Глава 49
Марк
– Вышгород это - часть старого Таллина, расположенная на холме. Благодаря тому, что он возвышается над всем городом, с двух смотровых площадок открывается невероятный вид как на нижнюю часть старого города, так и на современный Таллин. На вершине находится замок, но он выполнен в более позднем стиле: православный собор, узкие улочки и ещё несколько сувенирных магазинов.– рассказывает Эрин по пути.
Эрин устроила мне экскурсию по своему родному городу, и мы с самого утра созерцаем достопримечательности Таллина. Я и подумать не мог, что прогулка с Эрин может оказаться такой увлекательной.
– Если хочешь, можем вечером прийти на смотровую площадку. Просто вечером включается подсветка, и огни преображают город, что делает Таллин сказочно красивым. Я раньше часто там бывала, особенно после школы. Несмотря на то, что туристам известно об этом месте, там почти никогда не бывает много людей. Они никогда не задерживаются там больше, чем на пять минут, поэтому это - одно из самых спокойных мест в городе.— добавляет она.
После осмотра средневековых зданий мы идём сквозь старый город, и я, как зачарованный, слушаю рассказы Эрин. Она говорила, что любит Лондон и не чувствует себя комфортно в Таллине, но её глаза искрятся, когда она говорит о своей родине.
Мы выходим из лабиринта узких улочек по кирпичной дороге, которая покрывает все дороги старого города. Люди свободно передвигаются, не беспокоясь о своей безопасности, так как машинам сюда въезд запрещён. Это предоставляет больше пространства и свободы в передвижении.
– А это самый знаменитый в городе магазин шоколада «Калев».– говорит она, указывая рукой в нужном направлении.
Я следую за ней, и мы заходим внутрь.
Мои глаза мгновенно расширяются, и я в смятении осматриваюсь вокруг. Кажется, теперь я понял, что имеют в виду под словосочетанием «рай шоколада».
Впечатляющий ассортимент всевозможных вкусов шоколада, марципана и разновидных фигурок из всех видов шоколада.
В углу магазина стоит инсталляция: фотография города с высоты птичьего полёта.
Прилавки, за которыми стоят продавцы, сделаны в форме шоколадных плиток: белого, чёрного и молочного шоколада. В магазине большое количество туристов, которые так же, как и я, находятся под большим впечатлением от того, что видят вокруг себя.
Я снимаю солнцезащитные очки и облегчённо выдыхаю. Здесь я могу не прятаться, ведь туристам нет никакого дела до меня.
Я поправляю кепку и бросаю взгляд на Эрин, которая отвлеклась на фигурку принцессы в полный рост из чёрного шоколада.
Я подхожу к ней и она с детским азартом в глазах, смотрит на меня.
– Ну, что, ты готов?
Я напрягаю лоб.
Что она имеет в виду? К чему готов?
– Пошли! – Она берёт меня за руку и смеётся.
Я следую за ней, и мы поднимаемся по лестнице на второй этаж.
– Здравствуйте! Мы пришли на мастер-класс. – Эрин обращается к женщине, которая встречает нас с дружелюбной улыбкой.
Она выпускает нас в помещение, в котором витает запах шоколада. От такого приторно-сладкого запаха мои глаза начинают слезиться.
– Эрин и Марк?
Эрин радостно кивает, и я стою, как вскопанный.
– Замечательно! Рада, что вы сегодня заглянули к нам! – Она указывает влево от нас. – Надевайте фартуки, мойте руки, и я научу вас готовить конфеты.
Эрин радостно скачет к раковине, и я тяжелыми шагами следую за ней.
– Ты записала нас на мастер-класс по приготовлению шоколада? – стиснув зубы, спрашиваю я.
Она надевает мне фартук и завязывает ленточки на талии, обнимая меня.
– Будет весело! – говорит она, после чего надевает фартук на себя.
– Твою ж мать, куда я попал? – прошипел я, предвкушая отстойный день.
Пожилая женщина оказалась хорошо подготовленной для проведения мастер-класса. Она рассказала об истории шоколада в целом, а также именно о шоколаде «Калев». Я не люблю сладкое, но приготовление шоколадных конфет, конфет из марципана, залитых шоколадом с разными начинками, не оказалось таким уж и ужасным занятием.
Мне понравилось это делать, потому что рядом была Эрин. Она своей радостной улыбкой и смешными подколками заставляла забыться и весело провести время.
По завершению мастер-класса женщина по имени Люси подарила нам наше творение.
Не скажу, что мои марципановые конфеты получились круглыми, но меня порадовало то, что они вообще получились. Надеюсь, они ещё и съедобны.
Эрин, получив свой пакетик, закидывает в рот шоколадную конфету, которую сама же и сделала.
Это удовольствие на её лице я запомню надолго.
– Вот видишь! Всё не так уж и плохо. У тебя отлично получалось.– говорит она, выходя из магазина шоколада.
– Ещё раз попробуешь вытворить что-то подобное, тебе не поздоровится! Разве обычно не дети занимаются таким? – ворчу я.
– В глубине каждого взрослого - прячется ребёнок. – Сделав реверанс, она показывает мне язык. – Признайся, тебе же было весело!
Её выражение лица становится очень милым. Даже не припоминаю, чтобы видел её такой раньше.
– Вовсе нет!– ворчу я, зная, что это не так.
Я не могу признаться, что мне понравилось это только потому, что мы делали это вместе.
— Да и вообще, вести себя так мило!
– А то что? – вызывающе спрашивает она.
– А то я сделаю кое-что плохое с тобой...
Она встаёт напротив меня, а я опускаю взгляд на неё. На каблуках она была выше, а теперь мне снова нужно привыкать, что она ниже меня на голову.
– Не такое уж это и плохое... – протягивает она, закусывая губу.—... так что запугать меня не удалось!
Она обнимает меня за шею и снимает мои очки. Эрин направляет свои карамельные глаза на меня, и я вижу в них своё отражение.
– Я скучала по этому.
– Неужели?
С каких пор она так открыто говорит о своих желаниях?
– Не проблема, устроим! – Я обнимаю её за талию и одним пальцем, зацепив футболку, задираю край.
Она заражается смехом.
– Дур-ак! Я про твои глаза, а не про это. Я скучала по тому, как ты смотришь на меня! – смеётся она.
Да. Всё ещё смущается.
Она склоняет голову то вправо, то влево, и дурачиться.
– А как я смотрю на тебя? – интересуюсь я.
– Вот так...– Она вдумчиво щурится. —... Пытаясь понять, что у меня происходит в голове. Ты желаешь проникнуть ко мне в душу, но у тебя не получается, и от этого ты бесишься.
Моё лицо становится серьёзным.
– У тебя невероятно мудрый взгляд, и сам ты очень начитан, но вдруг появляюсь я, и ты ставишь под сомнения то, во что так яростно верил до этого.
***
– Наверное, поэтому у меня так резко сменился круг общения. Время шло, а я всё больше осознавала, что держаться за людей, которые плюют в душу... бесполезно. К тому же, один умник однажды сказал мне, что я должна перестать цепляться за людей, которым на меня плевать.– говорит Эрин, припоминая наш разговор во второй день знакомства в Нью-Йорке.
Она спрыгивает с шины, встроенной в каучуковое покрытие детской площадки, и указывает в сторону качелей в противоположной стороне площадки.
– Я поняла, что ждать чего-либо от людей в жизни это - гиблое дело, разве что эти люди и не является всей твоей жизнью.
Она переводит взгляд на меня.
– Что насчёт тебя? Что случилось с тобой?
Я глубоко вздыхаю и размышляющим взглядом смотрю вдаль.
Душевные разговоры с Эрин на детской площадке заставили погрузиться в то море мыслей, из которого я совсем недавно только вынырнул. Она умеет к себе расположить. Расположить настолько, что я нахожу в самом себе желание озвучить мысли, которые никогда раньше не осмеливался вынести за пределы своего разума.
– Осознание многих вещей приходит вообще редко, да и вовсе не ко всем оно приходит, понимаешь? Люди подвержены переменам настолько, что каждый день можно обнаружить в одном и том же человеке что-нибудь новое...
Насколько же легко оказалось говорить с ней о вещах, которые живут в моей голове уже на протяжении многих лет.
– Теперь мне понятно...— она хитро улыбается.
– Что?
– Мистер Дарси.– тихо говорит она, делая паузу.— Моё удивление окончательно испарилось.
Закусив губу, я испепеляю её взглядом.
Она не просто так упомянула главного героя романа «Гордость и предубеждение». Я процитировал слова Дарси касаемо восприятия непостоянных людей и, сам того не ожидая, онемел после того, как она меня раскусила.
– Не смотри на меня так. Я читала «Гордость и предубеждение» два раза, и было бы странно, если бы я не узнала одну из моих любимых фраз, которые Дарси когда-либо произносил. Самые блестящие фразы из романа у меня записаны на отдельном листочке.– словно прочитав мои мысли, отвечает Эрин.
Когда небо затянуло тьмой и над нами появились, так называемые, звёзды, мы осознали, что день подошёл к концу.
– Как опознать во всей этой каше из светлячков настоящие звёзды? – спрашивает Эрин, и я бросаю мимолётный взгляд на неё, а затем снова на небо.
– Сам задавался этим вопросом. За последние два года было запущено более трёх тысяч спутников, которые люди ошибочно принимают за звёзды. Даже не все телескопы в силах отличить звёзды от спутников.
Я правда задумывался над этим вопросом, но не все вещи в этом мире объяснимы.
Направляясь к дому Эрин, я внимательно слушал, что она говорит. Поразительно, как человек может так заинтересовать собеседника. Что уж там, не обычного собеседника, а меня. Обычно мне абсолютно плевать, что говорят девушки, ведь ничего нового от них я никогда не узнаю.
С тех пор как я начал общаться с Эрин, всё кажется совсем иным. Мне постоянно хочется, чтобы она рассказала больше, чем я уже услышал. В её манере разговора, жестикуляции, взгляде, интонации, голосе... во всём этом есть что-то сверхъестественное.
– Можно задать тебе вопрос? – вдруг спрашивает она.
– С каких пор ты спрашиваешь разрешение?
Она всегда задаёт кучу вопросов, а я никогда не горю желанием отвечать на них.
– Потому что я не могу его просто так задать.
– Хорошо, валяй! — во мне вдруг поселяется чувство заинтригованности.
– Почему тогда, на выставке, ты пригласил меня на встречу? Это обычное дело приглашать незнакомых девушек на выставки?
Она убирает волосы за уши, и я успеваю пожалеть о том, что разрешил задать ей вопрос.
– Ты заговорила со мной, и мне захотелось ответить. – быстро отвечаю я, и Эрин напрягает лоб.— Ладно! На самом деле, мне просто стало интересно, что тебя так привлекло в той картине. Ты стояла там минут двадцать.
– Вот как... – на её лице появляется улыбка.
– Ну, и когда ты не сказала мне своего имени, я подумал, что ты точно согласишься на выставку, так как обычный подкат не сработал.– смеюсь я.
– Теперь всё понятно с тобой!— говорит она, смотря в сторону.— Ну, вот мы и пришли...
Я оглядываюсь вокруг.
Мы стоим снаружи двухэтажного дома, в котором горит свет в окнах только на первом этаже. К забору подходит кошка и наблюдает за нами.
– Извини, не могу пригласить внутрь, иначе придётся слишком многое объяснять... всем.
Я киваю.
– Тогда... до завтра?
– Завтра... – она опускает взгляд.– ... мне нужно собирать вещи. Я уже послезавтра улетаю, но я могу сделать это утром, чтобы день провести с тобой.
Черт бы тебя побрал! Я совсем забыл про эту грёбаную Африку.
– Хорошо. Тогда, как соберёшься, пиши и мы придумаем, чем заняться, хорошо? — спрашиваю я, и она кивает, слегка улыбаясь. – Иди сюда!
Я развожу руки и Эрин летит в мои объятия. Вдыхаю аромат её волос, и нежно покусываю её ухо, заставляя Эрин вздрогнуть. Она откидывает голову назад, и я покрываю влажными поцелуями её шею, заставляя выпустить несколько тихих стонов.
– Марк, прекрати... – сквозь стоны говорит она.
– Тебе ведь нравится...
Я продолжаю покрывать поцелуями её шею, затем скулы, после чего коротко целую её в губы, возвращаясь к шее.
– Не-ет... – не сдерживается она.
– А твоё тело с тобой не согласно.
Эрин крепче сжимает складки на моей футболке за спиной, прижимаясь грудью ко мне.
– Не делай этого...— умоляет она, но я знаю, что она этого хочет.— Не надо мучить меня!
Я жадно впиваюсь в её горячие губы.
Она обеими ладонями обвивает мою шею, делая поцелуй глубже. Мои руки скользят по её талии, останавливаясь на бёдрах. Ладонями сжимаю её попу. Эрин прикусывает мою губу до боли, и я открываю глаза, удивлённо смотря на неё.
– Ещё раз так сделаешь, тебе не поздоровится! – угрожает она.
Я ухмыляюсь.
– Что?
– Руки убери.
– Я делаю, что хочу.— дразню её.
– Я тоже.– самодовольно отвечает она.
Эрин медленно поднимает ногу и проводит коленом по внутренней стороне бедра, приближаясь к моей паховой области. Она притягивает меня за плечи ближе и шепчет в ухо:
– Одно движение и твой дружок пострадает.
– С тобой опасно играть.– ухмыляюсь я, уверенно приближаясь лицом к ней.
Наши губы разделяют всего два сантиметра.
– Мне нравится... – шепчу я, повторно сжимая её задницу.
– Мне тоже... – нежно шепчет она.
В следующую секунду я хватаюсь руками за область между бёдрами, сжимая глаза. Я падаю на траву, держась за пострадавшую область, и сжимаю ноги вместе.
Поверить не могу, что она это сделала!
– Что ты... – выдыхаю я, лёжа на траве.
Она склоняется ко мне. Садится на корточки, опираясь коленями о мои ноги, и поглаживает рукой меня по плечу.
– Сам виноват! Никогда не сжимай мою задницу. Это выглядит максимально мерзко, когда это делают парни.— говорит она.— Да и вообще, я легонько ударила. Так что не драматизируй!
Эрин помогает мне встать, и постепенно мне становится легче. Благодарен, что не ударила сильнее, иначе я бы навсегда попрощался с одним из своих самых любимых занятий.
Она обвивает меня своими худыми руками, и я прижимаюсь к ней.
– Извини, заслужил. – говорю я, отстраняясь.
– Извинения приняты.— она встаёт на цыпочки, и накрывает мои губы своими.