Глава шестьдесят четвертая
От лица Люсинды.
Глубоко вдыхая, я начала медленно передвигаться по заснеженной крыше. Я выждала время, чтобы не соскользнуть и не упасть насмерть. Холодный ветер дул мне в лицо, я скорчилась. Заметив рядом дерево, я тихо пошла к нему. Грэйс может заметить кого-то гуляющего на крыше, а это нехорошо для меня закончится. Может, она позвонит Гарри, а я этого не хочу. Я вцепилась в холодную ветку и полезла вниз. Дерево пошатнулось, я задержала дыхание от неожиданности. Хорошо, хорошо, ты можешь сделать это. Расслабься! Медленно спускаясь по стволу, я спрыгнула с него, когда земля уже была близко.
– Люсинда! – я застыла, услышав Грэйс, зовущую меня. – Люсинда! Это не смешно! Люсинда! – когда она остановилась, я сиганула от дома к лесу. Проклиная все, я ускорилась и бежала, бежала. Осознав, что я уже далеко, замедлилась, чтобы перевести дух.
Холодно. Зубы стучали, пока я шла в глубь леса, хоть и не знала, куда. Дрожа, я решила идти быстрее. Голые деревья напомнили мне что-то пугающее в фильмах ужасов, которые я смотрела по выходным с друзьями. Такие же жуткие, как и моя жизнь сейчас.
Я улыбнулась себе, когда услышала шум (удаляющийся гул машин). Цивилизация. Я быстро побежала, пока, наконец, не увидела трассу, и рассмеялась от облегчения. Автомобили проезжали мимо, я пыталась поймать хоть один из них, чтобы проехать автостопом, но тщетно: все они продолжали движение, игнорируя меня.
Я вздохнула с облегчением, увидев, что поймала грузовик. К счастью, он остановился. Водитель открыл дверь, мужчина средних лет улыбнулся мне.
– Здравствуйте, мисс, входите, – я поблагодарила его и забралась внутрь, закрыв дверь. Мужчина продолжил движение. – Итак, что же привело тебя в заснеженный лес? – он спросил. – Ты жила в лагере?
– Нет, сэр, я сбилась с пути, – я ответила, говоря ложь сквозь зубы. Он насупился.
– Сбилась с пути? – я кивнула, скрещивая руки.
– Я не отсюда, просто приехала в гости.
– Ах, туристка, – он засмеялся. – Ну, если не хочешь, чтобы это повторилось, лучше оставайся со своими родственниками, – я кивнула, соглашаясь. Через несколько минут мы приехали. Водитель остановился возле того же супермаркета, в который ходили мы с мамой, когда только приехали в город. Я вышла из грузовика. – Лучше будьте осторожны впредь, мисс. Не теряйтесь в этом городе.
– Спасибо, сэр, я последую Вашему совета, – он просто слегка улыбнулся мне, помахав на прощание.
Грузовик исчез из виду за углом, я взглянула на здание, прикусив губу и начав идти по дороге. Не могу поверить: я сбежала! Чувство триумфа пробудило во мне силу бежать: я не могла ждать. Слыша, как моя обувь хрустит на снегу, я приближалась к кварталу.
Я остановилась в момент, когда увидела дом. Снег покрывал крышу и заезд. Все окна закрыты, кажется, никого нет внутри. Где они? Убедившись, что никто не смотрит, я ринулась к дому. Открыв дверь, я юркнула внутрь, еще раз убедившись, что никого нет.
Где они могут быть? Они все еще ищут меня?
Я стояла в гостиной: все выглядело так, словно я и не уходила. Только появились какие-то бумаги на кофейном столике. Я подошла ближе, чтобы хорошо разглядеть.
Это были постеры с моей фотографией, рассказывающие, что я пропала, что нужно позвонить моим родителям, если меня увидят. Я решила, что не стоит здесь оставаться долго, поэтому поднялась по лестнице, чтобы упаковать свою одежду и все нужное. Найдя свой дезодорант завалявшимся под кроватью, я чихнула от пыли.
Глаза нашли что-то необычное под кроватью. Это кое-что деревянное и, кажется, важное. Я ухватилась и потянула это на себя. Насупившись, я увидела деревянную коробку рядом с собой и стерла с нее пыль рукой.
– Д.С? Что это значит? – я пробормотала сама себе, проводя пальцем по выгравированным инициалам. Это оно? Да, это оно! Это та самая коробка, что мы с Рэнди нашли, коробка, которую папа хотел выбросить. Я прикусила губу, подумав о нем, и едва сдержала слезы.
Крышка не поддавалась. Да, на замке. Уставившись на него, я встала и принялась искать то, чем можно открыть. Шпильки для волос, конечно! Взяв две со столика, я начала шерудить ими внутри замка.
Прошло пару секунд, я уже очень хотела узнать, что внутри.
– Уже почти, – я уже сказала себе. Есть! Губы приоткрылись, язык высунулся. Пожелтевшие листы бумаги лежали сверху, я подняла их, найдя альбом и дневник. Взяв последнее, я открыла: те же инициалы были на первой странице. Мои глаза расширились.
Дата записи: 1939 год.
Вау, какой старый дневник! Введение было датировано январем 1939-ого. Я аккуратно перевернула, потому что бумага была хрупкой.
23 января 1939.
Не могу поверить, что слышала это! Папа не может пойти на войну! Не важно, если это эгоистично, но папа не может воевать за нашу страну. Не хочу потерять его. Он мой единственный близкий человек, ближе мамы. Ненавижу это. Ненавижу мысль о том, что могу потерять его. Почему они не выберут кого-то другого? Конечно, есть другие желающие. Надеюсь, сестра поддержит меня в этом, хотя кажется, что она хочет его отъезда.
– Д.С.
Пропустив несколько страница, я остановилась на марте. Откашлявшись, я начала читать сначала.
15 марта 1939.
Война продолжается, мы ничего не слышали от папы. Я нервничаю и беспокоюсь за него. Надеюсь и молюсь, что он в порядке. Но что сестра? Нет, она занята своим парнем. Хотела бы я знать, почему она все еще проводит время с ним, когда должна беспокоиться об отце. Когда мы собираемся за одним столом, она всегда говорит о нем. Это начинает раздражать.
– Д.С.
16 марта 1939.
Ненавижу ее! Почему она не видит, что любимый ею парень не здоров. Он делает из нее того, кем она не хочет быть. Сестра очень изменилась, мне не нравится она новая. Она грубая, вспыльчивая и не воспринимает наших советов. Ненавижу его! Хочу, чтобы они оба умерли!
– Д.С.
Я почесала подбородок, введение меня заинтересовало, потом я вновь пропустила несколько страниц, пока не нашла сентябрь.
19 сентября 1939.
Я ошиблась. Ошиблась насчет их отношений. Она заслуживают друг друга. Я счастлива, что она нашла настоящую любовь. Они должны быть вместе, но я знаю, что папа не согласится со мной. Когда он вернулся раненным с войны, он перестал быть прежним.
– Д.С.
20 сентября 1939.
Я помогла сестре сбежать на свидание сегодня ночью. Надеюсь, ее не поймают. Молюсь, чтобы я была права, иначе утону в вине, что ее поймали. Папа не хочет, чтобы у нее был возлюбленный, особенно тот, что немного младше нее. Надеюсь, она осторожна.
– Д.С.
23 сентября 1939.
Я не писала последние пару дней, потому что ее поймали. Меня должны были наказать, но папа злится только на нее. Мне жаль сестру. Я бы хотела что-то сделать, чтобы мы обе были вне опасности.
– Д. Смит.
Мои глаза задержались на имени после записи. Смит? Могут ли они быть родственниками Ренди? Нет, этого не может быть, так как есть много Смитов на Земле, и Ренди сказал, что он и его семья приехали из Канады. Должно быть, это совпадение. Я продолжила читать дневник.
2 Октября 1939 года.
Почему во мне просыпаются это смешанные чувства, когда отец смотрит на меня глазами, наполненными гневом? Что я сделала? Я не находилась вне дома слишком долго, потому что моя сестра была наказана. Она всегда закрывается на замок у себя в комнате. И ее парень постоянно спрашивал меня, где она. А я просто говорила, чтобы он не беспокоился. Ненавижу лгать ему, но приходится.
-Д.С.
Когда я только перевернула страницу, газетная статья упала мне на колени, я взяла ее: там было изображено тело, накрытое белой простыней. Это была короткая статья.
«Убийца на свободе! Дочь шефа, 19 летняя Мертл Джейн Смит, была убита. Следствие намеренно найти убийцу».
3 Октября 1939 года.
Она умерла. Моя сестра мертва. Это моя вина. Мертл мертва. Это все моя вина.
Я выбросила листок на пол из-за шока. Мертил? Мертил Смит? Я взяла альбом, просматривая фотографии. Остановилась на семейном фото из 4 человек, которые широко улыбались. Мое внимание привлекла старая женщина. Смотря на другое фото, я увидела двух девушек, стоящих напротив дома. На другой фотографии была девушка с кудрявыми волосами, которая щурилась от солнца.
На еще оном фото была женщина в свадебном платье, рядом с ней стоял мужчина в военной форме. На другом фото оказались две девушки, одна с кудрявыми волосами, а другая с прямыми. Я прочитала слова, написанные ниже.
Джозефина и Мертил, две дочери-ангела.
Нет, этого не может быть. Как только я хотела закрыть альбом, выпало фото, я подняла его и резвирнула. Я громко ахнула смотря на это фото. Невероятно. Это была фотография Гарри, ну, молодого Гарри Стайлса. Он обнимал девушку с прямыми волосами за талию, а на их лицах сияли улыбки. Единственное, что меня беспокоит это то, что девушка похожа на меня. Такое чувство, будто смотрю на свои собственные фотографии, но в 1939 году. Гарри был прав, говоря, что мы похожи.
Меня посетило странное предчувствие, поэтому я положила фотографию в карман. Встав, я пыталась забыть то, что видела. Мне не нужно было открывать эту коробку. Меня не должно было интересовать это.
Как только я собрала все, что мне было нужно, взяла рюкзак и покинула мою комнату. Я шла по лестнице и решила заглянуть в гостиную и вдохнуть запах, по которому я так буду скучать. Хотелось бы остаться в этом доме, если бы не полиция.
Я улыбнулась, смотря на нашу семейную фотографию, висевшую на стене.
– Люсинда? – чувствую, как моя кровь холодеет, слышу знакомый голос. – Люсинда, это ты?
Обернувшись, я встретилась взглядом с моей матерью. Мои глаза расширились, увидев ее перед собой. Она сделала шаг вперед, по ее лицу было видно, что она не спала несколько дней.
– Мы искали тебя повсюду! Где ты была? – я молчала; судя по ее лицу, ей показалось это странным. – В чем дело, Люси?
– Миссис Маккензи, с кем вы разговариваете? – Оба наших взгляда устремились на человека, заходившего в помещение. Дерьмо! Это был полицейский, и когда он понял, что это я, достал наручники и пистолет.
– Люсинда Маккензи, Вы находитесь в розыске. Предлагаю вам пройти со мной.
Я смотрела на него в течение минуты, прежде чем побежать по лестнице. Я запаниковала, когда поняла, что он прямо позади меня. Я уже хотела залезть в окно, но он остановил меня.
– О нет, вы не уйдете, – сказал он, и потянул меня за ногу.
– Уйдите от меня! – я кричала, сражаясь. – Я ничего не сделала! – Он не слушал мои мольбы, а просто надел наручники мне на руки.
– Вы и ваша мать отправляетесь на допрос.
Моя мать просто посмотрела на меня грустным взглядом и отправилась в полицейскую машину.
Ладно, я наведалась в неправильное время и сейчас я направляюсь в тюрьму.
Еще раз спасибо огромное моей помощнице Сабине:) @sabinanarry