Одно желание

— Ты доволен поездкой?

— Как всякий, кто едет, чтобы от чего-то убежать.

Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Ночь нежна.

Утром я проснулась с первыми ранними лучами солнца, которые ослепили мои глаза. Уже с утра в воздухе витало теплом осенних деньков, которые вскоре должны прекратиться, уступив место дождливым будням.

Когда я открыла сонные глаза, то увидела танцующую под напряженную тишину Виолет, которая наводила на своем бледном личике красоту. Даже когда она подкрашивала губы нежно-розовой помадой, ее рот двигался, напевая какую-то песню, словно она не могла прекратить это делать. Но это получалось у нее очень мило. Благодаря своей внешности даже ругательства из ее уст слышались не так порочно, как, например, из уст какой-нибудь оборванки с дымящейся сигаретой в руках.

- Доброе утро, соня! - сказала Виолет, увидев, как я потерла сонные глаза и потянулась за телефоном, чтобы посмотреть время.

Сначала я испугалась, потому что думала, что времени уже много и я в первый же учебный день опоздаю. Но когда черный экран телефона загорелся, я даже удивилась, что Виолет проснулась так рано.

- Доброе утро, жаворонок! - буркнула я, медленно поднимая корпус и хватаясь за деревянные бортики кровати. - Всего шесть утра, а ты уже на ногах, - с неким недоумением сказала я и удивленно посмотрела на танцующую в спортивной форме подругу. - И почему ты в спортивных штанах?

Виолет посмотрела на меня, словно на дурочку.

- Каждое утро я хожу на пробежку, - объяснила Виолет, закрыв флакон вкусно пахнущих духов. 

Никогда бы не подумала, что Виолет еще и спортом занимается. Не то чтобы она не была похожа на спортивного человека, но смотря на тот беспорядок в ее комнате, никогда не скажешь, что она следит за фигурой. Потому что неряхи - они везде неряхи. Но, видимо, Виолет оказалась редким исключением из правил.

- А ты разве не занимаешься спортом? - прервала мои мысли Виолет.

Я вспомнила, как хотела начать ходить в спортзал - качать мышцы и бегать на беговых дорожках, уверенно смотря вперед, но каждый раз, когда я находила понравившийся мне спортзал, мои родители оповещали меня о том, что вскоре мы переберемся в другой город. И тогда мои планы вновь рушились. Спустя несколько бесполезных попыток я перестала вообще надеяться на то, что задержусь в очередном городе из-за родительского бизнеса хотя бы на триместр, поэтому даже не искала никаких спортзалов. Но когда я все-таки начинала бегать на улице, то сразу же сдавалась. Наверное, потому что в спортзале всегда витало силой волей, которой мне часто не хватало, и просто желанием усовершенствоваться. А на улице я могла заметить только усталых после работы людей или бездомных собак в поисках еды. А это никогда не мотивировало меня, поэтому каждый круг вокруг маленькой улицы давался мне с трудом. 

И чтобы не задерживать Виолет, рассказывая нудную и вовсе не интересную историю, я коротко ответила:

- Нет.

- Почему? - раздосадованно проскулила Виолет, завязывая угольно-черные волосы в небрежный хвостик.

- Просто не хочу, - пожала я плечами и плюхнулась на кровать, чтобы уйти от почти презирающего взгляда подруги.

После Виолет взяла бутылку воды, которая стояла на тумбочке, накинула на свое хрупкое плечо голубой рюкзак и со словами "Вернусь через полчаса"  закрыла дверь, и в комнате наступила гробовая тишина, иногда прерывающаяся пением птиц и шелестом листьев, которых тревожил легкий ветерок. Посмотрев в окно, я почувствовала умиротворение, смывающее нежными волнами все тревоги и переживания. Взглянув на небо, испачканное в некоторых местах белоснежными облаками, я закрыла глаза, чтобы послушать ту редкую утреннюю тишину, которую не услышишь в центре города. Хоть это и самый популярный колледж, но расположен он чуть ли не за городом. Именно поэтому здесь ездило мало машин, из-за чего пыль не раздражала слизистые носа,  а дышать было настолько легко, что мне показалось, будто я смогла ощутить аромат росы на зеленой траве.

После возвращения Виолет я начала собираться - скорее с мыслями, нежели класть в портфель учебники и тетради. Как ни крути, я волновалась не меньше маленькой девочки, которая ждала своего подарка на день рождения. Во мне бушевали одновременно и волнение,  и интерес. Все-таки я возлагала на колледж большие надежды, надеясь, что он окажется таким же, как и в моих мечтах - интересным, классным и просто моим. Но по словам уставшей Виолет, колледж этот не отличался ничем, кроме крутых ребятах, которые учились здесь.

Но это мне еще предстояло узнать. И от этого у меня вставал ком в горле, а руки тряслись, словно у наркомана.

                                                                            ***

На удивление Виолет, первые три лекции мне очень даже понравились. Особенно литература, на которой каждый ученик рассказывал о своей любимой книге, которую прочитал летом. Я рассказала о книге Джоджо Мойес "Дарующий звезды", которую прочитала на досуге, когда моя семья переезжала в Сан-Франциско, чтобы благополучно проводить меня во взрослую жизнь и отдать колледжу точно в руки. 

А Виолет рассказала о неизвестной мне русской книге "Герой нашего времени". Она рассказывала о ней с такой искренней радостью и восхищением, что, казалось, она сама написала эту книгу. Ее сильные переживания за Бэлу и Печорина заслужили похвалу преподавателя, который сам удивился, что столь юная леди читает русскую классику. Оказалось, Виолет - книжный червь. Я удивилась этому, потому что на пыльных полках я не заметила ни одну свежую или хотя бы потрепанную книгу. Видимо, она предпочитала электронное чтение.

- Не знаю, почему ты говоришь, что этот колледж ничем не отличается, - недовольно произнесла я, когда мы с Виолет стояли у стенки. - Здесь преподают лучше, чем в школе. По крайней мере, интереснее!

- Не веди себя, как ботан, Эми! - воскликнула подруга, посмотрев куда-то в даль коридора.

- Я не веду себя как...

 Я не успела договорить, потому что увидела, как к Виолет подошел какой-то тип с серьгой в ухе и поцеловал ее. Она страстно ответила на его поцелуй, словно ожидала чего-то большего, но потом прислонилась к нему всем телом, немного поскуливая. Эта парочка выглядела слишком сладко, но в тоже время брутальный вид ее парня придавал им опасность, которая будто говорила о том, что если им помешаешь, то зачерпнешь слишком много проблем. Парень, обнимающий ее, был одет в кожаную черную куртку, под которой была серая футболка. Казалось, что его совсем не деловой вид должен напугать или хотя бы озадачить директоров колледжа, но синие джинсы и белые кроссовки сделали свое дело - благодаря им парень казался не таким угрожающим, словно эти элементы одежды были волшебными.

Потом мой взгляд упал на трех парней, стоящих позади парня в белых кроссовках и хихикающих над парочкой. Все они выглядели так же угрожающе, но в тоже время располагали к себе. 

 Но в один момент парень в голубой рубашке взглянул в мою сторону. Он не отрывал изучающего взгляда от меня: от моих дрожащих губ, слишком часто моргающих глаз, белой футболки, обтягивающей грудь и живот. Он изучал меня, при этом облизывая губы, словно хищник. В один момент мне и вправду показалось, что он хотел наброситься на меня и убить, как беспощадный зверь. Но потом его сероглазый взгляд, отдающий любопытством, остановился на моих глазах. Он словно заглядывал в мою душу, словно видел меня насквозь. От его пристального взгляда мне стало неловко; словно кто-то влез в мою душу и начал копаться там, доставая со дна все самые сокровенные тайны. Не выдержав этого настойчивого взгляда, я посмотрела на Виолет, которая не могла нацеловаться со своим дружком.

Боковым зрением я заметила, как парень в голубой рубашке с каштановыми волосами что-то шепнул парню, стоящего справа от него. На мое удивление, я осмелилась посмотреть в их сторону. И увидела, как парень в черной кожанке с очень странными узорами взглянул на меня и его тонкие губы растянулись в улыбке, а голубые глаза засверкали, словно увидев добычу.

От этого мне стало крайне неловко, поэтому я развернулась всем корпусом к Виолет, разжавшей мертвые объятия и отпустившей парня, который мимолетно мигнул мне и вернулся к своим дружкам. Они постепенно начали уходить; их силуэты растворялись в длинном коридоре колледжа. Лишь парень в голубой рубашке повернулся, и я вновь заметила пристальный взгляд на себе.

- Это тот самый Кристиан, - воодушевленно объяснила Виолет и вздохнула. 

- Кто это такие? - слишком громко спросила я.

Виолет улыбнулась, словно вспоминая своего кавалера. Я заметила, как ее зрачки увеличились после встречи с Кристианом. До него Виолет была какой-то недовольной. А когда она прильнула всем телом к любимому, ее улыбка не сходила с лица, а глаза сверкали, словно бриллиант.

- Это "Благородный клуб".

Я недоуменно посмотрела на Виолет.

- Ну, их так называют здешние. Эта типа их клички, - пожала плечами подруга и двинулась дальше по коридору. 

Я последовала за ней, заинтересованная ее словами.

- Почему "Благородный клуб"?

- Ну, их так называют, потому что они не те придурки, которые держат всех в страхе и бьют каждого ботана. Наоборот, они очень милые. Помогают и защищают всех, кто нуждается  в этом.

- Ведут себя так надменно, словно короли колледжа, - отметила я, вспомнив их похабные улыбки и уверенную походку.

- Ну так и есть. Они для многих являются авторитетом. Кого не спроси - все их любят, Эми. И тебе советую.

Я недовольно фыркнула, совсем не заинтересованная ее словами. Правда, я никогда не слышала, что подобные "клубы" еще существуют. Я думала, что это прошлый век. Но посмотрев на этих парней, гуляющих по школе в кожанке и рубашках, и заметив восхищенные взгляды, обращенные на их особы, я поняла, что это двадцать первый век - и эти парни явно соответствуют ему.

- Кстати, видела, как на тебя глядел Джо? - спросила Виолет, когда мы спускались по лестнице вниз, к выходу во двор, чтобы подышать свежим воздухом, пока не прозвенел звонок.

- Кто?

- Тот парень в голубой рубашке, который стоял впереди всех. Это Джозеф Прэй. Милый, правда? - коварно спросила Виолет, ткнув локтем в мое плечо.

 Я недовольно посмотрела нее, отчего она увела шаловливый взгляд.

- Просто увидели новенькую какую-то, вот и смотрели, - объяснила я, но Виолет лишь улыбнулась, будто не поверив мне.

Выйдя на улицу, я вдохнула свежего воздуха, которого мне не хватало. Он вернул меня к жизни и наполнил ее счастьем, словно плитка шоколада, обеспечивающая эндорфины.

- А этот Джозеф, - начала я, - он что, главный в этом клубе?..

- Именно он создал и клуб, и игру.

Я быстро заморгала, словно меня что-то поразило.

- Что? Игра? Какая игра? - протараторила я.

В глазах Виолет заиграли искры, словно в ее голову пришла гениальная мысль. И этих искр я испугалась.

- Эмили! Ты же ничего не знаешь про нее! - воскликнул Виолет, тряся меня за плечи, словно пытаясь привести в чувства. - Вообщем, - начала Виолет, наконец разжав свои ладони и отпустив мои плечи, - каждый вечер в восемь часов "Благородный клуб" проводит игру. Правила игры установлены самим Джозефом. И эти правила неоспоримы, - сказала подруга и посмотрела в мои глаза так, словно предупреждая, - если нарушишь эти правила, то сильно пожалеешь - отчего мне стало не по себе.

- И что это за правила? - спросила я, в очередной раз заинтригованная делами этого Джозефа и его друзей.

- Нет! Если я тебе расскажу, то будет неинтересно! - воскликнула Виолет и победно улыбнулась.

 Я надула губы, как маленький ребенок. Мне не понравилось, что Виолет не рассказывала мне про правила игры. Зная ее маленькую шаловливую черту характера, я не хотела идти туда. Вдруг в этом месте делают что-то незаконное или неприличное, на что я бы никогда в жизни не пошла. Кто согласится играть в игру, не зная ее правил или хотя бы главной идеи? Никто!

- Не-е-ет! Ни за что! - по слогам произнесла я, отчего Виолет закатила глаза.

- Да ладно тебе! Я обещаю, что там нет ничего такого, что застало бы тебя врасплох. 

- Ну намекни хотя бы, - умоляла я подругу.

- Ну... Возьми удобную одежду, которую не жалко будет испачкать в грязи.

 Я ничего не успела возразить, как прозвенел звонок и подруга встала со словами:

- Сегодня в восемь! Будь готова! 

И я досадно осознала, что теперь мне не отвертеться и придется идти на эту чертову игру, совсем не зная правил.