Глава 30
Спустя полчаса Артем, стоя у двери подъезда своего дома, поднял голову вверх и беглым взглядом нашел окна своей квартиры среди множества остальных. Во многих так называемых гнездышках царила темнота, ведь их жители утихли, а где-то на стенах играл свет экрана телевизоров. Интересно, сколько людей действительно считают свою квартиру прибежищем, уютным помещением, где всегда можно найти человека, который поддержит тебя, скажет несколько ободряющих слов после тяжелого дня или наоборот ранним утром специально встанет пораньше и приготовит кофе? Ведь неважно, какого цвета обои, много ли на стенах висит картин, насколько большие апартаменты... Дом должен ассоциироваться лишь с теплотой и уютом.
Артем же не ощущал этого. Все было абсолютно не его. Он знал, что когда-нибудь все равно расстанется с Николь, это лишь вопрос времени. В доме будет холодно и мрачно. Не будет желания скорее возвращаться сюда. А может ему наоборот понравится эта пустота? Не будет беспокоить то, что ещё недавно отзывалось болью. Это же неплохо. Но слишком рано о таком думать молодому парню.
Артем, тяжело выдохнув, потянул на себя металлическую дверь, которая проскрипев, неприятно порезала слух. За каких-то пару минут он добрался до квартиры и еще полминуты обдумывал, что скажет. Затем тихо постучался, нарушая абсолютную тишину в доме. Сразу же Николь посмешила открыть дверь, немного успокоившись, что с парнем все хорошо.
Она через секунду бросилась к Артему, стараясь как можно крепче его обнять. Мятный аромат волос коснулся ноздрей парня. Купол нежности вытеснил переживания.
Шумский сам понял, что ему не потребуется много слов, чтобы Николь простила его. Она уже сделала это. Он не знал, была ли в этом ее прелесть или слабость...
– Пожалуйста, не делай так больше. Можешь злиться, сколько захочешь, но не бери в таком состоянии машину, – тихо всхлипывала она, уткнувшись в грудь парня.
Николь была готова пойти на все, лишь бы остаться с ним рядом. Наивная девочка.
– Я должен извиниться перед тобой.
Артем провел ладонью по голове девушки, умиляясь ею. Как же он сожалел, что не может ответить такой же любовью. Трон в его сердце занимала лишь Марго, единственная хозяйка этих ледяных просторов.
– Пойдем внутрь, нам нужно поговорить, – произнес он, заботливо поцеловав девушку в лоб.
Зайдя в квартиру, Артем заметил несколько спортивных сумок, видимо с вещами Николь. Точно, он же попросил ее переехать.
– Я погорячился. Никуда не нужно переезжать, – сожалея о содеянном, произнес юноша.
Николь не сводила с него глаз; после долгой паузы ее плечи немного расслабились, горькие складки в уголках рта разгладились. Все ее существо прониклось правдивостью его слов.
Артем стянул черную куртку и медленно прошел на место ссоры. Он на секунду зажмурил глаза. Копилка неприятных воспоминаний пополнилась сегодняшним днем.
– Если ты так хочешь узнать о Марго, я расскажу тебе.
– Нет, не нужно. Я должна была сразу все понять, ты не хочешь о ней говорить, – поспешила сказать девушка, следуя за Шумским по пятам, будто по оставленным на снегу следам.
– Если бы проблема заключалась только в этом.
Артем заставил себя снова рассказать то же самое, что и другу.
Если верить в существование ада, это было бы действительно самой мучительной пыткой. Чувствовать, как снова и снова причиняет боль Марго.
– Я обманул ее. Геройствуя и якобы жертвуя собой, бросил ее, притворившись, что и вовсе ее никогда не любил. Я знал, что это причинит ей боль, знал, что она будет раздавлена, но решил за нее, что так будет лучше, – хриплым голосом произнес последние слова Артем, ударив кулаком по мягким подушкам дивана.
Казалось еще чуть-чуть, и по щеке парня скатится соленая капля, а затем разобьется о холодный пол.
– Мне так жаль, – обняв Артема, прошептала Николь.
Тот лишь кивнул, облизнув сухие губы.
– Но я не пойму одного... – начала говорить Николь, но Артем тут же прервал ее.
– Почему я не рассказал это ей? Сережа имеет кое-что против меня. Если Марго узнает, всему придет конец. Хотя он уже пришел, но... Все может стать еще хуже. Я не могу сказать тебе, что это. Во-первых, потому что так защищаю тебя. Ты слишком хороша, чтобы знать о таких вещах. Я не горжусь своим поступком. Во-вторых, у каждого же должны быть секреты? Этот будет моим, − пояснил Артем.
– Ладно. Я обещаю, что не буду пытаться его раскрыть. Ты и так много мне рассказал. Спасибо.
Николь протянула руку и сжала ладонь Артема в своей. Он ответил улыбкой, которая и заставила Николь влюбиться в него. Несмотря на то, что в больнице он улыбался редко, Ветрова ловила эти моменты.
− Ну, раз все разрешилось, пойдем спать. Я так устал сегодня.
Артем потянулся, ощущая, как мышцы ноют, и требуется отдых.
− Конечно, столько бегать. Не нагружай себя так, тебе нельзя. Ложись пока, я приму душ и приду к тебе, − заверила Николь и поднялась с дивана.
Шумский кивнул и побрел в спальню, по пути захватив телефон.
Листая пропущенные вызовы, Артем обнаружил не только звонки Николь. Адвокат отца? Зачем он звонил?
Артем цыкнул языком, понимая, что уже слишком поздно, чтобы перезванивать. Если бы было что-то срочное, он, скорее всего, оставил бы сообщение. Подождет до утра.
Кстати, нужно будет обязательно навестить отца, он же совершенно никого не видит, кроме охранников, юристов и адвокатов. Ни одного родного лица.
Артем буквально рухнул на кровать. Кое-как стянув с себя одежду, он завернулся в одеяло и уронил голову на подушку.
«Самое прекрасное событие за весь день,» − пронеслось маячком в мыслях.
***
− Ник, выключи это! – раздраженно крикнул Артем, слыша какой-то писк.
− Милый, это твой телефон звонит, − пробурчала Николь, нырнув с головой под одеяло.
Искры злости и раздражения исходили от Артема. Кому приспичило звонить в такую рань?
Кое-как разлепив веки, юноша нащупал на поверхности тумбы причину пробуждения и, даже не взглянув на имя абонента, поднес к уху.
− Я слушаю, − фыркнул Артем, переворачиваясь на спину.
− Это Александр Сергеевич, адвокат вашего отца, − прозвучало на другом конце невидимых проводов.
Брюнет сразу же поднялся на локтях, быстро моргая глазами.
− Что-то случилось? Я поздно заметил пропущенный от вас вызов, − быстро произнес Артем, кусая губы и разрывая их тонкую кожицу.
− Артем Дмитриевич... Я больше не могу вести дело вашего отца. Как я говорил вам, появилось много доказательств вины моего клиента. Вскрыты письма другой его электронный почты, которые он не успел удалить, судя по всему. Нет никаких зацепок и оснований, которые могли бы служить возобновлению дела и нового суда. Не хочу тратить свое время, а так же ваши деньги. Я бессилен в этой ситуации. Вам придется смириться с тем фактом, что ваш отец виновен.
Слова адвоката долетали до Артема, несмотря на плотно закрытые веки — хрупкий барьер, которым он пытался на миг защититься. Но и с закрытыми глазами он ясно ощущал всё, что было вокруг.
Нет, это не может быть правдой. Отец же столько раз говорил о том, что его подставил Сотников. Неужели он, глядя прямо в глаза, лгал ему в лицо больше года?!
− Я могу с ним увидеться? – сипло спросил брюнет, пытаясь унять дрожь в руках.
− Да, я думаю, вам стоит поговорить с ним. Артем, возможно, он просто хотел, чтобы хотя бы один человек верил в него, боялся потерять ваше доверие.
− Спасибо, я разберусь сам, − не желая слушать оправданий, ответил Шумский.– Всего доброго. Позже позвоню вам, договоримся о бумагах.
Артем сбросил трубку и чуть ли не раздавил металл в руке. Откинувшись на постель, парень дернулся от резкой боли где-то внутри. Его обманул человек, которого он защищал больше года. Непомерная, чудовищная боль обрушивалась на Артема снова и снова, пока он, почти не совершая движений, смотрел в потолок. Ощущение предательства, волны этого жуткого чувства швыряли юношу о скалы и оттаскивали в море, чтобы вновь запустить в острые глыбы камней. Внутри что-то умерло, погасло. Несомненно, Артем хотел поехать к нему, разобраться, услышать, как отец снова скажет о своей невиновности, но... Теперь он уже не поверит ему. Ни одному слову.
Решив приберечь всю злость к встрече с отцом, юноша вскочил с кровати и схватил с полки первые попавшиеся вещи. Несмотря на дрожь в коленях, парень собирался быстро.
−Тём? Ты чего?! – Николь ошеломленно взглянула на молодого человека, который метался по комнате в поисках документов.
− Я скоро вернусь, − коротко отрезал Артем, запихивая паспорт в карман джинс.
− Ты можешь остановиться и нормально объяснить? Боже, я скоро с ума сойду. Артем! – девушка будто говорила сама с собой, ведь Шумский не замечал ничего, он шел только к цели.
Повезет, если охранники справятся с ним, и он не придушит отца, прижав к стене. Толком не одевшись, Артем пулей вылетел из квартиры. Выйдя на пустынную улицу, он поспешил к машине. Бешеный пульс стучал в висках, в груди, и даже чувствовался в кончиках пальцев. Язык Артема прилип к гортани. Он был потрясен и обескуражен. Заведя двигатель, парень надавил на педаль газа, выжимая все, что есть.
Машина буквально парила над дорогой, иногда соприкасаясь с серым асфальтом. Маленькое количество автомобилей позволяло это сделать. Пыхтя от рвущей на части ярости, Артем повернул к серым зданиям тюрьмы. Это была не та злость, как вчера. Она смешана с глубоким разочарованием и гневом, обидой и болью. Бросив машину на первом же парковочном месте, Артем выскочил из машины. Преодолев несколько метров, он дернул тяжелую дверь, так что она с размаху ударилась о кирпичную стену.
Как же тяжело было сдерживать себя. Оказавшись у небольшой комнаты, быстро протянул в окошко документы.
− Давно вас не было, − подметила сидящая за стеклом женщина, сразу узнавшая его.– Проходите.
Она махнула рукой и кивнула головой двум охранникам. Те, как всегда с каменным лицом и бледными чертами, провели его в комнату для встреч. Кроме него, здесь больше никого не было. Отлично. Артем чувствовал, что его словно затягивает в какой-то стремительный гудящий и звенящий поток. В ожидании отца столько взрывалось в голове мин, состоящих из тысячи мыслей. Он сидел в пустынной комнате, стены которой напоминали грязный снег.
− Сынок, привет... Не ожидал тебя так рано увидеть. Что-то случилось?
Артем медленно поднял голову и пристально взглянул на отца. Монстры выпустили когти, и их едкий яд вышел наружу.
− Лучше ты мне скажи. Ты садись, у нас будет долгий разговор.
Брюнет махнул рукой на металлический стул напротив. От отца его отгораживал лишь стол. Но за секунду он мог оказаться перевернутым.
− Я не понимаю твой тон... − нахмурившись, произнес Дмитрий Александрович.
− Сейчас все поймешь, папочка, − наигранно улыбнувшись, воскликнул Артем.
Мужчина недоверчиво взглянул на сына.
− Мне звонил твой адвокат. Давай ты еще раз расскажешь мне, как все было. Только на этот раз честно, не сваливая вину на Сотникова.
− О чем ты? – повысил голос Дмитрий Александрович, но избегал зрительного контакта.
− Хорошо, я скажу сам.
Артем поддался вперед, метая из глаз предупреждающие сигналы.
− Ты обманывал меня столько времени... Я причинил боль близким людям, невиновным, выгораживая твой зад. А ты даже не набрался смелости мне признаться. Сотников не подставлял тебя в том, что ты брал взятки. Ты хотел своими обвинениями отомстить за свою жену. Я потерял из-за тебя мать, чуть ли не сломал жизнь потрясающей девушке, не смог получить то образование, которое действительно хотел.
Слова глухим рычанием распространялись по комнате.
− Сын, я...
− Нет! Не смей называть меня сыном. Мне стыдно, что ты мой отец. Ненавижу тебя! Ненавижу, слышишь?!
Артем вскочил со стула и уперся руками в стол. В помещении нечем было дышать. Парня бросало то в жар, то в холод. Желание впечатать отца в стену становилось все более сильным. Если бы не он... Марго была бы тогда в порядке. Этой чертовщины бы тоже не было!
− Я не хотел терять тебя... − попытался оправдать себя мужчина, который сидел сгорбившись.
− Поздно. Жизнь накажет тебя, вот увидишь. Когда тебя выпустят отсюда, ты будешь в этом мире никем. Теперь я не осуждаю маму за то, что она ушла от тебя. Ты жалкий эгоцентрик.
Артем нервно покосился на охранников и заметил их нахмуренные лица, поэтому не стал касаться отца. Они не терпят здесь драк.
− Удачи, − выплюнув это слово, юноша, делая широкие шаги, покинул комнату.
Схватившись руками за голову, он поспешил уйти из этого отвратительного места. От затхлого запаха тошнота поднималась в горле.
Забравшись в не успевший остыть салон автомобиля, Артем откинулся назад. Затем слабо ударил по рулю, и тишину прогнал резкий сигнал.
Шумский вдруг так остро ощутил своё полное одиночество и всю тяжесть совершённой им ошибки. Все было бы иначе, прислушавшись он хоть к кому-нибудь. По соседнему сиденью прошлась вибрация мобильного устройства. Как же было тяжело говорить сейчас. Но он обещал, что не будет так больше пугать Ветрову.
– Да, Николь, – ответил он, поджав бледные губы.
– Артем, я убью тебя. Что, черт возьми, произошло? Кто звонил тебе утром? – дрожащим голосом спросила девушка.
– Он действительно виновен. Адвокат отказался дальше вести его дело, вот я и поехал поговорить с... отцом.
Это слово далось с трудом.
– Ого... Тём...
Девушка прерывисто дышала, подбирая слова.
– Не обижайся, но я хочу сейчас побыть один.
– Что? Нет, я не могу оставить тебя, – запротестовала шатенка.
– Николь! Ты никогда не поймёшь этого. По твоим рассказам у тебя замечательная семья, прекрасное прошлое, будущее, абсолютно все в твоей жизни идеально! Я уверен, ты даже не представила себе половины того, что я тебе говорил вчера. Оставь меня, прошу. Я не чувствую к тебе то же, что и ты ко мне. Я устал играть в милого парня, которого ты хочешь видеть рядом с собой. Я не использовал тебя, действительно надеялся, что у нас все получится со временем. Знаю, надо было сказать тебе раньше. Прости меня.
Артему так надоело жить во лжи, что не смог сдержать это внутри себя. Слова бесконтрольно вылетали наружу. Его голос проносился над пустыней, ударялся в белую пустоту, звенел в раскалённом воздухе. В ответ молодой человек получил лишь тишину. Девушка положила трубку, она не глупая, все поняла.
Артем с болью выдохнул огромную порцию углекислого газа, сжимая черепную коробку. Зато честно.
И куда теперь? Домой? Ехать в институт Шумский не горел желанием. Николь, скорее всего, незамедлительно покинет квадратные метры жилья Артема.
Да, нужно домой.
Лишенный сил, моральных и физических, юноша плавно надавил на педаль и выехал с парковки. Оцепенение сковывало тело Артема, скручивало и душило своими канатами. Брюнет медленно ехал домой, пытаясь собраться с мыслями, только вот они не желали появляться на собрании. Пять... Десять... Двадцать минут Артем ехал по дорогам столицы, разглядывая людей. Кто они? Интересно было бы заглянуть в чью-то жизнь и понаблюдать за ними. Хотелось узнать, как можно оценить по десятибалльной шкале уровень своих проблем. Возможно, у них трудности и похуже.
Остановившись на пешеходном переходе и пропуская людей, среди них Шумский заметил маленького мальчика, идущего за руку с мамой, которая, улыбаясь, торопила его. Он чуть ли не бежал за ней, но, скорее всего, знал, что если что случится, мама поймает его, обязательно поможет подняться. Нужно будет позвонить маме. Артем скучал по ней, жалел, что столько раз отталкивал ее.
Около часа с небольшим понадобилось, чтобы в таком темпе добраться до дома. Не было желания столкнуться в дверях с Николь, и хотелось все же разобраться в себе.
Посетило дежавю, будто юноша уже это переживал. Конечно, только вчера, всего несколько часов назад, он так же приехал домой.
Вернув машину на ее место, Артем проделал очевидные последующие действия. Хотелось вернуться в кровать и на время выпасть из реальности. Только с этой мечтой он перебирал ногами до квартиры. Ключи на этот раз он не забыл. Попав в квартиру, юноша тут же почувствовал, что что-то не так. Вещей Николь не было, ее пальто так же не висело на вешалке с остальной одеждой. Но кто-то явно присутствовал. Хм, никого Артем не ждал, да и кто мог попасть внутрь. Отчего так знаком был витающий в воздухе аромат? Легкие по привычке сжались, не впуская кислород. Не может этого быть.
Боясь собственных предположений, Артем тяжелой поступью прошел к гостиной. Девушка, которая заставляла разум брюнета отключаться, сидела на диване, подтянув ноги к себе и обняв колени тонкими руками. Мышцы ее лица дергались от каждого звука в комнате. Русые волосы были собраны в неаккуратный пучок на затылке. Некоторые пряди выбились и спадали на бледные щеки. Губы, измученные многочисленными укусами, атаковывались зубами. Она нервничает. Может девушка и хотела что-то сказать, но ее горло сдавило невидимым металлическим обручем.
Теперь комната напоминала место столкновения огня и льда. Артем тысячу раз успел осыпать себя проклятиями за то, что рассказал обо всем Николь. Кто, если не она, могла привести Марго сюда? Сама бы она даже не подумала об этом.
«Какой же я идиот... Пожалуйста, пусть это будет нереально,» − взмолился Артем, запустив пальцы в каштановые пряди и натянув их до боли, так что кожу головы покрыли мурашки. Может хоть это поможет проснуться...