~ 24 ~
Меган
Здание психбольницы мрачное, серое и нагнетающее. Я дрожу каждый раз, когда думаю о том, что мне довелось пережить в прошлый раз, находясь в больнице. Да, здесь совсем все по-другому: другие врачи, приветливые люди и запах приятный. Но белые халаты, камеры видеонаблюдения по территории всего забора — напоминали о том, что в стенах здания находятся пациенты куда опаснее меня.
Один из сотрудников полиции помогает мне выйти из машины, больно заломив руки назад. Не знаю зачем они это делают, ведь я итак никуда не убегу. Да и вышла я всё-таки добровольно.
— Почему именно сюда? — мне не удаётся скрыть жалобные нотки в голосе, отчего я начинаю себя проклинать.
— Простите, Меган, но таков приказ. Вы являетесь психически больной, поэтому в участок мы вас не повезём, — говорит мужчина, который держит меня за руки. — Посидите здесь, дождётесь дознавателя. Он должен приехать скоро, так что ничего страшного не случится.
Страшное уже случилось. Когда-то я поклялась сама себе, что больше не попаду сюда. Но судьба посчитала иначе.
К нам идёт пожилая женщина и я даже усмехаюсь. Как такая милая особа может работать в столь опасном месте. Хотя, пациентов до такой степени пичкают лекарствами, что они похожи на овощ и вряд ли что-то смогут сделать.
— Привет, Меган. Я — Одри, твоя медсестра.
Голос Одри мягкий, словно тёплое одеяло, которое укрывает от зимних морозов. Интересно, всех сотрудников психушки учат этому? Она хочет втереться мне в доверие?
— Пусть ваш дознаватель приедет, как можно скорее, — говорю я мужчинам и иду за Одри.
Но меня не оставляют одну: следом идёт мужчина в форме, взглядом впиваясь в мою спину.
Мы заходим в здание и я смотрю на стены, которые окрашены в белый цвет. Он давит на меня, вызывая панику. На стенах так же висят камеры, которые глазеют на меня, словно хищные птицы. Вестибюль постарались сделать уютным. Тут на стенах висят несуразные, будто детские, рисунки. Мягкие диваны желтого цвета и столики вокруг них, на которых лежат чистые листы и карандаши. Будто детский сад какой-то, а не психбольница.
Мы проходим дальше, заходя в лифт и поднимаясь на второй этаж. Дальше выходим и идём по коридорам, отделенным друг от друга запертыми дверьми. Ритмично закрываясь двери, лязгали. Но раздражало то, что мы передвигаемся с черепашьей скоростью.
Судя по окружающей обстановке, ремонт здесь проводили совсем недавно. И даже в некоторых местах до сих пор сохранился запах краски.
Пока мы идём, пациенты смотрят на меня с некой настороженностью. И это понятно: они боятся чужаков. У каждого из них в жизни произошло какое-то дерьмо, которое привело их в эти стены. Поражало то, что в массе людей было намного больше женских лиц, нежели мужских. Из толпы выделяется одна женщина. Она сидит в инвалидном кресле и смотрит прямо на меня. Уверена, когда-то ее лицо было прекрасным, а сейчас же... Страшно худая и неухоженная. Ее рыжие волосы запутались и свисали на лицо, закрывая глаза. Ногти сгрызены в некоторых местах так сильно, что видно свежие ранки.
Мне становится страшно и я поспешно отворачиваюсь от неё. Что, если полиции не удастся доказать виновность Дженнис? Тогда я всю жизнь буду сидеть здесь и превращусь в такое же чудовище, как та женщина? Нет, Меган! Чарли поможет тебе. Он обещал.
Наконец-то мы подходим к двери и Одри достаёт ключ, чтобы открыть ее. В нос ударяет запах медицинской палаты, но я уже привыкшая к нему. Захожу в небольшое помещение, в котором наблюдаю только одну кровать и окно, защищённое решеткой.
— Я буду находиться за дверью, поэтому даже не вздумай бежать, — говорит мужчина в форме.
Его волосы зачёсаны назад, открывая вид на острые скулы и сильную челюсть. Карие глаза смотрят с некой злостью, прищуриваясь.
— Может всё-таки снимете с неё наручники, — тихо просит Одри.
Полицейский возмущённо вздыхает.
— Это ещё зачем?
— Она не сможет отсюда сбежать, — обводит руками комнату женщина.
Наконец-то всё-таки с меня снимают наручники и я присаживаюсь на кровать. Все уходят, а я остаюсь одна. Стены давят, не дают полноценно вдохнуть. Я вздрагиваю каждый раз, когда слышу шаги за дверью. Понимаю, что ничего плохого не будет, но на подсознательном уровне все равно боюсь. Я такая трусиха.
Забираюсь на постель с ногами и обхватываю их руками, прижимая к груди. Все будет хорошо. Я просто посижу здесь несколько часов, а потом прийдет дознаватель.
****
Но дознаватель так и не приходит. Я сижу в психбольнице уже два дня, но ничего не происходит. Вечером пришла Одри и принесла мне еду, но я так и не притронулась к ней. Паника не давала нормально мыслить и через какое-то время я сдалась. Начала буянить, бить в дверь и требовать, чтобы меня отпустили. Глупо, но все же я так сделала. Потом прибежали санитары, они отводят меня в наблюдательную палату. В принципе, она ничем не отличается от остальных, но все же некоторые отличия есть.
Палата находится дальше всех от выхода. Тут нет дверей, окна занавешены, а так же отсутствуют тумбочки. На выходе — санитарский пост, где сидят медсестры и следят за мной. Меня кладут на железную койку, обклеенную клеенкой. Чтобы мне спокойно дать лекарство и не получить в ответ, меня фиксируют свивальниками(*1). Тонкая игла впивается в мою вену и я чувствую, как по организму разлетается дрянь, которая превращает меня в овощ. Это ненадолго, я знаю, что все скоро пройдёт, но все равно жутко. Радует одно — мне дали чистые и сухие вещи.
Ближе к вечеру я слышу тяжелые шаги. Хочу поднять голову, но не могу. Она будто чугунная или же приросшая к подушке. Остаётся только лежать и смотреть на выход.
Ко мне спиной встаёт мужчина. Низкого роста и худой. Он разговаривает с девушками за стойкой и говорит им, чтобы они оставили нас наедине. Девушки несколько минут спорят, говорят, что так нельзя, но все равно уходят.
Мужчина поворачивается ко мне и я замираю. Глупо было думать, что я его здесь не встречу. Мне с самого начала было известно,что брат Киары работает в отделении полиции. Но, Господи, почему именно он — дознаватель!
— Привет, Меган. Неожиданная встреча, должен признаться.
Уэсли присаживается на стул, напротив моей кровати и смотрит на меня.
— Высоко поднялся, как я погляжу, — отвечаю я, но это даётся мне через силу.
— У тебя слишком плачевное состояние, чтобы разговаривать со мной в таком тоне. Давай быстрее все закончим, мне самому неприятно тут находиться.
— Что же ты. Тут отель пять звезд, ложись в соседнюю палату, — говорю я, но ещё не полностью соображаю, что именно.
Уэсли усмехается и включает диктофон, чтобы записать наш с ним разговор.
— Итак, Меган Кларк. Вы обвиняетесь в убийстве Вел Паттерсон. Скажите, вы согласны с этим обвинением?
— Нет.
— Что произошло в доме по вашей версии?
— Дженнис Кларк толкнула Вел с лестницы. Она была не в себе.
Уэсли замолкает, но вскоре задаёт ещё один вопрос.
— Вы были вменяемая на тот момент? Отдавали отчёт своим действиям?
Ох, я бы сейчас так ему ответила, если бы диктофон не был включён!
— Да.
— Интересно. Какой мотив был у Дженнис Кларк?
— О, Боже, Уэсли. Она была не в себе, напилась. Вел мешала ей выплеснуть на меня свой гнев. Поэтому Дженнис и толкнула старушку с лестницы.
— У вас была ссора?
— Да.
— Всем нам известно, как действует наш мозг в стрессовой ситуации, — Уэсли прищуривается, поглядывая на меня.
— К чему ты клонишь?
— Что, если вы просто забыли какой-то эпизод ссоры? Вдруг ваш разум отгоняет негативные воспоминания, заменяя их другими?
Я в шоке смотрю на дознавателя.
— Намекаешь на то, что я вру? Ты в своём уме, Уэсли?! Я тебе сейчас говорю кто убийца, а ты, вместо того, чтобы допросить ее, пудришь мне мозги!
— Вы реагируете на мои слова слишком агрессивно, — замечает парень.
— Может я и психически не здорова, но уж точно не убийца.
— Я понимаю вашу...
Парня прерывает голос девушки. Она сбегает в палату, держа у головы телефон.
— Убийцу нашли!
______________
*1 свивальники— вязки, ремни – в каждой местности их называют по- разному