Останься в моём мире | [18+]

Она любила Портленд за бесконечные дожди, которые могли идти неделями, за ветры, холодом режущие горло, и за долгие ночи. Могла сутками напролет сидеть на крыльце своего обветшалого дома и слушать, как капли барабанят по ржавой крыше; смотреть, как небо затягивается тяжелыми тучами, похожими на комки пыли под кроватью; намокнуть до ниточки и на следующее утро проснуться без простуды.

Я же любил её.

С нетерпением ждал каждой встречи, чтобы, прижавшись к её груди, услышать размеренное сердцебиение. Переходя дорогу, всегда держал её за руку, смеялся, даже когда было не смешно, сбегал ночью — лишь бы на пять минут увидеть её. Казалось, моя любовь была обсессивной, нездоровой, порой болезненной для нас обоих, но я не хотел об этом думать. Всё, что я хотел, — это раствориться в ней целостно и навечно.

Но не смог.

Я ненавидел находиться наедине с собой, в тишине, что подпитывала не самые приятные, а порой отвратительные мысли. Одиночество в самой изощрённой его красе было моей участью. Но, в отличие от меня, она была свободолюбивой. Могла с легкостью смеяться с другими, веселиться в незнакомой толпе, напиться до беспамятства и гулять одна до рассвета, но всегда и неизменно возвращалась ко мне. Я же дожидался её, насколько бы ни была мучительна тишина.

Я не мог позволить собственному эгоизму поглотить её, владеть ею, будто она не обладала душой. Но одной ночью я всё же признался. Расплакался перед ней, как маленький мальчик, и, хлюпая носом, повторял, что не хочу отпускать её. Никуда и ни к кому. Что не хочу быть забытым, заменённым кем-то лучше. И тогда она, прижав меня к своему сердцу и обвив мокрое лицо тёплыми ладонями, наклонилась к уху и с нежностью прошептала:

— Ты навсегда останешься в моём мире.