❣️Глава 35❣️
Прижимаю сумку к груди, крадусь по коридору. Чем ближе к столовой, тем громче голоса.
Пересекаю гостиную. Очень удобная планировка, из холла ведут сразу несколько арок, сюда в том числе.
Снимаю свою шубу, сую подмышку. Натягиваю сапоги. Не удержавшись, выглядываю из-за угла.
За столом оживление. Дед Артура на повышенной громкости рассказывает что-то про охоту, остальные смеются.
Почти все в сборе, и бывшие подруги, и даже Артур. Сидит рядом с Олли, мрачно пьет коньяк. Нет лишь котиков, но они же якобы сорвались на службу.
Котиков.
Пора выкинуть из головы эту дурь, называть братьев мужа котами глупо, и Артура называть мужем тоже теперь неактуально.
Шмыгаю носом.
Разглядываю его уставшее лицо. Кажется, он не видит и не слышит, что творится за столом, наливается алкоголем, смотрит в одну точку.
У него такой потерянный вид, что хочется сию секунду найти ему оправдание. Он ревновал, он переживал, он меня любит, просто он ошибся.
Опять.
Отталкиваюсь от стены и тащусь к выходу. Нельзя. Я так разревусь над нашей сломанной жизнью, громко, и сюда все сбегутся.
Выползаю на крыльцо, зажимаю пальцами переносицу.
Стою в ночи и лень двигаться, бессмысленно наблюдаю за мигающими огоньками гирлянд. Голые ноги пощипывает мороз, и я встряхиваюсь.
Сколько можно.
Случилось то, что должно было случиться. Рано или поздно. Наша семья не сегодня сломалась, а в августе, когда меня во время свадьбы зажали в кабинете его братья.
Возможно, когда-нибудь, через год или больше, в моей жизни появится четвертый и последний мужчина, и он будет носить другую фамилию.
И я тоже.
Спускаюсь, на ходу влезаю в шубу. Подхожу к машине Артура. Открываю дверь и заглядываю в салон. Шарю взглядом, натыкаюсь на брелок с ключами - блестит на панели.
Отлично.
Открываю ворота.
Когда иду обратно, замечаю высокий темный силуэт, облокотившийся на Ауди. Подхожу ближе. Вздыхаю.
- Чего ещё? Я все равно уеду.
- Юль, - Алан медленно отлипает от машины. - Ты, конечно, классно придумала. Пьяной лезть за руль.
- Я не пьяная, - спорю.
- Я видел, - он кивает. - Как ты шампанское хлестала.
- Это было больше часа назад. Я уже в норме.
Он молча оглядывает меня, взглядом задерживается на губах, поднимается выше, к глазам. Стою рядом, слегка запрокинув голову, смотрю на него в ответ, и не знаю, что чувствую.
Так сложно это. Я к нему привыкла, как к старшему брату мужа, и до сих пор не верю, что у нас был секс.
- Ты не в норме, Юль, - мягко говорит он. Протягивает руку и запахивает полу моей шубки. - Тебя всю трясёт. Нельзя в таком состоянии куда-то ехать. Иди ложись.
Он оставляет меня и идёт к воротам. Уверен, что я послушаюсь, как слушают его братья, такого авторитетного, умного, рассудительного.
Переминаюсь на месте.
И решаюсь.
Пошел-ка он к черту.
Падаю за руль. Толкаю ключ в зажигание. Хлопаю дверью, и Алан оборачивается, придерживает створку ворот и щурится на вспыхнувшие фары.
Трогаюсь с места.
Он ускоряется, почти бежит, закрывая мне проезд, но я жму на педаль и виляю, с громким скрежетом, обдирая краску и сминая кузов проскакиваю в оставшуюся щель.
Фу!
Выруливаю на дорогу и смотрю в зеркало. Алан ракетой вылетает из ворот и несётся куда-то в темноту, не за мной, а совсем в другую сторону. Вытираю вспотевший лоб, перевожу взгляд вперёд и добавляю скорость.
Даже если у него там авто.
Не догонит.
Врубаю музыку, выкручиваю громкость. Позади оставляю шлагбаум, мчусь по заснеженной дороге, по обеим сторонам темные стены леса, я словно после апокалипсиса во всем мире осталась одна.
В салоне орет песня о метелице. Зима вышла и метет, метет, метет.
Белая крупка с дороги взлетает и кружит в свете фар.
Представляю, как приеду и выпью залпом несколько стаканов чего-нибудь супер-крепкого и буду танцевать, долго-долго, пока не свалюсь без сил и не засну глубоким тяжёлым сном.
И вдруг вижу впереди мужскую фигуру, облаченную в светоотражающий жилет. Следом на обочине замечаю машину дорожной полиции.
Мне делают знак остановиться.
А я молниесно прокручиваю в голове ситуацию. На чужой машине, покоцанной воротами, без прав, нетрезвая.
Боже.
Чертыхаюсь, ударяю по рулю, и ещё не осознав толком происходящего, уже добавляю скорость.
Блин.
Что я делаю.
Разгоняюсь и несусь вперёд. Пустая дорога, несколько километров до развязки. В октябре я так же неслась по ней, и не успела, меня догнал Андрей.
И та гонка не грозила мне ничем, кроме истрепанных в лоскуты нервов. Но сейчас слышу, как позади оживает сирена.
И едва не выпускаю руль.
Мамочки.
Что же я творю.
За мной гонится дорожный инспектор. В зеркале вижу далёкий свет фар.
У меня отберут права. Закроют на пятнадцать суток. Все праздники просижу в полиции.
Мчусь вперёд, меня неотвратимо быстро догоняют, сирена воет, радио орет, я в безнадежности всхлипываю и сбрасываю скорость.
Почему я не послушала Алана. Куда мне в таком состоянии, я же не в себе, пыталась сбежать от погони, он был прав, надо было лечь спать.
Паркуюсь на обочине. Дрожащими пальцами сжимаю руль. Сижу, будто спицу проглотила, мысленно считаю секунды, влажными глазами смотрю на инспектора, грузно вылезающего из авто.
Может, получится договориться? Первые часы нового года. Ночь в самом разгаре, и я до последнего верю в чудо.
Выключаю музыку, опускаю стекло.
Он подходит. Лицо красное злости. Он рявкает:
- Отбегалась? Из машины выходи, живо.