойду в другую сторону.— я не хотела больше видеть ее белобрысую рожу.

Я обернулась от нее и направилась в сторону дальних домов. По небольшой тропинке я заметила множество следов и прошла за ними. За каким то сараем мне открылся вид на задний двор последнего здания, где стояли ребята.

— Вот вы где!

Я подбежала к ним и крепко обняла младшего брата, что стоял ближе ко мне.

— Я уже успела подумать что тот дед убил вас.— я рассмеялась от своей паранойи.

— Только тихо, не шуми,— Андрей показал мне рукой на их цель, на старую темно-синюю машину «копейку».

— Вы ее угнать хотите? — я немного растерянно спросила у друзей, выдыхая пар от мороза.

Турбо кивнул в знак согласия и начал аккуратно пробовать перелезть забор, за ним и Пальто.

— А Катя где?— не отвлекаясь от слежки, спросил лысый, что уже дрожал от холода.

— В ту сторону вроде пошла,— я указала пальцем,— мы поссорились немного.

Он повернул на меня полные злости глаза.

— Ссора, нахуй? Ну и че из-за этого надо ее одну оставлять ночью в непонятном лесу?— он был в ярости но не кричал на меня.

Парни уже перелезли забор и начали взламывать дверки тачки, но нас прервал громкий и писклявый крик.

— Аааа!

В окне дома, во дворе которого мы пытались угнать машину кто то зажжел свечу. Пацаны бросились бежать оттуда и мы все рванули в сторону крика.

— Если это Катя, не обижайся, но тебе пизда.— не останавливаясь угрожал мне Вахит.

Мы, преследуемые шорохами мрака, бежали через заметенные тропы, отражая свои испуганные лица. Дыхание затаилось, а в голове царила паника и я только молилась что бы этот крик не оказался моей подруги.

— Сюда!— нас отозвал Зима, стоявший между лесом и домом того старика, у которого мы остановились.

Мы подбежали к нему и остановились пытаясь отдышатся. В нескольки шагах от меня была глубока яма... в которой и лежала Катя.

— Пиздец, ты нас так напугала!— Марат был в ахуе от всего.

— Достаньте меня быстрее!— она была не менее напугана.

Я с какой то винной жалостливо посмотрела на подругу стоя над ней. Валера и Вахит бросились к яме, максимально опустив руки вниз, чтобы девушка могла схватиться, и спустя пару рывков она оказалась уже на поверхности. Я, подбежав к ней, упала на колени, крепко обнимая блондинку.

— Прости, прости, прости,— мне стало страшно за нее и одновременно стыдно что я оставила ее одну.

— Хорошо, что все не так плохо как могло быть,— отряхивая одежду от снега сказал Пальто.

Мы смотря друг на друга рассмеялись, ведь этот весь пиздец уже казался комичным.

— Вы че, блять, там делаете?— стоя на пороге своего дома на нас закричал старик.

— Я тут в яму упала! — в ответ крикнула девочка.

— А зачем там шастать? Это ловушка для кабанов.— он стоял в недоумении.

Мы смирно зашли назад в дом, ведь другого выхода уже не было.

— Ложитесь спать, вам еще силы нужны, а вы какой то херней занимаетесь среди ночи,— дед закрыл за нами дверь и ушел в свою спальню.

Мы послушно снова сняли верхнюю одежду и уложились по местам.

— Я в ахуе..— прокручивая все в голове тихо сказал Зима.

— Я че то пописать хочу,— неуверенно сквозь зубы произнес младший брат.

— Сука, — тяжело вздохнул кудрявый,—Хоть под себя ссы, мы никуда больше не пойдем.

Ранее весеннее утро окутало маленькую деревушку в своем невесомом покрывале. Крыши домов, усыпанные снегом, сияли в лучах восходящего солнца. Дым из трубок восходил в небо. Из окна эта глушь уже не казалось такой страшной, как в книгах ужасов, а милой, домашней и спокойной.

— Она так мило спит..— Меня разбудил звонкий детский голосок. Мальчик стоял надо мной, разглядывая.

— И не говори,— сказал родной голос.

Я приподнялась на локти, поправляя запутанные волосы.

— Доброе утро, Валер,— я мило улыбнулась парню, который носил из кухни уже приготовленный завтрак для нас и ребят на стол.

— Ты так долго спишь, а я уже играть хочу,— ко мне на диван сел Мишка. Его горящие большие серые глазки смотрели с надеждой на меня.

— Пусть она еще раздуплится,— кудрявый поставил на стол чай,— а ты иди принеси игрушки, сейчас я с тобой поиграю,— он ласково, с шуткой, потер голову мальчишки, делая ему смешную прическу.

Тот радостно побежал.

— А где все? — я села, милуясь сонным Турбо.

— Вахит и Катя по воду пошли, а Маратка, Андрей и дед пошли дрова собирать. —он объяснил, проводя своей ладонью по моей руке.— Я уже соскучился по тебе, ты вроде рядом, но как то отстраненно.

— Голова немного другим забита.

Он не отводя взгляда от моих губ наклонился ближе но я оттолкнула его.

— Я еще зубы не чистила, романтик. — я рукой отодвинула его грудь от меня и рассмеялась.

— Ну ты и сука немного.— он прищурил глаза всматриваясь в меня.

Я игриво улыбнулась и направилась к раковине на кухне. Мальчик притащил все что у него было с игрушек в гостиную и они начали играться. Я уже умывшись, стоя у стены наблюдала за ними. Какой же все таки злой и большой пацан может быть мягким и добрым с правильными людьми. Они оба искренне смеялись и придумывали свои сюжеты игры.

— Маша! Иди к нам!— Меня заметил Миша и потащил к ним на ковер.

Мы создали свой маленький уголок волшебства, в котором играли вместе, словно строя наш собственный мир. Смех и радость звучали в воздухе, а фантазии рисовали картину будущего, где каждое веселое мгновение было кирпичиком в нашем воображаемом совместным будущем. С каждым шутливым моментом мы погружались в волшебство момента, где чужой ребенок становился как будто символом наше общего пути, полного любви и заботы. Меня немного напугали эти мысли, ведь я никогда не задумывалась об своей семье. Но в этом мгновении все казалось таким родным.. таким как и должно быть.

— А ты бы хотела мальчика или девочку?— спросил Валера, подняв на меня нежный взгляд.

«Блять, он о том же думал?»

— Мне без разницы, еще рано такое обсуждать,— мне казалось немного странным на серьезе говорить об этом.

— А я бы мечтал об девочке,— он задумался и улыбнулся,— ну сперва.

Я рассмеялась, слушая его мечты. По моей груди разлилось тепло от услышанного и от того что тот злой, большой и агрессивный пацан, оказывается, внутри очень мягкий и семейный.

— Вот чтобы она такая нежная была, красавица такая,— он тепло описывал,— чтоб такая была вся в маму.

Я очень покраснела от услышанного, ведь не привыкла об таком думать и более того обсуждать это с Валерой.

— Оба, вы уже успели ребенка забабахать и родить пока нас не было?— послышался издевательский голос младшего брата. Мы обернулись и в дверях стояли ребята с дедушкой и дровами в руках.

— А вам идет,— кинула ухмылку и светловолосая подруга, что зашла с Зимой сразу за теми тремя.

— Оо,— потер замершие руки Зима,— и завтрак на столе! Идеальная семья. Зовите нас почаще в гости.— он подмигнул кудрявому, и начал снимать куртку.

Мы начали болтать обо всем, садясь за скромный стол. Мы что то бурно обсуждали и к нам подсел дедушка с внуком.

— А что ж вы, ребятки, в такую глушь приехали? — попивая чай спросил старик.

— К бабушке и дедушки ехали, — жуя хлеб ответил Маратик,— к нашим с Машей,— он уточнил указав пальцем на меня.

— И как вы все таки сюда забрели?

— Обстоятельства так сложились,— поднял плечи Вахитка.

— Я их вообще ни разу не видела...— я почему то решила сказать это дедушке.

— Повезло, что хоть сейчас увидишь. — он сделал паузу.— я ветеран Второй Мировой войны, — он устало вздохнул, его взгляд был утоплен в далеких воспоминаниях. — Было время, когда я носил мундир и мечтал о победе. Сейчас, годы спустя, вижу, как песок времени сыпется между пальцами. В бурю сражений я потерял друзей, половину тела, любовь, годы, но еще больше — себя. Вернулся я домой, но часть меня осталась на тех землях.

Он закрыл глаза, словно пытаясь вернуться в те годы.

— Семья... ах, семья. В мечтах я видел встречу с сыном, смех и тепло домашнего очага. Но судьба развела нас, словно игрушечных солдат в детской коробке. Смотрю в старые фотографии — улыбки там, но они теперь как тени в моей душе.

В его глазах мелькала грусть, и он продолжал, шепча слова, как будто разговаривая с самим собой.

—Тоска за тем, что было, и за тем, что могло быть, словно ледяная рука, сжимает мое сердце. Я стал свидетелем времени, которое уносит все с собой. И вот я здесь, один с своими воспоминаниями, стремясь понять, где потерялись те счастливые годы. И за чем все эти войны? Я боролся сам не знаю за что.. я сейчас живу в полу развалено доме где меня никто кроме сироты внука не ждет. Я за власть боролся? Мне нахуй не нужна эта гнилая власть. Эти жирные рожи, которым все мало, которые хотят вырастить в стране ничего кроме пушечного мяса.. За что миллионы проливают и по сей день кровь?!

Я пыталась сдержать слезы от его слов.

— Я хотел сына вырастить с женой в мире без войны. Мы купили этот дом, мы мечтали как по нем будут бегать дети.. И когда родился мой единственный сын, меня забрали умирать на фронт. Я не видел его первых шагов, первых слов, у меня отобрали это счастье. Жена умерла спустя шесть лет после рождения сына от рака, ей даже лечение эта блядская власть не дала. Я сына сам вырастил... и он такой красивый стройный был, сильный. Умер в Афганистане. Оставив внука — Мишеньку. Война... — его голос прерывался, словно теряется в собственных раздумьях. — Этот кошмар... нечто, что трудно описать словами. Я видел, как цветы поля превращались в могилы, как светлые глаза молодых парней затухали во мраке войны. Все, ради чего мы сражались, казалось бессмысленным. Мы платили слишком высокую цену за этот бескрайний ад. Смерть, разрушение, потеря... слова, что становятся облаком над душой. И каждая победа, как будто тень возвышения, навсегда окрашена темными оттенками потерь.

Ветеран вдохнул глубоко, словно пытаясь уйти от боли воспоминаний.

—Война лишает нас гуманизма. Смотря в глаза ужасу, ты начинаешь понимать, что цена этой цивилизации — слишком высока. Бессмысленность этой кровавой бури становится открытой раной в сердце мира.

Он закрыл глаза, словно пытаясь изгнать призраки прошлого.

—Война... в ней нет победителей, только потери. Это таинственное искусство разрушения, что оставляет лишь пустоту и тень, в которой утрачивается смысл жизни.