Одно желание

Если твои чувства были искренними, уничтожь их...

Приземлившись на мягкое сиденье в салоне, я почувствовала моментальное напряжение, которое возрастало, когда я смотрела на Ребекку. Вся атмосфера в машине просто кричала о том, что здесь было некомфортно. Будто вся непонятная мне боль Ребекки впиталась в воздух салона машины и давила на горло, к которому я неумышленно прикоснулась, будто от этого бы полегчало.

Я старалась держать каменное лицо, но просто не могла не посмотреть на Ребекку, взгляд которой даже пугал меня, пробирал до мурашек, которые так редко посещали меня, что я почувствовала незнакомое мне чувство страха. Ее стеклянные глаза блестели от недавних слез, губы расползались в еле заметной ухмылке, а руки сжимали руль, будто это было горло Джозефа, которого она так презирала.

- Ну, - потребовала я, - рассказывай.

Я поерзала на сиденье, совсем не понимая этого, потому что какое-то противное чувство давило на меня, словно камень, лежащий на мои плечах, из-за которого не могла легко вздохнуть. На мою грудную клетку будто положили огромный слиток железа, который не позволял даже привстать. И, казалось, еще чуть-чуть и я задохнусь.

И ответом на мой вопрос Ребекка вставила ключ зажигания и завела машину, из-за чего включилось радио, звук которого та сделала на минимум.

Я моментально напряглась, вжав ногти в черное кресло и прижавшись спиной к пассажирскому креслу. Я почувствовала сладкий запах ликования Ребекки и мой приторный - страха.

Не успела я вновь открыть рот, как машина дернулась.

- Куда ты меня везешь? – возмутилась я, сильней вжавшись в сиденье, будто машина двигалась с огромной скоростью, хотя она была не быстрей Виолет, которая выходила на пробежку каждый день.

- Не в лес, - ухмыльнулась Ребекка. – Просто нам нужно другое место, чтобы поговорить об этом, Эмили, - угрожающе произнесла она, будто я уже выбегала из салона на ходу.

Но нет, я сидела и помалкивала, потому что любопытство было слишком сильным. Я хотела наконец узнать об их прошлом, о секрете, который Джозеф так отчаянно скрывал, будто от этого зависел весь мир. К тому же я была уверена, что все они раздували из мухи слона.

Я пыталась не смотреть на дорогу, чтобы не понять, куда везла меня эта девушка. Я не хотела любоваться видами, потому что не могла смешивать чувства к Джозефу и вид девственной природы. Если бы я так делала, то разлюбила бы все пейзажи мира. А я не хотела, чтобы Джозеф испортил и это...

Я думала о нем: мечтала о его прикосновениях, хотя и понимала, что они обжигали мою кожу, оставляя следы и причиняя боль; представляла его поцелуи на мне, от которых я впадала в приятный транс, будто летая и не чувствуя своего физического тела, - это все было таким сладким для меня, но сейчас отдавало горчинкой, потому что было уже нереальностью.

Я не готова была принять тот факт, что он врал мне, скрывал все, что было связано с Ребеккой. Я не могла жить и знать, что Джозеф что-то таил. Что он не хотел рассказывать мне, потому что, по его мнению, я поменяю отношение к нему. Если это так, то именно поэтому я должна была знать правду, может, и жестокою, но зато я не буду сомневаться в Джозефе или, наоборот, буду уверена, что не готова быть с ним.

Боже, он хранил столько тайн, что мне казалось, будто он научился разговаривать всего несколько лет назад.

- Тебе известно, - вдруг раздался холодный голос Ребекки, отчего я дернулась, - что у нас были... необычные отношения? – Это был вопрос, но прозвучало как утверждение.

Я неуверенно кивнула, не поняв, к чему клонила русоволосая.

Она ухмыльнулась и продолжила:

- У нас были сильные чувства, - мечтательно произнесла она. – Я его сильно любила, хоть и не верила, что он любил меня. Все говорили, что Джозеф просто неспособен на любовь, что он играет мной, а я не верила этому. Хоть все эти слухи и были слухами, я все равно потом пожалела, что привязалась к нему. - Она искренне посмотрела на меня, будто молила о том, чтобы я не совершила ее же ошибку. – Он развлекался, гулял, пил, но все равно возвращался ко мне. А еще эта игра...

Я неосознанно скорчила гримасу, которую увидела Ребекка и повторила, прибавив хмуро поднятые брови.

- И зачем ты мне это рассказываешь? – спросила я, почувствовав предательский укол ревности.

- Чтобы ты поняла, насколько серьезны были и наши отношения, но даже они канули в Лету, дорогая. Я думала, это навсегда, наивно надеялась, что буду с ним до конца жизни.

Я отвернулась от нее, потому что совсем недавно в моей голове были такие же мысли. Я абсолютно так же хотела быть с Джозефом, хотя понимала, что делать такие поспешные выводы было рано. Но меня это не останавливало. А теперь мне казалось, что Джозеф в прошлом, хоть я все равно отбрасывала эти мысли, потому что не хотела отпускать.

- Нельзя же всех людей под одну струнку ставить, - буркнула я, отчего Ребекка искренне расхохоталась.

Я недоуменно перевела взгляд, но, открыв рот, чтобы возразить, сразу же закрыла его, потому что машина остановилась на той самой обочине.

Она привезла меня в то самое место, где я находила спокойствие и утешение. Место, которое еще не было опорочено. И оно было единственным местом, где я чувствовала себя с Джозефом максимально комфортно, - в любых других места я почему-то вспоминала о его секретах.

- Зачем ты привезла нас сюда? – чуть ли не крича, спросила я.

- Разве не сюда вы ходите с Джозефом? – спросила Ребекка, после чего вышла из машины. – Я думала, тебе понравится.

Я не знала, какие замыслы были у этой коварной девицы, но я точно знала, что должна была играть по ее правилам. Что у меня не было пути назад, потому что иначе бы я ушла с пустым корытом, так и не узнав то, что скрывал Джозеф.

Но теперь я знала, что, если до этого прекрасное место не было порочным, то теперь его осквернят точно. Но все бывает в первый раз...

- Выходи давай! – крикнула Ребекка, больше не в силах ждать, когда я приду в себя.

И я будто в трансе вышла и машины, пытаясь связано думать и твердо стоять на ногах, навострив уши.

К счастью, дождь закончился, хотя трава была сырой, но Ребекка не чувствовала этого благодаря высоким сапогам, а мои ноги в кроссовках были уже насквозь сырыми. Погода была все еще пасмурной: тучи были такими серыми, почти черными, будто небо засасывала черная дыра. Я была уверена, еще чуть-чуть и грянет сильный ливень, поэтому надо было поторапливаться.

Шагая вперед, я чувствовала, как к рукам прикасались сырые ромашки, которые теперь мне казались не такими белыми, словно мое ожидание ужасной тайны Джозефа оскверняло все вокруг. Трава казалась кислотно-зеленой, отчего редело в глазах. Я не могла отпустить все мысли и просто успокоиться, потому что передо мной шла Ребекка, виляя бедрами, будто на показе. Она была живым напоминанием Джозефа. И это место мне напоминало о нем... Теперь я просто не могла не думать об этом.

И в один момент я осознала, что это другая сторона этого места, «нашего места». Если раньше я видела небо ясно-голубым, а поле ромашек умиротворяющим, то теперь мне казалось, будто они потеряли свои силы. Я больше не хотела любоваться ими, - в моих мыслях были только Джозеф и Ребекка.

Мы остановились на том же месте, где я в первый раз ощутила Джозефа так близко.

Лес впереди теперь казался таким мрачным, что я перевела взгляд на темное, угрожающее небо.

- Я так же, как и ты, любила это место. Мы тоже с Джозефом проводили много времени здесь, - начала Ребекка.

- Не сравнивай меня с собой, - угрюмо ответила я, на что Ребекка, даже не посмотрев на меня, ответила своей знаменитой ухмылкой, которая была на ее безразличном лице.

- Я была окрылена этими отношениями, не видя ничего вокруг. И это ужасно, Эмили, - серьезно произнесла она, холодно окинув меня взглядом. – С Джозефом надо смотреть в оба, замечая каждого, потому что любой может подложить свинью.

- Но разве это нужно делать только в отношениях с Джозефом? Я думала, что всегда надо смотреть в оба, - отметила я, неосознанно заправив локон за ухо.

- Конечно, но с Джозефом забываешься, не так ли?

Я не ответила и просто смотрела куда-то вдаль, прислушиваясь к каждому вздоху Ребекки.

Если честно, я все еще не могла поверить, что стояла в месте, в котором недавно находила утешение, и с человеком, которого ни во что не ставила.

- Почему ты просто не можешь рассказать причину вашего раздора? – не стерпев, спросила я, уже сытая ее описаниями любви к Джозефу.

- Не надейся, что я расскажу тебе. Джозеф сам должен сделать это.

Я сжала кулаки и посмотрела на Ребекку, которая спокойно смотрела на меня, согнув колено.

- Что? – крикнула я. – Тогда что я здесь делаю? – После этих слов я хотела развернуться и уйти, но вспомнила, что приехала сюда на машине Ребекки. Хотя, если честно, я была готова идти пешком, но голос девушки остановил меня:

- Я расскажу тебе суть, Эмили. Как эгоистично он мыслил и что чувствовала я. Поверь, это намного важнее.

- Но как я могу судить, если не знаю самого главного? Может, ты просто обиженка, которая ему мстит. Откуда мне знать?

Ребекка покрутила русый локон на пальце и прошептала, словно гипнотизируя:

- Я не вру, потому что мне незачем. У меня своя жизнь, у него своя. К тому же тебе остается просто послушать, хватит всех судить.

Я недовольно нахмурилась, размышляя, можно ли было верить Ребекке. Но увидев ее безразличный взгляд, я уверилась в том, что ей и вправду незачем было врать, поэтому я сказала:

- Ладно, рассказывай.

Она довольно ухмыльнулась и устремила взгляд куда-то вдаль, начиная:

- Иногда жизнь подсовывает нам подарки, но не все этому «сюрпризу» рады, - произнесла Ребекка, иронически подметив слово. – Кое-что случилось в наших отношениях, поменялось, - неуверенно пояснила та. – И знаешь, я была рада. Моему счастью не было предела, потому что я верила, что это изменение укрепит наши отношения, что я стану ближе к Джозефу. Но какой наивной дурочкой я была! Джозеф не принял это, он прямым текстом меня послал, сказав, чтобы я исправляла то, что натворили мы оба! – Ребекка в одно мгновение стала злой, будто совсем недавно не рассказывала про их окрыляющую любовь с Джозефом. – То, что он был слишком юным, – не аргумент. После все пошло наперекосяк, а наши отношения стали ужасными, - мы будто с цепи сорвались: постоянно кричали друг на друга. Все эти упреки, наезды и неуважение – стало нашим кредом. Мы сами не понимали, насколько упали в грязь... И знаешь, что было, когда я все исправила? Полный крах. Я убила себя, свою душу и самоуважение. И во всем виноват Джозеф! Он даже не извинился, не хотел как-то оправдаться, хотя этому оправдания нет. Он полный козлина, Эмили, и я бы на твоем месте давно уже убежала бы...

Я смотрела на Ребекку, в глазах которой были боль и обида, а на лице была написана злость. Ее стеклянные глаза снова блестели, хотя та так усердно пыталась сдержать слезы. Ее манера крутить локон на пальце показалась мне защитой; будто она хотела скрыть свои чувства.

Но я не знала, верить ли Ребекке, потому что мне не была известна истинная причина. Возможно, в ней говорила обида и злость, но мне все равно было больно осознавать, что Джозеф был не таким хорошим, как мне хотелось думать. Но я уже давно осознала, что этот парень не так прост, как кажется на первый взгляд.

- Все считают его идеалом, крутым парнем, но на самом деле он дерьмо, - выплюнула Ребекка, скрестив руки на груди. – Я как наивная дурочка думала, что изменю его, но кого я обманывала? Только себя... - обидно произнесла Ребекка, не отводя взгляда от своих вызывающих сапог.

Я почувствовала укол обиды от ее слов, потому что, к моему стыду, я думала так же. Я надеялась, что наша любовь заставит его не врать, верить людям, которые его окружают. Что мои искренние чувства к нему разбудят в нем то же самое. Ведь любовь окрыляет, - ради нее можно пойти на что угодно. Но, как оказалось, я была такой же наивной, как и Ребекка, которая лишилась счастья из-за Джозефа.

Я почувствовала холодные капли на лице, - это дождь умывал наши обиды и чувства. Мы молча стояли под потоком легкого дождя, благодаря которому плохие мысли становились воздушными. По коже бегали мурашки, - и это был признак жизни. Благодаря этим ощущениям мы стояли и не падали, не слившись с землей и не погрузившись навеки во тьму. Я широко распахнула глаза, чтобы и вправду не упасть от безысходности. А я так хотела просто уснуть, чтобы видеть прекрасные сны. Просто лежать и ни о чем не думать, расслабляясь под холодными каплями.

Но я должна была стоять, не должна была сдаваться.

- Я все равно спрошу у Джозефа правду, - сквозь душную тишину произнесла я, вытерев большую каплю со щеки.

- Я надеюсь, что он расскажет, - подытожила Ребекка и развернулась, чтобы идти к машине и наконец уехать отсюда, но боковым зрением я увидела, как та резко остановилась.

Я развернула голову, чтобы посмотреть, что же так напрягло Ребекку, и вдали увидела черный «додж», из которого вышел Джозеф.

Он был как смерть среди рая: черный принц проходил сквозь белый рой ромашек, которые не хотели его пропускать. Каждый звук его шагов, которые становились все ближе, отдавался болью в моем сердце, потому что я уже отвыкла видеть его в этом месте. Я так хотела, чтобы белые цветы и вправду помешали Джозефу пройти, но это было невозможно.

- Что ты ей сказала? - обеспокоенно крикнул Джозеф, еще не подойдя к нам.

Ребекка стояла ко мне спиной, поэтому я не могла видеть ее лица, хотя была уверена, что та закатила глаза.

- Не бойся, все самое интересное я предоставила тебе!

Когда Джозеф остановился напротив Ребекки, он гневно оглянул ее и без слов отчитал всеми неприличными словами, которые только были на его уме.

Когда он посмотрел на меня, то его лицо показалось мне таким... Болезненным. Его глаза были такими тусклыми, а губы дрожали, что мне казалось, будто он должен заплакать. Ему тоже было больно смотреть на мое усталое лицо, которое было таким из-за него, - и он прекрасно понимал это. Я пыталась не смотреть на Джозефа, чтобы не утонуть в его чертах лица, чтобы совладать с собой и не дать слабину.

Не было времени на нежности. Я пришла сюда с одной целью.

- Джозеф, расскажи мне, - неуверенно произнесла я, посмотрев ему прямо в глаза, отчего немного опешила.

- Да, - влезла Ребекка, - расскажи ей, хватит дурака валять! Кстати, - обратилась она ко мне, повернувшись, - я пока буду стоять на обочине, потому что уверена, что после ты не захочешь ехать с ним в одной машине. Так что, рассказывай, Джо.

После этого она двинулась к своей машине, но Джозеф ее остановил:

- Ребекка, раз такое дело, давай и ты расскажешь правду!

Девушка невозмутимо посмотрела на Джозефа, закатив глаза.

- Какую правду? - протянула она, посмотрев в небо, будто ей были безразличны эти слова.

Джозеф ухмыльнулся и произнес:

- Признайся, что это был ребенок Пола.