💞Глава 22💞
Я ведь сказала тогда Насте на счёт братьев, и они обе со мной просто перестали общаться, заблокировали меня во всех соцсетях, хотя я и не собиралась им писать.
Но как-то на днях хотела посмотреть, что новенького в их цифровой жизни, и оказалось, что я у обеих в черном списке.
И я тогда почувствовала облегчение, но с горчинкой. Общаться я и сама не планировала, грасиас. Вот только я все таки думала, что у меня были настоящие подруги.
Нет, не было.
И сейчас эта подделка стучит каблуками по зеркально блестящему полу и идёт ко мне.
А я по-дурацки показываю ей средний палец и разворачиваюсь спиной.
Не бегу, но почти, ускоряю шаг, навстречу опять несутся дети с волками, в этих суете и визге теряюсь, юркаю в боулинг, иду вдоль столиков, дальше по бильярду и выхожу к пищевым точкам.
Вспотели ладони, и в куртке жарко. На ходу раздеваюсь, бросаю вещи возле свободного столика и с телефоном пристраиваюсь в конец очереди.
Народу тьма.
Глазею по сторонам, на витрину с наполнителями для булочки и облизываюсь. Вообще-то, у меня теперь режим, с тренировками стараюсь употреблять больше белка, а углеводы в виде фруктов.
Так, лучше, наверное, взять салат.
Притопываю ногой в такт музыке, медленно продвигаюсь в очереди, думаю о чем угодно, лишь бы держать себя в рукавицах.
Ежовых.
Потому, что у меня стажировка, и я должна пройти ее с блеском, мне нельзя расклеиваться, нельзя себя расстраивать, напоминать себе о том, какой дурой была, если ничего не замечала.
Последний год пролетел как в тумане, вышла замуж и много училась, работала, почти не отдыхала, вечно боялась, что где-то не вытяну, и как итог - довела себя до депрессии.
А потом на таблетках и вовсе перестала интересоваться происходящим.
Это синдром отличницы. Я знаю. На втором этаже, над квартирой родителей живёт женщина, она гуляет одна, болтает сама с собой, качается на качелях, и ходят слухи, что она сошла с ума во время сессии, заучилась, скорая ее забрала прямо из института.
И любимое развлечение Яны - тыкать в нее пальцем и говорить, что я вот-вот стану такой же ненормальной.
И раньше я обижалась на дуру-сестру, ругалась с ней.
А теперь, кажется, понимаю.
Что она права.
Мимо меня целый год прошёл. Я не только фамилию Артура взяла, я и сама заморозилась, будто в капсуле, до лучших времён.
Так вот.
Эти лучшие времена пришли.
Месяц назад. В тот вечер, когда, мы с Артуром стояли у моего подъезда, шел снег, Артур поцеловал меня в нос.
В тот момент мы стали прежними, какими были первые полгода, счастливыми, влюблёнными, и мы никому это не отдадим, он прав.
Больше не оглядываюсь.
Шагаю вперёд.
Моя очередь.
- Большая пицца и пиво, - говорю парню в кепочке за прилавком.
Гулять, так гулять. И даже лучше, если опоздаю в архив. Начальник будет возмущен, а я ему прямо скажу: то, чем я занимаюсь - теория. Мне нужна и практическая работа тоже.
Да. Так ему и заявлю.
И буду права.
С подносом пробираюсь к столику, высматриваю, куда кинула свою куртку. Праздники, обед, все забито, но было же свободное место. Вон она, вроде бы, моя куртка, белая, с большим пушистым капюшоном.
Но стол занят.
Точнее, меня уже ждут.
- Недавно мы с Артуром завели котенка, - с грохотом ставлю поднос. Двигаю стул. - И он уже почти кот. Скоро сможет отлавливать крыс. И душить их.
Марина морщится. Отмахивается.
- Что за бред. Сядь.
- С тобой? - хмыкаю. - Крысам место на помойке. Иди туда. Я хочу поесть. А не тебя слушать.
- А твое место где? В постели моего мужа? - она вскидывает глаза. Смотрит снизу вверх, но так значительно, будто на подчинённую в личном кабинете. - Юля, я тоже не горю желанием с тобой общаться. Но нам нужно кое-что выяснить. Раз уж встретились.
- Выясни у своего мужа.
Она складывает руки в замок, хрустит пальцами.
Разглядываю ее с высоты своего роста, она ухоженная, элегантная, даже красивая, но в ней чувствуется стержень, в повадках прослеживается нечто мужское - отпечаток воспитания, и я на секунду испытываю зависть, вот Марина в комитете прижилась бы, как родная.
Но она экономист.
- Я тебя прошу - сядь, - помолчав, говорит она. Ее взгляд останавливается на моей блузке в районе живота.
Тоже смотрю на свой живот. Всё плоско, как всегда, но на сроке в два месяца еще ничего и незаметно, особенно с моей фигурой.
И именно сейчас мне почему-то становится остро грустно, что это вранье, и я не жду малыша по-настоящему. Бывшие одногруппницы одна за другой выкладывают фотки с приятными круглыми пузиками, текстом в интернете обращаются к будущему сыну или дочке: скоро встретимся.
Смотрю на Марину. Ей тридцать один, как и Алану, они вместе три года, но...
- У тебя проблемы по женской части? - неожиданно для себя спрашиваю.
- Оба здоровы, - так же неожиданно отвечает Марина. - Но он говорил. Что пока не хочет.
Стою напротив, опираюсь руками на спинку стула, вокруг яркий свет, куча народу, и совсем не та атмосфера.
Но мы настолько откровенно не разговаривали, даже когда были подругами, даже когда вдвоем пили чай ночью на кухне в темноте.
- Может, присядешь все таки? - она кивает на стул. - У тебя пицца стынет. Я лишь хочу...- не договорив, она щурится мне за спину.
Оборачиваюсь.
В наводнивших центр посетителях сразу различаю высокую фигуру Артура. И шагающего рядом с ним такого же высокого Алана.