Глава 22
Я замер, пытаясь понять, о чем только что подумал, и оторвался от губ Эль. Кто бы еще пустил: она потянулась и сама поцеловала меня. Свет... Я прижал ее крепче, но все же отстранился, несмотря на недовольно сузившиеся голубые глаза. Секунда, до Эль дошло, что происходит, и она попыталась испуганно отшатнуться. Меня резануло чужим смущением, и я обнял девушку, давая ей возможность спрятать мгновенно покрасневшие щеки у меня на груди.
— Тише, все хорошо, — хрипло сказал я, едва Эль попыталась вырваться, а потом глубоко вздохнул, призывая себя к спокойствию. Зря я затеял это пари. Стоило подумать о последствиях, и о том, что девушки клана Смерти, кажется, действительно слишком обаятельны. Насчет «обманчиво» пока не уверен... Эль продолжала оглушать меня эмоциями: к смущению примешался страх, а затем и злость.
— Да ладно, — я погладил ее по голове, а она опять попыталась вырваться и вдруг глухо возмутилась:
— «Да ладно»? Ты... Ты обнаглел или как?!
— Или где, или когда, или кто, или с кем, — совершенно не чувствуя раскаяния бездумно парировал я, продолжая брать собственные эмоции под контроль. Втянул когти и даже вернул глазам человеческий вид. Еще раз вздохнул и чуть не зашипел, едва новая волна возмущения резанула по нервам.
— Где твои совесть и благородство?
— Выбросил, хотя благородство, вроде, было где-то в кармане...
— Так достань его! — чуть ли не простонала Эль от отчаяния, а я явно уловил в воздухе растерянность. Эмоции перестали бить наотмашь, я окончательно успокоился и только в этот момент до меня окончательно дошло, что только что произошло. Вот грахх.
— Свет, Эль, прости, — я тут же отодвинулся, держа за плечи, заглянул ей в глаза и попытался усмехнуться, — Не удержался.
— Да чтоб тебя, — дрогнувшим голосом отозвалась она, выпутываясь из моих рук и отвечая мрачным взглядом, — Теперь точно заявляю: я выиграла. Веди уже!
— Неправда, у нас ничья, поэтому желание все еще за мной, — я развернулся и зашагал в нужном направлении. Тему поменяли грубо, но, пожалуй, так лучше... Сзади недовольно засопели, и, несмотря на то, что эмоциональный фон вокруг Эль начал выравниваться, она строго выдала:
— За мной целых три. И не думай, что я их не использую.
— Ладно, — рассеянно отозвался я и замолчал. «Моя...» — крутилось в голове. Внутренняя сущность довольно урчала при этой мысли, а вот разумная часть меня эту характеристику принимать отказывалась.
На мгновение прикрыв глаза, я подавил досаду. Еще вчера ощутил неладное, но не хотел... Да я в общем-то готов был признаться во всем, кроме этого. Привязался? Не настолько, но да. Опекал? Еще как. Желал? Память услужливо подкинула ощущение девичьего тела в руках, холодок ее кожи и вкус эмоций на губах. Вполне. Понимал происходящее? Безусловно. Я встретил свою истинную пару, сомнений не оставалось. Вот только ее придется отпустить...
Мы свернули, выходя в общий коридор, прошли по лестнице, направляясь к моему крылу, и я искоса посмотрел на пристроившуюся рядом Элиссиану. Она, хмурясь, прикусила губу, но не фонтанировала эмоциями, значит, о чем-то усердно размышляет.
Нет, я бы мог пустить в ход все свое обаяние, приправить это магией, и Эль действительно стала бы моей, тем более, из-за ипостаси сейчас с контролем у нее явные проблемы, но... Отец уже четко дал понять: Элиссиана с подругой возвращаются в свой мир. Его аргументы разумны, и я прекрасно понимаю, что это лучше всего, поэтому в том, что увижу Эль еще хоть раз, сильно сомневаюсь. Мы даже не предполагаем пока, будет ли возможность наладить хоть какое-то взаимодействие между мирами. Может, к тому моменту, как что-то установится, и мы снова встретимся, она уже будет замужем...
Я оборвал поток мыслей. «Не ломай девочке жизнь», так отец выразился? Он абсолютно прав. У меня психика крепкая, а вот Эль сердце ранить не хотелось совершенно. Вот только стоило подумать что ее надо отпустить, как внутри поднимались протест и глухая ярость. Если головой я был готов действовать так, как будет лучше, то сердце опускать пару не собиралось.
— Знаешь, что меня особенно радует? — вдруг раздался голосок Элиссианы, и я в ожидании посмотрел на нее, чтобы увидеть, как на ее губах расцветает такая довольная и такая ехидная улыбка... Что я мгновенно почуял подвох.
— Завтра утром, а вероятнее, уже через пару часов, по всему дворцу разлетится слух, о том, что ты уединился с одной юной леди после исфирата, — в ее глазах зажглось торжество и она пропела:
— Ты, кажется, был уверен, что твоей репутации ничто не угрожает? Что ж, мне искренне жаль!
Поверь, это меня сейчас волнует в последнюю очередь. С собой бы разобраться и ошибок не наделать. Все же изобразив осознание неизбежной катастрофы, мрачно глянул на нее, чтобы проследить, как Эль тихо рассмеялась. Ну и отлично. Мы как раз дошли до моей двери, и я уточнил:
— Тебе нужно время переодеться?
— Пока нет, — она отрицательно качнула головой, нахмурилась и сделала шажочек назад, но я, кивнув, открыл дверь и жестом зажег свет, не оставляя ей даже шанса на побег. Прошел дальше, не глядя указав девушке на диванчик, и бросил:
— Показывай ногу.
Да, дорогая, я тоже умею красиво мстить. А теперь покажи мне свою совершенно здоровую ножку. Эль хлопнула ресницами, поморщилась и как-то неопределенно произнесла:
— Вроде бы уже не болит...
— У нас точно ничья? — я хитро прищурился и облокотился о спинку дивана. Эль мгновенно встрепенулась, сверкнула глазами и, сложив руки на груди, объявила:
— Точно, и я собираюсь использовать желания. Для начала ответишь, что там за пропажа.
Я согласно кивнул, позволяя ей продолжить диктовать условия, но она не обратила внимания на мою покорность.
— Второе: мне нужны подробности расследования. А над третьим пока подумаю.
Покивав еще немного ради приличия, я снисходительно улыбнулся, скользнул взглядом по Элиссиане, думая, что делать с этим чудом... Отпустить ее прямо сейчас я точно был не готов, при одной мысли об этом мое самообладание начинало давать трещины. Но и отвечать на вопросы не хотелось. При любви этой белокурой особы к влипанию в неприятности, это может быть чревато последствиями. С другой стороны, я действительно проиграл... Эль продолжала выжидающе на меня смотреть. Завтра она вернется в свой мир. Все, что я скажу ей будет бесполезно, даже если коснется тех руин и странностей, которые происходили еще на их с Далькарией практике. Стоит отцу Элиссианы увидеть изменения в дочери, как она гарантированно окажется заперта в родовом замке до полного обретения контроля, это распространенная практика среди демонических родов. Я хмыкнул и решил, что на одну ночь могу позволить себе расслабиться. Только одну... Что будет со мной после этого, пока не волновало.
— Эль, а может просто заплетешь мне волосы в качестве моральной компенсации за мою несдержанность и не будешь выпытывать закрытую информацию?
— Волосы... — с каким-то предвкушением отозвалась она и кивнула, — Отличная идея, это тоже, но вопросы остаются открытыми, мне интересно. Садись, я не хочу стоять. Как раз, пока буду плести, можешь начать рассказывать.
Я вздохнул, скрыл улыбку и действительно сел на диван. Пару секунд подумал и, сняв сапоги, забрался с ногами, скрестив их.
— Что скажешь на счет позднего ужина?
— Скажу что это хорошая мысль, — по ее губам скользнула улыбка, Эль, скинув туфли, села рядом и приказала:
— Разворачивайся!
— Слушаюсь и повинуюсь, — я фыркнул и отвернулся к окну, прикрывая глаза и отмечая, что от смущения в эмоциональном фоне Эль не осталось и следа. Что ж... Это радует. Покопошившись, она все-таки устроилась, стянула ленту и принялась распускать сложную косу. Признаться, от этой прически, которую требовала придворная мода, у меня уже гудело в голове, и когда пальчики Эль мягко коснулись волос, я действительно расслабленно выдохнул. Потом все же сделал пасс рукой, и в комнату вошла горничная.
— Господин? — ее голос прозвучал немного удивленно, но я проигнорировал этот факт.
— Принеси нам какие-нибудь закуски, вино, сок, — я пару секунд подумал, вспомнил, с каким восторгом Элиссиана смотрела на шоколад с карамелью, и добавил:
— И что-то сладкое.
— Да господин, — растерянно ответили мне и дверь закрылась, оставляя в воздухе легкий запах удивления. Хм?
— Кажется, у твоей горничной будет эстетический шок, — со смешком сказала Эль, продолжая перебирать мои волосы. Промычав что-то вопросительное, получил в ответ ее тихий смех и ехидное:
— В окно посмотри.
Послушно открыв глаза, взглянул на наше отражение... И тоже фыркнул.
Эль стояла на коленях позади меня, откинув платье так, что одна нога оказалась оголена до предела. Если смотреть со стороны двери, то наверняка, видно только мои колени, и картинка действительно выглядит довольно двусмысленно.
— Теперь не только придворные, еще и слуги будут шептаться, что я уединился с одной юной особой после исфирата, — простонал я, не зная, какое чувство было сильнее: отчаяние или же истинно-демоническое удовлетворение, — С другой стороны, мне это абсолютно безразлично.
Она только хмыкнула и, осторожно стянув с меня венец, передала его мне. Пару секунд я просто наслаждался тем, что Эль перебирает мои волосы, а потом она все же попросила:
— Рэй, я все еще жду ответов на свои вопросы... И принеси расческу, а то неопрятно получается!
Я страдальчески вздохнул, обернувшись, проникновенно посмотрел на нее снизу вверх... До Эль мгновенно дошло, что у меня нет ни малейшего желания подниматься, она, покачав головой, уточнила, где искать расческу, и встала.
— В ванной на полочке, — довольный тем, что идти никуда не пришлось, ответствовал я, а Эль, бросив на меня укоризненный взгляд, гордо удалилась в указанном направлении. Чтобы спустя пару минут вернуться с расческой и парой ремешков для волос.
— Э... — осмотрев количество последних выдал я, — У меня волос не хватит.
— Хватит-хватит, — на ее лице появилась улыбка ласкового расхира, и Эль забралась на диван, — Развернись обратно и не дергайся.
— Чувствую себя пленником в пыточной, — пробормотал я себе под нос, но она хихикнула и весело мурлыкнула:
— Тогда я очень заботливый истязатель...
Ровно в этот момент зашла горничная. Сдавленно ойкнув и стараясь не отрывать взгляд от пола, она прошла к нам, быстро переставила все на столик и ретировалась. Кажется, сегодня весь мир против меня и моей несчастной, трижды проклятой репутации. Несколько секунд в комнате висела тишина, а потом мы дружно и не сговариваясь, засмеялись.
— Ох, Рэй, мне тебя так жалко, ты не представляешь! — простонала сквозь смех Элиссиана, чуть ли не сползая по моей спине.
— Мне уже самому себя жалко, — в тон ей хохотнул я и, подумав о том, как ко мне в спальню начнут ломиться девушки, предлагающие побыть в роли «заботливого истязателя», я покачал головой. Ужас. Все еще посмеиваясь, Эль отодвинулась от моей спины, а мне пришлось сдерживать порыв прижать ее обратно. Решив переключиться на что-то разумное, я вспомнил ее первый вопрос, пока мой «ласковый истязатель», осторожно расчесав мне волосы, начал заплетать косу от левого виска.
— Насчет твоего первого вопроса, пропали две драконессы, обе дочери глав кланов, поэтому управление стихией идеальное, сама понимаешь, но в нашем случае это не так значимо. Ты знаешь, чем полезны драконы?
Я открыл глаза, чтобы посмотреть в отражение, и увидел, как сосредоточенное выражение на личике Эль сменилось задумчивым, а потом она ответила великолепное:
— Ингредиентами для алхимических составов?
Такого я не ожидал. Смерив ее отражение странным взглядом, качнул головой, за что получил недовольное шипение. Строгая юная леди.
— Они универсальный источник силы, — все же пояснил я, — Многие древние ритуалы требуют именно такие своеобразные накопители, чтобы наполнить круг заклинания. Независимо от полярности силы самого дракона, его резерв, забранный определенным образом, становится нейтральным и, соответственно, пригодным к использованию в любых целях.
— А демоны?
— Это возможно, но получить можно только энергию определенной полярности, мы слишком сильно привязаны к своей стихии. Сама суть демона и есть стихия, ты же знаешь.
Сзади согласно угукнули, и я, довольно хмыкнув, продолжил:
— В общем, драконессы пропали, и я рассчитывал обнаружить их в замке, но девушек там не было. Пока это дело в тупике.
— Хм... Был еще кто-то. Наверное тот же, кто увел у нас артефакт с материей.
— Умничка, — я криво усмехнулся и признал очевидное:
— Твоя подсказка тогда оказалась кстати.
В гостиной повисла тишина. Эль явно переваривала новые знания, попутно сооружая что-то на моей голове, а я просто наслаждался происходящим. Что там, я был готов мурлыкать от удовольствия, но сдержался. В тот раз на празднике она решила, что это был кот, а сейчас отвертеться не получится... Поэтому собственные реакции приходилось контролировать.
— Все! — гордо объявила Элиссиана через какое-то время, и я открыл глаза, ощупал голову... Хм, вроде ничего страшного, да и отражение в окне это подтвердило, так что я вполне искренне сказал:
— Выглядит неплохо, ты волшебница.
— Ага, магиня, — Эль усмехнулась и села поудобнее. Оголенная коленка забавно смотрелась среди вороха юбок, и я, фыркнув, телекинезом подтянул поближе к дивану столик с подносом. Потом откупорил бутылку и разлил по бокалам ришисское вино.
— Ужин, — с предвкушением произнес я, отдавая Эль бокал и ловя ее улыбку, — За твое шикарное платье и нашу ничью. До дна.
— Это еще зачем?
— Тостов несколько, — логично ответил я, и мы, отсалютовав друг другу, опустошили бокалы. Она вдруг фыркнула:
— Какая романтика... Вино, бутерброды, бальные наряды и таинственный свет люстры.
Секунду я озадаченно смотрел на Эль, потом оглядел ровные стопки бутербродов, люстру, нас... И засмеялся, отгоняя мысль устроить настоящую романтику.
— Тьфу, весь настрой убил, — протянула Эль, а я, запрокинув назад голову, только засмеялся громче. Я и убил настрой? Я? Милая, ты только попроси, я и мой внутренний собственник создадим тебе не только настрой, но и приключения на всю оставшуюся жизнь!.. Выдохнув, я успокоился, посмотрел на тонко улыбающуюся девушку и честно сказал:
— Эль, я за всю жизнь столько не смеялся, сколько за эту неделю!
— Угу, кто-то по смеху рекорды бьет, кто-то по количеству неприятностей... Каждому свое, что уж, — глубокомысленно ответили мне и поправили юбку. Воздушная ткань оказала сопротивление, вздыбилась и теперь щекотала Элиссиане подбородок. Раздраженно цыкнув, она попыталась это исправить, но в итоге стало только хуже. Оценив это противостояние, я миролюбиво предложил:
— Сходишь переоденешься? Или ограбишь мой гардероб на очередную рубашку?
— Которая платьице? — ехидно переспросила Эль, напоминая мне сегодняшнее утро. Да-а... Что в своей сорочке, что в моей рубашке, она так или иначе выглядит соблазнительно. Я бросил последний взгляд на ее коленку, встал, и сделал приглашающий жест в сторону гардеробной. И вот по дороге туда Эль вдруг вспомнила о втором вопросе.
— Рэй, — осматривая полки, позвала она, — А что в итоге с тем ритуалом? Что вы узнали?
Недовольно качнув головой, я прислонился к косяку, следя, как Эль, немного по-детски надув губы, придирчиво выбирает одежду. Что-что... Поморщившись, я сказал то же, что и несколько часов назад:
— Мы кого-то упустили, и ты сама это подтвердила. В конкретном ритуале все, кого мы задержали, конечно, были заинтересованы и принимали непосредственное участие в подготовке. Схему и описание нашли в человеческих хрониках, хотя та книга довольно подозрительная. Загвоздка именно в том, как они решали возникающие по ходу проблемы, потому что для этого им и нужна была формула межмирового портала. Она как раз возникла буквально из ниоткуда.
Эль наконец-то определилась, выудила с полки черную рубашку и, повернувшись ко мне, расстроенно спросила:
— Неужели, никаких концов?
— Были письма, которые присылались магу-инициатору. В одном из них как раз и была формула портала, он же помогал доставать магически одаренных жертв. Вот только письма писались не самим отправителем. Там видно, что почерк женский, а говорится от лица мужчины. Поэтому вычислить не можем.
— А если вычислить женщину? Кстати, тебе достать? — она помахала в воздухе рубашкой и улыбнулась. Склонив голову, я поймал себя на ответной улыбке, испытывая очень странное чувство, но в итоге отрицательно качнул головой.
— Сам возьму потом. Каждый раз почерк разный, увы.
— Жалко... — Эль задумалась, а я, оценив загоревшийся в ее глазах энтузиазм строго сказал:
— Очень надеюсь, что ты с подружкой не попытаешься от нас улизнуть и предпринять попытку что-то узнать. Если пока не можем мы, то и вы не сможете подавно.
— Даже в мыслях не было, — твердо ответила девушка, но верилось в это с трудом. Неугомонная...
— Конечно не было, по крайней мере не сегодня. Сегодня у нас... Как ты выразилась? Романтика: бутерброды, вино и рубашки!
— Ты про люстру забыл, — язвительно напомнила мне Эль, и я хмыкнул.
— Ванная в твоем распоряжении.
Кивнув, она уже собиралась выйти из гардеробной, когда остановившись нахмурилась. Что на этот раз? Уже с любопытством ожидая очередной светлой мысли, я прищурился.
— Поможешь с прической? — на меня подняли несчастный взгляд и похлопали длинными ресничками, — Я сама это не разберу.
Тьма, Эль в своем уме? Или она продолжает мелко мстить за мой необдуманный порыв? Смерив ее нечитаемым взглядом, я покачал головой и понял, что скорее всего верен второй вариант. Уж слишком подозрительно выглядит идеально-ровный эмоциональный фон. С другой стороны, еще одного появления прислуги в комнате я не переживу, а элементали потом не дадут вздохнуть. Иногда Элоиз становится похуже всех дознавателей... Может стоит доверить допросы ей? С ее помощью нам потребуется всего пара дней.
— Иди, потом помогу, — смилостивился я, и она, радостно бросив: «Спасибо!» ускакала в сторону ванной. Я только с улыбкой покачал головой. Даже если в ее голове возникнет еще одна коварная мысль, никогда не поздно вызвать элементаля и проследить за попытками Эль избежать допроса. Но мне определенно импонирует ее стойкость, даже меня не побоялась вызвать. Быстро выбрав брюки и свободную тунику, я уже пошел в спальню, намереваясь переодеться, когда из ванной донеслось наигранно плаксивое:
— Рэй... Оно не снимается!
— Кто? — по инерции спросил я, потом осознал ее странный тон и до меня дошло. Отложив в сторону камзол, подозрительно нахмурился и пошел в сторону ванной, готовый, фактически к любой пакости. Даже взялся за ручку двери, когда решил уточнить:
— Ты серьезно?
— Представь себе, да! — раздраженно раздалось оттуда, а я, все же войдя, узрел невероятную картину, как Эль, выгнувшись, пытается развязать шнуровку. Хорошо, что я не женщина... Перестав проявлять чудеса гибкости Эль повернулась ко мне спиной и попросила:
— Развяжи, побудь моей подружкой.
— Хм? — я выправил кончики и, развязав узел, начал ослаблять шнуровку, — Какая интересная формулировка...
Эль фыркнула, придерживая руками платье спереди, и я быстрыми движениями распустил каждую петельку. Сдержав порыв провести кончиками пальцев по слегка обнажившемуся позвоночнику, сделал шаг назад. Она точно издевается.
— Обращайся, — я развернулся и вышел. Подружкой... Ну что же, это лучше чем ничего. Все равно Эль пока не сможет ничего ощутить так, как я, мне в отличие от нее уже перевалило за сотню, а она... Подросток и есть. Девятнадцать? Смешно, здесь все зависит от возраста ипостаси... Быстро переодевшись, я вернулся обратно в гостиную. Мои сапоги так и валялись возле дивана, поэтому просто сдвинув их в сторону, я плюхнулся на диван и с удовольствием потянулся. Леди де-Кларинс, конечно, завтра выскажет мне, но я готов вытерпеть пять минут нотаций, вместо того, чтобы находиться под прицелами десятков глаз. Особенно в том состоянии, в котором мы уходили из бальной залы... Я хмыкнул и, взяв один из бутербродов, начал задумчиво его жевать.
— Рэй, — донесся до меня ее голосок, — А можно поинтересоваться: кто покупал платья?
Я посмотрел на нее выходящую из дверей спальни и отвел глаза, стараясь не смотреть ниже границы рубашки. Она спросила про платья? Не до конца понимая, с чего вдруг такой интерес, вскинул бровь. Эль посмотрела на меня с таким же выражением лица, но тряхнув головой, все же пояснила:
— Они были одинаковыми.
Кажется Кайлин отомстил Далькарии за Вайга... Усмехнувшись, я развел руками.
— Твоя подружка напросилась самостоятельно, и поверь, если ты увидишь Вайгара, ты его поймешь.
Эль подошла ближе, тоже подхватила с подноса бутерброд, пока я жестом убавил свет люстры, оставляя только настенные светильники. Не могу больше видеть бесконечное мерцание хрустальных подвесок.
— Романтика? — подозрительно протянула она, откусывая кусочек и отодвигаясь подальше, но любопытство пересилило, — У Вайгара все настолько плохо?
— У меня уже глаза болят от такого яркого света, — честно признался и за плечи повернув ее к себе боком начал разбирать сложную прическу, — И нет, у Вайга все хорошо, а вот у окружающих — не очень.
Она тихонько хмыкнула, а я осторожно коснулся пальцами ее волос, вынимая шпильки. Мысли в голове текли вяло, и когда все еще волнистые локоны упали Эль на спину, я по инерции собрал их открывая изгиб шеи, задевая пальцами плечи... Прикрыв глаза, я вздохнул, пригладил ей шевелюру и убрал руки. Потом вообще уделил внимание бутербродам, не обращая внимания на ее возню, и несколько минут мы просто в тишине жевали, пока, снова наполнив бокал для себя и налив сока ей, я не спросил:
— Это твоя изощренная месть или что?
Эль ответила мне удивленным «хм», села ровно и даже вытерла руки салфеткой, прежде чем качнулась ко мне и с мурлыкающей интонацией выдохнула:
— А ты догадливый.
— А ты жестокая и недальновидная, — я повернулся чтобы встретиться с ней взглядом, — Если мы будем без остановки пытаться сделать друг-другу ответную пакость, игра затянется и уже не будет такой интересной. Тем более, я уже извинился.
Ее щечки очаровательно покраснели, она хмыкнула и, признавая мою правоту кивнула. Даже взяла новый бутерброд и приняла протянутый мной бокал. Раздался тихий звон хрусталя.
— Я вспомнила, что забыла уточнить, — облизывая губы, все же сказала Эль через какое-то время, — В чем вообще была суть того дикого действа с кругами жертв?
Я дожевал кусочек и вспомнил протоколы. То, что они пытаются передать чему-то энергию было понятно и из талмуда Сирена, а вот на деле... Артефактов в зале не нашли, на маге-инициаторе — тоже, даже под залой никаких помещений. Единственное место, которое пока не осматривали, — кабинет этого архимага, ребята только отыскали письма, что я попросил, но нарушать последовательность исследования не стали. Артефакта, который мог бы окутать мага темной материей, у нас тем более нет, но если предположить, что это был он... Я поморщился.
— Ты же читала книгу по ритуалистике?
— Да, там сказано о напитке предмета... — она повернулась ко мне всем корпусом и с жаром спросила: — Так и что это оказалось? Артефакт? Или все-таки напитывали человека? Или дело в том артефакте, который у нас украли?
А я вдруг подумал, что почему-то не догадался спросить у этой сладкой бесшабашной парочки, что они заметили в момент закручивания силовой воронки, и если бы Эль сама не вспомнила и не сказала, я бы мог и не догадаться.
— Думаю, дело именно в нем, больше ничего стоящего в замке не было.
— А определить, кто мог его украсть ты не смог? — она сделала аккуратный глоток и посмотрела мне в глаза. Пришлось честно признать:
— Я отмотал его время назад и понял, что ты была права, но выяснить, кто его лечил не удастся, — я тоже глотнул вина и зачем-то добавил:
— Только если я снова отмотаю время, возьму у него каплю крови, выделю магическую составляющую, если ее не выжгло темной материей...
На ее личике отразилось разочарование, она надула губы и, после недолгих раздумий, сделала новый глоток. Да, это тупик. И почему у меня есть ощущение, что завтра не стоит брать их с собой в замок? Эта парочка будет похлеще ищеек, они же настоящий магнит для неприятностей. Тут я понял абсурдность своих последних сравнений и усмехнулся. Интересно, если объединить моих элементалей с этой парой юных леди, как быстро они достанут щедрого автора писем с формулой портала?
— Ну что, вопросы исчерпаны? Может найдешь занятие поинтереснее?
Она дожевала и с ехидной улыбкой выдала, видимо, дежурную фразу:
— А есть идеи? У меня вот еще вопрос остался!
У меня есть великолепная идея отправить тебя спать, после такой эмоциональной встряски тебе бы это не помешало. И все равно я мысленно прикинул, чем можно ее занять, чтобы оставить рядом еще хотя бы на несколько часов. Идиот. Сложив руки на груди, вернулся в реальность и снисходительно отметил:
— Вообще-то твои вопросы и желания уже закончились. Или у нас разные методы подсчета?
— Не уверена, — она потупила глазки и, прикусив губу, потыкала пальцем в обивку дивана, — Но я ничего криминального не спрошу. Просто в данный момент ты единственный возможный источник информации про это.
Даже так? Пару секунд Эль еще смотрела куда-то вниз, но потом вдруг подалась немного вперед, сложила бровки домиком, губки бантиком, и состроила такой нежный умоляющий взгляд... Я неосознанно сглотнул, но кашлянув, взял себя в руки. Попытался, потому что в следующее мгновение в ее глазах блеснули слезинки! Свет, ну что за... Я посмотрел в огромные голубые глаза, на влажные губы... С которых слетело великолепное:
— Рэй, ну пожалуйста.
О, Тьма, дай мне терпения и выдержки. Вот как этому голубоглазому чуду можно отказать? Вот и я со своей внутренней сущностью пришли к выводу, что никак... Сейчас добрый Рэй тебе все выложит, потому что... Потому что! Закрыв глаза, сделал размеренный вдох, потом хищно глянул на Эль и сладким тоном вкрадчиво попросил:
— Лиска, прекращай использовать магию очарования. У тебя получается топорнее, чем у подружки. Я тебе и так отвечу, угомони свою издевательскую натуру!
Победно сверкнув глазами, она радостно подпрыгнула и тут же взяла быка за рога:
— Что ты знаешь о темной материи?
Я все еще прожигал ее взглядом, поэтому отреагировал не сразу. А когда до меня дошел ее вопрос, не понял, зачем ей это и фыркнул.
— Смотрю, ты любительница серьезных тем?
— Нет, мне просто интересно, — она позволила себе лукавую улыбку и схватила маленькое пирожное. Потом подумала, сняла с кремовой завитушки вишенку и, отправив ее в рот, требовательно уставилась на меня. Хм.
— Не так много, как ты думаешь. Большая часть того, что было о ней известно осталось в Алаэль, — я криво ухмыльнулся и ехидно добавил:
— Военные не стали тащить с собой полные научные выкладки по ее природе и особенностях. Что-то набросали по-новой, чтобы была какая-то база, но в целом... Что именно тебя интересует?
Эль в этот момент пыталась беззвучно пародировать меня: закатила глаза и со скучным лицом открывала рот. Правда, едва поняла, что я смотрю на это представление, фыркнула и послушно ответила:
— Как она влияет на заклинания и живых.
Про заклинания могу понять, видимо, она все еще пытается получить логическое объяснение искажению портала, а вот влияние на живых. Спрашивал ведь, все ли в порядке. Я прищурился.
— В структуру заклинаний она вмешивается так же, как магический эфир, но дальше начинается конфликт и плетения, чаще всего, распадаются. Поэтому внутри темной материи было невозможно применять магию. Попытки использовать только ее вместо эфира привели к серьезным травмам у магов, так что... Плюс, материя как-то агрессивно реагировала даже на минимальные магические всплески, особенно демонической силы.
Эль вскинулась, явно вспомнив что-то, потом кивнула, будто подтверждая какие-то свои мысли, и сосредоточенно сжала губы.
— Что касается влияния на живых, то в большинстве случаев реакция направленная и агрессивная, но, насколько я знаю, это объяснялось тем, что материей управлял хозяин. А почему тебя это интересует? Все-таки обнаружила какие-то последствия?
— Мы сталкивались с заданиями по очищению и от темной энергии или, наоборот светлой, один раз со старшекурсниками чистили местность от темной материи, но первый раз столкнулись с чем-то подобным, — она сложила руки на груди, — Странно видеть черный туман, который ведет себя, словно живое существо.
Черный туман, который ведет себя, как живой... Я вспомнил дыхание смерти, которым управляла сама Эль, и возникла мысль, что материя очень на него похожа. Если подумать, то даже свойства в некоторой степени близки: управляется хозяином, агрессивно реагирует на живых, поглощает магию. Хотя я и не пробовал создавать заклинания внутри дыхания, как-то не до того было в тот момент, но щит она пыталась разрушить. Это сходство я взял на заметку... И кивнул девушке, показывая, что слушал ее.
— Чем хочешь заняться, — спросил я, с улыбкой наблюдая за все еще о чем-то напряженно размышляющей Эль. Она подняла на меня глаза, тоже улыбнулась уголком губ и хитро спросила:
— А какие варианты? Кстати, ты обещал дать мне копию слепка моего портала.
— Завтра отдам, а варианты... Хм, — я улыбнулся шире, — Можно сыграть во что-нибудь, пробежаться до библиотеки, но тогда придется одеваться прилично, или завалиться спать. Учитывая твой эмоционально насыщенный день, я бы советовал последнее.
— Первое — да, второе — лень, а последнее — попозже, — торжественно объявила Эль и украла вишенку со второго пирожного. Я проследил за этим кощунственным действием, сделал глоток вина и запустил руку в пространственный карман. Была у нас в академии одна популярная настольная игра...
— Тогда, вот!
Эль допила свой бокал, отставила его на столик, и развернувшись ко мне широко улыбнулась. Я тоже поставил бокал, отряхнул руки и одежду от крошек и, забравшись с ногами на диван, повернулся к ней. Попытался, точнее.
— Слушай, может переместимся на кровать, а то тут у меня колени не помещаются, — недовольно выдал я, а она только хихикнула. Ну да, ей легко, она меньше места занимает, — Только поднос надо бы захватить.
Эль легко поднялась, придирчиво осмотрела столик и, подхватив бокалы с бутылкой, пошла к спальне. С тихим смешком, я взял поднос и следом за ней вошел в комнату, когда услышал тихое, но безмерно ироничное:
— Да... После таких предложений ты еще будешь ждать от меня реакции, как от приличной леди, на приглашение на исфират?
— После просьбы разобрать твою прическу, я уже ничего не жду, — я тихо рассмеялся, и опустился на кровать, — Ставь все на прикроватный столик и садись уже, леди!
— Ладно-ладно, — фыркнув, ответила она и потянулась, разглядывая замысловатые вензеля на крышке, — Так что это за игра?
— Вообще у нее сложное длинное название, но среди адептов академий она известна, как «Пьяный эльф».
— Почему?
— Сейчас увидишь, — я открыл коробку, положил прямо на воздух игральное поле, достал колоду и шарик с цифрами, — Коротко о правилах. Есть Эльф, который должен дойти отсюда, до сюда, — я указал на точку с левого края поля, а потом на точку с правого края, — У нас есть колода, в которой различные свойства, препятствия, помощь, привелегии и наоборот карты скидывающие преимущества у нашего героя. Количество ходов определяет шарик, случайно выдающий числа от одного до двадцати, а местоположение персонажа определяется пульсаром. Поняла?
— Ага, — она осмотрела поле и кивнула, — Но почему «Пьяный эльф»?
— А ты посмотри на путь, который мы должны пройти и скажи мне: адекватный трезвый человек будет идти такими петлями?
Осмотрев еще раз игральное поле, она хихикнула. Потом потянулась в сторону, подтащила поближе поднос и уже запивая очередную вишенку вином, нетерпеливо поерзала.
— Можем первый ход в открытую сыграть, если хочешь.
— Давай.
Я раздал карты, создал два пульсара разного цвета на начальной точке, и игра началась...
— Не-ет... — через какое-то время отчаянно взвыла Эль, откидываясь назад и прикрывая лицо картами. Да, самым наглым образом я подложил ей сразу несколько карт, отнимающих пройденное расстояние. Даже тот факт, что мы видели карты друг-друга не давал ей преимуществ, и теперь уже издевался над ней я. А будет знать, как смотреть на меня глазами полными слез! Демонесса, тоже мне.
— Тяжело в учении легко в бою! — язвительно выдал я ей прописную истину и передал шарик с числами. На меня злобно сверкнули голубыми глазками, и Эль подбросила его, определяя число ходов.
— Восемь, — сказала она, синий пульсар послушно передвинулся и теперь ей каким-то образом все равно осталось четыре деления до победы. Вот же, а у меня больше нет карт отнимающих расстояние... Поняв ее неожиданную удачу, я осмотрел свою руку, когда Эль ненормально-веселым голосом пропела:
— А теперь карточки!
И выложила мне три из своих семи карт. О... Теперь страдальчески выдохнул уже я и опустил голову. Меня спасет только чудо... С самым довольным видом объявив мой ход, Эль методично слизала крем с пирожного, и хитренько так взглянула в свои карты. Я подкинул шарик... Девятнадцать. Мой пульсар передвинулся, покрывая расстояние, которое у меня нагло отобрала Эль, и до победы мне осталось пять делений. Карт отнимающих расстояние у меня не было, и, недолго думая, я добавил себе свойство удвоения призов и милостиво позволил ей:
— Ходи.
Она покорно подкинула шарик, с надеждой на него уставилась... Я неожиданно ее эмоцию разделил и тоже посмотрел на пульсар, потому что решив не изменять какой-то странно установившейся традиции, на кон мы поставили желание. А учитывая, как бодро в какой-то момент Эль перешла с пирожных на вино...
— Тринадцать! — внезапно пискнула Эль и, вскочив на ноги, снесла поле, бокалы, к счастью в очередной раз пустые, бутылку и в порыве радости кинулась меня обнимать.
— Я выиграла!
— Ага, а еще меня задушила, — ловя все же опрокинувшуюся бутылку вина, недовольно пробормотал я, не отказывая себе в удовольствии провести ладонью по ее талии. Демон внутри заурчал, а кривую коварную усмешку я успел спрятать ровно за секунду до того, как Эль отодвинулась. Ее буквально распирало от радости и гордости, и я улыбнулся уже иначе. До чего забавно выглядит, а главное, ни малейшего огорчения по поводу своего проигрыша не испытываю. Разве что немного опасений...
— Ладно, озвучивай, — ставя бутылку на место и собирая рассыпавшиеся карты, сказал я. Эль задумчиво потерла подбородок, осмотрелась, и на секунду задержалась взглядом на окне.
— Знаешь, мне никогда не пели серенад... Учитывая, что получить платье от тебя тоже было довольно странно, предлагаю продолжить эту цепочку необычных подарков.
Не буду говорить ей, что не разделяю любовь моих элементалей к ярким цветам и платье было куплено исключительно для спасения моих глаз. Тем более, Эль его явно оценила. Значит, серенады? Решив, что легко отделался, я хмыкнул и уже собирался ответить согласием, когда она вдруг с затаенным предвкушением добавила:
— Только не забудь следовать духу романтиков из книг: ты просто обязан надеть тогу и преклонить колено под моим балконом.
Этой юной леди пить нельзя. Даже не так, ей это категорически запрещено. После того, как мы приговорили полторы бутылки вина, Эль явно дошла до той кондиции когда не задумываешься о последствиях, а вот мне до подобного состояния не хватало еще парочки. Но тонкий юмор ее задумки я уловил, широко демонстративно ухмыльнулся во все клыки и встал. Игнорируя ехидное подхихикивание девушки, переставил бокалы на прикроватный столик, смерил оценивающим взглядом разворошенную постель и взъерошенную Эль... Мысль о том, что предпочел бы видеть несколько иную картину, пришлось отмести, а чтобы немного ответить Эль на ее подлую задумку, я резким движением дернул простыню.
С тихим визгом Эль скользнула следом за тканью, одеяло упало на пол, а она сама фактически оказалась подо мной. Я с живым интересом наклонился ниже, наблюдая за ее краснеющей мордашкой.
— Прекрасная леди, вам придется обождать, пока я облачусь в свой наряд, — ехидно сказал я, когда она неловко попыталась отползти обратно. А потом просто замотался в простыню, закинув один из концов себе на плечо. Девушка сдавленно фыркнула, очень резво, будто не она только что глотала ртом воздух от смущения, вскочила на ноги с алчным блеском выдала:
— Э нет, тога надевается без туники!
— Ты хочешь меня еще и раздеть? — откровенно потешался я, наблюдая за ее попытками дотянуться до меня, — Твой выигрыш был не настолько велик, чтобы разрушать остатки моей репутации.
— Это условие моего задания!
— Так, значит...
Я уже прищурился, чтобы высказать ей, что думаю о пьяных неразумных девицах, когда с очередным прыжком она все же дотянулась до моих плеч и попыталась дернуть тунику вверх. Правда не рассчитала силы свалилась на меня и, уже фактически лежа в моих объятиях с довольной улыбкой сказала:
— Раздевайся!
Даже не знаю, это лучшее или худшее, что я мог сегодня услышать? Нагло прижав ее к себе, я поправил растрепавшуюся косу Эль и, наклонившись к ее плечику... Нет, целовать точно не стоит, хотя запах карамели смешанной с солнцем щекотал обоняние, требуя попробовать его на вкус. Поэтому я тихо хмыкнул и укусил завороженно смотрящую на меня девушку чуть выше ключицы. Эль взвыла, мгновенно дернувшись в попытке вырваться, и сразу же выпустила когти мне в предплечья.
— А! — тут уже взвыл я, отодвигая Эль на вытянутых руках и переводя на нее возмущенный взгляд, — Кровожадная женщина!
— Сам дурак! А ну пусти меня!
Мне досталось кулачком по плечу и я рассмеялся, наблюдая, как она краснеет. На губах осел смешанный привкус ее эмоций, оставляя чувство глубокого удовлетворения. Будешь знать, как меня провоцировать...
— Так мне раздеваться или тебя отпускать?
— Прояви взрослость, совмести, — огрызнулась она, а едва я все же опустил ее обратно на постель, фыркнула. Совместить, так совместить. Одним движением стянув тунику, я закинул конец простыни себе на плечо, подарил Эль очень многозначительную ухмылку и, подхватив ее на руки, вышел на балкон. Теперь накинем иллюзию... Едва ощутив опору под ногами, девушка показательно выдохнула и в ожидании сложила руки на груди.
— Только учти, петь я не умею. И за мной не спрыгивай, ты босиком.
Не собираюсь потом еще сутки ощущать в собственной спальне запах твоей крови, дорогая. На такие подвиги я точно не готов. Спрыгнув с балкона, мягко приземлился на газон, отошел подальше, чтобы видеть Эль, опершуюся на перила, даже на колено успел опуститься, когда сбоку ойкнули. Да ладно...
— Добрый вечер, — с широкой улыбкой я повернул голову на звук и продемонстрировал полный набор клыков парочке молодых леди, — Милая, наш ужин пришел.
Сверху тихо, но очень проникновенно засмеялась Эль, девушки, как на подбор: блондинка и брюнетка, синхронно побледнели и сделали шажочек назад. Ну конечно, так я вам и дам уйти, чтобы вы потом еще неделю трепались, что я в простыне стою на коленях посреди дворцового парка! Я частично трансформировал глаза, выпустил когти и, плавно поднявшись, в одно движение оказался за их спинами. М-м... Пахнет страхом. Великолепно.
— Девочки, куда же... Я ведь даже не сказал, как именно собираюсь вас есть, а вы уже убегаете, — я положил руки им на плечи, пресекая попытку к бегству, — Между прочим, моя леди — великолепный повар. Знаете, как мечами орудует? М-м... Песня. Обещаю, она будет с вами нежной...
Буквально промурлыкав последнюю фразу, я с удовольствием вдохнул эмоции своих случайных жертв, а потом сковал обеих тонкой сетью заклинания. Отпустив их плечи, я обошел леди, бросил лукавый взгляд на заинтересованно наблюдающую за представлением Эль и прикоснулся пальцами к вискам одной из девиц. На меня посмотрели так, будто я действительно достал нож и приготовился ее разделать. Хмыкнув, опутал голову блондинки ментальным заклинанием, представил нужную картинку, вложил в ее сознание, заменяя увиденное... Отлично. Леди попыталась осесть на землю, но я вовремя подхватил ее обмякшее тело. Да, это я не учел.
— Спускайся, подставщица. Только аккуратно и на гравий не наступай.
— И куда мне ее нести? Сразу на кухню? — Эль бесшумно оказалась рядом со мной и теперь плотоядно осматривала несчастную блондинку. Интересно, а может? Я искоса с интересом посмотрел на нее, перехватил свою жертву поудобнее и ехидно выдал:
— Нет, сначала в спальню. Поднимешь ее?
На меня посмотрели с такой тонной презрения, что могло показаться, будто я спросил, умеет ли она ходить. Но, ничего не сказав, Эль все же протянула руки, стараясь не сходить с газона, и схватила блондинку поперек тела. Чудно.
— Что, правда в спальню? — с подозрением уточнила она, а я ощутил легкий запах недовольства в воздухе. Хм? Подумав, что не съест же Эль ее в самом деле, я кивнул и принялся за вторую леди. Несколько движений и мне в руки осело еще одно тело, но его я уже перехватил сам и в один прыжок оказался на балконе. Картина маслом... Элиссиана, бросив несчастную блондинку прямо на пол, стояла над ней сложив руки на груди и с крайней неприязнью сверлила ее взглядом. Злится... Зато я этим фактом остался весьма доволен и еле сдержал улыбку. Потом положил брюнетку рядом, сделал пасс рукой и обе леди исчезли.
— И куда ты их отправил?
— В малую Рассветную гостиную недалеко от бальной залы. Очнутся через часик и пойдут по своим делам, — я бросил взгляд на Эль, отмечая, что она морщится, и усмехнулся, — Ты же не думала, что я правда их съем?
— Демоны людьми не питаются, — она фыркнула. Людьми нет, а вот эмоциями вполне... Да и кровью иногда не брезгуем, а съесть сильного демона так совсем заветная мечта, как будто она по себе это еще не поняла. Я наигранно печально вздохнул и, стянув с себя простыню, попросил:
— Подними одеяло, я постелю свою тогу обратно.
Эль тут же обернулась и обиженно воскликнула:
— Но ты мне не спел!
Ну ничего себе претензия! Возмущенно посмотрев на нее, я впихнул ей компактно свернутое одеяло, потом небрежно расстелил простыню, поправляя края магией... Нет, то есть она еще и недовольна?!
— Тут целое представление развернулось, а тебе мало?
Я отобрал у нее одеяло, пока на ее лице отразилась задумчивость. И вот только когда я сложил руки на груди и смерил ее насмешливым взглядом, она поморщила носик.
— В самый раз, — признала Эль и как-то ехидненько улыбнулась, — Ты великолепный актер, я под глубоким впечатлением! Еще партию?
Наивная юная леди... Хищно ухмыльнувшись, я выудил из пространственного кармана новую бутылку ришисского и, уже откупоривая ее, снисходительно заметил:
— Не думай, что в этот раз ты выиграешь так легко. А после унижения, которое пришлось пережить... — я наигранно сокрушенно покачал головой и с предвкушением посмотрел в голубые глаза, — Мое следующее желание будет весьма жестоким.