Двадцать девятая глава
Кассандра пошла дальше, решив не останавливаться на одном месте. Она знала, что лес полон опасностей, и нужно найти безопасное место для отдыха. Её ноги утопали в мягком мху, а звуки природы вокруг казались слишком громкими.
Она вспоминала дом, где когда-то была окружена заботой. Каждый шаг отдавался эхом в её сердце, будто лес напоминал ей, что она больше не связана с Домиником и Адланом.
Но вдруг её охватило странное чувство — слабость. Она остановилась, прижимая руку к груди. Там, где раньше пульсировала связь с истинными, теперь была пустота. Эта пустота не просто резала её сердце, но и лишала сил.
— Что со мной? — прошептала она, тяжело дыша.
Связь была больше, чем просто эмоциональной ниточкой. Это была часть её жизни, её энергии. Без неё она становилась слабее, уязвимее.
Кассандра опустилась на землю, чувствуя, как ноги больше не держат её. Ветер прошёлся по её волосам, и она услышала шаги. Кто-то приближался.
Её сердце заколотилось. Она пыталась встать, но силы покидали её. Внезапно из-за деревьев вышел высокий мужчина с проницательными глазами и строгим выражением лица. Его походка была уверенной, взгляд — пристальным.
— Что мы имеем? — произнёс он низким голосом, словно говорил сам с собой.
Кассандра почувствовала, что его аура была иной, чем у Доминика или Адлана. Она не могла понять, оборотень он или кто-то ещё, но интуитивно чувствовала угрозу.
— Кто вы? — выдавила она, пытаясь не показать свой страх.
Мужчина остановился в нескольких шагах от неё, его глаза блеснули в темноте.
— Неважно, кто я. Важно то, что ты теперь одна. И без своей связи ты даже не знаешь, как выжить, верно?
Её сердце замерло. Как он мог знать?
— Я справлюсь, — резко ответила она, собрав остатки уверенности.
Он усмехнулся, его улыбка была холодной.
— Возможно. Но этот лес не место для людей. Особенно для тех, кто отверг своих истинных.
Эти слова заставили её содрогнуться. Он знал. Откуда?
— Что вам нужно? — голос Кассандры дрогнул.
— Я могу предложить помощь, — сказал он, его взгляд стал серьёзным. — Ты хочешь свободы, но не понимаешь, что она приходит с ценой.
Кассандра молчала, не зная, стоит ли ему верить. Но в глубине души она понимала: ей нужна помощь.
— Какую цену? — наконец спросила она.
Мужчина склонился ближе, его голос стал почти шёпотом.
— Ты узнаешь. Но для начала реши: хочешь ли ты действительно жить без них? Или ты просто боишься признаться, что потеряла больше, чем обрела?
Кассандра отвернулась, не зная, что ответить. Вопрос проник в её сердце, оставив глубокий след.
Кассандра сжала кулаки, её тело дрожало от холода и внутренней борьбы. Слова незнакомца, как острые клинки, разрезали её уверенность.
— Я... не знаю, — прошептала она, глядя в землю.
Мужчина выпрямился, его взгляд стал оценивающим, словно он искал в её словах скрытый смысл.
— Ты не знаешь, потому что никогда не была по-настоящему одна. Они всегда были рядом, даже когда ты этого не хотела, — его голос был строгим, но в нём слышалась нотка сочувствия. — А теперь тебе придётся решить, кто ты: та, кто живёт для себя, или та, кто живёт для других.
Эти слова обрушились на Кассандру, заставив её задуматься. Она хотела свободы, но не понимала, что эта свобода принесёт с собой одиночество и страх.
— Я не вернусь, — наконец сказала она, подняв взгляд. — Я должна пройти через это. Для себя.
Мужчина кивнул, словно ожидал такого ответа.
— Хорошо. Но помни: свобода — это не просто отсутствие клеток. Это способность выживать, бороться, даже когда все против тебя.
Он протянул руку, и в его ладони блеснул маленький медальон, в форме луны.
— Возьми это. Ты не знаешь меня, но этот лес знает меня. Это поможет тебе найти путь.
Кассандра колебалась, но затем взяла медальон. Он был тёплым, словно хранил в себе силу.
— Кто вы? Почему вы помогаете мне?
Мужчина загадочно улыбнулся, его глаза блеснули в темноте.
— Может, я просто тот, кто знает, каково это — потерять всё ради свободы.
С этими словами он развернулся и растворился в лесной тени, оставив её одну.
Кассандра осталась стоять, держа медальон в руке. Она почувствовала, как внутри зажглась искра надежды. Пусть связь с истинными ослабела, но она не была окончательно разорвана.
"Я справлюсь," — подумала она, сжимая медальон.
Её путь только начинался, и теперь она должна была доказать себе, что свобода может быть не пустотой, а силой.