Я болен, и это факт
Мак
Я вспоминаю тот разговор с доктором Фрейдом и никак не могу поверить во всё происходящее. Каждую минуту я прокручиваю всё заново в надежде на то, что я ошибся и всё это не про меня. Я пытаюсь представить, что это какой-то страшный, безжалостный сон моего подсознания или галлюцинация, однако никаких ошибок нет, доктор чётко дал мне понять, что у меня проблемы и их нужно срочно решать. Потерев лицо руками, я тяжело вздыхаю и на краткий миг закрываю глаза, а потом вновь встречаюсь с той сценой:
–Мак, ты в курсе, что на самом деле не из штата Висконсин и Мэдисон не твой родной город?
–Что за бред, доктор? Я прожил всю свою жизнь именно там.
–Нет, Мак, ты глубоко ошибаешься.
–Нет, это вы, доктор Фрейд, глубоко ошибаетесь!
–Мак, ты помнишь своих бабушку и дедушку?
Я чётко помню, как в тот момент осёкся и не знал, что ответить этому мужчине. На миг мне показалось, что стены начали двигаться и хотели раздавить меня, как несчастное насекомое. Пульс участился, а пересохшие губы нуждались во влаге. Я чувствовал, как что-то происходит, но никак не мог понять, что именно. Взявшись большим и указательным пальцем за переносицу, я глубоко вздохнул, а затем поражёно произнёс:
–Нет, не помню.
Кивнув, мужчина ещё что-то пометил в своей тетради и, помолчав не больше пяти минут, поднял на меня свой взгляд шоколадных глаз и начал говорить:
–Те люди, которые были здесь с тобой, являются твоими бабушкой и дедушкой. Они из Джорджии, как и ты. Всю свою жизнь ты проживал в Атланте, пока по неизвестным всем причинам, не покинул этот штат. Помимо всего прочего, твоё настоящее имя– Сол Харлокс. Я думаю, тебе не раз приходилось слышать его и ты не понимал почему же тебя так называют, я прав?
Молча кивнув, я дал доктору возможность договорить до конца. Я хотел услышать всё то, что он для меня приготовил, но признаться честно, я ощущал, как паника настигает меня всё сильнее или как кровь в жилах леденеет от всей происходящей ситуации.
–Твои родственники обратились за помощью к доктору Мэйсону и рассказали все детали по поводу тебя, но так как доктор Мэйсон не является психиатром, он обратился ко мне. Из всего, что мне довелось узнать, я могу сказать лишь одно, Мак.
–И что же?
–Из-за сильного депрессивного состояния, в котором ты находился несколько месяцев и полученной головной травмы незадолго до отъезда в Мэдисон, у тебя образовалась диссоциативная фуга.
–Что это?
–Это острое психическое расстройство, при котором пациент под влиянием травмирующих событий внезапно покидает свое место жительства, полностью утрачивая воспоминания о собственной личности. Я узнал, что твои родители погибли в авиакатастрофе меньше года назад, следовательно, эти ужасные события и дали трещину, а неизвестный всем инцидент с головной травмой, лишь активировал фугу.
–О боже,–произнесла Ариель и обеспокоенным взглядом посмотрела на меня.
После того, как мне объяснили, что же со мной не так, я почувствовал некое облегчение. Теперь понятно почему я не мог многое вспомнить. Я утратил все воспоминания былого себя из-за этой фуги. Сейчас осознание происходящего очень сильно подкосило меня как в физическом, так и в моральном плане. Сложно переварить всё, что я узнал, но и отрицать я этого, к сожалению, не могу. Я болен, и это факт.
Внутри меня образовалась пустота. Мир сразу стал для меня каким-то серым. Я больше ничего в нём таинственного не вижу. Не было чёрного или белого, было всё просто серое. Мне больше не хочется разговаривать, улыбаться, смеяться или даже шутить. Мне даже не хочется издеваться и язвить Майер. Мне вообще ничего не хочется. Интерес пропал ко всему. Что-то поменялось, вся злость, ненависть и гнев пропали. Ариель больше не являлась объектом всей моей ненависти. Она больше ничем не являлась. Я перестал чувствовать. Случился щелчок и я стал другим парнем. Парнем, который болен на всю голову. Парнем, который перестал чувствовать. Парнем, который остался без родителей.
Когда меня выписывали, то доктор Мэйсон дал пару рекомендаций насчёт дальнейшего лечения, а доктор Фрейд посоветовал не медлить и записаться на приём к местному психологу. Ко всему прочему он разрешил мне принимать и дальше антидепрессанты. Это была единственная радостная новость. Я мог спокойно забыться и спать дни напролёт.
–Мак, поговори со мной,– спокойно проговорила Ариель, что вела машину.
Мы направлялись обратно в Мэдисон. Мои старики хотели было меня забрать сразу в Джорджию, но я дал четко понять, что вправе решать сам, что мне делать. Парни не смогли остаться на ночь в больнице, поэтому, как только мы наговорились вдоволь, они отправились домой. Я согласился поехать с Ариель обратно только потому, что решил сказать ей всё, что чувствую и думаю.
–Сколько нам ещё осталось до Мэдисона?
–Мы почти доехали. Так не терпится избавиться от моей персоны?– шутя, спросила блондинка.
Я внимательно пригляделся к ней. Она была красивая. Даже очень. Я почему-то этого раньше не замечал. Её нежные черты лица говорили мне о многом. А светло-зеленые глаза скрывали некую загадочность и притягивали словно магнит. Маленькие пухлые губы казались слишком привлекательными и жаждали, чтобы их кто-то испробовал на вкус. Я помню их прикосновения и вкус. Облизав свои пересохшие губы, я перевёл взгляд на светлую капну длинных волос, которая слегка колыхала от ветра, что пробрался через открытое окно.
–Я устал и хочу лечь поспать.
Усмехнувшись, девушка сосредоточено смотрела на дорогу, что меня радовало. Затем через пару секунд, я заметил, как улыбка спала с её лица и она огорчённо спросила:
–Теперь, когда ты узнал, что с тобой, ты вернёшься в Джорджию?
–Да, но не сразу. Побуду здесь не больше двух дней. Нужно забрать документы из университета и разобраться с зарплатой.
В ответ тишина. Я заметил, как костяшки на её руках побелели, а губы слегка сжались в тонкую линию. Возможна она привыкла ко мне и ей не хотелось со мной прощаться, но сказать наверняка я не могу. Во всяком случае, я уеду. Здесь меня больше ничего не держит. Если мой дом в Атланте, то я вернусь туда и возможно вспомню что-нибудь. По крайней мере, я на это надеюсь.
Заметив знак с «добро пожаловать в штат Висконсин», я на миг обрадовался. Наконец-то я скоро смогу лечь на свою кровать и отдохнуть. Руки и голова всё ещё побаливали, но это не портило мне настроение. Его и так-то не было. Из уст своих друзей я узнал, что мой Харлей в плачевном состоянии и нуждается в ремонте, который обойдётся мне в очень серьезную сумму. После услышанного, моё настроение пропало напрочь. Анион был единственной радостью в этом мире, но и его отобрали. Жизнь отобрало всё и не оставила ничего. Абсолютно ни-че-го. Хотя нет, у меня есть друзья, которые приняли меня таким, какой я есть. Но надолго ли это? Я знаю, что дружба, как и отношения недолговечны. Всё в этой жизни недолговечно. Сегодня ты друг, а завтра заклятый враг. Сегодня ты родился, а завтра умер. Всё, к сожалению, не вечно.
–Я не готова прощаться с тобой, Сол,– разочарованно проговорила Ариель и повернула в тот квартал, где я жил.
Пока Майер проезжала узкие улочки, я оценивал на слух, каково мне слышать моё настоящее имя. Непривычно. Неправильно. Я не чувствую себя тем самым Харлоксом. Я привык к Харрисону. Я другой и чувствую себя по-другому. Я хочу начать всё заново, а прошлое оставить в прошлом вместе с этим дурацким именем и фамилией. Как только машина остановилась перед моим домом, я поблагодарил девушку за всё и вышел из автомобиля, не сказав больше ни слова.
–Сол, подожди!– крикнула блондинка и выбежала из машины ко мне.
Я прирос к земле и наблюдал за ней. Я был без эмоции, но сказать я всё же хотел многое ей на прощание.
–Ариель, я больше не Сол. Не называй меня так. Я хочу извиниться перед тобой за всю причиненную боль и сказать, что мне жаль. Жаль, что я вёл себя так отвратительно с тобой. Жаль, что не верил и подозревал тебя во всём. Жаль, что впутал тебя во всё это дерьмо. Не такая у тебя должна быть жизнь. Я хочу, чтобы ты отпустила меня и перестала пытаться помочь. Моя жизнь– это моя жизнь, а твоя– это твоя. Наши пути не пересекутся, поэтому я предлагаю прямо здесь и сейчас закончить эту печальную историю, заключённую в боли и несправедливости. Я благодарен тебе за те слова, что ты сказал раннее в больнице, но я отказываюсь от них.
На лице Ариель было тысяча эмоций и с каждым моим словом они чередовались. Девушка открывала и закрывала рот. Сказать было нечего. В её глазах читалось разочарование, но так будет лучше для нас обоих. Я не хочу больше впутывать её в свои проблемы. Хватит, мы многое пережили, пора заканчивать это дерьмо. Каждому рано или поздно станет легче.
Подойдя к ней поближе, я обнял её и вдохнул сладкий аромат парфюма, который мне очень пришёлся по душе. Поцеловав на прощание блондинку в висок, я сказал:
–Спасибо, Ариель и прощай. Приятно было познакомиться.
Дорогие мои читатели, ваша активность очень сильно меня огорчает. Я начинаю задумываться о том, что вам просто напросто не нравится моё творчество и я зря только стараюсь. Раньше был стимул писать, сейчас он напрочь пропадает, что огорчает. Я стараюсь в первую очередь для вас и вкладываю всю свою душу в каждую главу. Надеюсь, что вы не проигнорируете и выскажете своё мнение.
И да, надеюсь, что удивила вас неожиданным заболеванием Мака. Думаю, что никто такого не ожидал. Я знаю, что многие думали будто бы у него амнезия, но нет, всё гораздо сложнее.
Так, вроде всё сказала, теперь пошла лечиться дальше. Надеюсь, что глава вам понравилась.