40
Мы увлеклись настолько, что с каждой новой купюрой ставки все росли и росли. Не знаю, что на меня нашло, но азарт захватил меня полностью, и я перестала прислушиваться к Клэйну, который настойчиво твердил, что пора остановиться. В итоге он просто поднял меня на руки и вынес на улицу, чтобы я остыла, подышала свежим воздухом и, возможно, пришла в себя.
– Бэйкер, ты окончательно сошла с ума, – сказал он, крепко взяв меня за плечи и глядя прямо в глаза. – Ты пытаешься заполнить пустоту после сегодняшнего? Так ты же шагнешь прямо в лудоманию.
Когда я играла, все проблемы внешнего мира будто исчезли. Они стали такими мелкими и неважными. В голове звучало только одно: еще ставка! Еще! И еще!
Трудно остановиться, когда удача постоянно на твоей стороне.
– Посмотри, сколько у нас денег! Клэйн, кроме фигурного катания, это первые деньги, которые я сама заработала! – я показала Клэйну кошелек, куда складывала выигрыш.
– Хорошо, что мы вовремя остановились. В казино всегда так: сначала выигрываешь много, а потом одним махом теряешь все. Так что давай на этом и закончим.
Я собиралась что-то ответить парню, но внезапно заметила позади него трех крепких мужчин, которые смотрели на нас с явной неприязнью. Я быстро оглянулась, надеясь, что этот взгляд предназначался кому-то другому, но нет — их недобрый взгляд был направлен именно на нас.
Клэйн обернулся и тоже заметил этих мужчин. Мы не успели даже слова вымолвить, как они схватили нас и потащили в переулок неподалеку от казино, где почти не было людей. Один из них зажал мне рот рукой, другой сделал то же самое с Клэйном. Он пытался сопротивляться, но все было напрасно — их сила явно превышала нашу.
Когда они наконец нас отпустили, Клэйн, не раздумывая, пошел напролом на одного из мужчин. Это был весь он — никогда не замечал опасности, если дело касалось его достоинства. Он не терпел неуважения и всегда стремился дать отпор тем, кто его задевал. Я же стояла в стороне, испуганно наблюдая за происходящим. Вечерний мрак лишь усиливал напряжение, и тусклый свет фонаря с трудом пробивался сквозь тени переулка.
– Вы кто такие?! – Клэйн вплотную приблизился к одному из них, вызывающе глядя ему в глаза. Наверное, он считал, что чем больше шкаф, тем громче падает, но я так не думала. Я быстро схватила его за руку и попыталась оттащить. – Самые смелые, да? Трое в переулке против нас? Здесь девушка, – продолжил он, вырываясь. – Если вы местные бандиты, то лучше бы меня одного избили, чем устраивать этот цирк.
– Вы должны отдать то, что забрали, – сказал один из мужчин. Я едва различала его лицо в тусклом свете, но заметила большой шрам, который пересекал его кожу. Он как будто был знаком... Может, я уже где-то его видела. – Вы слишком много выиграли и ни разу не проиграли.
Позже я поняла, что он всегда был рядом, когда мы играли. Я замечала его в перерывах, когда эйфория от выигрыша немного спадала, но даже тогда не могла заподозрить, что он бандит. С виду он был обычным человеком, и ничто не выдавало его настоящую сущность.
– Я племянница владельца этого казино, – неожиданно заявила я. Мужчины лишь усмехнулись, не поверив моим словам. – Я говорю правду, – добавила я, пытаясь сохранить спокойствие.
– А я сын Илона Маска, – посмеялся один из них, и его смех звучал презрительно. – В казино есть свой лимит.
Вскоре один из них схватил меня за волосы и приставил нож к моему горлу. Клэйн, пытаясь защитить меня, ринулся в драку с двумя остальными. Слезы покатились по моей щеке, не в силах остановить их.
Мужчина провел ножом по моей коже, и я, едва сдерживая страх, вытащила кошелек и протянула ему. Он отпустил меня, забрал его и положил в карман. Но, видимо, для профилактики, он все же дал мне пощечину, и я потеряла равновесие, упав на землю.
– ОСТАНОВИТЕ! – вдруг, ошарашенный, подбежал дядя с мистером Кернелом. Мужчины сразу остановились и отошли в сторону. Я взглянула на Клэйна и увидела, что его нос был сломан, губа порвана, а под глазом появился фингал. Это было похоже на кошмар, который я не могла бы представить даже в самых страшных снах. – ВЫ ЧТО ДЕЛАЕТЕ?! – взорвался дядя.
Дядя Мартин помог мне встать, а мистер Кернел — Клэйну, осторожно вытирая кровь с его лица платком из пиджака.
– Сэр, они выиграли сумму, превышающую лимит за один раз в казино, – пытался оправдаться мужчина со шрамом, но дядя, как щенка, схватил его за шкирку и, резко дернув, ударил лбом в лоб. Мужчина рухнул на землю, а из его лба потекла кровь.
– ТЫ ТОЛЬКО ЧТО НА МОИХ ГЛАЗАХ УДАРИЛ МОЮ ПЛЕМЯННИЦУ, ИДИОТ! МЫ НИКОГДА НЕ БЬЕМ ЖЕНЩИН И ДЕТЕЙ! – проревел дядя, гневно смотря на мужчину.
Поняв, что дядю лучше не злить, все трое мгновенно рванули прочь, не оглядываясь. Оставив на земле мой кошелек, который поднял Мартин и без слов положил мне обратно в карман.
Дядя был сильно зол и раздражен. С яростью ударил железный забор, и от силы удара осталась вмятина. Ходил туда-сюда, пытаясь взять себя в руки и успокоиться.
– Простите меня, ребята. Ради Бога, простите меня, – извинялся дядя, видя наше потрясение. – Как только поняли, что вас нет, сразу побежали искать.
– Ваша банда всех так избивает, кто выигрывает? – с болью в голосе спросил Клэйн, плевался кровью.
Дядя промолчал. Это правда.
– Вот такой твой дядя, Луа, – с характерной нетактичностью добавил мистер Кернел. – Именно поэтому никто из вашей семьи не хотел, чтобы ты с ним общалась. Именно поэтому я здесь, чтобы забрать вас. Я думал, что мне нужно будет больше времени, чтобы показать вам, что из себя представляет бизнес твоего дяди, но он не заставил себя ждать.
Это был настоящий кошмар, все случилось за считанные секунды. Меня начало так сильно тошнить, что я едва сдерживалась, пытаясь не вырвать в ближайший куст, но в Лас-Вегасе не было много растительности. Вокруг только огромный яркий мегаполис, переполненный ненормальными людьми.
Я мечтала вернуться к Джиму, Стэф, бабушке и дедушке. Мне было так тяжело дышать, и я чувствовала, как накатывает паника. Хотелось просто уехать, вернуться в Сиэтл, в свою привычную жизнь, где все было хоть немного под контролем.
– Ты сам себе враг, Мартин, – продолжил Кернел, теперь обращаясь к дяде. – Олдайны и Бэйкеры — набожные католики. Но я вижу, что от вас католического только второе имя, которое вам дали в церкви.
Дядя молча смотрел на ночное небо, не в силах ответить. Да и вряд ли он нашел бы слова, чтобы опровергнуть Кернела. Я ощущала, как его глаза начинают наполняться слезами. Хотелось поддержать дядю, оспорить мнение Кернела о нем, но я понимала, что в его словах была правда. Мой родственник действительно был опасен.
После нескольких секунд я заявила:
– Нам пора в Сиэтл.