Глава 33
- Господа, я пригласил вас сюда, чтобы рассказать весьма неожиданное известие! – начал свою речь Марс. – Угощайтесь. Вот свежесваренный молотый кофе и пирожные. Но неожиданное известие заключается не в этом.
Как пишут в официальных коммюнике, на встрече в ресторане «Пушкин» присутствовали супруги Гроздовы с обоими сыновьями, Настя с мамой и журналистка местной «районки» Юлия Унгер.
- К нам едет аудитор? – улыбнулась мама Гроздова.
- Почти по Гоголеву. – улыбнулся в ответ Марс. – Вы можете приступать к угощению, а я вам в процессе буду рассказывать о сути нашей встречи.
Просить дважды никого было не нужно – настоящий кофе в этом мире являлся редким лакомством, о котором впоследствии ещё долго рассказывали друзьям и знакомым.
- Мам. А можно я на телефон сфотаю кофе? – шёпотом спросил астральный близнец Миши. – Хочу в « Круг друзей» выложить.
Мама слегка замялась, но решила, что в столь неординарной ситуации это не будет моветоном.
- Итак, друзья, у меня есть информация о прошлом вашего нового сына Миши. Помнится, существует некая судебная тяжба с акушерами на тему передачи близнеца в чужую семью. Так вот – это не так.
Столь интригующее начало речи хозяина ресторана моментально отбило аппетит у четы Гроздовых. Миша Дроздов тоже сидел напряжённый с самого начала мероприятия. Только его брат пропустил мимо ушей смысл сказанного, возясь со своим телефоном у чашек с кофе, фиксируя натюрморты в разных ракурсах.
- Как это ни фантастически звучит – Миша пришелец. Но не со звёзд, а из параллельного нашему мира. Этим обстоятельством объясняются все нестыковки в истории с его нахождением. Впрочем, вижу недоверие на ваших лицах. Сам бы не поверил, но факты вещь упрямая. Миша, расскажи людям свою историю.
Миша зачем-то встал, как в школе во время урока, и монотонным голосом начал рассказывать: - Меня зовут Миша Дроздов. Мой папа Алексей, увлекается спортивной рыбалкой, неоднократный чемпион страны.
Мама Гроздова тоже встала и приобняла его сзади за плечи: - Ты все перепутал. Не Дроздов, а Гроздов. Папу зовут Александр, и рыбалку он терпеть не может.
- Точно! - Подтвердил папа Александр. – Мне в детстве во время рыбалки крючок в ладонь вонзился, вырезали потом. Навсегда отшибло желание ловить рыбу.
- Так я не про вас говорю – так же уныло продолжил Миша. – Вы похожи на моих, но не они. И потерялся я не в детстве, а пару недель назад, когда провалился в яму с туманом.
Миша хотел ещё что-то сказать, но махнул рукой и сел на стул.
- Он правду говорит. – вступила в разговор Настя. – Я тоже побывала в том параллельном мире, поэтому меня и не было долго. Там все почти как у нас, только на немножко отличается. И у меня была другая мама, очень похожая на тебя, мамочка. Только она не лаборант, а врач-терапевт.
- Это какой-то бред! – почти на грани крика заявил папа Александр и вскочил, громко отодвинув стул. – Секта какая-то! Ребята, собирайтесь, мы уходим!
- Подождите секундочку! – умоляюще прижал правую ладонь к груди Марс. – Юле тоже есть, что сказать.
- Мне?! – несказанно удивилась Юля, до этого уже тихо офигевающая от услышанной информации. – Я первый раз слышу эту фантастику.
- Сейчас я устрою вам сеанс связи с вашей астральной близняшкой из параллельного мира.
Марсель вытащил свой ментофон и послал сигнал видеозвонка. Он поставил гаджет перед лицом Юли на стол и отошёл в сторону. Все заворожено уставились в дисплей, на котором вибрировала зелёная трубочка. Выглядело это, как типичный цыганский развод, когда человеку дают в руки зеркальце с обещанием показать в нём лицо врага. В глубине души каждый взрослый верит в какое-то чудо, иначе не сидело бы столько народу у зеркал на святки. Наконец, экран засветился, и Юля увидела себя. Другая Юля в экране тоже очень удивилась, но улыбнулась и помахала рукой: - Привет. Я твоя астральная близняшка. Все, что рассказывает хозяин ресторана – правда. Я сама вела журналистское расследование, в результате которого мне в руки попали доказательства существования параллельных миров. Наш мир самый близкий к вашему, но вообще-то их много.
- Вот это да! – выдохнула, молчащая до этого, Настина мама. – А где та, другая Настя?
- Не знаю. – вздохнула ее дочь. – Она пропала полгода назад. Если ничего плохого не случилось, то ушла в другой параллельный мир, находящийся с другой стороны.
- Подождите! – пытался сохранить остатки своего рационального рассудка Александр Гроздов. – А что, можно вот так легко звонить из мира в мир? Это нелепица какая-то!
- Правда ваша – нельзя. – подчёркнуто смиренно кивнул головой Марс.
- Ну, вот видите! – восторжествовал папа, поймавший странных сектантов на логическом несоответствии. – А как же тогда... - и он показал на телефон.
- Дело в том, что под этим домом, вернее, чуть сбоку и ниже его есть переход в другой мир. – ответил хозяин ресторана. – И он пропускает сигналы мобильной техники. Корпускулярно-волновой дуализм.
Последняя часть фразы в данном контексте ничего абсолютно не объясняла, но из-за своей наукообразности немного привела рациональный ум папы Гроздова в состояние относительного покоя.
В этот момент по ту сторону экрана что-то случилось. Юля с той стороны испуганно повернулась, открыв вид на задний план. В стеклянную дверь входили трое людей – высокий нескладный пожилой человек и парень с девушкой в порванной и грязной одежде. Сбоку к ним подошла рыжеволосая женщина в полицейской форме. Замыкал шествие спортивный рыжеволосый человек лет сорока. Рыжеволосый подошёл к экрану и чуть поверх Юлиного плеча улыбнулся в камеру: - Все нормально, Марс. У нас непредвиденные обстоятельства, но все идёт по плану. Пока отключаюсь.
Экран погас.
Все ненадолго замолчали, обескураженные увиденным.
- И что? Вы можете нам показать этот переход? – тоном консервативного биолога, не верящего в существование австралийского утконоса, заявил папа Гроздов.
- Легко. – спокойно сказал Марсель. – Извольте следовать за мной.
И он направился в боковую дверь зала, сделав приглашающий жест всем присутствующим. Сразу за ним пошли Настя с мамой, затем Юля, а замыкали процессию Гроздовы-Дроздовы. Вся делегация спустилась по недлинной лестнице в небольшой квадратный зал, в одной из стен которого зиял арочный проём в восточном стиле. В глубине проёма тихо клубился серый туман, медленно перемешивая свою серую массу по одному только ему известному алгоритму. Зрелище гипнотизирующее.
- Вот. – указал на туман Марсель. Когда то это была просто дыра в стене старого цеха, но я облагородил проём в стиле сказок «Тысячи и одной ночи».
- А если я войду туда – где выйду? - спросил Мишка.
- Кафе «Бодрая чашка» тебе известно?
- Видел такое. Внутри не бывал.
- Постойте, что значит «войду»? – забеспокоилась мама. – Никуда ты не пойдёшь. Это какой-то обман! Кто хочет – пусть идёт, а я тебя не пущу.
- Мам, ты не понимаешь. На той стороне мои родители с ума сходят.
- Мы твои родители. Мы здесь уже со всей этой мистикой с ума сходим.
- А вот я сейчас проверю! – храбро вышел вперёд папа Гроздов. – Я первый опробую этот путь.
- Не стоит. – покачал головой Марс. – Взрослым такой переход может дорого стоить. Они полностью теряют личность.
- Ну а руку то засунуть в туман можно?
- Руку можно. – улыбнулся Пушкин. – Экий вы недоверчивый.
Папа подошёл к арке и вставил кисть в туманный студень.
- Теплый. – сообщил он, повернувшись назад.
В этот момент ожил ментофон Марселя.
- Да, слушаю. – приложил он прибор к уху.
- Слушай, брат. – донёсся из мембраны голос Карачуна. – У нас тут серьёзные неприятности. Оказывается, существует какая-то межмировая полиция. Типа интерпола. А мы по их понятиям – контрабандисты. Но это не всё. Нашу дыру они сейчас закрывают. Шнур перерубят – адью. Говорят, стабильной дыра более двадцати пяти лет быть не может. Потом взрыв – и воронка на полгорода с эпицентром на месте наших ресторанов. Я их тут пытаюсь на пару минут задержать, но это максимум. Не теряй времени, вперёд.
- Понял! – коротко ответил Марс и отключился. Реагировать следовало быстро, а объяснять некогда. Он подскочил к Мишке, схватил его за руку и поволок к арке. Пару метров он на эффекте неожиданности выиграл, но оставшиеся два-три метра пошли с осложнениями. Мама вцепилась за другую руку сына, а отец преградил путь и нанёс резкий прямой Пушкину в лицо. Если бы удар наносил Серёга Боксёр, то все действующие лица так и остались в этом не лучшем, но и не худшем мире из множества «миров тетради». Однако удар Гроздова прошёл сверху пригнувшегося Марселя, а папа, следуя по инерции своего удара, перелетел через пацана и врезался в жену. Мама отпустила руку, за которую держала сына. Ушибленный Мишка упал на пол, но был тут же подтянут по скользкому линолеуму к арке. Мгновение – и Пушкин, подхватив пацана на руки, шагнул в туман. И практически в этот миг раздался какой-то гул, затряслась земля, а туман в арке исчез. Папа в горячке бросился в арку, но врезался всем корпусом в бетонную стену, которая непонятно откуда появилась там вместо тумана.
- Что это? Откуда это взялось? – жалобно спросил Гроздов непонятно у кого.
Ответила одна Настя: - Вам же говорили, дядь Саша, что это портал между мирами, а вы не верили. Я тоже через него сюда оттуда прошла. А теперь он, видимо, закрылся.
- Я вот сейчас ему позвоню! – Гроздов подобрал оброненный Пушкиным ментофон. Но нажатие на повторный вызов последнего из набранных номеров вызывало только голос бота, сообщающего, что номер недоступен. Настя махнула рукой и повернувшись пошла к выходу. За ней потянулись остальные.
- Наверное, надо полицию вызвать? – спросила Настина мама. – Может их там завалило землетрясением? Да и никого больше из работников ресторана нет. Что делать?
- Ну, ты вызывай полицию, а я все-таки попью кофе с пироженками. Когда ещё доведётся? Юля, присоединяйтесь.
Журналистка согласно кивнула и присела за стол. Чуть замешкавшись к кофепитию присоединились и обе мамы с местным Мишкой. Папа же возбуждённо бегал, крича в телефон на диспетчеров МЧС и полиции, которые, по его мнению, недостаточно быстро соображали. Ну, завалило людей землетрясением, что тут не понять?!