ЖЕСТОКИЙ ФИЗРУК|p.moormeier

Вероника прибежала домой в слезах, руки тряслись, а ужасный ком в горле не давал издать и звука.

Девушка оперлась на стену и скатилась по ней, как дождевая капля по стеклу. Трясущимися руками, она прикрывала своё лицо и плакала. Горькие слёзы скатывались по лицу, а ненависть и отчаяние накрывало волной.

«Я не могу оставаться здесь. Он убивает меня, каждая мысль о нём сводит меня с ума. Если я не уеду сейчас, то больше меня не будет.»

— Я уеду! — крикнула она сквозь слёзы. — Я не могу больше здесь находиться, я не могу так жить.

Она бросилась в комнату, спотыкаясь о свои же ноги. В суматохе нашла чемодан и начала скидывать всю попавшуюся на глаза одежду.

— Ало, Кэфф, ты тут? — девушка набрала свою подругу в ужасной истерике.

— Вероника, что случилось? — подруга на том проводе начала нервничать и переживать.

— Я уезжаю, я перееду в другой город и переведусь в другую школу. Закончу там. Я не могу здесь больше находиться, — с криком и ужасной болью в сердце, она протараторила эти пару фраз.

— Ты с ума сошла?! Ты не можешь так просто взять и уехать! — Кэфф уже почти кричала в трубку.

— Могу, я уже собираю вещи! — голос Вероники стал жёстким, но всё еще слышалось дрожание, которое выдавало её.

— А как же я?! Ты подумала обо мне? — в голосе подруги послышались слёзы.

— Я люблю тебя, Кэффи. Но если я останусь, то я умру, исчезну, называй это как хочешь. Я не хочу этого... — она сглотнула ком в горле, но слов больше не было.

Она повесила трубку и уставилась на чемодан. В голове гудел белый шум. Она стояла посреди комнаты в полном одиночестве и не понимала, что делать дальше. Руки предательски дрожали, когда она складывала вещи. Ее взгляд упал на прикроватную тумбу. На ней стояла фотография, где они с Кэффи в парке. Тот день был особенным, наполненным любовью и счастьем. Вероника на секунду остановилась и посмотрела на вещи.

Она предавала подругу. Но если она останется, то предаст себя.

За окном шумел город, который она уже не считала своим. Где-то вдалеке лаяла собака, а в комнате пахло пылью и собственным страхом. Вероника заканчивает сборы, садится на пол и просто сидит. Ничего не делает. Не плачет. Не думает. Просто смотрит в пустоту. В последний раз оглядывается на пустую квартиру и уходит. Она называет водителю адрес вокзала и смотрит в окно. Город смазывается её слезами и ливнем. Она оставляет все воспоминания, которые связывают её с этим местом.

***

Вероника стоит на перроне в ожидании. Сердце колотится с ужасной скоростью и кажется, что вот-вот выпрыгнет из груди. В голове крутились только один мысли: «Поезд подъедет и всё закончится. Я скоро буду свободна».

И вдруг, сквозь этот шум, сквозь объявления по вокзалу и гул приближающегося поезда, она услышала голос:

— Вероника!

Она замерла. Слово отозвалось в душе острой болью, раздирая всё то немногое, что она пыталась спасти. Она не хотела оборачиваться. Знала, что если увидит его, то всё рухнет. Снова. Но она не могла заставить себя сделать последний шаг.

— Вероника, пожалуйста, — голос был хриплым, надломленным. Такой голос не может лгать. Но она уже столько раз обжигалась. — Дай мне сказать тебе. Всего раз. А потом я уйду. Я не остановлю тебя.

Она обернулась медленно, через силу. Пэйтон стоял в нескольких метрах от неё, промокший до нитки, с растрёпанными волосами, прилипшими к лицу. Он выглядел разбитым и потерянным. Она никогда не видела его таким. За его спиной, в нескольких десятках шагов, стояла Кэффи. Она не звала, не пыталась подойти. Она просто смотрела на подругу с такой болью, что у Вероники на миг перехватило дыхание.

— Кэффи сказала, что ты уезжаешь. Я приехал, потому что если я не скажу этого сейчас, то буду ненавидеть себя всю оставшуюся жизнь.

Вероника молчала. Её пальцы сжимали ручку чемодана до белизны. Она не ушла. Она стояла перед ним. Дождь лил стеной, смешивая её слёзы с водой. Пэйтон говорил. Он говорил ту самую правду, которую она ждала два года.

— Мои родители. Они нашли мне невесту. Дочь какого-то бизнес-партнёра. Выгодный союз, деньги, связи. Я сказал, что не хочу. Что люблю тебя. Что не оставлю тебя ни за что. Они не приняли этого. Они сказали, что если я не вернусь домой и не сделаю то, что они хотят, они уничтожат тебя. Твою семью. Твою репутацию. Всё, что у тебя есть. Они влиятельные люди, Вероника. Я не мог рисковать тобой. Я уехал к ним, чтобы разобраться. Чтобы доказать им, что я не буду марионеткой. Я думал, что это займёт пару недель. Месяц. Я не думал, что это продлится два года. Я не думал, что они запрут меня там, отключат связь, не дадут мне уехать. Я был как в тюрьме. Я боролся за свою свободу. За нас. За тебя. Но мне потребовалось два года, чтобы вырваться оттуда. Чтобы сбежать из того ада. И когда я наконец выбрался — я сразу приехал к тебе. Я не знал, что ты уехала. Что ты уже строишь новую жизнь, что ты перестала ждать. Я не знал ничего. Но я не мог больше ждать ни секунды, чтобы не найти тебя.

Вероника стояла и смотрела на него. Каждое его слово разрывало её на части. За два года она придумала сотню причин, почему он ушёл. Но эта... эта была одновременно и проще, и сложнее. Он не перестал любить. Он воевал за них. Он попал в ловушку. Он выбрался. Но он не пришёл к ней сразу. Он не написал. Он исчез на два года. И даже если сейчас он говорит правду — это не стирает те дни, когда она умирала от боли.

Она молчала. Долго. Смотрела на него сквозь дождь, сквозь слёзы, сквозь два года тишины и пустоты.

А потом она просто развернулась.

Она взяла чемодан и пошла вдоль перрона. Быстро, не оборачиваясь. Она дошла до конца платформы, спустилась по ступеням на соседний путь, к своему поезду. Она остановилась у вагона. Стояла спиной к нему, спиной к Кэффи, спиной ко всему, что она оставляла. Она не поднималась в вагон. Она просто стояла. Дождь лил по её лицу, по её рукам, по чемодану. Она стояла и смотрела на рельсы.

А Пэйтон стоял на противоположной стороне перрона и смотрел на неё. Он не кричал. Не звал. Он просто ждал.

Кэффи стояла рядом с ним, сжимая кулаки, и не дыша. Она тоже ждала. Она знала: если Вероника уйдёт, то навсегда.

Поезд гуднул. Двери начали закрываться.

Вероника не двинулась.

Поезд тронулся. Лязг колёс, ветер, дождь. Он медленно проплывал мимо неё, заслоняя её от них. Вагон за вагоном. Минута. Вторая.

А она всё стояла.

Поезд прошёл. Рельсы опустели. И на другой стороне перрона, на той же платформе, стояла Вероника. Она не уехала.

Она повернулась.

Через пустые рельсы, через дождь, через два года боли, она посмотрела на Пэйтона.

Она не улыбнулась. Не заплакала. Она просто стояла и смотрела. И смотрела на него.

Пэйтон сделал шаг. Один. Потом ещё один. Он перешёл через рельсы — медленно, как будто боялся, что она исчезнет, как мираж.

Он остановился в двух шагах от неё.

— Ты не уехала, — прошептал он, не веря своим глазам.

— Нет, — ответила она. Голос был тихим, но твёрдым. — Я не знаю, что мне делать дальше. Я не знаю, смогу ли я тебя простить. Но я остаюсь. Ради себя. Чтобы убедиться, что я действительно хочу попытаться.

Она взяла чемодан, развернулась и пошла к выходу. Кэффи смотрела на неё с широко открытыми глазами, а потом побежала за ней.

Вероника остановилась у выхода с вокзала, повернулась на мгновение и встретилась взглядом с Пэйтоном. Дождь всё лил, и она посмотрела на него — прямо, честно, без страха и боли, которые терзали её так долго. А затем вышла на улицу, оставляя его стоять на перроне.

Пэйтон стоял и смотрел на то место, где она только что стояла. Дождь стекал по его лицу, но он даже не моргнул.

— Она не уехала, — повторил он, шепча себе под нос.

Она не уехала.

------------------------------------------

Жду ваши впечатления.

Советую подписаться на мой телеграмм канал! Там будет много всего интересного. Новые фанфики, которых нет на ваттпаде, главы, новости и другой полезный контент.

Телеграмм-канал - @ffwaryy / фф.маруу

ССЫЛКА В ШАПКЕ ПРОФИЛЯ

С любовью, ваша маруру.