Глава 32
Даниэла Бианчи
Полпути до Ланкастера я спала. Проснувшись, предложила Теодору включить музыку. Лондон был прекрасен. То, что было там — не хочется никогда забывать.
Секс в машине на парковке парка.
Еще в Чикаго я задумалась над тем, что хочу почувствовать его во рту. Хочу, чтобы он был первым, единственным. Не хотелось его с кем-то делить. Хотелось провести с ним всю жизнь.
Я влюбилась.
Я давно это поняла, но пыталась не воспринимать все всерьез. Только с ним я ощущала спокойствие, счастье. Чувствовала себя действительно нужной. Он не говорил о своих чувствах ко мне, но я видела их. Чувствовала, ждала его признания.
Вряд ли я признаюсь в этом первая.
Может он сам поймет о моих чувствах к нему?
— Я открыла посылку от мамы перед тем, как улетела в Чикаго, — сказала я, нарушив тишину, между нами, которую разбавляла тихая музыка.
— Ты же хотела открыть рядом со мной. Я говорил, что буду рядом... — нахмурился он. — Я хотел поддержать тебя, чувствуя, что тебе трудно сделать это одной...
— Как видишь, справилась без тебя. Ты же тогда был с миссис Грин, — закатив глаза, произнесла я.
Мы обсудили всю ситуацию с ним. Поняли, что оба были не правы. Он мог еще написать до того, как поехал за Натали. Моя вина в том, что я все преувеличила.
— Дани... — выдохнул он. Я наклонилась к нему, оставляя легкий поцелуй на щеке.
— Да-да, мы все обсудили. Я помню. Но в тот момент мне было очень плохо, что решила не ждать и открыла.
— Что там было?
— Фотографии, письмо. Папа на фото был счастливый. Смотря детские фото, я понимала, что мы правда были с ним похожи, как говорил Марко...
— Знаешь, я так и не понимаю, почему ты не называешь Марко папой, — перебил он меня.
Я пожала плечами. Теперь я действительно не понимала почему.
— Он ведь с тобой с самого твоего рождения. Честно, я завидую тебе.
— Завидуешь? — оторвав взгляд от лесов, посмотрела на него.
— Да. Всегда смотрел на то, как одноклассников встречают отцы. Слушал, как они провели выходные с отцами. Даже Брэду завидовал, представляешь? — он грустно усмехнулся. — Несмотря на развод родителей, его отец все равно проводил с ним время. Он уехал жить в Ланкастер вместе с мамой и отчимом, а на выходные приезжал проводить время с папой. Я часто приходил к ним в гости, видел, как им весело друг с другом. Иногда мамины ухажеры пытались мне заменить отца, но мне не хотелось иметь с ними ничего общего. Они не могли понять меня, а я их...
Хотелось только слушать его, не перебивая. Я понимала, что в нем живет тот маленький мальчик, который всегда мечтал об отце, но этого никогда не случалось.
Он будет хорошим отцом.
Я в этом была уверена. Он подарит ребенку то, чего не было у него. Даст то, о чем мечтал сам.
— Мой отец, — он усмехнулся. — никогда даже не пытался найти меня, связаться хоть как-то. Раньше все думал, задавался вопросами: «Почему он бросил маму? Почему он ушел от нас? Почему он бросил меня?». Но потом я повзрослел, и отпустил это все. Мне было не важно кто этот человек, чем он занимается. Может он вообще умер давно. Никто не знает. Даже мама. Все, что я знаю — я похож на него внешне. Так всегда говорила мама. Все, что я могу сделать — сказать спасибо ему, что когда-то сделал мою маму счастливой, подарил ей такого сына, как я, — он улыбнулся, гордо подняв подбородок, отчего я засмеялась. — Но для меня он никто. Пустое место. Понимаю, что Поло — твой отец — для тебя не пустое место. Но он ничего для тебя не сделал, кроме как зачал тебя. Я уверен, что он был хорошим человеком. Но не думаю, что сейчас, смотря на тебя с небес, — я отвернулась к окну, посмотрев на белые облака. — он улыбается от того, что ты не называешь Марко папой...
Теодор был прав. Марко со мной с самого моего рождения. Дарил подарки, проводил время. Водил в парки аттракционов. Он никогда не давал допускать мысли, что я не совсем родная дочь. Дочь его брата. Не знаю, больно ли ему было от этого факта, но своими словами я делала ему больнее.
Только сейчас я это поняла.
Обдумывая все, что сказал Тео. Я окончательно собрала в своей голове паззл. Каждый день перед сном старалась собрать все кусочки воедино. Было сложно. Сложно выбрать из всего одну главную мысль.
Он действительно сам хотел умереть.
— Спасибо тебе, — прошептала я, но он услышал. — Я давно тебе не говорила, — Теодор нахмурился. — Знаешь, звучит, наверное, нелепо, но как только ты появился в моей жизни, я начала понимать все. Понимать все свои ошибки...
Он слушал, не перебивая, смотря на дорогу, но его эмоции были видны. Поло, мой папа, хотел умереть. Осознать это трудно, но, если постараться... так и сделала я. Послушала тетю, сделала так, как сказала она. Соединила все фрагменты снов, иногда записывая их в блокнот. Вспомнила все слова, которые говорили мама и Марко. Поло страдал от кошмаров, как и я в последнее время. Но если мои кошмары начались только с появлением Теодора в жизни, то он терпел их много лет. Несколько лет он страдал от бессонницы. Несколько лет он ждал слов любви от моей мамочки, а когда услышал — испугался.
Испугался чувств.
Его страх пошел против него, что он запутался, влюбляясь в своего брата не только, как в родного человека. Ему было всего двадцать два. Мало кто в этом возрасте что-то принимает серьезно. Все зависит от человека. Но за двадцать два года он пережил много трудностей. Увы, не выдержав этого, Поло решил, что смерть станет для него лучшим вариантом. Возможно, так действительно было лучше.
Лучше умереть, чем всю жизнь жить с болью.
Он видел чувства своего брата и Анджелины. Видел, что их чувства сильнее, чем его к ней, а ее к нему. Может это так и было? Точного ответа на этот вопрос у меня не было. По фото и всем рассказам со стороны трудно судить о чем-либо. От него я узнать, к сожалению, не могу. Если только, когда умру от старости. Мы бы встретились на том свете. Он бы рассказал мне всю свою жизнь. Я бы рассказала ему о своем муже, детях, о всей своей семье.
Мужчина слушал меня, от моих рассказов у него выражалась тревога на лице.
— Спасибо тебе, за все, — заканчивала я свои мысли. — за то, что появился в моей жизни. За то, что был рядом. За то, что выслушал меня сейчас. Для меня это очень важно, — улыбнулась я.
По моим щекам до сих пор текли дорожки слез. Мне не хотелось плакать, но рассказывая все это — слезы сами бежали из глаз. Сдерживать их не было сил. Рассказывать, осознавать все — тяжело. Но рядом с ним все ощущалось легче. Нам было хорошо вдвоем.
Я была благодарна ему за все, что он сделал в моей жизни. Мы знакомы несколько месяцев, но ощущение, что всю жизнь. Всю жизнь, которую хочется прожить с ним. Когда Кэтти спрашивала меня о свадьбе, которую я хочу, то я о ней задумалась через какое-то время.
Я хотела семью с Теодором.
Он, в классическом костюме-тройка, стоит, ожидая невесту у алтаря. Я, в белом пышном платье, эскиз которого нарисовала сама, иду под руку с папой. Рядом наши родственники, друзья. Мы встречаемся взглядами, держим друг друга за руки. Клянемся друг другу в любви и верности. Через какое-то время после свадьбы мы узнаем, что во мне бьется еще одно сердце. Маленькое сердце нашего малыша. Маленькое чудо, которое будет жить в любви, у которого будут замечательные родители. Втроем мы путешествуем по свету, а потом узнаем о еще одном малыше...
Мечты. Все это только мечты, которым сейчас радуется моя душа. Я нашла то, что давно искала. Узнала всю правду, благодаря ему. Обрела спокойствие рядом с ним.
Но чувствует ли он то же, что и я?