23
Мистер Дэлонг стремился сблизиться с элитой Сиэтла, поэтому не жалел усилий на организацию мероприятий, чтобы завести новые знакомства или укрепить существующие связи. Совершеннолетие его старшего сына было отличным поводом показать себя среди бизнесменов.
– Даже ты такие мероприятия не устраивал в честь наших именин, дедуль, –сказала Стэф, когда они только сели в свой чёрный лимузин. Хоть их семья и не очень любила этот вид транспорта, иногда нужно было на нём приезжать на определённые встречи. –Мистер Дэлонг хочет очень громко отпраздновать день рождения своего сына.
У Томаса много достижений, которыми можно гордиться, но больше всего он гордится своим сыном, –ответил мистер Бэйкер на слова своей старшей внучки. –Когда мы выпивали с ним в Перу в августе, мистер Дэлонг заявил, что всё до последней копейки оставит своему старшему сыну, без каких–либо раздумий. Понимаете? –обратился он ко всей семье, доставая из бара шампанское. –Он просто обожает Клэйтона. Души в нём не чает.
По отцу Клэйну было тяжело сказать, что он испытывал настолько сильные чувства к своему сыну, о которых говорил мужчина. Да и по парню нельзя было сказать, что он испытывал эту "любовь" со стороны своего родителя.
Томасу Дэлонгу нравилось, что Клэйн, несмотря на не самый простой характер, всегда держал всё под контролем. Парень мог дипломатично решать проблемы, указывать собеседнику на ошибки без криков и личных нападок, и лаконично выходить из любой ситуации. Однако была и другая сторона, о которой отец догадывался, но предпочитал игнорировать, чтобы не разочаровываться: Клэйн любил веселиться.
Что подразумевалось под словом "веселиться"? Иногда казалось, что парень безнадёжно убегал от самого себя, не осознавая тщетности этих попыток. Он любил гонять по ночному Сиэтлу на своём Aston Martin; пил редко, но если уж пил, то до беспамятства; наслаждался травкой (сильные наркотики он никогда не употреблял) и, конечно же, обожал драки. Последний факт противоречил его "дипломатичному решению проблем", но Клэйн, участвуя в драках, выпускал пар. Дрался он посредственно, не был спортсменом. Всё–таки наш главный герой был человеком искусства, а не кандидатом в мастера спорта, что, возможно, было довольно печально.
– Луа, а какой Клэйтон в школе? – поинтересовалась бабушка.
Луана, одетая в красный костюм, состоящий из пиджака и брюк, выглядела как настоящая бизнес–леди, уже добившаяся успеха в жизни. Стэфани накрасила её так, что Луа казалась на несколько лет старше своих лет. Она постепенно сбрасывала лишние килограммы (если верить её весам) и начала довольствоваться своим телом, особенно когда вспоминала горящие глаза Клэйна во время прелюдий.
– Его все любят. Он всегда в центре внимания. Джим доверяет ему, как никому другому. Клэйн, скорее всего, в школе, как плохой парень, несмотря на его успеваемость.
– Правда, что у него взрывной характер?
– Не из самых приятных.
С каждым годом понимаешь, что характер человека –это всего лишь баррикада от внешнего мира. Кто–то предпочитает скрывать всё за улыбкой и громким смехом, кто–то –за холодным взглядом и отстранённостью, а кто–то любит разговаривать с людьми и растворяться в их рутине, живя проблемами своих знакомых и избегая решения своих собственных.
Мы –пластилин природы, но лепят нас окружающие нас люди.
Дилемма в том, что раскрываться людям так же опасно, как и полностью отдаляться от них. Мы часто слышим, что лучше никогда никому ничего не рассказывать, но, держа всё в себе, мы быстро падаем духом и умираем от одиночества. Недаром говорят про «золотую середину», ведь именно она удерживает баланс. Только вот найти её –задача не из лёгких...
– Наверное, было очень дорого арендовать весь Space Needle, – сказала Стэфани, когда семья подъехала к башне. Кто–то выходил из лимузинов, а кто–то из дорогих машин. Большое количество охраны ходили по территории. – Это ведь место для туристов. Сколько же мистер Дэлонг заплатил...
Дэвис почти сразу встретил своих знакомых у входа, и они были рады видеть его. К мистеру Бэйкеру все относились с почтением, подбирая правильные слова в разговоре. Стэфани и миссис Бэйкер всегда были рядом, сопровождая его и не оставляя одного. Луана же держалась в стороне, как будто была отдельным гостем. Стэфани приходилось постоянно подзывать сестру, чтобы та не отходила далеко от семьи.
Поднявшись по лифту, их также тепло встретили в зале. Когда мистер Дэлонг увидел Бэйкеров, он поставил свой бокал на стол и направился к коллеге.
– Поздравляю, Томас! Вот твой сын стал совершеннолетним, – мужчины обнялись. Шары, белая скатерть, живая музыка. Всё было на высшем уровне. – А где сам именинник? Будущее твоей компании!
– Рад Вас видеть! Спасибо, – улыбнулся мужчина. – Он написал, что немного задержится.
Если бы только гости знали, как отец с сыном поругались дома. Негоже появляться по отдельности на таком то вечере, но Клэйну было всё равно (грубо говоря, плевать ему хотелось на эти манеры). Собравшись дома, он сел в свой автомобиль и рванул в неизвестном направлении. Супруга Томаса звонила своему сыну. Парень ответил ей не сразу и сказал, что вскоре будет.
Луа, услышав это, была смущена. Проживая всю жизнь в такой обстановке, она не могла понять, как Клэйн мог так безрассудно себя вести. Этот парень явно не испытывал страха перед общественным осуждением. Вскоре взрослые ушли разговаривать с другими влиятельными людьми (а их было целое множество), оставив своих внуков бродить по прекрасному ресторану в одиночестве.
– Да, Клэйтон всё–таки тот ещё сорванец, – Луа и Стэф подошли к шведскому столу, взяв оттуда напитки. – Мистер Дэлонг чуть сквозь землю не провалился, когда ответил дедушке. Нельзя ведь так. Такое безрассудство.
Луа решила промолчать не потому, что ей нечего было ответить. Просто ей не хотелось вступать в спор со Стефани, которая всегда считала себя правой. Девушка сама ещё не до конца понимала Клэйна, но она знала, что он далеко не безупречен. Тем не менее, Луа испытывала к нему невероятно сильную симпатию.
Внезапно все обернулись к двери, откуда вскоре появились главные герои вечера вместе с каким–то парнем, примерно ровесником Клэйна. Они оба были в серых смокингах, которые явно подчёркивали различие в их телосложениях. Клэйтон был немного худощавым, а его спутник, наоборот, имел крепкое телосложение.
– Итан! – подбежала к незнакомцу Эмилия. Парень поднял девочку, прижав к себе. – Ты приехал!
– Ты так вырос, – сказала миссис Дэлонг, обнимая парня. Она внимательно рассмотрела его. Не могла поверить, что он стоит перед ней. – Клэйн очень соскучился по тебе. Хорошо, что ты приехал.
– Je ne pouvais pas manquer l'anniversaire de mon frère*, – что–то на французском сказал Итан. – Comment ça va, tante?*
– Tout va bien, ma chère*, – ответила Сильвия.
К ним подошёл мистер Дэлонг, взгляд его выражал презрение к парню. Он не старался скрывать своё негодование.
– Месье Дэлонг, здравствуйте, – у Итана был смешной акцент, который несколько развеселил Стэф. Лорейн слегка тронула внучку, чтобы та перестала улыбаться.
– Ça fait longtemps*, – они пожали друг другу руки. – Amuse–toi bien.*
После этих слов Томас удалился, оставив ребят.
Клэйну, как можно было заметить, не понравилась реакция отца на гостя. Сильвия поняла это и пыталась разрядить обстановку, болтая с Итаном о чём–то своём.
Итан Ришар, двоюродный брат Клэйтона и Эмилии, племянник миссис Дэлонг (сын её брата), проживает во Франции, однако часто бывал в Орегоне у дедушки, где раньше жил Клэйн. Блондин глубоко привязан к своему старшему брату (старше на два года), несмотря на отцовские слова: "На подобном мероприятии неуместно присутствие твоих знакомых. В это число входят как твои друзья, так и наши родственники".
Томас и Сильвия происходили из скромных семей, что было общеизвестным фактом. Мужчина, стремясь к деньгам и власти, отказался от расширения своих семейных связей, за исключением близких (супруги и детей). Его нельзя было назвать ни плохим, ни хорошим родственником. Он просто следовал своим мечтам и целям. После развода с Сильвией он мог бы найти себе более состоятельную жену, но Томас вернулся к ней, потому что искренне любил её и своих детей. Просто он не умел полностью выражать свою любовь из–за своей скрытной натуры.
***
Je ne pouvais pas manquer l'anniversaire de mon frère* – я не мог пропустить день рождения брата.
Comment ça va, tante?* – как у вас дела, тётушка?
Tout va bien, ma chère* – всё хорошо, мой дорогой.
Ça fait longtemps* – давно не виделись.
Amuse–toi bien* – веселись.
***
– Может быть, я не слишком хороший родитель, но одно мне ясно, Томас, – сказал мистер Дэлонг, приближаясь к Бэйкеру, который увлеченно читал что–то на своем телефоне, в то время как все вокруг танцевали. – Наши дети вовлечены в романтические отношения. Мы можем с Вами стать родственниками, мой друг.
Дэвис не слишком активно следил за своими внучками, но проявлял интерес к их жизни. Он не был удивлен.
Слегка улыбнулся, хотя в его улыбке не было ни радости, ни грусти. Для него было нечто среднее. Его заботили чувства Луаны. В его сердце она всегда оставалась тем малышом, который предпочитал играть в одиночестве в песочнице, только с своими игрушками. Это было дитя, чье детство было тяжелым. Тихая и скромная Луана, любимица Дэвиса, радость для его глаз.
Мужчина очень любил Стэфани, но к Луа он относился иначе. Возможно, это потому что девушка в глазах Дэвиса была ещё ребёнком, которого он спас от рук своего же сына.
– Никогда бы не подумал, что такое возможно, – продолжил отец Клэйна, смотря на детей. Клэйн ухаживал за Луаной за столом так трепетно и нежно. – Наверное, Вы наслышаны о непростом характере моего сына. Это сущая правда, мой друг. Но, поверьте, я вижу его таким впервые.
– Каким таким? – мужчина отвлекся от телефона.
– По уши влюблённым.
Да, каждая девушка мечтает о таком взгляде от своего молодого человека. Влюблённый взгляд – это нечто невероятное, чем человек не контролирует. В этом, кстати, и вся особенность – его нельзя повторить или подыграть.
Томас был примерно того же возраста, что и Бенджамин. Дэвис относился к своему партнеру по–отцовски. Он не желал разочаровывать Томаса своим мнением, однако не мог промолчать.
– Ты знаешь, что к дочерям у отцов совсем другое отношение. У тебя у самого дочка. За Стэфани я не переживаю, она не пропадёт. Но за Луану я переживаю больше всего на свете. Мне и деньги не нужны. Главное, чтобы она была жива, здорова и счастлива. Мне ничего больше не нужно в этом мире, – расчувствовался мужчина. – Я обещал, что не буду выбирать сам супругов своим внучкам, но я помогу им выбрать хорошего кандидата. Всё в нашей семье должно быть согласовано.
Томас промолчал, так как их идеологии с партнёром не совпадали. Он давал Клэйну глоток свободы, но не мог позволить того, чтобы он задышал ей «полной грудью». Мужчина привык ко всему подходить организованно и ответственно, контролирую абсолютно всё.
К Эмилии он относился мягче. Мистер Дэлонг был согласен с тем, что у отцов совершенно другие отношения с дочерьми, но это скорее было, потому что Клэйтон – будущее его компании. Воспитание к сыну было намного строже.
– Девчат мы всегда жалеем, сдуваем с них пылинки, придерживаем их, когда они падают. Но, если рассуждать, как Вы, то мой сын ведь тоже хороший кандидат...
– Он у Вас умён. Я этим наслышан, – перебил его дедушка. – Но говорить о женитьбе рано. Очень рано. Оставим этот диалог пока что. Хотелось бы лучше поговорить о том, как братья Хьюго работают.
Мужчины начали говорить о своем общем проекте, позабыв этот нелепый разговор (по мнению дедушки Луаны). Дэвису не нравилась тема "брак по расчёту", так как один раз он уже допустил такую ошибку.
Луа вышла на смотровую площадку, потому что была слишком переполнена эмоциями. Был виден весь Сиэтл, который она и Клэйн не очень любили, но в один момент этот город стал для них особенным.
– Всё хорошо? – к ней подошёл Клэйн, который весь вечер только и смотрел на нее. – Ты какая–то потерянная.
Луана просто переживала эмоциональное напряжение и не знала, как с ним справиться. Раньше у нее не было подобного опыта. Она чувствовала страх, но в то же время ее это захватывало.
– Мы вместе? – неожиданно спросила Луа, удивляясь своим словам. – Или, может быть, мы просто весело проводим время вместе?
Клэйн осторожно отодвинул прядь волос с лица девушки и кивнул.
– Давай будем вместе, раз у нас не получается поодиночке.
Необъяснимое чувство, когда людей просто так тянет друг к другу. У них было мало общих интересов, но это не мешало им испытывать нечто невероятное. Возможно, именно в этом заключалась трагедия человеческих отношений – они не знали, как справиться с этой любовью, которая разрасталась внутри.
– Почему ты так хочешь быть со мной, Клэйн?
– У меня дикое желание фотографировать тебя, – парень заметил по выражению лица Луа, что такой ответ её не совсем устроил. – Я не особо романтичен. Для меня ты как самая ценная картина, которую я никогда не продам. Я хочу сохранить её.
Творческий человек. Что с ним поделаешь? Именно так он выражал свои чувства – через фотографии и картины.
Луа же была далека от искусства. Она была трудолюбивым спортсменом, полностью отдававшим себя льду. Однако Клэйн утверждал, что фигурное катание тоже является своего рода искусством. Всё, что вызывает эмоции, – это искусство.
– Он совсем не романтичный, – неожиданно сказал Итан, подойдя с бокалом шампанского. – Прости ему его странность. Никто не знает, почему он такой.
Клэйн слегка толкнул своего двоюродного брата, а Луа почему–то улыбнулась. Возможно, её представления о первой любви были другими. Ей казалось, что парень должен ухаживать за девушкой, дарить подарки и звать на свидания. С Дэлонгом всё вышло иначе, но она решила, что взаимных чувств более чем достаточно для построения серьёзных отношений.
Да и Луа была счастливой рядом с ним. Искренне счастлива.
Их диалог прервал звук микрофона внутри.
– Спасибо, дорогие друзья, что уделили своё время на наше скромное мероприятие, – зал разразился смехом от слова "скромное". Что же тогда для Томаса "не скромное"? – Сегодня у моего первенца большой праздник. Он уже стал совершеннолетним, и я им очень горжусь. Я боюсь громких слов, но после моей смерти Клэйтон займёт моё место и начнёт вести дела семейного бизнеса, – никто не был удивлен, ведь если не он, старший ребёнок, то кто? – А у настоящего директора должен быть свой личный вертолёт.
Клэйн выпучил глаза, не сдержав своего яркого удивления.
– Я дарю тебе вертолёт AgustaWestland AW109, – на экране позади них появились фотографии этого транспорта. Гости начали обсуждать такой дорогой подарок, который простолюдинам был не по карману. – Хотел подарить машину, но ты ничего не видишь, кроме своего Aston Martin..